Единственная фраза

-Какие будут распоряжения, ваше высочество?       Локи поднял мрачный взгляд на вытянувшегося в струнку асгардца, утирающего с лица капли демонической черной желчи, и вздохнул. Битва закончилась около часа назад. Как хорошо было бы, если бы вместе с завершением боевых действий исчезли и проблемы... Мечтать не вредно. -Доложите обстановку, – младший царевич потер переносицу, собирая уплывавшие мысли в одну кучу. Тело требовало отдыха, как и сознание, на которое слишком много за короткий период свалилось: коронация Тора, связанные с ней приготовления, посол Ванахейма, теперь Муспельхейм. Накопилась уйма информации, которую нужно обработать, а времени на это нет. Его постоянно не хватает... -Выживших – двадцать три. Еще пятеро в тяжелом состоянии, судьба остальных неизвестна, господин.       Неизвестна... Не надо быть гением, чтобы догадаться, что с ними произошло. Убиты. Маг незаметно сглотнул возникший в горле комок. Под его непосредственным командованием было двадцать воинов, у Сиф – около пятидесяти. Итого, приблизительно семьдесят. Выжило почти тридцать. Уничтожено больше половины посланных сил. Локи быстро подсчитал в уме. Сорок две оборванные жизни. -Окажите первую помощь раненым, – младший царевич собрался. Последовавшие инструкции были четкими, ясными и короткими. – Из выживших наберите добровольцев, около десяти. Необходимо отдать последние почести погибшим. Остальных отправьте в Асгард. -Но и они захотят попрощаться... Наверное... – промямлил воин. -Меня не интересует, чего они «захотят», – Локи нахмурился. Самодеятельность сейчас ни к чему. – Я отдал приказ. Ваша обязанность – обеспечить его выполнение. -Я... – асгардец стушевался. Священное правило подчиняться указаниям свыше сражалось в нем с чем-то еще. Маг в глазах видел эту отчаянную борьбу и немного смягчился. -Воины вымотаны. Если раненые останутся здесь, пусть и во имя великой цели, хоронить придется и их. -Я понял, ваше высочество, – поклонился асгардец. В его взгляде промелькнуло нечто, похожее на глубокое уважение. – Позвольте еще вопрос. Вы сказали «добровольцев», а если их не будет? -Наберите десять с наиболее удовлетворительным состоянием, – царевич поморщился будто от головной боли. Насколько он разбирается в людях, желающими помочь в этом печальном, но необходимом деле выступят если не все, то большинство воинов. И раненых, и здоровых.       Асгардец поклонился еще раз, видимо, забыв, что повторяется, и наконец ушел. Локи совсем был не против частых выражений готовности служить. Эх, если бы и на колени становились не так редко, м-м-м... Но это желание уже из разряда несбыточных надежд.       Нужно идти. Маг неслышно зашипел сквозь зубы, поднимаясь на ноги с обломка скалы, на котором сидел. Перегруженные мышцы болели, хотя и слабее, чем час назад. Кратковременный отдых слегка улучшил их состояние.       Дышать теперь было намного легче. Однако хотелось не думать о причинах, вызвавших изменения климата, ибо организм им радовался, а при случайных мыслях к горлу подступала тошнота и голова начинала кружиться. Локи оперся коленом об обломок и вгляделся в темную картину, представшую пред его глазами. На Муспельхейм опускалась ночь, скрывая следы недавней бойни. Однако и полумрак не мог спрятать отвратительного красноватого тумана, расстилавшегося над самой поверхностью земли, словно проникающий в ее трещинки. Почва. Она пропитана кровью, как и воздух. Теперь он увлажнен, потому и дышится проще. Только вот от одной мысли об этом нещадно мутит.       То и дело взгляд царевича натыкался на мертвых асгардцев. Работы предстоит много: найти всех и, собрав вместе, предать тела павших храбрецов огню. Убитые воины достойны пышнейших похорон, но обеспечить их Локи не мог по той причине, что Радужный мост переносит лишь живых. Не мертвые тела. Поэтому никогда отважным сынам Асгарда не покоиться в ладьях и души их, превратившись в серебристую сверкающую пыль, не взлетят к полным звезд небесам, растворившись в древе Игдрасиля. Все будет гораздо прозаичнее. Погребальный костер – жалкая, ничтожная замена церемонии Золотого чертога, однако скорбеть воины будут вечно. Как и сам маг.       На черную, отвратительно хлюпающую под ногами землю вдруг отбросило длинную тень. Раненые отбыли в Асгард, значит, добровольцы скоро подойдут. Нужно дать исчерпывающие инструкции, дабы не возникало вопросов. Вот бы и царевичу кто-нибудь сказал, что следует делать, взяв всю ответственность на себя.       Вот они. Выжившие в этой страшной резне. Десять добровольцев, готовые выполнить свой долг по отношению к павшим товарищам. Среди них Локи узнал и несколько воинов из своего отряда лучников. Прошло так мало времени, а их лица уже необратимо изменил отпечаток этой битвы. Больше их глаза не будут сверкать беззаботной радостью и ликованием от известия о победе, навеки омраченные знанием, какой ценой она дается. Эти асгардцы еще молоды. На вид. Не тела, души постарели. Кто-то, возможно, оставит войска и вернется к мирной жизни, другие, может быть, останутся. Из них выйдут отличные командиры. Они, по крайней мере, не будут жертвовать чужими жизнями без надобности, как это сделал Тор. Уже неплохо.       С ними была и Сиф. Локи не стал скрывать неудовольствие по поводу ее присутствия. Воительница была ранена и должна была отправиться в Верховный мир вместе с остальными пострадавшими. Вот есть личности, из принципа презирающие приказы! Из-за таких и возникают проблемы. Основополагающее в армии – дисциплина. То ли авторитета у младшего царевича было маловато, то ли девушка имела что-то против командующего, но протест был явный. И очень обидный. Ударов на долю мага выпало предостаточно, и ощутимый толчок с стороны «леди» не способствовал возникновению оптимистичного настроения. -Вы идете на запад, вы четверо на восток, вы двое, - младший царевич на скорую руку делил собравшихся на группы, попутно давая ценные указания, - на юг, а я и Сиф пойдем на север. Находите тела убитых, приносите их сюда, к этому камню. Действуем быстро. Задача ясна? -Демоны не нападут? – с ноткой опаски спросил потрепанный копейщик. -Не должны, но если вы будете копаться, то могут, – Локи усмехнулся. Дополнительный стимул для увеличения скорости и коэффициента полезного действия их деятельности.       Воины заворчали, с подозрением оглядываясь по сторонам и хватаясь за оружие. Согласно разделению они разбились на кучки и, неуверенно топчась, что-то робко обсуждали. -Ваше высочество, а где запад? – пугливо втянув голову в плечи, спросил один молодой мечник. Локи чуть не зарычал от злости. Неужели самим нельзя определиться?! Ну и что, что нет в Муспельхейме солнца! Разве отсутствие светила запрещает договориться между собой? -Не задавай глупых вопросов! – воин из другой группы, растолкав товарищей, отвесил незадачливому мечнику оплеуху и гневно засверкал глазами из-под обугленного шлема. – Вы идите налево, мы пойдем направо, а другие – ориентируетесь!       Маг был благодарен неизвестному спасителю до глубины души. Хоть один из добровольцев умеет включать мозг и решать возникающие вопросы по ходу дела. Нужно будет найти его в Асгарде...       Добровольцы, бурча что-то себе под нос, разбрелись в разные стороны, уткнувшись в темно-багровую землю в поисках тел павших. Царевич передернул плечами и пошел в нужном ему направлении. -Торопишься? – тяжело дыша, воскликнула Сиф, едва поспевая за магом и припадая на перебинтованную ногу. Локи обернулся лишь спустя пару десятков шагов и, убедившись, что они находятся вне зоны слышимости остальных воинов, прошипел: -Раз увязалась, будь добра не задерживать других. -Какие-то проблемы? -Сама не догадываешься? – царевич прищурился. – Я приказал раненым отправиться в Асгард. Или ты вдруг лишилась слуха? -Я чувствую себя нормально и могу помочь! – горячо возразила девушка, пытаясь спрятать дрожащую от напряжения ногу от чужих глаз. Будь ее собеседником обычный асгардец, уловка увенчалась бы успехом, но обмануть бога лжи ей было не суждено. -Тогда хватит прихрамывать и кусать губы от боли, Железная леди! У меня и так достаточно испытаний для нервов, чтобы твои стоны за моей спиной выслушивать. -Какой у нас умный командир выискался! – возмущенно воскликнула Сиф, уперев руки в боки и приняв горделивую позу. – Строишь из себя самого главного?! -Будь моя воля, меня бы вообще тут не было, – процедил Локи. – И командовал бы тобой некто, без сомнения, более опытный и умелый. Однако на то была воля государя. -Тора? – глаза воительницы распахнулись в неподдельном изумлении. – Врешь. -Думаешь, это была моя инициатива? – маг сморщился, будто съел нечто гадкое, ужасно противное и невкусное. – Окунуться в дивный мир битв и сражений, воспеваемый менестрелями и вами? Никогда не понимал твоего восхищения. -И не поймешь! – девушка всплеснула руками и неловко топнула здоровой ногой. – Жизнь, полная подвигов, великие бои, которые славят храбрость и отвагу Асгарда, пьянящая сладость победы... -Стоны раненых, крики умирающих, хлюпающая под ногами кровь, глаза врагов, чье сердце пронзил твой меч, – в тон ответил Локи. – Прекрасно.       Сиф заткнулась. Не замолчала, а именно заткнулась, не находя слов для возражения.       Что Тор, что она, что троица воинов – все они одинаковы. Радуются, когда представляется возможность поучаствовать в новой войне, наслаждаются каждым мигом битвы, любой возможностью разить противников без жалости, без оглядки... Они не видят того, что остается после боя, занятые шумными пирами. Они никогда не ходили в эти страшные походы за умершими, собирать урожай древней Хель. Локи же принимал в них участие далеко не в первый раз. Видя яростный восторг, овладевающий старшим братом, младший царевич решил постичь все стороны интересующей его области. Опыт, извлеченный от первого похода, отбил все зародыши любви к битвам, привил лишь искреннее отвращение. -Может, оно и хорошо, что я этого никогда не пойму, – маг пожал плечами и продолжил свой путь. Следует ли за ним девушка, его не очень и занимало. Сзади раздались неуверенные шаги. Следует. Значит, проняло немножко.       Некоторое время они шли молча: младший царевич внимательно оглядывал каждый выступ в черной желчи, выискивая знакомые очертания асгардских доспехов. В этом темном месиве нельзя было ничего разобрать, свою лепту вносил и сумеречный полумрак. Что делала воительница, Локи не знал, не оборачивался.       Взгляд заприметил нечто удивительно родное. Маг, не побрезговав, опустился на колени и принялся шарить руками в зловонной жиже. -Что нашел? – царевич не видел лица девушки, но мог с уверенностью сказать, что она скривилась. Наверное, вид у него тот еще, не королевский, мягко говоря. На бледном лице въевшимися черными разводами осталась желчь демонов и собственная высохшая кровь, местами прожженная одежда и исцарапанные доспехи тоже перемазаны распространяющей отвратительный запах жидкостью. На себя бы посмотрела! Одни волосы чего стоят – застывшие острой сосулькой, зато собранные в конский хвост. Завидная красотка.       Локи не ответил, с гордостью извлекая на свет два покореженных обломка. Встряхнул ими в воздухе. Во все стороны полетели круглые, блестящие капли, и из-под смоляной грязи проглянуло золото. -Это твой жезл? – недоверчиво уточнила воительница. Младший царевич лишь горестно вздохнул, бросив попытки приладить одну половинку к другой. Жезл находился в безнадежном состоянии и починке не подлежал. Милосерднее было бы бросить несчастные куски металла в Муспельхейме, на месте последнего их боя, чем нести в Асгард и отдавать в руки кузнецам. То, что выйдет из-под их искусного молота, будет жалким подобием былой мощи. Получится обычное, ничем не примечательное копье, не наделенное ни каплей магии.       Локи сжал рукоять жезла, словно прощался со старым другом, и отпустил обломки, тут же погрузившиеся обратно, в черные глубины. Жалко. Жезл, конечно, не имел такой славной истории, как Мъелнир Тора, но служил царевичу верой и правдой. И погиб за него, приняв удар демона целиком на себя. Маг зажмурился, отгоняя пугающие воспоминания. В тот миг он почти поверил, что вот он, конец. Хорошо, что вера никогда не была частью его характера. Бог лжи всегда выходил из затруднительных ситуаций без усилий и с неизменной усмешкой на лице, поэтому никто и не переживал. Выкрутится ведь. Сегодня же он балансировал на самом краю, чуть не потеряв равновесие и не сорвавшись вниз, в бездну... Вывернулся. Впредь надо будет быть осторожнее. Еще аккуратнее.       Его основное оружие уничтожено, остались кинжалы и метательные ножи. Сколько их, кстати, после битвы? Рука пробежалась по поясу. Два. Не символическое число. Можно допустить один промах. Как бы второй не стал роковым. -Так тебя послал Тор? – глупышка. Ее занимает только одно – венценосный громовержец. Развеять ее розовые представления о престолонаследнике или не брать на себя дополнительный труд? Вопрос на злобу дня. -Да. Как и тебя, полагаю, – Локи гаденько ухмыльнулся. – Ведь твоего согласия также не спросили? -Меня не нужно просить защитить наше Отечество! – вспыхнула, будто порох, Сиф. Разжечь огонь в ее душе всегда было несложной задачей. Младший царевич развеет иллюзии воительницы, точно собственные копии, небрежным взмахом руки...       Локи вдруг прищурился. Тор. Что является причиной столь быстрого и необдуманного решения конфликта Муспельхейма силой? Только ли желание доказать другим, что громовержец «не папенькин сынок»?.. Нет. Скорее всего, не оно одно. Младшему царевичу трудно было представлять себя на месте старшего брата, ибо он был вынужден «отключать» интеллект и думать так, как, по предположениям, размышлял громовержец, поэтому маг ориентировался на себя. Локи никогда не двигала единственная цель: только вкупе с остальными желаниями и стремлениями он принимал решение. Оставалось надеяться, что Тор, пусть и интуитивно, руководствуется не только мелочным желанием выглядеть более грозным и страшным.       Неужели он боится потерять обретенное могущество? Царевич прикусил губу. Власть меняет людей, и боги не исключение. Тор силен, однако, не зная об опасности, подвержен пьянящему воздействию правления. Боится лишиться звания престолонаследника? Вероятно. И знает, кто является следующим претендентом на трон... Нет, фантазия заходит слишком далеко. Нельзя забывать, что рассматриваются возможные мотивы не Локи, а громовержца! Тор прямолинеен и честен до идиотизма. Он не стал бы избавляться от любимого младшего брата так жестоко... Отправить мага в Муспельхейм – идея бредовая и глупая, однако служащая иной цели, чем устранение соперника. Конечно, в светловолосую голову бога грома не самостоятельно пришла гениальная мысль, кто может отобрать понравившуюся игрушку. Кто-то добрый и трудолюбивый ее туда вложил. Еще предстоит выяснить, кому сказать отдельное спасибо и приготовить роскошную ладью. Черт, чем больше времени проходит, тем больше проблем накапливается, а решать их маг не успевал катастрофически!       В данный момент не суть, кто помог Тору догадаться об угрозе потери престола. Главным является то, что громовержец знает и готов отстаивать свое право на власть. Плюс одно препятствие на уже тернистом пути Локи.       Младший царевич сжал зубы в немой ярости. Громовержец поступил крайне неосмотрительно, повышая собственную самооценку за счет скрытного и ловкого брата. Своей неоправданной агрессивностью Тор настроил изначально спокойного мага, не планирующего разворачивать военные действия и желавшего решить вопрос мирно, против себя. План Локи, рассчитанный на отчаяние Одина, требовал времени, за которое пострадало бы много невинных людей, поэтому он утерял свою актуальность. Нужно было придумать новый, причем в сжатые сроки, прямо здесь и сейчас. Стоя посреди поля боя, дыша испарившейся кровью и глядя на далекие огненные всполохи вулканов на горизонте. И подходящая идея уже сложилась в сознании мага.       Как бы Сиф не скрывалась, не врала, хлопая ресницами, в глубине души она недовольна Тором. Подчиняться Всеотцу было само собой разумеющимся, беспрекословно слушаться того, с кем еще вчера пил из одного кубка вино и хохотал над похабными анекдотами, совсем не хочется. Воительница могла бы скрыть свое раздражение от любого, но не от бога лжи.       Раз обижена девушка, то появятся и другие, задетые необдуманными гневными приказами громовержца. Нужно лишь подстегнуть уже начатый процесс, ускорить его... И собрать недовольных под своим началом.       «Ты будешь первой, Сиф» - скрывая коварную усмешку, подумал Локи. Если сейчас как следует постараться и обработать воительницу, точно неограненный алмаз, тщательно и аккуратно, то она сама начнет собирать добровольцев. Фандрал, Вольштагг – они будут следующими, и число раздраженных при дворе и среди населения будет неумолимо расти, подбадриваемое магом. И Тор не удержится на хрупком троне, а Один ничего не сумеет предпринять против разгневанных асгардцев. Идеально в своей простоте.       Единственно, жалко Сиф. Совсем немного, но терзает совесть. Использовать ту, с кем вчера мило беседовал, в качестве инструмента в борьбе за власть, как-то не по-джентельменски. Младший царевич цокнул языком в задумчивости. Подруга? Нет, так назвать воительницу язык не поворачивался. Товарищ, не более того, который, к тому же, явно недоволен его появлением и командованием.       Истинный правитель должен уметь жертвовать пешками в шахматной партии, следуя выбранной тактике. Воительница, конечно, не мелкая фигура, она ферзь, но и им можно привлечь крупную добычу. Однако в куче использованных статуэток не будет разницы, королева или пешка валяется, ненужная, отброшенная прочь от клетчатой доски. -С тобой все в порядке, Локи? – встревоженно спросила Сиф за его спиной. – Ты молчишь слишком долго даже для тебя. -Все хорошо, – медленно кивнул младший царевич, не оборачиваясь. За спокойным, по обыкновению ровным голосом воительница не увидела, как кривая усмешка исказила правильные черты его лица.       "Ты будешь первой, Сиф, в рядах моей армии. Можешь гордиться оказанной тебе честью. Если же ты выполнишь предназначенную тебе миссию удачно, то я не стану от тебя избавляться. Может быть, не стану..."