Рой жалящих пчел

Наруто рассматривал себя в зеркало. Придирчиво и дотошно. И все печальнее вздыхал, констатируя собственную убогость. Так любимая самим хокаге одежда старомодного покроя сводила Узумаки с ума. Он чувствовал себя в ней глупо и нелепо, раздражаясь все сильнее. Мадара сказал, что в этот раз они не пропустят традиционный праздник, приходящийся на седьмую луну года, и уверил ученика, что все без исключения должны быть одеты в кимоно с эмблемой клана. Наруто с ужасом осознал: надев такой наряд, он станет главным блюдом, которое распотрошит и разделает, как жертвенную рыбу, все семейство Учиха. А потом проглотят, не прожевав. - Ты готов? – громко спросил Мадара, находящийся в соседней комнате. Блондин в последний раз с жалостью посмотрел на себя. Он не был готов. Хотелось запереться в ванной и тихонько сидеть, пока Мадара не уйдет. Юноша представил, как гневающийся Учиха выламывает дверь и выволакивает его наружу. Или хуже. Сжигает тонкую преграду своим аматерассу, действие которого Наруто однажды видел, и более сталкиваться с этой техникой он не желал. Не было и шанса, что сенсей забудет о нем. - Готов, - отозвался Узумаки, когда его молчание уже слишком затянулось. Накидку с эмблемой он сжал в руках, так и не решившись надеть ее. Он, не спеша, повернул ручку, открыл дверь, заставил себя сделать шаг вперед. Еще один, потом другой. Выйдя к Мадаре, юноша задержал дыхание. Хокаге стоял к нему спиной, его черные длинные волосы были подобраны в низкий хвост, так он выглядел более мирным, одет он был в великолепное темно-синее кимоно из шелка и любовался сверкающей в темноте ночи Конохой. Наруто знал, как их глава любит деревню, потому старался не мешать ему в такие моменты созерцания. И понимал: мысли того сейчас направлены в будущее, и пока оно неопределенно. Порой юноша отчаянно хотел быть рядом с учителем и помогать во всем. Особенно, когда Пятый покидал селение, он желал последовать за ним. И постараться увидеть то, что видит Мадара. Но хокаге отстранял его от себя, словно боясь подпускать слишком близко. - Сенсей? – обратился подросток, на самом деле не желая отвлекать. Учиха обернулся. Его взгляд казался обычным, но Наруто почувствовал, что это не так. Мурашки пробежали вниз по позвоночнику и столпились на пояснице. Его рассматривали, и ему это до дрожи где-то внутри безумно нравилось, но одновременно немного смущало. - Вижу, ты все же решил покинуть свой форт-пост, - насмешливо произнес наставник, положительно оценив внешний вид лисенка. Узумаки насупился, стараясь выразить таким образом все свое негодование. Мужчина подошел ближе. - Я бы тоже предпочел остаться дома. Я редко бываю здесь. С тобой… - пряная недосказанность буквально витала в воздухе, волнуя разум юноши. После случившегося в госпитале Шисуи отношения между ним и Мадарой претерпели значительные изменения, и теперь он едва ли не постоянно испытывал жар, беспокойство и возбуждение вблизи учителя, временами откровенно его разглядывающим. Но Наруто не оставляло ощущение, что они застряли в какой-то буферной зоне, и вскоре интерес Учихи к нему поостынет. Но если не в ближайшее время, то после того, как пресытится им. Он не знал, должно ли это его беспокоить. Ведь единственная цель, ради которой Мадара учил и воспитывал его, - это однажды стать кем-то вроде еженедельной подзарядки. И стоит ли жалеть и тревожиться о чем-то? Ему никто ничего не обещал, а подросток особо и не надеялся. Хотя было больно представлять, что, прожив целое десятилетие мечтами и устремлениями наставника, по его расписанию и в соответствии с его мыслями, он будет однажды отодвинут на задворки. Станет лишь балластом, от которого не могут избавиться, как бы ни хотелось. - А я хочу скорее вернуться, - проворчал юноша, прогоняя все невеселые мысли. - Верно, - улыбнулся Мадара, почти как обычный человек. И именно такая простая улыбка по-настоящему пугала, потому что из-за нее было легко забыть, что перед тобой опаснейший из людей, о котором сложили первые легенды еще сто лет назад. Наруто хотел было двинуться к выходу, как почувствовал руку Мадары у себя на талии. Хокаге притянул крайне удивленного юнца к себе. - Ты забыл про накидку, - прошептал он на ухо напряженного и скованного подопечного. Учиха вытянул легкую куртку из хватки ученика и набросил ее на его плечи. Узумаки просунул плохо гнущиеся руки в рукава и запахнул хаори, должную придавать наряду официальности. - Пойдем, - проговорил Пятый, с неохотой отпуская вихрастое чудо. Вечерняя Коноха встретила их тихим теплым ветром, несущим сладковатый запах какого-то цветения. И Наруто был рад, что они вышли из покоев хокаге и пешком отправились к кварталу клана Учиха. Неторопливая прогулка была нужна ему как никогда. Уставшие после целого дня шиноби и обычные жители вместе и весело проводили время на улицах селения, не обращая особого внимания на появление хокаге. Закусочные были переполнены, отовсюду слышались веселые разговоры и детские голоса. Кто-то даже дружественно улыбался голубоглазому блондину, все же сумевшему завести нескольких знакомых. Подросток хотел бы задержаться подольше среди всей этой довольно гудящей толпы, совершающий свой неспешный променад. Одолжить у них частичку житейской безмятежности. Но он не решался даже отстать от гордо шествующего главы селения, не смел терять достойного вида. Вскоре они оказались стоящими у входа в район Учиха, у которого, ожидая их, стояли двое. Наруто обреченно взглянул на сопровождение. Итачи и его заносчивый братец. Младшему достался прожигающий взгляд. - Добро пожаловать, Мадара-сама, - поприветствовал Итачи в поклоне. Саске тоже казался крайне учтивым и сдержанным. Но это показное спокойствие. И оно с легкостью рассыпается в прах от дуновения ветра. Черта, свойственная всему семейству. - Наруто-сан, - склонил голову Итачи. Узумаки ответил тем же. - Все уже в сборе. Старейшины ожидают вас у водоема. Мадара ничего не ответил и не сказал. Он вдруг стал необычайно сосредоточен. Пройдя часть пути по освященному бумажными фонариками кварталу, они вышли к зеленому островку среди глянцево-черного камня и выточенного дерева, где уже горели масляные лампы. Островком был небольшой парк, в центре которого располагался, словно выкрашенный в хрустально-бирюзовый цвет, пруд. Священное место для Учиха, сюда посторонним запрещалось входить. Наруто остановился у арки из кругляка, с которой свисали печати-ограничители, прекрасно зная о запрете. - Где мне следует ожидать вас, сенсей? – нервничая, спросил юноша. Прокручивая в голове места, где можно укрыться до возвращения Мадары. Госпиталь для него был все еще закрыт. И единственным приемлемым вариантом был дом Тоби и отца. Но те, скорее всего, тоже были на празднике. Но лучше прятаться у них во дворе, чем слоняться по улицам района, который вовсе не пустел на время проведения ритуала, а становился менее оживленным. Мадара обернулся. У него было все то же задумчивое выражение, теперь дополненное легким недовольством. - Ты тоже идешь. Пришло время Наруто удивляться. Краем глаз он увидел такие же озадаченные лица братьев за спиной их предка. Они тут же предпочли тактично удалиться. Узумаки попытался что-то мямлить и объяснять, что он не имеет права ступать за ограничители. Но наставнику это было и так известно. Учиха-старший, не утруждая себя выслушиванием вздорной ерунды, схватил подопечного за руку и потянул под арку. Сердце Наруто забухало в груди как барабан. Теперь, если Мадара покинет его хоть на мгновение, его просто убьют. Возмущенные члены клана не потерпят не только нарушение традиций, но и именно его появление - человека, успевшего приобрести себе дурную славу. Мужчина почти сразу отпустил юношу, перестав тащить того за собой. Но теперь лисенок сам старался держаться учителя. Вокруг них небольшими группками стояли представители клана, тихо переговаривающиеся о чем-то. Но каждый раз, как кто-то замечал светлую макушку Наруто, разговоры моментально стихали. У пруда они остановились уже в окружении молчаливых и хмурых людей. Здесь их было около тридцати: стариков, детей, взрослых мужчин и женщин. Каждый их них смотрел на Узумаки и не понимал, почему чужак среди них. Почему Мадара-сама позволяет ему быть на священном празднике. - Сегодня великий день, - раздался старческий голос, прогнавший давящую тишину. – Наш прославленный глава все же прибыл на празднование, - не скрытая ирония звучала в каждом слове. Но тон говорившего заставил Мадару улыбнуться. Тонкой, быстрой, но настоящей улыбкой. - Это так, Обори-сан. Наконец-то. Наруто показалось, что эти двое хорошо и давно знают друг друга. Юноше неприятно было думать, что большая часть прошлой и сегодняшней жизни учителя скрыта от него. И никто не собирается его впускать в нее. - Твое место в пагоде. Раз уж ты здесь, будь добр, проведи ритуал, - ворчал старик. Мадару это человек, определенно, веселил. Обычно хокаге пресекал любые намеки на панибратство, даже Тоби мог быть свободнее, только когда не было посторонних. - За своего ученика можешь не переживать, - прохрипел Обори-сан, меряя взглядом напряженного как пружина подростка. Явно давая понять, что никто не забыл его проступок и фееричный поцелуй на глазах у половины клана. Стало невыносимо стыдно. Пятый обернулся к Наруто. - Ты знаешь, как себя вести. Не опозорь меня. - Я не подведу вас, сенсей, - что он мог еще сказать? Мадара ушел к пышно украшенной цветами пагоде вместе со стариком, даже не оглянувшись. Он, похоже, совсем не тревожился за ученика, оставшегося в одиночестве и выделяясь на фоне темноволосых Учиха, как белая ворона. Узумаки тяжело вздохнул. Хотелось засунуть руки в карманы и, прислонившись к какому-нибудь дереву, спрятаться от колющих взглядов. Но от дурных размышлений Наруто спасло любопытство. Он только что заметил, что среди деревьев были укрыты небольшие, но довольно высокие белые палатки. Для чего они здесь, было непонятно. Юноша двинулся к ним, рассчитывая хоть глазком заглянуть во внутрь. - Привет. Узумаки резко обернулся, собираясь биться за свою жизнь до последнего. И как он не почувствовал приближения со спины? - Полегче, ниндзя, - отступая, проговорил брюнет с бледной кожей. Его глаза были чуть прикрыты веками, лицо гладкое, как будто он никогда не пользовался им для выражения чувств. А голос ровный и тихий. Наруто мог бы подумать, что перед ним кукла. Но юноша, определенно, был жив. Пока еще. - Тихо ходишь, - не сдержал своего удивления блондин. - Это не моя заслуга. Ты был так озабочен чем-то, что даже бы прибытие всего клана Акимичи не услышал, - издевался незнакомец, все с таким же безразличным выражением лица. - Что тебе нужно? - устало отмахнулся Наруто. - Я Акаши Сай. Твой гид на сегодня. - Гид? Мне не нужно сопровождение. - Это не тебе решать. Оба юноши замерли. Каждый из них собирался стоять на своем до конца. - Ты тоже должен представиться, - с требовательными нотками сказал Сай. Узумаки из принципа не хотел представляться человеку, которого приставили к нему как няньку. Хотя подросток был благодарен, что Пятый не оставил его один на один с целым кланом. Косой подозрительный взгляд на воскового Сая, непродолжительное размышление с закушенной губой - и решение принято. - Узумаки Наруто, - протараторил ученик Мадары. - Пойдем. Пока праздник не начался, можем поговорить. Акаши, железной хваткой сжав руку не успевшего опомниться новоявленного знакомого, потянул к водоему, уводя от интересовавших его минуту назад палаток. - Не смотри ты так на людей, - проговорил брюнет на ходу, чуть обернувшись. - Как - так? - Как будто готов в любой момент атаковать, ты пугаешь их. Блондин не сдержал громкого смешка. «Он пугает их?! А не наоборот?» - Я здесь лишний, и они, как я вижу, не в восторге от моего присутствия. Юноши остановились у кромки воды. Сай развернулся боком. - Ты не единственный здесь не из клана Учиха, – голос брюнета был так же тих и спокоен, как водная гладь, на которую он смотрел. - А, точно! Ты же назвался Акаши, - осенило Наруто. Сай слегка наклонил голову вперед и присмотрелся, будто решая: достаточно ли у собеседника мозгов, чтобы продолжать разговор. Узумаки смутился. Он часто был невнимателен, но он вовсе не туп. - Забудь, - бросил блондин, нервно взлохмачивая свою пышную шевелюру. - Постараюсь. Я хотел сказать, что самих представителей главной ветки здесь немного. Те три сморщенные «ягоды» в пагоде, - юноша говорил, даже не смотря в сторону тех, о ком говорил. – Это старейшины и наставники клана. Но к главной ветви принадлежат только Шисуи, его старший брат Фугаку с семьей и твой учитель Мадара. Остальные - это те, кто кровно или иным образом связан с ними и нашими тремя старыми изюминами. Это могут быть даже люди из других кланов. Наруто обвел взглядом всех присутствующих. И увидел их несколько в ином свете. Они почти что такие же гости, как и он. Немного рассеянный взгляд юноши наткнулся на отца, безотлучно находящегося под негласным надзором Какаши. Наруто плохо знал этого человека. Лишь то, что тот притворялся братом отцу и был хорошим джоунином. - Видишь двух пепельных блондинов? – будто прочитав мысли Наруто, спросил Сай. – Думаю, ты знаешь их. Последние представители клана Хатаке. Один связан с Тоби-сама, другой носитель шарингана, неизвестно как оказавшегося у него. И если они здесь, значит, очень полезны и нужны клану. Как и ты, Наруто-сан. Узумаки сам не знал, чему удивился больше. Кажущемуся странным вежливому обращению? Все, а это, примерно, три человека, обычно звали его просто Наруто. Или тому, что сказал Сай перед этим? - Почему ты так решил? – в очередной раз за сегодняшний день насупился блондин. Он не видел своей пользы. Мадара сохранил ему жизнь только потому, что не мог извлечь лиса. - Так думают многие. Если Мадара-сама выбрал тебя в ученики еще ребенком, это наводит на мысли, что в тебе есть особый потенциал. Именно в тебе, а не в ком-то из клана. Поэтому я просил не смотреть волком. Люди и так уверены, что ты убиваешь одним лишь взглядом. А видя, как Мадара приближает тебя к себе, они злятся, зная, что однажды будут вынуждены считаться с твоей силой. Наруто обреченно повесил голову. Сай так говорил от того, что, как и другие, не знал всей правды. Мадара вынужден держать его подле себя. - Скажешь, каков твой секрет? Я слышал, что все Узумаки обладают чудовищным запасом чакры. - Нет никакого секрета, - выдохнул джинчуурики. - А та девушка с розовыми волосами, кто она? – заинтересовался Узумаки, желая сменить тему. Куноичи казалась такой же растерянной, как и сам Наруто, потому она привлекла его внимание. - Харуно Сакура. - Сай оказался хорошим и понимающим гидом, он с легкостью перешел к другому разговору. - Клан заинтересовался ею при первой сдаче теста на контроль чакры. То, что девушку пригласили на столь важный праздник, еще ни с кем не связанную, означает, что ее ни за что не отпустят и вскоре подберут мужа. - Я как-то слышал о ней. Вроде бы, Шисуи хотел заняться ее обучением, - припоминал блондин последний выход в деревню вместе с медиком, говорившим с продавцом сладостей. Сай, к удивлению Наруто, проявил довольно бурную реакцию на его слова. Он свел брови к переносице и чуть сузил глаза, глубоко задумываясь о чем-то. Вскоре он проговорил себе под нос: - Кто бы мог подумать, что Сакура здесь из-за Шисуи-сана? Блондин ухмыльнулся. - Просто Сакура? Сай пронзил блондина взглядом. - Чему ты удивляешься? Мы в одной команде. - Да, да, - веселился Узумаки. – А ты здесь почему? Ты же тоже не из клана. - А я… - на лице брюнета произошли кардинальные изменения: взгляд притупился, появилась ужасающе фальшивая улыбка. Наруто не сразу понял, что она была адресована не ему; пока не проследил за взглядом Сая. - … Приемный брат этим мрачным типам. К стоящим у пруда юношам, словно две приливные волны, приближались наследники главной ветви - Итачи и Саске Учиха.