Синглы

На четырехсотом километре шоссе номер тридцать два уже больше двадцати лет стояла Забегаловка. Подле нее никто никогда не видел семейных минивэнов или важных картежей, только байкеры и одинокие путники на машинах с перебитыми номерами. Забегаловка лелеяла и всячески поддерживала свой имидж, предоставляя дешевое пиво и сэндвичи, с которых стекал, смешанный со старым маслом, жир. Официантки (две пышные женщины за пятьдесят) называли своих клиентов исключительно «детками» и «дорогушами» и исправно подливали горький кофе в кружки, сетуя то на тучи, то на жару. Стоял жаркий майский полдень. Впервые за несколько лет табличка на дверях Забегаловки утверждала, что заведение «Закрыто», жалюзи были наглухо закрыты, а из закопченной вентиляции не валил сизый дымок от жаровни. Внутри было двое. Высокая блондинка в обрезанных до состояния шорт джинсах брезгливо переступила тучное тело с кровавой дыркой вместо глаза и принялась намывать руки жидким мятным мылом. Мужчина в строгом костюме достал из кармана пачку Данхилл и закурил, не смотря на «NO SMOKING», развешанные на всех четырех стенах Забегаловки. — У тебя на лбу кровь осталась, — лениво заметил Шелудивый. Марта, бросив тихое «Спасибо», нажала на дозатор и по новой принялась намыливать лицо. — Ты не особо разговорчива, да? Марта молча смыла пену с лица, достала чистое полотенце из ящичка и скептично его осмотрела на наличие пятен. Промокнула лицо, вытерла руки. — В словах чаще всего мало толку, — ответила она наконец. — Действительно, — гнусно усмехнулся Шелудивый и затянулся. — За тебя говорят твои ножи, — выдохнул дым носом и осмотрел живописно распростертые по всей Забегаловке тела. — Почему ножи, кстати? От пистолета больше толку, да и руки не мараешь, — Шелудивый кивнул на раковину, рядом с которой Марта провела последние минут пять. — Они слишком шумные, — ответила блондинка. И, когда Шелудивый открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, добавила, — И тяжелые. — Действительно, — в очередной раз согласился мужчина, пытаясь прикинуть, кто из них уложил больше народу. К его удовольствию пристреленных было больше, чем зарезанных. Самодовольно усмехнулся, зажав сигарету в зубах. — Когда приедут чистильщики? — спросила Марта, прокладывая себе путь между телами. — Скоро, наверное, — ответил Шелудивый и глянул на дорогущие наручные часы. — Уже десять минут прошло, как я им позвонил, — изъял сигарету и скептично оглядел сжеванный фильтр. Затушил сигарету о каблук и отправил в лужу крови. — Торопишься куда-то? — Нет, — отрезала Марта. — Здесь воняет кровью. — Ты шинкуешь людей, как капусту в салат, и не переносишь запах крови?! — Да, — удивляясь недоумению в голосе мужчины, ответила Марта. — Рыжий говорил, что ты странная… — будто разговаривал сам с собой, произнес Шелудивый. — Подай мою сумку, пожалуйста, — не обратив внимания на его слова, попросила блондинка. Шелудивый нагнулся к маленькому саквояжу, который Марта оставила на одном из сидений в самом начале. — Спасибо. Раскрыв саквояж, в котором оказалась сменная одежда, женщина принялась расстегивать пуговицы. Шелудивый уже увидел кружево бежевого лифчика, когда решил спросить: — Ты даже не попросишь меня отвернуться? — Как хочешь, — пожала плечами Марта. Окровавленная, мокрая от мыла рубашка полетела на пол. Вслед за ней полетел бежевый лифчик. Шелудивый развернулся на каблуках и встал по стойке смирно, надеясь, что сможет избавиться от вида маленьких грудей с розовыми сосками и россыпью родинок, который, кажется, отпечатался на сетчатке. — Кстати, не знаешь, как мой шеф связался с твоим? — задался вопросом Шелудивый, глядя, как объединяются два кровавых пятна на полу. — У нас уже легенды по этому поводу ходят. Неплохо было бы узнать правдивую историю. — Я не знаю, — ответила Марта. Послышался визг молнии на джинсах, шорох легкой ткани. — Джонни сказала, что в этот раз работаем с человеком Рыжего и отправила меня сюда. — И тебе совсем не интересно? — Шелудивый обернулся через плечо и, удостоверившись, что блондинка спрятала свои вызывающие соски под блузкой, развернулся к ней лицом. — Нет, — пожала плечами Марта, заправляя блузку в чистые шорты, которые тоже когда-то были джинсами. К Забегаловке подъехало несколько тяжелых машин. Шелудивый раздвинул жалюзи и усмехнулся. — Чистильщики, — объявил он. Марта завернула в грязные вещи свои ножи и расположила сверток в саквояже. Посмотрела на свое отражение в стальной салфетнице и поправила выбившуюся из хвоста прядь за ухо. В Забегаловку один за другим вошли парни в робе городской ремонтной службы, грамотно заполнили периметр и принялись за дело. Последним вошел сухой мужчина под шестьдесят и огляделся. — Хера се, — восторженно выдохнул он. — Картина маслом, ни дать, ни взять! — перевел взгляд рыбьих глаз на Шелудивого и Марту. — Добрый день, ребятки. Рад видеть вас рядом. — Здравствуйте, — сухо поздоровалась Марта. — Добрый, Карл, — Шелудивый пожал сухую руку. — Как дела у больших боссов? — обратился к обоим Карл. — Как обычно, — отмахнулся Шелудивый. — Вымогают, убивают конкурентов, — кивок на распростертые тела, — Пьют дорогой виски. — А ваша как? — Карл подался к Марте, словно хотел зарыться лицом в плоскую грудь блондинки. — Джонни не любят, когда ее обсуждают, — ответила Марта сверху вниз. — Значит, и у нее все в порядке, — заключил Карл, отпрянув. — Все та же параноидальная сука. Рад слышать, — он кивнул Марте то ли в знак почтения, то ли удовлетворения любопытства. Потер сухие ладони и заявил, — Вы свою работу сделали на отлично, остальное оставьте нам. — Спасибо, Карл, — кивнул Шелудивый и, подхватив снятый в начале бойни пиджак, жестом пригласил Марту проследовать с ним на выход. Блондинка не заставила себя ждать. — А ведь Карл мог паковать в черный пакет кого-нибудь из нас, — заметил Шелудивый, выуживая из нагрудного кармана солнцезащитные очки. — Если бы Джонни с Рыжим вовремя не договорились. Марта одарила его пустым взглядом своих голубых глаз, и остановилась около непримечательного Гольфа цвета мокрый асфальт. — Но тебе все равно… — устало выдохнул Шелудивый. Несколько секунд наблюдал за тем, как блондинка пытается открыть старую машину. — Как ты так живешь? — задался вопросом мужчина. — Как? — удивленно уточнила Марта. — Вот так! — опершись о крышу машины локтями, пояснил Шелудивый. — Ты похожа на рыбу или… Робота! Как ты развлекаешься? Марта свела брови, выразив недовольство. — Каких мужчин предпочитаешь? И мужчин ли? — поправил сам себя Шелудивый. — Я не сплю с женщинами, — прервала полет фантазии Марта. — Значит, все-таки мужчины, — пришел к выводу Шелудивый. — И какие же они? Дверь машины со странным скрежетом поддалась. Марта дернула ее на себя и вернула внимание Шелудивому. Осмотрела его, насколько позволил разделяющий их Гольф. — Мне нравятся брюнеты, — начала она, скользнув взглядом от черных волос мужчины ниже. — С мужественным подбородком. Мужчины, которые не сомневаются, когда нажимают на курок. Шелудивый подобрался, понимая, что блондинка описывает кого-то очень похожего на него. — Мужчины, которые имеют вкус в одежде и достаточно воспитаны, чтобы отвернуться, когда женщина переодевается. Мужчина криво улыбнулся, смущенно потупил взгляд. — Шучу, — резко заявила Марта. — Я предпочитаю безмозглых качков с большими членами, которые на утро ни за что не вспомнят, как меня звали. — Что? — тупо переспросил Шелудивый. — Но… Женщина заняла водительское сидение и завела двигатель. — Хорошего дня, — бросила Марта в открытое окно и стартовала. — У меня большой член! — вслед удаляющемуся Гольфу крикнул Шелудивый. Со стороны Забегаловки раздался заливистый хриплый смех Карла.