Визит к психологу

Сразу после представления Григорий сбежал в туалет. Холодная вода помогла успокоиться и избавиться от шальных мыслей и навязчивых образов. Парень понимал: при следующем таком танце он просто сгребет первокурсника и уведет в темный угол. Подобное «детское» возбуждение было ненормальным и давно забытым чувством. Решение уйти из клуба показалось единственно верным в этой ситуации. Уже на выходе Гриша кинул взгляд на сцену, где в завораживающем танце сплелись два тела – женское и мужское, белое и черное. Мирослав исполнил последний танец блестяще. И так высокая репутация поднялась до небес, и в «Барсе» парень теперь имел все шансы стать постоянным танцором. Как и Виктория - они оба постарались на славу. Однако со стороны ничего не поменялось: Мирослав все также ходил в универ, учился и подрабатывал. Только деньги стали больше, а выступления сложнее. И еще одно: у парня появилась паранойя. Мирику теперь вечно казалось, что за ним кто-то следит, караулит у универа и провожает взглядом. Сколько не убеждал себя парень, что никому он не нужен, мурашки бегали по коже и он постоянно нервно оглядывался. Справедливости сказать, волновался он не напрасно. Гриша, охваченный безумной идеей, смотрел за ним каждый день. На самом деле, парень просто искал удобный момент для признания, но смелости не хватало, и все ограничивалось томными вздохами в спину. Так прошел год, в течение которого Мирослав чуть не стал заикой от постоянного внимания, а Григорий совершенствовал навыки сталкера. Парни бы и дальше продолжили вести столь неординарный образ жизни, но, к сожалению, Григорий окончил университет и должен был найти работу. Именно это отняло у него столько времени и сил, что, когда он опомнился, то полностью потерял из виду Мирослава. Собравшись с духом, парень откинул бесполезную симпатию, вспомнил неудачную первую любовь – и с головой ушел в работу. Из простого работника в начальники, из маленького городка в главный офис компании. Карьеру Григорий делал стремительную, иногда падая, чаще выигрывая. Личная жизнь складывалась на одну ночь, партнеры не задерживались, а слава бабника летела вперед него. Случайная встреча на улице с Мирославом перевернула тщательно возводимые границы мира. Гриша узнал его сразу – по изящной походке, не исчезающей даже вне сцены. В голове крутилось сотни мыслей: от «убежать» до «схватить и не отпускать». Проигнорировав весь творящийся сумбур в голове, Гриша просто подошел и предложил встречаться. На удивление, Мирослав, будучи в хорошем настроении, согласился. Предыдущие отношения у него не задерживались, так как он не подпускал партнеров к телу. То, о чем мечтали все, кто с ним встречались, оставалось нетронутым. Партнеры чувствовали себя не у дел и быстро бросали «выскочку». - Остановимся на минутку, – устало потер глаза Максим Викторович. С самого начала говорить должен был Мирослав, но постоянные комментарии Гриши сделали рассказ как бы от двух лиц. Однако «после окончания университета» Григорий неожиданно замолчал, редко вставляя какие-либо реплики. Из-за чего рассказ получался сумбурным и абсолютно нелогичным. – Григорий Владимирович, почему вы тут же признались Мирославу Сергеевичу, хотя до этого молчали? Под пристальным взглядом психолога, парень все же ответил: - Понимаете, я как увидел его, подумал: «Всё!». Он же был такой близкий, такой родной. У меня все мысли вылетели из головы. А он такой стоит и ничего не понимает. Да я тут мучаюсь, а он ни сном ни духом! Если бы я тогда упустил этот шанс... - Понятно, – прервал поток слов Максим Викторович, переводя взгляд на второго пациента. Внешне он казался абсолютно равнодушным, но психолог не зря ел свой хлеб: его глаза горели, уголки щек слегка покраснели, и виной тому была не температура в комнате. – Мирослав Сергеевич? - Да, – голос был ровным и только сам мужчина знал, каких трудов ему это стоило. - Почему вы согласились? - Скорее, от неожиданности, – чуть подумав, ответил Мирослав. – У меня никого не было, парень подошел симпатичный, хоть я и не помнил, что мы знакомы. - Вы об этом пожалели? – казалось, время замерло, стоило Максиму Викторовичу задать этот вопрос. - Нет, - пусть в тоне и проскользнула некоторая неуверенность, все равно Гриша счастливо выдохнул. Хоть и непонятно, когда он успел остановить дыхание. - И долго вы встречались? – вернул к себе внимание психолог. Мужчины удивленно моргнули; ответил Григорий. - Год, – непривычно коротко бросил он. – Целый год. Максим Викторович вопросительно посмотрел на клиента, намекая на продолжение. - Мы поссорились. Я не хотел, чтобы Мир танцевал. Он не смог остановиться. Все просто, – Гриша горько усмехнулся. – Больше мы не виделись. - До вчерашнего момента, – отстраненно добавил Мирослав, задумчиво рассматривая потолок. - Григорий, почему вы требовали от Мирослава прекращения танцев? - Вы бы его видели, – улыбнулся тот. – Это тело сводит с ума любого, эта страсть сжигает каждого. Его любят – он наслаждается. Его ненавидят – он лишь ухмыляется. Его хотят – и он это знает. Во время этого монолога Мирослав Сергеевич еле заметно прикусил губу. Он прекрасно осознавал, насколько мужчина был прав. - Я ревновал, – пояснил Гриша, как-то даже неловко улыбаясь. - Мирослав Сергеевич? – Невысказанный вопрос пациент понял без слов. - Я не мог, – покачал он головой. – Танец для меня как жизнь. Как воздух, без которого невозможно дышать. Я не мог убить себя. - Поэтому ты решил убить наши отношения, – быстро закивал Гриша, вставая. – Зачем я только за тобой пошел? - Тебя никто в тот магазин не тянул, - взъелся Мирик, тоже вставая. – И ко мне тоже. - Да если бы я мог тебя забыть, я бы давно уже... – Продолжение Максиму Викторовичу было не суждено услышать. Гриша вылетел из кабинета, сильно хлопнув дверью. Негромко, но витиевато ругнувшись и прихватив вещи, Мирослав кинулся за ним. Максим Викторович спокойно сел за свой рабочий стол, улыбнулся и, нажав кнопку вызова на телефоне, сказал: - Ксения, принесите чашку горячего кофе. - А молодые люди? – неуверенно спросила секретарша, провожая взглядом странную парочку. - С ними все будет хорошо, - усмехнулся Максим Викторович. А потом, задумавшись на мгновение, добавил: – Хотя, знаете, не надо кофе. Отключившись от растерянной девушки, психолог достал из ящика стола коньяк. Задумчиво повертев специально спрятанную на такие случаи рюмку, он отставил ее в сторону и прямо из горла глотнул благородный напиток. Максим Викторович знал: больше этих двоих в стенах своего кабинета он не увидит.