Путешествие

      Его Величество Эдмон, наверное, вот уже полчаса терпеливо выслушивал Рональда. Ядовитый тон полководца, который тот тщетно пытался скрыть, не смягчал даже притворно кроткий голос. Король устало прикрыл глаза, не особенно вникая в смысл слов, так что Рональд расточал своё красноречие абсолютно зря.       — Меня мало интересуют ваши отношения с Конрадом, — холодно произнёс правитель, когда подчинённый, наконец, замолчал. — Ты ненавидишь его лишь за то, что он лучше и выше тебя, Рональд. По крайней мере, я никогда не слышал, чтобы Конрад клеветал на тебя, и вообще говорил о людях плохо у них за спиной.       — Зато о Вас он говорил! — злобно прошипел полководец. — И ещё много чего скажет, если Вы не остановите его!       — Ничего нового ты мне не сообщил, — король устало махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху. — Рональд, хватит. Ни твои слова, ни свидетельства, которые ты приводишь, не вызывают у меня доверия.       — Но Ваше Величество, дыма без огня не бывает! Если столько людей утверждают, что сами слышали, как он очернял Вас, — полководец снова заговорил вкрадчиво, надеясь, что правитель поверит ему, — значит, так оно и есть.       — Тогда почему я не увидел ни одного честного лица? У всех у них — плутовской вид, словно кто-то, — правитель усмехнулся, выделив голосом последнее слово, как бы намекая, что знает, о ком говорит, — нарочно подкупил их.       — Но… — Рональд молчал с минуту, силясь придумать ещё какую-нибудь отговорку, улику — что угодно, — однако не смог сказать ничего.       — Ещё не понял? — тихо добавил Его Величество Эдмон. — Я не стану устранять Конрада с твоего пути, как бы тебе этого ни хотелось. И пересмотрю большинство дел, открытых по твоим доносам. Не рой яму другим, Рональд. Аудиенция окончена.       Полководец поднялся с колен и вышел из зала. Лицо его перекосила злобная гримаса. Мало того, что его планы по уничтожению соперника рушились, так ещё и сам он оказался под угрозой. Большинство задержанных по его наветам были невиновны, и если обман раскроется, вряд ли король Эдмон проявит милосердие.

***

      Радость по поводу письма уже улеглась, и Конрад всё чаще задумывался о том, что весточка была написана довольно давно. Чтобы заглушить тревогу за сына, он рьяно взялся за дела. Никогда ещё ученики не страдали от его требовательноститак, как сейчас. Малейшее непослушание каралось строгими взысканиями, никто даже пикнуть не смел. В классе был слышен только голос учителя, и потому стук в дверь показался особенно громким и неожиданным.       Какой-то мальчишка с младшего курса вручил учителю свиток с королевской печатью и тут же убежал — похоже, молва о строгости полководца дошла и до него.       В письме было сказано, что Его Величество Эдмон желает видеть его в своей резиденции в два часа дня.

***

      Король со скучающим видом смотрел в окно. Он исполнил свою угрозу, взявшись за дела, открытые по наветам Рональда, и был неприятно удивлён. Виновность многих людей, большинство которых провело в заключении несколько лет, казалась весьма сомнительной. Почти никаких доказательств, кроме свидетельств каких-то странных личностей, вряд ли достойных доверия.       «И почему я не думал об этом раньше? — корил себя Эдмон. — Рональд заполнил тюрьмы теми, кто был ему неугоден, и среди несправедливо осуждённых были дворяне, люди, которые провели свою жизнь в служении мне и королевству. Все они были брошены в темницу по наветам моего полководца и при моём попустительстве. Возможно, всё это так и осталось бы тайной, если бы он не покусился на Конрада — человека, в честности которого отец был уверен. Да, я действительно не блещу умом, если не могу отличить друзей от врагов…»       Его Величество и сам не понимал, чего хочет больше — скрыть тот факт, что из-за его беспечности и доверчивости пострадало столько людей, или освободить сейчас же всех осуждённых, особо не разбираясь. Однако король чувствовал, что ни то, ни другое не было бы правильным в создавшейся ситуации. Именно поэтому он и вызвал к себе Конрада.       Извещение о том, что его полководец прибыл, вывело Эдмона из задумчивости. Его Величество изложил Конраду суть проблемы и указал на множество свитков с подробностями дел. Перебирая их, военачальник почувствовал, как сжалось его сердце. Сколько же знакомых имён он встретил в этих записях! Взять хотя бы Александра и его супругу Мари — родителей Лорана. Даже его заступничество не помогло тогда переубедить правителя. А ведь Александр служил Эдмону верой и правдой. Имена крупных торговцев, военных, высокопоставленных и не очень богатых горожан — далеко не весь список «изменников», чем-то не угодивших Рональду. Но были среди них и настоящие преступники.       — Я хочу, чтобы ты помог мне с этим разобраться, — сказал король.       «Об этом нужно было думать раньше», — хотел было возразить Конрад, но удержался. Возможно, ему удастся помочь тем, кто был оклеветан. Ведь мимолётное желание указать правителю на его глупость может стоить свободы ни в чём не повинным жертвам чужого коварства.       — Я сделаю всё, что в моих силах, — ответил полководец.       — Я рассчитываю на тебя, но что же дальше? — голос Его Величества казался огорчённым и задумчивым. — Отпустить их — и всё? Или, может, написать указ об их помиловании?       — Реабилитации, — поправил его Конрад.       Король недовольно поморщился. Это означало, что все узнают о его глупости.       — Эти люди вернутся в свои дома, — тихо продолжал военачальник. — Как им жить в родном городе с таким клеймом? Ведь помилование подразумевает, что Вы пощадили их, несмотря на вину, тогда как оправдание поможет бывшим узникам вернуть доброе имя.       — А мне — потерять своё, — с досадой сказал Эдмон, сжимая подлокотник трона.       — Вы потеряете его, если напишете этот указ, — слова Конрада прозвучали уверенно и несколько дерзко. — Хотите возвыситься в глазах народа, ставя себе в заслугу даже собственную неправоту?       Его Величество побледнел, дыхание его участилось. По всему было видно, что гнев завладел им, но даже понимая это, полководец не опустил взгляд, смотря прямо в глаза правителю.       Эдмону пришлось заставить себя успокоиться.       — Хорошо, будь по-твоему, — наконец произнёс он. — Только разберись с этим как можно скорей.       Конрад отвесил лёгкий поклон и, собрав свитки, вышел из зала.

***

      Несколько недель понадобилось полководцу, чтобы выполнить задание короля. Мужчину удивляло, как Его Величество Эдмон мог быть настолько наивен — ведь многие обвинения были явно надуманными.       «Подумать только — я тоже мог попасть в узилище, хотя бы за свои высказывания, — размышлял он, читая очередной донос. — Несколько неосторожных слов, или и того легче — подкупленных свидетелей — и всё, прощай, свобода»       Отложив в сторону дела, в которых не было предоставлено никаких или почти никаких улик и доказательств, полководец решил, что завтра просмотрит всё ещё раз и погасил свечу, однако назойливые мысли не покидали его. Мужчина знал, по чьим доносам был дан ход некоторым из этих дел, и предполагал, что в остальных тоже замешан Рональд. Подивившись про себя коварству этого человека, Конрад начал раздумывать над судьбой заключённых. Если король сдержит слово и освободит несправедливо осуждённых, то это будет настоящим счастьем для них и бедой для горе-полководца. Раз уж Эдмон рассердился и взялся за клеветника, то вряд ли тому всё сойдёт с рук.

***

      Его Величество напряжённо вчитывался в отчёт Конрада, иногда молча кивая, словно соглашаясь с написанным. Конечно, он намерен был перепроверить всё сам — это заняло бы не так уж много времени — а затем уже вызвать Рональда. Много людей будет отпущено на свободу в ближайшее время, но кое-кому придётся занять своё законное место в темнице.

***

      Стены родного дома словно надвинулись на Александра, когда мужчина понял, что Лорана здесь не было. Темница — и та показалась ему краше просторных светлых комнат. Мебель была покрыта пылью, как и полы. Свисающие ошмётки паутины придавали потолку унылый вид. По всему было заметно — здесь давно никто не появлялся.       — Где бы наш сын ни находился, он обязательно вернётся, — почти прошептала Мари, с надеждой глядя на Александра полными слёз глазами.       — Конечно, — ответил мужчина как можно уверенней, обнимая жену. — Я обязательно всё выясню. А пока разведём огонь в очаге, тут очень холодно.       Женщина кивнула и принялась за дело. Вскоре они грелись у огня, молча прижавшись друг к другу. Оба думали об одном — где сейчас их сын, и вернётся ли он когда-нибудь домой.       Незапертая дверь тихо скрипнула. На пороге стоял Конрад. Александр поднялся и подошёл к нему. Мужчины сдержанно обнялись, но в жесте этом было столько тепла — любой сторонний наблюдатель понял бы, что присутствует при встрече друзей.       Горько было Конраду отвечать на вопросы Александра и Мари. Страшно было признаваться, что он отправил их сына в такое дальнее и опасное путешествие, зато он мог со спокойной совестью заверить их, что на данный момент Лоран жив и здоров, а скоро и вовсе вернётся домой с богатством.       — Но зачем ты отправил его к Золотым Пещерам? — недоумевал Александр.       — Просто выслал из города. С пользой для дела. Рональд уже начал копать под Лорана и устроил за ним слежку — то ли хотел всю семью упрятать в темницу, то ли с какой-то другой целью, — ответил полководец. — Ждать осталось совсем немного, от силы месяц. Ваш сын — отличный воин, я сам учил его и знаю это. Устоять против дракона ему будет гораздо легче, чем распутать сети, которые готовил Рональд. Этот ни перед чем не остановился бы.       Его друг задумчиво кивнул. По крайней мере, в одном он мог быть уверен — когда Лоран вернётся, Рональд уже ничем ему не навредит. Только бы дождаться. К тому же, им есть чем заняться — необходимо привести дом в порядок до прихода сына.       — Ещё встретимся, — сказал Конрад, поднимаясь. — Если что-то понадобится, вы всегда можете рассчитывать на меня.       — Спасибо, — ответил Александр, провожая друга к выходу. Он знал, что эти слова были сказаны не для проформы — они действительно могут полагаться на друга.              Полководец вернулся домой в задумчивости. Да, его поступок казался правильным — он отправил Лорана вместе с сыном не только ради безопасности Каэлина, но всё-таки на душе у мужчины кошки скреблись — слишком уж велика была опасность, что отряд не вернётся. Сейчас, когда не нужно было утешать своих друзей, Конрад отчётливо понимал, что не вмешайся он в судьбу юноши, тот мог бы погибнуть в темнице или от рук наёмников Рональда. Но почему-то сегодня это казалось слабым оправданием. Ведь непонятно, что было бы хуже — умереть от рук убийц, или сгореть в пламени дракона.       Конрад покачал головой, стараясь отогнать неприятные мысли. «Они обязательно вернутся, — попытался убедить себя мужчина. — И Лоран, и Каэлин, и все остальные. Нужно только дождаться и постараться не впадать в уныние»