Выключи свет

Снейп попытался встать с кровати, но ноги подвели, и он упал. Я голый кинулся его поддержать, но профессор оттолкнул меня. Я сел на край кровати. Снейп вытянулся и болезненно принялся расхаживать по комнате разминая мышцы. К сожалению, они не атрофировались, а значит, я больше не был нужен ему. Он ходил в полном молчании, поднимал и опускал руки. Мне заложило уши — сердце колотилось с бешеной скоростью. Стыдно, как же мне было стыдно. Не знаю, сколько времени прошло, когда он наконец остановился и внимательно посмотрел на меня. Я вскочил с кровати, подал ему штаны, нижнее белье и рубашку. Он быстро натянул на себя брюки. — Оденьтесь, Поттер. Я тоже надел только джинсы, застегнул пуговицу трясущимися пальцами. Профессор медленно спускался по лестнице, я, как привидение, шел следом. Снейп прошел к холодильнику, открыл его и вытащил почти все продукты. Он пытался удержать их в руках, пока шел к столу, банка ананасов упала на пол. — Позволь мне тебя накормить, я что-нибудь приготовлю, — услышал я свой робкий голос. — Благодарю за гостеприимство, но впредь обращаться к себе позволяю только в уважительной форме. Вы забылись, Поттер. — Позвольте вас накормить, сэр. Он уже делал себе бутерброды и один из них жадно жевал. — Благодарю, я справляюсь сам. Он открыл банку газировки, а я поплелся к бару и вытащил бутылку виски, наполнил стакан и сел напротив Снейпа. — Когда последний раз вы были в трезвом и адекватном состоянии, Поттер. Вам нужна медицинская помощь. Дайте мне палочку, я сниму заклинания с дома, и мы отправимся в больницу. — Нет! Он встал со своего места, подошел ко мне и забрал бутылку. — Перестаньте пить! Ваша сегодняшняя извращенная подростковая фантазия для меня абсолютно непозволительна. Мне противно представить, что случилось бы с моим телом, останься я в состоянии овоща еще хотя бы на месяц. Я старше вас на двадцать лет, у нас нет общих интересов. Он выкинул бутылку в раковину, двинулся к лестнице. — Если бы я не поцеловал вас, сэр, вы бы никогда не очнулись! — Поттер, в больнице вас приведут в порядок, пока это не зашло далеко. Я отвезу вас. Я понял, что ему нужна моя палочка и сорвался с места. На лестнице я попытался обогнать его, но Снейп меня не пропускал. Пришлось обнять его со спины и поставить на ступеньку ниже, протиснуться под его рукой. Он схватил меня за ноги и мы скатились по лестнице, он придерживал мои руки и был невероятно близко. Я сорвал с его губ быстрый поцелуй, Снейп отшатнулся и я воспользовался этой заминкой. Я прибежал к кровати и вытащил из-под нее свою палочку, профессор был совсем близко, я направил палочку на него. — Поттер, я не ваша кукла. Я взрослый человек. Я не просил спасать меня. Отдайте палочку, я сниму заклинания с дома. Успокойтесь, все хорошо. Вы не в себе, но это поправимо. — А я не кукла Дамблдора! Но смотрите, все не так уж плохо закончилось в той истории, сэр. — Потому что Дамблдор знал, что делал, Поттер. Ваше состояние не вызывает у меня доверия с тех самых пор, как я оказался в этом доме. Будьте благоразумны, опустите вашу волшебную палочку. У него был глубокий уверенный голос, он был прав хотя бы потому, что так держался. Я не знал, чего конкретно от него хотел. Мне просто было необходимо как-то сделать происходящее серьезным, чтобы это не напоминало мою болезнь, чтобы и он новый пришедший в сознание согласился на мои правила. — Что должно произойти, чтобы все зашло далеко? — нервно спросил я. — Вы не в состоянии контролировать себя, Поттер. Позвольте же вам помочь. Я обещаю, что хуже чем сейчас уже не будет. Вам нужна реабилитация. Не отказывайте мне, к чему ваше гриффиндорское упрямство. — Что должно произойти, чтобы все зашло далеко? — я уже срывался на крик. — Успокойся, мальчишка, нет никаких сил возиться с тобой! Хватит с меня этих игр. Снейп сделал шаг мне навстречу, протянул руку, чтобы выхватить мою палочку. Я не думал, что делаю, честное слово. Я просто закричал: — Империо, — и добавил почти шепотом, — изнасилуй меня. Снейп пошатнулся, затем сделал шаг назад. Мне стало невероятно страшно. Затем профессор подошел вплотную и ударил меня по лицу. Я испугался, что заклинание на него не действует, я был готов отдать ему палочку, мне было стыдно смотреть ему в глаза. — На колени. Сейчас. Снейп схватил меня за волосы и резким движением опустил вниз, выхватил из моих рук и отбросил волшебную палочку. Он поспешно снял свои штаны и придвинул мою голову к своему эрегированному члену. — Медленно, Поттер. Я испугался и начал вырываться. Ни с кем никогда я не был так близко. Он дернул меня за волосы. — Открой рот. Я почувствовал возбуждение от его тона, я нежно взял его член, Снейп медленно стал вводить его в мое горло. Я подавился и слегка сдавил челюсть. Свободной рукой Снейп взял меня за подбородок и широко открыл мой рот. Он медленно меня трахал. Рукой я нащупал пуговицу на джинсах, мне хотелось избавиться от одежды. Снейп заметил это и резким рывком поставил меня на ноги. Он стянул с меня джинсы, повернул меня спиной и прижал одной рукой к себе, второй рукой он сжал мой член. От удовольствия я застонал. Я чувствовал его возбуждение. Я потерял способность стоять прямо и спиной облокотился на него. Снейп медленно и едва касаясь водил рукой по моему члену, крепко прижимая меня к себе. Это сочетание невероятной нежности и грубой силы сводило меня с ума еще больше. Он продолжал прижимать меня, отпустил мой член и поднес руку к моему рту, видимо, он хотел, чтобы я ее облизал. Я послушно разжал челюсти, впустив его пальцы. Я чувствовал, как он трется о мою задницу своим членом. Мне было страшно, я знал, что обратного пути нет. Одним резким движением он наклонил меня и положил руку на спину, влажные пальцы проникли в мой зад. Это было неприятно и приятно одновременно: руки и ноги онемели, я за секунду вспотел от стресса, я закричал. — Расслабься. Я упал животом на кровать. Он плюнул на свою руку и продолжил входить в мое тело несколькими пальцами. Я расслабился, потому что вторая его рука гладила мой член. Пальцем он нащупал невероятную точку внутри моего организма, — яркая вспышка удовольствия. Он вытащил пальцы и плюнул еще раз. В этот раз в меня медленно начал входить его член. Это было невероятно больно и хотелось ускорить процесс. Я знал, что к этой боли можно привыкнуть. Я интуитивно дернулся, чтобы освободиться, но Снейп резко прижал меня к кровати. — Не двигайся, — в его голосе было возбуждение, я готов поклясться. Медленно он сделал с десяток фрикций, наклонился и нежно поцеловал меня в шею. Я мгновенно кончил с криком, я услышал и его стон, почувствовал, как его сперма стекает по моей коже. Видимо, заклинание империо прекратило свое действие. Снейп упал на мою спину, потом перекатился и лег рядом. Он тяжело дышал. — Что ты наделал, Поттер. Я тоже тяжело дышал, уткнувшись головой в одеяло. Я слышал, как Снейп поднялся с кровати, взял волшебную палочку и вышел из комнаты. — Пожалуйста, не уходи, — шепотом сказал я, когда дверь за ним закрылась. Я лежал и не открывал глаза, я чувствовал, как дом трясется. Должно быть, он снял заклинание. Я слышал, как он вернулся и открыл в комнате окно. Он сел рядом со мной, он очистил заклинанием мое тело, он спокойно произнес: — Послушай, Гарри. Я думаю, твое поведение — последствие магического ритуала воскрешения. Тебе действительно необходима помощь. Представь, что сказали бы твои друзья, если бы узнали, что сегодня между нами произошло. Я молчал, мне не хотелось смотреть на него. А он продолжал: — Я не сержусь на тебя. Я благодарен тебе за все, что ты сделал для меня, но, боюсь, на этом наша идиллия подошла к логическому завершению. Возможно, я буду сопровождать тебя во время твоего лечения. Вставай, Гарри. Я знал, что он специально называет меня по имени, чтобы успокоить. Я не двигался и чувствовал, что если скажу хоть слово — непременно разревусь. Мне не хотелось, чтобы профессор увидел, сколько боли мне приносит его здравый смысл. Он положил мне руку на спину и спокойно погладил. Я дернулся, чтобы продемонстрировать ему, что мне не нужны такие подачки. Он развернул меня на спину, и я закрыл лицо руками. — Хочешь, я позову твоих друзей? Мне стало невыносимо осознавать, что этот человек не понимает меня. Я собрал тогда всю волю в кулак, встал с кровати, надел джинсы, натянул первую попавшуюся под руки футболку, выдвинул ящик, достал коробку и извлек из нее волшебную палочку. В этот момент Снейп вскочил на ноги, готовый защищаться. А ведь у нас только что был секс. Был секс. — Я хотел поменяться. Я не буду на вас нападать, профессор. Вот ваша палочка. Снейп напряженно всматривался в мои глаза, пытаясь понять, правду ли я говорю. Затем он кивнул, и мы спокойно обменялись палочками. — Знаете, я все понял. Мне не нужна помощь, так что просто забирайте вещи и уходите. — Я чувствую свою ответственность за тебя. Давай обойдемся без сцен. Мы вместе отправимся в больницу: тебе выпишут зелья от алкоголизма и реактивной депрессии, быть может, посоветуют успокоительное. Специалист поговорит с тобой, разберется с твоими проблемами. Затем я сам лично приготовлю тебе все необходимые лекарства, какое-то время ты будешь находиться под наблюдением профессионалов. И им необязательно знать обо всем, что случилось между нами в этом доме. — А что потом? — Думаю, правильным решением будет вернуться в Хогвартс. Но сейчас еще рано говорить об этом. Собирайся. Мы в любом случае будем действовать по моему плану, даже если для этого придется применить к тебе силу. Я послушно собрал кое-какие вещи. Профессор разблокировал камин. * * * Меня поместили в самую лучшую палату. Три раза в день я принимал разные зелья и ходил на процедуры: ванные, лечебная гимнастика и прогулки на свежем воздухе. У меня появился свой психиатр доктор Стив Розенберг. Мужчина средних лет: русые волосы, средний рост, очки и белый халат. Он просил называть себя просто Стив. Мы разговаривали каждые два дня. Ко мне приходила Гермиона. Ко мне приходил Рон. Ко мне даже заходила Джинни. Однажды меня навестила Макгонагалл. Они все по-своему переживали за меня, желали скорейшего выздоровления. Гермиона была рада, что история с профессором закончилась. Рон и Джинни о нем вообще не заговорили. Макгонагалл сообщила, что ждет меня на учебе. Только у нее я набрался смелости спросить: где Снейп. Он вернулся в Хогвартс. Он преподает. Она предложила ему пост директора, но он отказался. Естественно, я бросил пить. Я очень много думал о том, что произошло. Стив объяснил мне, что потребность в близком человеке, болезнь Снейпа, невероятно сильное чувство вины, усталость, близкие контакты со смертью, отшельничество и алкоголь вылились в естественное нестабильное психическое состояние. Он посоветовал забыть произошедшее как страшный сон, и я побоялся сказать ему, что только в этом доме и был по-настоящему жив. Он спрашивал, испытываю ли я сексуальное влечение к профессору. Я отвечал, что нет, естественно нет, Снейп старше меня на целых двадцать лет, у нас с ним не может быть ничего общего. Стив обещал, что Рождество я смогу встретить уже у себя дома. В день выписки мне пришло письмо, я дрожащими руками вскрыл его. Письмо не от Снейпа. Гермиона спрашивала о моих планах на Рождество, не хочу ли я присоединиться к ним с Роном. Я ответил, что подружился с другими пациентами и собираюсь отметить праздник с ними. На прощание Стив обнял меня, выдал мне несколько пузырьков с лекарствами, назначил прием на следующей неделе и пожелал счастливого Рождества. * * * Дома был идеальный порядок. Я сразу заблокировал камин, поднялся наверх и понял, что профессор забрал свои вещи. Но не те, что я купил для него. Старые. Алкоголя дома не было. Я провел час в ванной, причесался и оделся: черная шелковая рубашка, дорогие джинсы, черное пальто. Хорошо, что у нас примерно один размер, профессор. Я взял магловские деньги и аппарировал в центр Лондона. Я зашел в приличный бар, выпил. На меня смотрели девушки, звали танцевать. Я ушел из этого бара и зашел в следующий, а потом в следующий, следующий, следующий. В самом грязном и громком я познакомился с Джеем — молодым парнем в фиолетовой футболке. Он выглядел нервным, я угощал его выпивкой. Джей предложил мне дойти до его знакомого, провести время, покурить травки. Я согласился. На улице был настоящий снегопад и Джей смеялся, рассказывал мне о своем университете. Квартира его друга была тесной и светлой, меня научили курить из специального приспособления — бонга. Невероятное чувство успокоения, легкие галлюцинации, головокружение. Я спросил, могу ли я купить волшебных ингредиентов. Они смеялись минут десять над этим словосочетанием. Потом выяснилось, что друг Джея продает разные наркотики. Я захотел купить сразу все, сказал, что нет проблем с деньгами. Друг Джея отказал мне. Я достал волшебную палочку, они смеялись. — Ступефай! Друг Джея замер на месте. — Ступефай! Джей упал на пол. Я подошел к столу, в котором хранился товар, и выгреб все пакетики, все коробочки, все таблетки, взял бонг и все бутылки с алкоголем. Я положил деньги на стол, освободил друга Джея от заклинания и стер ему память. Затем я обнял Джея и аппарировал с ним к своему дому. Его стошнило. Я стер ему память, когда затащил в дом. — Ну ты набрался, Джей, я еле дотащил тебя. Лучше тебе остаться у меня на ночь. Я привел Джея в комнату, дал ему бутылку виски и включил телевизор. — Гарри, ты только это... Я не гей. Я улыбнулся и кивнул, мол, я в курсе. — Можно покурить в комнате? Конечно, Джей, у меня важное дело, я надолго тебя оставлю, можешь курить сколько хочешь. Пепельница? Мой стакан подойдет. Я взял расческу профессора и пошел в лабораторию. Где-то было оборотное зелье, пришлось долго искать его, затем я добавил в него волос профессора — зелье поменяло цвет и запах: черное, травянистый. Я вернулся к Джею, он смотрел телевизор и смеялся. — Выпей это, пожалуйста, — попросил его я. Он отказался, запах показался ему мерзким. — Империо! — волшебная палочка направлена ему прямо в лоб. Я не собирался причинять Джею вред, честное слово. Я вышел во двор и наложил на дом заклинание. Участок ушел под землю. Джей к тому времени послушно переоделся в черную мантию и ожидал меня в комнате. Он был Снейпом, даже метка на шее в виде ветки бузины появилась. Я подвел его к полке с наркотиками: — Спокойно и грамотно расскажи мне об этих зельях, — приказал ему я. И он говорил, говорил, будто сам Снейп. Описывал эффект от марихуаны, рассказывал, как употреблять кокаин, что происходит с реальностью под воздействием кислоты. Я притащил бонг и покурил. Профессора заставлять не стал, ведь главное правило — не причинять ему вред. Даже если он сам себе его причинять привык. Иногда здравый смысл бился где-то внутри моего сознания, но я глушил его. Я включил ту самую песню на музыкальном центре в столовой. — Запомни, мой милый принц, ты — единственный, — играло на весь дом. Мы танцевали, Снейп гладил меня по спине. Я поцеловал его. — Изнасилуй меня, — внятно сказал я, — поставь меня на колени, сделай это медленно. Но с этим Снейпом все было не так. Он долго возбуждался, не говорил со мной, не знал, что делать. Я не смог кончить. * * * Мы проснулись днем в кровати. Я обнимал Джея. Он вскочил и принялся одеваться. — Чувак, мне приснился такой странный сон. Надо завязывать с наркотиками, надо завязывать. Было Рождество, я обещал себе, что воспользуюсь этим последний раз. Я надел очки. Джей увидел, как я направляю на него волшебную палочку — Империо! Оборотное зелье, черная мантия. Я занюхал достаточное количество кокаина и пошел готовить праздничный ужин. В холодильнике большая часть продуктов испортилась. Мы сварили макароны, открыли разные консервы, разложили это все по тарелкам. У меня было прекрасное настроение и никакого аппетита. Ближе к ночи я уже наколдовал елку, поставил праздничную музыку, зажег камин. В моей тарелке были дорожки кокаина вместо еды, я много пил и даже попробовал выкурить сигарету Джея. Снейп сидел передо мной и улыбался. — Скажи, что я нужен тебе, — спокойно произнес я. — Ты нужен мне. — Скажи, что ты никуда не уйдешь. — Я никуда не уйду. — Повторяй это весь вечер каждые полчаса, пожалуйста. — Ты нужен мне, я никуда не уйду. Мы ужинали, я рассказывал свои впечатления от лечения, ругал профессора за то, что он ни разу ко мне не зашел на каникулах, хоть и обещал. Я снова включил ту песню и сделал звук максимально громким. Бокалы на столе дрожали. Мне показалось, что этого мало: магией я увеличил звук до невыносимого. Пригласил профессора танцевать. Он снова обнял меня, а я позволил себе расслабиться, опустил голову на его плечо, закрыл глаза и растворился в музыке. Тогда я не сразу сообразил, что произошло: музыка остановилась, кто-то включил свет. Я стоял спиной к двери и не хотел оборачиваться. Я видел в окно темное звездное небо, а это значило, что кто-то нашел меня. Я очень надеялся, что это Гермиона. Я очень надеялся, что это она. В полной тишине я немного отодвинулся от профессора, он произнес глядя мне в глаза: — Ты нужен мне, я никуда не уйду. Я медленно повернулся к двери, я так мечтал увидеть Гермиону, Гермиону. Но на пороге стоял настоящий ошеломленный профессор Северус Снейп с подарочным свертком. Он закрыл рот рукой, и медленно вошел в комнату. Я засмеялся.