Единственная фраза

      Локи не любил неожиданностей. Так уж повелось, что ничего хорошего они богу обмана не несли. Конечно, столь опытный импровизатор, как младший царевич, умудрялся выйти из передряг сухим и относительно здоровым. Порой случалось вытащить и горемычных товарищей, не будем называть их по имени, частично целыми, но основательно ободранными и потрепанными. Однако внезапные повороты маг терпеть не мог, ибо понимал, насколько хитра и непредсказуема бывает жизнь. И что существуют случаи, повернуть которые к своей выгоде не способен даже он.       -Он наемник, мой царевич! – выкрикнула служанка, заходясь в громких пронзительных рыданиях. Девица рыдала все надрывнее. Нервная дрожь нещадно сотрясала ее тело, слова, что шептала несчастная сквозь слезы, разобрать не удавалось. Против истерики не придумали лекарства лучшего, чем отрезвляющая пощечина. Впрочем, государь поступил иначе – небрежно, зато ощутимо встряхнул гостью и, не подразумевая возражений, втащил поглубже в комнату, бросив мимолетный взгляд на дверь. Магия непроницаемым коконом окутала покои царевича и прилежащую часть коридора. Раз в деле замешаны наемники, нельзя отрицать с полной уверенностью, что никто не подслушивает. И что дурочка не подослана врагами.       -Сядь, - резко распорядился Лафейсон, толкнув девушку к креслу. Служанка огляделась, вытирая лицо простым платком, и присела на самый краешек. Она вся сжалась, словно пойманная птица в клетке, хотя, наверное, виной тому был пристальный взгляд зеленых глаз, в глубине которых изредка вспыхивали алые отсветы. – Как тебя зовут?       -Аннет, - пролепетала девица, совсем не романтично шмыгнув покрасневшим носом.       -Красивое имя... Подходящее к столь юной прелестнице, - тут царевич покривил душой. Прислуга не блистала красой, особенно сейчас: с уродливым синяком на коже, с красными заплаканными глазами... Не идеал женского очарования. Но надо же было как-то ее отвлечь от только притихшей истерики? Комплименты – самое верное оружие в разговоре с женским полом, как ни противно для высшей особы восхищаться простолюдинкой. – Так что же случилось? Расскажи мне все, с самого начала до конца этой, не сомневаюсь, трагичной истории.       -Я уповаю на ваше милосердие, господин, - опустила глаза Аннет. – Ибо неповинна я в том, в чем невольно участвовала. Поверьте, не ведала я о содеянном.       -Говори дальше, не сомневайся. Никто, если он невиновен, не будет покаран справедливым судом, - заверил ее Локи с едва заметной усмешкой, исказившей его лицо. Но – миг! – и вот тонкие губы растянулись в доброй, полной искренней поддержки улыбке. Не поверить ей было невозможно.       -В Золотом чертоге есть предатели, мой царевич. Наемники... Некоторые из них имеют прочные связи с простолюдинами.       -В том числе и с тобой? – в бархатном голосе случайно прозвучала нота угрозы, что перепугала девушку не на шутку. Аннет бросилась отшатнувшемуся магу в ноги, воскликнув:       -Мой царевич, не я, не я тому виной! Это все он, это он меня заставил и письмо к вам пронести, и тщательно осматривать ваш мусор...       Дальнейшие откровения девушки прервались, когда изумрудные глаза полыхнули алым. Служанка замолкла, потрясенная тьмой, ничтожную часть которой она успела уловить. Лафейсон улыбнулся настолько обворожительно, насколько мог, вложив всю свою колдовскую силу.       -Продолжай, милая, я весь внимание, - промурлыкал он. Его прохладные пальцы аккуратно, не нарушая личного пространства, поглаживали белокурые волосы Аннет, хотя магу было очень трудно сдержаться, чтобы не впиться девице в горло и не придушить на месте. Крохотная надежда на то, что история служанки окажется любовной драмой, не более, рассыпалась в прах.       -Умоляю, простите меня! Я не хотела зла ни вам, ни вашей семье! Я не знала, что за обрывки бумаги я принесла ему, клянусь! Уже после он поведал мне их содержание, а до того, поверьте, я не знала!       -И что там? – такой вкрадчивости в голосе Лафейсона не слышал никто. Внутри прошла волна жара, выжигающего поднявший голову страх, а по пепелищу – ледяной холод ужаса и проснувшейся паники. Пока есть еще свидетели, знающие его глупый промах – его положение при дворе шатко и неустойчиво! Аресты и казни наемников, безжалостные допросы – этого оказалось недостаточно, чтобы вычистить Асгард от следов зависти царевича. Хель.       -Он сказал, что там написано местонахождение пути меж мирами. – Аннет наморщила лоб, припоминая. Магия, что исходила от Локи неконтролируемыми волнами, постепенно пробирала ее, заставляя говорить начистоту. – И что это очень, очень полезная информация для Ванахейма...       -Ты сказала «Ванахейм»? – рявкнул Лафейсон, на секунду сорвавшись. Девица испуганно вытаращилась на него, готовая вновь заплакать, и робко кивнула. Царевич отстранился и, отвернувшись, холодно велел: - Продолжай.       -Старик-посол... Я не помню, как точно его зовут... Он часто встречался с ним. Они долго разговаривали о чем-то... – слух резало это бесконечное «он». Служанка не обладала богатой речью, да и смысла спрашивать имена не было – наемник, который прикрылся любовью, дабы получить преданного союзника во дворце, не дурак. Не стал бы он так подставляться, назвавшись не псевдонимом. – А потом в Асгард ворвались етуны... - Аннет закрыла лицо ладонями и тихо застонала. – Я сразу поняла, как и откуда они появились.       -Почему не рассказала?       -Кому?       -Кому угодно.       -Я испугалась! Ведь это я нашла этот план и передала его в чужие руки! – воскликнула служанка. – Получается, это я виновата!       Черт. Она знает. Девчонка не просто оказалась в гуще событий, она еще и имеет понятие о сути занавесных интриг. «Малолетняя дурочка, ты сама понимаешь, во что ввязалась?» Ведь теперь, когда ставки столь высоки, а риск велик, лишние языки, что могут очернить, ни к чему новому правителю. Ранее ею руководил страх справедливого наказания за содеянное, можно запугать, но... Нет полной уверенности, что Аннет промолчит. Значит, она умрет.       Локи посмотрел на девушку, которой мысленно уже вынес приговор, и кивнул, мягко улыбнувшись. Столько обаяния за короткий срок он не гнал уже давно.       -И что же дальше?       -Когда вас обвинили в пособничестве етунам и арестовали, я не знала, что мне делать! Ведь вы невиновны, это все я! – «Идиотка. Она даже и не задается вопросом, зачем мне был нужен этот план. Действительно, глупцами легко манипулировать...» - И тот старик, Белгос! Он сказал, что все знает, но может вас спасти, сохранив все в тайне. Мне нужно было только пронести к вам незаметно письмо, чтобы стража ничего не увидела, что я и сделала...       Не простая предательница, а трусливая. Прекрасный пример современных нравов Золотого чертога – трясись лишь за свою шкуру, целей останешься. Лафейсон прикусил губу до крови. Как убрать собственную служанку, чтобы не возбудить лишних подозрений? Обвинить в измене короне и казнить после суда? Опасно – сколько нежелательных тайн откроется при допросе, ведь при малейшей угрозе она все разболтает. И кто в итоге будет в проигрыше? Конечно, кое-кто с примесью вражеской крови, коварно завладевший властью, не будем тыкать пальцем. К тому же, это слишком прямолинейно. Те, кто стоит за обманом, сразу уйдут на дно, а царевич, обрезав тонкую нить, ведущую к заговору, снова будет блуждать во тьме. Нет времени бить наугад, ситуация накаляется. Но Аннет надо уничтожить, причем быстрее! Но как, как?       -Но Белгос мертв, а синяк ты получила недавно. Значит, есть за что, - внезапно осенило его.       -После приехали эти ваны... Женщина и мужчина... Он велел мне выполнять то, что они хотят, а я упрямилась! Вдруг снова получится то же самое?! Ведь один раз такое уже было!       -Значит, Хенрике связана с наемниками, как и Белгос... – протянул Локи, обдумывая что-то свое.       -Не только она. Еще и этот... Дайнин. Я носила ему какие-то записки.       -Вот как. Но ты так и не сказала причину вашей ссоры с твоим... возлюбленным.       -Он меня не любит. Даже когда я призналась, что увлеклась Тором Одинсоном, он никак не среагировал. Вас что-то насмешило, мой царевич?       -Нет-нет, я весь внимание, - Лафейсон подавил смешок. Как мило – громовержца использовали, как орудие для проверки ревностью! Да, прислуга ныне пошла хитрая, умнее некоторых из господ.       -Я упиралась, он угрожал. И подкреплял свои слова действиями, - девица вздохнула, невесомо коснувшись синяка. - Так вот, вчера госпожа ванка дала мне какой-то порошок. Белый, - маг навострил уши. – И велела подсыпать вам в вино... – Локи поперхнулся и закашлялся. Только спустя полминуты мучений он вспомнил, что ничего с утра не пил, тем более, вино. На душе, погрузившейся в омут паники, полегчало. – Она пожаловалась, что вы совсем не обращаете на нее внимания, и просила помочь. Дать вам приворотное зелье.       -Что за чушь. Приворотных зелий не существует, - вырвалось у мага. Можно сфабриковать физическое влечение, но подделать чувства не дано даже гениальному алхимику.       -Но на кухне, уже насыпав чуть-чуть в кувшин, я подумала, стоит ли это делать. Ведь это ваш выбор, мой царевич, было бы постыдно влиять на вас так низко. Поэтому я спрятала остатки порошка, а вино отдала другой служанке, чтобы не пропадало зря. В конце концов, любая женщина должна уметь околдовать мужчину своими чарами, без помощи чужих, - мудро закончила девушка.       -Спасибо, - усмехнулся Лафейсон. Прекрасный день: его чуть не отравили! И такой печальной участи он избежал благодаря идейным соображениям исполнительницы. Прелестно!       -Однако сейчас я боюсь возвращаться к госпоже ванке с невыполненным поручением. Ведь она скажет ему, а он... – Аннет явственно задрожала. Локи оценивающе посмотрел на нее и прищелкнул языком.       -Порошок ведь у тебя? Дай, - рассмотрев колбу, где реактива было навалом, он нахмурился. Разумеется, никакое это не приворотное, а яд. Причем смертоносный, в этом не может быть сомнений. Однако к кому попало отравленное вино? Кому сегодня звезда не улыбнулась?       Председатель Совета. Господин Винсент, «неважно себя чувствующий». Бедолага, умереть за господина – честь для чиновника. Он может гордиться своим молчаливым подвигом. Как так говорила Хенрике – жестокая мигрень? Пред глазами мигом пролетела добрая сотня страниц справочника по альвхеймским травам, которые не подходили. Есть симптом – намного легче установить само вещество и дальнейшее его действие.       -Ты много насыпала?       -Нет, щепотку только.       -На полный кувшин? – уточнил маг. Служанка утвердительно закивала. Можно не беспокоиться, доза не смертельна. Промыть желудок – и завтра будет как новенький. Лекари, не зная источника недомогания, обычно проводят масштабную чистку организма. Председателю ничего не грозит.       -Возьми, - Лафейсон протянул девушке бокал с водой, присев напротив нее на корточки. – Выпей, успокойся. – Аннет послушно осушила бокал. – Теперь слушай меня внимательно. Не переживай ни о чем. Ты ведь понимаешь, что негодяй просто использовал тебя для своих целей?       -Как куклу? – голубые глаза распахнулись в ужасе.       -Как куклу, да. Он дергал за ниточки, шепча на ушко слова любви и клятвы верности, а ты делала все, как он желал. Теперь истина видна тебе без прикрас, однако! Сейчас ты пойдешь к себе и как следует отдохнешь. Обязательно ложись спать, сон – лучшее лекарство. Многое выпало на твою долю, знай: я покараю этого неудавшегося марионеточника по всей строгости закона. Тебе нечего бояться, милая Аннет.       -Вы поистине великодушны, мой царевич! Благодарю вас, - пролепетала служанка, вскочив на ноги. Лафейсон как-то нехорошо улыбнулся, провожая ее до дверей.       -После отблагодаришь, - таинственно добавил он, прежде чем закрыть дверь. Замок мелодично щелкнул. Маг посмотрел на пустую пробирку, добытую Сиф, и наполовину полную – Аннет, затем на часы.       Полчаса. Добавленная в воду доза позволит уйти предательнице из этого мира спокойно, во сне. Из-за большого количества яда не будет ни мигрени, ни боли - только тихая смерть. Если и возникнут вопросы, то вездесущие подружки свалят все на «разбитое сердце», а Хенрике посчитает, что дурочка покончила с собой, выпив яд. Полчаса. Тридцать минут, и с возникшей из прошлого угрозой можно распрощаться навсегда.       Быстро сворачивая свою лабораторию, Локи обдумывал слова служанки о Дайнине. Неужели этот парень не так прост, как показалось царевичу? Не зря встречался посол с наемниками, не для пустой болтовни. И очаровательная ванка принялась действовать решительно. Слишком много активности для повседневной жизни – что-то грядет. «Наверняка это произойдет на маскараде. Где же еще? Вот все и проснулись, готовятся... – Лафейсон прищурился. – Вот и я приготовлюсь, как следует!»       -Столько денег уходит на эти балы, фантазии не хватает представить эти золотые горы! – Вольштагг покачал головой, вгрызаясь в аппетитный окорок. Фандрал, расположившийся рядышком, на скамье, грустно усмехнулся.       -С каких пор тебя стали волновать королевские затраты?       -Да с тех, что проку нет! Все украшения, костюмы эти... Тьфу! Лучше б вина и еды побольше приготовили, а не дурью занимались! – хохотнул здоровяк, вытирая с усов жир.       -И вовсе это не дурь! – возмутилась Сиф, доселе хранившая гордое молчание. Она гневно вскочила с места.       -Ой, а ты когда начала восхищаться этими светскими раутами? Понимаю, была бы мужчиной, там немало развлечений, - Фандрал многозначительно хихикнул, - но ты же не по этой части. Или нет?       Воительница не стала отвечать, а красноречиво хрустнула костяшками пальцев. Огун еле заметно покачал головой, предупреждая друга о возможных последствиях, и тот благоразумно не стал развивать эту тему.       -Как-то разваливается наша дружная компания... Тор за молот переживает, не знает, как еще изощриться, чтоб его вернуть... Ты, Огун, пропадаешь где-то...       -Я на задании, - лаконично отрезал тот.       -О-о-о, я понимаю. Фокусник наш послал за фейверками?       -Локи наш царь, - пихнул несдержанного друга в бок Вольштагг. – Ты... это... поаккуратней, услышать могут!       -Да пусть слышат! – отмахнулся Фандрал, но голос предусмотрительно понизил. – Сиф вечно в облаках витает. Сиф, а Сиф! О чем думы твои тяжелые?       -Отстань, - огрызнулась та.       -Да ладно, я ж все равно в курсе! Жениха закадрить решила на балу?       -Что?!       -Томная задумчивость, ухоженная прическа... Такой я тебя только на коронации Тора видел. И где, спрашивается, спасибо за комплимент? Я первый, между прочим, заметил!       -Увы, нет, - пробормотала девушка, пряча глаза. Друг же фонтанировал идеями:       -А что, там много женихов! Будь осторожна, встречаются и опытные охотники за юными пташками, как я, но есть и хорошие кандидатуры! Вон, Дайнин!       -Кто?!       -Красавец, мускулистый, загорелый! Не мужчина, а мечта! – расхваливал вана Фандрал, как продавец – товар на рынке. Сиф подумала, что из него бы вышел неплохой работорговец. Тьфу-тьфу, конечно.       -Слышу в твоем голосе зависть, друг мой, - хмыкнул Вольштагг.       -Странный этот парень! Вроде мечник, а таскается по библиотекам! Книжки какие-то читает! – возмутилась воительница, не в силах более молчать.       -Правда? Тогда забудь его навеки – пыльные фолианты читают только всякие задохлики...       -Ты относишь себя к их числу? – подколол товарища рыжебородый. – У кого в тумбочке я нашел дамский роман?       -Это не я, это моя пассия забыла!       -Да ну?       -Ну да!       Пока дружеская перепалка перерастала в нечто большее, в громкую ссору, Огун подсел к снова задумавшейся Сиф и прошептал:       -Что, ты говоришь, он читал?       -Что-то про Бифрест, - припомнила та. Заметив, как сошлись на переносице брови собеседника, она удивилась: - Что такое?       -Ты никому не говорила об этом? Локи не рассказывала?       -Сдался он мне, - мгновенно ощетинилась Сиф. – Нужен больно. Что я, ищейка, сразу ему докладывать?!       -Ясно, - Огун не стал более к ней приставать и докучать расспросами. Чувствовал он, что не будет смысла в дальнейшем разговоре. Молчаливый воин решил присматривать за таинственным ваном, любителем древней литературы, на балу. Мало ли что...