Укрощение строптивой

Как ни просила Алисия остаться ночью в её постели, всё равно иду к себе. Падаю на кровать, по привычке зарываясь носом в подушку. Сна нет и не предвидится. Тихо всхлипываю. Надо срочно менять свои отношения с женщиной. В последнее время она милее, что ли, стала, да и смотрит на меня как-то с нежностью. А когда сказала, что я - только её, я вообще растаяла. Как же я мечтала, чтобы один из моих любовников этого хотел! Я начала привыкать к Алисии. Чёрт, три дня всего осталось. Надо срочно пойти к ней и сказать:"Трахайся со мной, командуй, только не обнимай, не смотри так ласково, не приручай меня к себе. Не трави душу!" Всхлипываю. Нет, не пойду. Духу не хватит всё в лицо высказать. Клиенты, они же все такие: поиграются, развлекутся, а после бросят. Даже любимая Эвелина именно так и поступила. *** Просыпаюсь, как обычно, к обеду, но чувствую, что совсем не выспалась из-за тяжёлых раздумий ночью. Медленно сползаю на кухню, авось, от еды полегче станет. Там меня встречает Алисия с фирменной улыбкой. - Доброе утро, - начинает она. - Ты чего снова кислая? - Не выспалась, - признаюсь я. - Говорила же, надо спать у меня, - улыбается и жестом приглашает присесть. Так и хочется ей тоже фак показать, но сдерживаюсь и сажусь, скорчив рожицу. - Ты смешная, - треплет меня по волосам, подавая тарелку. Фу, снова со мной как с ребёнком! Взрослая и мнит себя королевой мира. Вот если бы я стала её девушкой, то быстро бы корону пообломала. Ой, кажется я снова замечталась. Где Алисия, а где я. Не стать мне её девушкой. Снова вздыхаю. - Да что с тобой? – качает головой клиентка. – Даже не ешь. - Объявила забастовку и требую отмены рабства, - стараюсь передразнить её ухмылку. - Всё равно не отменю, - в глазах чёртики. – Ты ешь. Нас ожидает неблизкая прогулка. - Куда это? – любопытствую я. - На мою дачу поедем, - сообщает с гордостью. - Блин, ну нафига было меня снимать, чтобы везде таскать? – ворчу. – Сама бы съездила. - Рабов развлекать надо, - хмыкает она. От её чёртовой ухмылки настроение ползёт в гору, и я принимаюсь за еду. *** - Готово, - предъявляю Алисии чистую тарелку. - Отлично, а теперь сборы, - что-то слишком подозрительно она потирает руки... - Для начала одежду верни, а после собирайся, - напоминаю я, дёргая за плащик. Как-то сильно дёрнула, видать, и голое тело проглянуло. Иначе чего взгляд клиентки так загорелся? Тихо встаю и иду в прихожую, от греха подальше. Ап, снова просчиталась – Алисия с утра быстрее меня. Прибежала и прижала к столу. Целует приятно так, подсаживает и укладывает на столешницу. И чего же она так кровати не любит? Похоже, что стол для неё - самый сексуальный объект в доме. Извращенка! Руки клиентки развязывают плащ, оставляя меня обнажённой. Нет, не возражаю, приятно, да и к столу привыкнуть успела. Губы ласкают шею, грудь и я не могу сдержать стона. Проводит мокрую дорожку из поцелуев по животу и ласкает мой клитор. Не сдерживаю стонов, слегка извиваюсь и комкаю скатерть. Язычок внутри, и вдруг бац – отстранилась. Да что такое?! - Ну? – приподнимаюсь на руках и выжидательно смотрю на неё. Алисия стоит, сложив руки на груди, и всем своим видом показывает, что дальше ничего делать не собирается. - А вот это тебе за старуху, - ухмыляясь, поясняет она. - Ах ты… Да как ты…, - пытаюсь сформулировать, что сказать. – Сволочь! - Ты мне поговори ещё, - снова ухмылка. – Сиди так, я сейчас приду. И не вздумай ласкать себя, а то руки свяжу. Ну точно сволочь – форменная и фирменная. Раз не могу себя трогать, надо хоть её чем-нибудь стукнуть! Беру со стола стакан. Возвращается Алисия с какой-то верёвкой в руках. Что она опять удумала-то? Не хочу быть снова связанной! Подходит ко мне, медленно так, стакан увидела. Ага, сейчас как врежу! Резко срывается с места, в два шага преодолевая расстояние между нами, и целует в шею. Оружие выпадает на пол. - Сволочь ты, - напоминаю я. - Я знаю, - постоянно, блин, ухмыляется. – Встань на пол. Спрыгиваю со стола. Алисия расправляет верёвки. Ой, не убежать мне далеко в таком состоянии. - Что это? - грозно спрашиваю я. Угрозы – единственное, на что я способна. - Бандаж такой, - поясняет она спокойно. Кажись, каждый день этим занимается. - Не надо его на меня надевать, - прошу. – У меня кожа нежная, потом всё болеть будет. - Верёвка специальная, не натрёт ничего. Так, лёгкий дискомфорт будет, - сообщает она, начиная пытку. Обматывает предплечье, закрепляя верёвку небольшим узлом. После проводит верёвку по груди так, чтобы она задевала соски, если вдохну, и обматывает второе предплечье. Чёрт, как вдыхаю, так завожусь. Мне что теперь, не дышать совсем? Ладно, как-нибудь успокоюсь. Но на достигнутом мучительница не останавливается. Верёвка обхватывает бёдра, не давая их свести полностью, и проходит между ног, прямо по клитору. Чёрт! Алисия закрепляет конец треклятой верёвочки так, чтобы она нажимала куда надо. А вот хрен теперь тело успокоится! - Ты знаешь, что я возбуждена? А вдруг не знает и снимет? - Знаю, - кивает она. - А что мне так не успокоиться, знаешь? - Знаю. Ты будешь в этом, пока не приедем на дачу. - И далека ли туда дорога? - надеюсь, что дача совсем близко. - Около двух часов, - задумчиво отвечает мучительница. – Я очень злюсь, когда меня старой называют. Не знаю, что и ответить. Вроде сама виновата, а вроде и нет. Лучше стукну её! Алисия как раз натягивает на меня джинсы. Поднимаю руку для удара. Верёвка натянулась! О, чёрт! С губ слетает стон, и я прислоняюсь к столу, задыхаясь от желания. Алисия радуется результату и натягивает на меня курточку на меху. Модная такая куртка, всегда о такой мечтала. Но сейчас не до неё. - Я не поеду. - Поедешь. Несмотря на возражения, Алисия подхватывает меня на руки и несёт на улицу. На этот раз машина победнее будет. Маленькая, водитель рядом с нами сидит и слышит каждое слово. А я тут такая мокрая вся и потная. Неудобно-то как. И Алисию при нём не соблазнить. Кое-как устраиваюсь на сидении. Если не двигаться и не дышать глубоко, то вроде ничего. Переживу как-нибудь. Надо думать о чём-нибудь холодном, например, о лютом севере или ванне из снега. Но, как назло, в голове лишь её руки, губы, пальчики, жар тела... Да что ж за дела? Пытаясь хоть немного расслабиться, начинаю грызть ногти. - Перестань, - клиентка опускает мою руку. - Не лишай последней радости, - закусываю губу, подавляя стон. Да за что мне такая пытка?! *** Прислоняюсь лбом к холодному стеклу. Долго едем, скучно, дико хочу секса, а за окном снег и деревья. Значит, из города выехали. Что может быть хуже? - Ай! – машина подскакивает на выбоине. Верёвка врезается в клитор, усугубляя моё, и без того жгучее, желание. Умоляюще смотрю на Алисию. «Ну, передумай, а?» Отвечает взглядом, от которого ещё жарче становится, но ничего не делает. Нравится ей, что я мучаюсь. Всё, впредь точно молчать буду. - Ай! – ещё одна выбоина. – Да что же за дорога такая? Не могла лучше сделать? - Я не настолько богата, чтобы дороги за свой счёт ремонтировать, - потягивается на сидении, облизывая губы. – Ещё полчасика, и приедем. Полчасика? Нет, я не выдержу! Снова подскакиваю на сидении, уже не в силах сдержать стон. Чёрт! А фиг с ним, с запретом. Дожидаюсь, когда клиентка переводит взгляд на дорогу, и начинаю тихо расстёгивать молнию на джинсах. - Бэлла, ну почему ты такая плохая девочка? – заметила всё-таки. Разворачивает к себе спиной и связывает руки. Не соврала, блин. - Я упаду так. Машина прыгает, держаться не за что. Ай! – закусываю губу. Улыбается и пристёгивает ремнём безопасности.