Не сдавайся!

      — Да, это моя сестра, — меланхолично ответил Фауст, поспешив добавить, — младшая.

Flashback

10 лет назад.

Германия

      Даже будучи десятилетним ребёнком я понимала, что произошло нечто страшное. И брат, и родители вот уже месяц ходят подавленные. Мельком слышала, как они говорили о каком-то ограблении, и что жена брата ушла «в лучший мир». Я искренне не понимала, что значит эта фраза, ведь буквально вчера увидела Элизу, проходя мимо комнаты брата. Но она была какой-то другой... её тело просвечивалось, а очертания фигуры казались нечеткими. Элиза, заметив меня, мягко улыбнулась и медленно паря над полом оказалась рядом. Что странно... я не испугалась. Наоборот, словно заворожённая её красотой, подняла руку и попыталась притронуться к её светло-розовому платью. Я резко вздрогнула, когда ладонь прошла насквозь, по телу прошёлся холодок. Что? Почему?...       — Ты видишь Элизу, милая? — послышался тёплый голос брата за спиной, и, повернувшись, я увидела, что он облокачивается о стену. Его брови слегка вскинуты вверх, а руки скрещены перед собой. Братик выглядит уставшим... и явно схуднул.       — Фауст, а что с ней? Почему она... такая? — тихо спросила я у него.       — Это её временная форма, Ками. Совсем скоро у неё появится плоть и кровь. Да, любовь моя? — обращаясь к своей жене, уверенно произнёс Фауст и медленным шагом подошёл к ней. Рукой он провёл рядом с её лицом, тон его голоса изменился, став более зловещим. — Люди, что забрали тебя у меня, ещё очень пожалеют об этом.       — Что значит — «временная форма»? — пытаясь понять смысл сказанного, поинтересовалась я, прикладывая указательный пальчик к губам.       — Перед нами сейчас дух Элизы, милая. Поэтому мы не можем до неё дотронуться и услышать её чудесный, звонкий голос. Но совсем скоро всё изменится, я верну Элизу в мир живых, — я буквально заслушивалась каждым его мягко сказанным, завораживающим словом.       — Прекрати пудрить голову ребёнку, — возле проёма, ведущего в комнату, показался наш отец, — Фауст, ей уже десять лет. Время сказок давно прошло, — его голос был строгим, а взгляд обеспокоенным.       — Но папа! Это не сказки! Элиза тут, я её вижу! Посмотри сам! — возмутилась я, подбегая к отцу и показывая пальцем на духа рядом с братом.       — Тут, кроме нас троих, больше никого нет, — отрезал отец, сжимая руки в кулаки. — Вот видишь, что ты натворил?! — выкрикнул он, обращаясь к брату. Я не заметила, как заплакала от его жестких слов. Фауст не врет!       — Камико, милая, — брат подошёл ко мне, присел на корточки и, наклонившись к уху, прошептал, — не слушай его. Мы с тобой особенные и видим гораздо больше, чем они. А теперь иди. Мне надо поговорить с отцом, — он аккуратно погладил меня по голове и поцеловал в темя, я хихикнула и обняла его за шею.       После этих слов я радовалась, что теперь у нас с братиком есть общая, очень важная «тайна», и мы с ним вместе будем искать новое тело для Элизы. В приподнятом настроении я выбежала из комнаты.       Только вот на следующее утро всё изменилось. Ко мне в комнату зашёл Фауст, а в его руках был небольшой чемоданчик. Лицо выражало какую-то странную эмоцию, совершенно мне незнакомую. Это... сожаление?       — Милая, мне нужно уехать, — мягко сказал тот, подходя ближе ко мне и присаживаясь, чтобы наши лица были на одном уровне.       — Куда? — я растерялась, испуганно глядя брату в глаза.       — В другой город, — убирая локон мне за ухо, ответил тот. — Я верну в наш мир Элизу, и мы вместе приедем к тебе, — он крепко обнял меня и поцеловал в лобик, но глаза мои защипало, и из них полились слёзы.       — Я с тобой! — выкрикнула я, всхлипывая и кулачками закрывая глаза.       — Камико, но если ты поедешь со мной, кто тогда присмотрит за нашими родителями? — мягко говорил он, прикладывая свою ладонь к моей щеке.       — А ты скоро вернёшься? — чуть успокоившись, но всё ещё всхлипывая, поинтересовалась я.       — Как только закончу все дела, — он встал на ноги и направился к выходу. — До встречи, Камико. Я постараюсь вернуться быстрее, — кинул он напоследок и ушёл.

Конец flashbacks

      Это была наша с ним последняя встреча. И сейчас, смотря на него, я не испытываю все те же тёплые чувства, что и десять лет назад. Просто поняла, как быстро летит время. Вдруг передо мной встали все эти годы, проведённые без него. Мне даже на секунду показалось, что только вчера он ушёл из нашего дома...       — Здравствуй, — не найдя более подходящих слов, произнесла я, не отводя взгляда от его фигуры.       Только сейчас, совершенно неожиданно для себя, я окончательно поняла, что всё изменилось. Время не пощадило и меня. Уже нет той беззаботной девочки, которая хвостиком бегала за братом, которая с удовольствием слушала увлекательные истории и пересказывала их своим игрушкам. Я уже не смеюсь так же звонко и беззаботно, не мечтаю под луной и не верю в принца.       Жизнь изменилась до неузнаваемости. Я стала взрослее, серьёзнее, ответственнее. Что осталось от той девчонки? Я уже сама врач, несу ответственность не только за себя, но и за жизни других людей, моих пациентов.       — Привет, Камико, — сохраняя спокойствие, ответил он, а на его лице проскользнула совершенно невесомая улыбка.       Я смотрела на него, на такие знакомые черты и такие непривычные. Это уже не тот «братик», каким я его помнила всё это время, а совершенно другой, чужой для меня человек.       — Ты очень повзрослела, — заметила, как он внимательно рассматривает мою фигуру, будто пытаясь вспомнить, какой я была ещё тогда, много лет назад.       — Ты тоже, — кратко ответила я и отвела взгляд.       В этот момент слов будто не находилось. Конечно, я была шокирована происходящим, уверена, он тоже. Не то, чтобы я не рада, просто уже очень давно перестала верить в нашу с ним встречу. Родители после отъезда брата нехотя отвечали на мои расспросы. А года через три эта тема была окончательно закрыта, как и комната брата, куда я переодически заходила.       Послышались лёгкие, почти невесомые шаги сверху лестницы. Через считанные секунды в гостиной появилась та самая девушка, лицо которой, казалось, уже давно стёрлось из моей памяти.       Элиза... Всё такая же стройная и высокая. Её длинные, пышные, белокурые волосы до талии лежали красивыми волнами, острые черты лица, тонкие губы, глаза небесно-голубого цвета. На ней было надето очень красивое кимоно тёмно-синего оттенка с аккуратно вышитыми ярко-алыми цветами. Только теперь она была материальна. Значит, у брата получилось всё-таки воссоединиться с ней в мире живых.       Девушка подошла к Фаусту и очень нежно, будто вкладывая все свои трепетные чувства, обхватила его руку и перевела взгляд на меня.       — Поздравляю. Рада, что у тебя получилось, — почти прошептала я.       — Спасибо, Камико, — он с такой же бесконечной любовью накрыл своей ладонью её длинные пальцы, поворачивая свою голову и заглядывая ей в глаза. Впервые в жизни вижу такое проявление чувств. От этого стало не по себе. — Ты давно в Токио? — вновь переводя внимание на меня, ровным тоном поинтересовался тот.       — Два года, — кратко ответила, чувствуя некоторую неловкость.       — Хм...Значит лет тебе уже...       — Почти двадцать, — равнодушно отозвалась, после добавила, — а тебе двадцать девять, — тяжело вздохнула, медленно погружаясь в себя.       — Да, верно, — он слегка улыбнулся, и на этом наш небольшой разговор зашёл в тупик.       На самом деле вопросов было много, даже слишком. Только вот нужны ли мне на них ответы? Много воды утекло, обида, которая возникла ещё в детстве из-за его долгого отсутствия, уже позабылась. Мне до сих пор не понятны его мотивы и действия. Правда, я никогда так сильно не любила, чтобы отодвигать семью на задний план. После его исчезновения родители четко вдолбили вложили мне в голову: «Семья всегда должна быть на первом месте». Но сейчас Фауста можно ли считать моей семьей? Не знаю, разве что по крови.       — А вот и чай, — из размышлений меня вывел громкий голос Кейко. Я тряхнула головой, вновь возвращаясь в реальность и с усилием перекрывая поток нескончаемых вопросов.       Все жители этого дома тоже вышли из некого транса. Это было очень заметно — они оживились и начали обсуждать что-то между собой. И, присаживаясь за круглый невысокий стол, мне наконец-то удалось их внимательнее рассмотреть.       Сначала взор упал на Йо, его мне представили самым первым. Телосложение крепкое, длинные волосы цвета каштана. Чисто интуитивно он кажется вполне открытым мужчиной, доброжелательным что ли. Даже сейчас, разговаривая о чём-то с Анной, на его лице сияла широкая улыбка.       Но вот его собеседница, видимо, совсем другая по характеру. В её золотистых глазах без труда можно было увидеть очень сильный внутренний стержень, хладнокровие и определённое высокомерие. Тамао, сидящая рядом с ней, произвела впечатление очень стеснительной и робкой девушки. Надо отметить, что её светло-розовые волосы, убранные в причёску, дополняют нежный образ.       Взгляд мой медленно перешёл на следующего обитателя — Трея. Взъерошенные светло-голубые волосы, неестественно синие глаза. Тот ещё весельчак, судя по тому, как часто он смеётся и шутит. Это забавляет. Но вот его сосед явно не был в восторге от такого обилия юмора. Рен... где же я могла слышать это имя? Одет с иголочки, длинные волосы уложены в трёхсторонний тонгари. Этот мужчина явно из «сливок» общества, и я не могу понять, что он забыл в этой компании. Заметив мой изучающий взгляд, Рен устремил янтарные глаза в мою сторону и недоверчиво сощурился. Я слегка вздрогнула, мигом переводя внимание на кружку.       В момент, когда я перестала чувствовать на себе взгляд этого мужчины, продолжила своё наблюдение. Мой взор упал на Джоко. Темнокожий стройный мужчина с шишковатым носом, большими чёрными глазами и тёмно-каштановыми пышными волосами в стиле афро. Судя по тому, что я успела услышать, у него весьма специфическое чувство юмора.       Далее сидел Морти. Сразу же бросался в глаза его невысокий рост. Светлые волосы не доходили и до середины шеи, а глаза были очень широкие по сравнению с лицом. Деловой стиль одежды также указывал на высокий социальный статус, или же, мне просто так показалось.       Сосед его, Рио, вызвал во мне самые противоречивые эмоции. Мускулистый мужчина, возможно ровесник Фауста, с причёской, которую я не видела ранее, и ума не приложу как называется эта особенная укладка. Только вот почему он так странно на меня смотрит?       Ну и дальше сидели Фауст, Элиза и Кейко, между двумя последними я в итоге оказалась. Постаралась прикинуть возраст этих мужчин, и думаю, что в среднем им около двадцати трех — двадцати шести лет, но могу и ошибиться.       — Э-э-э, Камико, верно? — подал голос Йо, обращаясь ко мне и наливая чай своей соседке. Я кивнула. — Мама говорила, что в клинике ты ведёшь моего отца? — поставил чайник обратно в центр, слегка приподнимаясь с места, затем снова усаживаясь на стул.       — Если быть точнее, помогаю вести. К твоему отцу был прикреплён опытный специалист-кардиолог, к которому я его перенаправила, — перебарывая небольшое смущение от множества взглядов, довольно спокойно и чётко ответила я.       — Вот как. Значит неправильно понял, — растерянно засмеявшись, мужчина завёл руку за голову и почесал затылок.       — Кейко попросила ввести тебя в курс дела. Вчера мы провели ряд исследований и исключили инфаркт, теперь врачи наблюдают за состоянием Микихисы в динамике. У меня есть несколько предположений касательно диагноза, но лучше дождаться результатов полного обследования. В любом случае, причин для волнения больше нет, как и угроз для жизни, — спокойно рассказала я, после чего сделала очередной глоток чая, и, ставя чашку на стол, обратилась к Йо, — если тебе нужно больше информации, лучше обратиться к лечащему врачу твоего отца. Мне больше нечего добавить на этот счёт.       — Все равно спасибо, что рассказала, Камико, — Йо благодарно улыбнулся, я лишь легко кивнула.       Находиться в этом особняке мне некомфортно. Не только из-за внезапно появившегося брата, но ещё и из-за множества незнакомых, совершенно чужих и немного странных людей. Ощущение, словно не в своей тарелке. Да и усталость после ночной смены дала о себе знать после того, как я разместилась на очень мягком, удобном стуле.       — Фауст, а чего ты не рассказывал нам о своей сестре? — откусывая печенье, поинтересовался Трей, закидывая ногу на ногу и кладя руку на спинку стула соседа, который, в свою очередь, как мне показалось, недовольно сморщился от такого жеста. Хах, выходит, Фауст не рассказывал обо мне своим друзьям. Забавно.       — Вы не спрашивали, — без эмоций ответил брат, делая небольшой глоток чая.       — Юсуи, убери свою клешню с моего стула, — подал голос Рен, чуть шипя и скрещивая руки перед собой.       — Не понял. А где это подписано, что он твой? — возмутился тот, поворачиваясь корпусом к соседу.       — Так уж и быть, в следущий раз подпишу. Только ты и этого не заметишь, — продолжая словесную перепалку, отвечал Рен.       У меня не было желания и дальше бессмысленно тратить здесь время. Эта дружеская атмосфера в большей степени напрягала. Просьбу Кейко я выполнила, пора домой.       — Йо, — сквозь словесную перепалку тех двух людей, я негромко обратилась к мужчине, который, к счастью, всё таки услышал меня, — если вопросов больше нет, я пойду.       — А? — будто слегка растерялся. — Да, конечно. Вопросов нет, — сейчас он был более серьёзен.       — Вот и славно, — поднимаясь из-за стола, снова ощутила на себе взгляды присутствующих и отметила, что в помещении стало тихо, — Хорошего вам дня, — скорее ради приличия произнесла я, и, задвигая за собой стул, направилась в прихожую.       Не пройдя и пары шагов сначала услышала, как отодвигается ещё один стул, а затем и шаги, которые по мере приближения ко мне становились всё громче.       — Уже уходишь? — человеком, проследовавшим за мной, оказался Фауст. Голос его, как и всегда, меланхоличный.       — Да, — обуваясь, кратко отозвалась я, после закинула сумку на плечо и захватила папку с документами.       Мельком взглянула на Фауста, думая, нужно ли ещё что-то говорить. Но никаких слов не находилось, лишь нарастало тревожное чувство в груди, из-за которого в лёгких не хватало воздуха. Может, поэтому я так спешила уйти отсюда?       — Будь осторожна, — произнёс тот мне в след, только вот ответа от меня не последовало.       Переступив порог особняка и выйдя за ворота, я очень громко и тяжело вздохнула, сердце забилось с бешеной скоростью, а дыхание стало неровным.       «Я его встретила» — крутилось у меня в голове, будто само сознание не хотело понимать суть происходящего.       Это ощущение выбивает из колеи. Моя картина мира стала совсем иной за считанные, мать его, секунды. Почему-то кажется, что всё это время я жила без одной очень важной составляющей, о которой уже успела позабыть. Но вот теперь, некто свыше будто положил последний, недостающий пазл на своё место, и эта самая картина стала совершенно новой, законченной. Но... чувствует ли брат то же самое?       Приведя дыхание в норму, я наконец выпрямилась. Затем прогулочным шагом направилась в сторону дома, попутно доставая и поджигая сигарету. Уже полдень. Как оказалось, в Фунбари-Онсен я провела всего навсего час, но по ощущениям, целую вечность.       Спустя время на горизонте показался мой дом, который я снимаю на время проживания в Токио. В покупки собственного жилья необходимости нет, ведь теперь в моих целях стоит добиться перевода Мышки в онкологический центр и покинуть этот город. Домик самый обычный, одноэтажный. Внутри небольшая кухонька, гостиная и спальня. По сути, чего-то большего мне и не нужно.       Перед моим отъездом в Японию, мы с родителями договорились, что оплата аренды остаётся за мной. Ведь, поскольку инициатива самостоятельности тоже исходила от меня, было бы нагло повесить это бремя на семью. Я искренне им благодарна, что они не стали меня останавливать, хотя отец дважды предложил работать вместе с ними, в Германии.       Почему именно в Токио? Всё просто. Клиника, в которой я сейчас работаю, стала первой принявшей моё резюме. Два года назад внезапно для себя поняла, что пора браться за карьеру врача, и постепенно обретать независимость от семьи, как минимум, финансовую. Когда из клиники позвонил кадровик и сообщил, что я подхожу под их требования, визг стоял на весь дом. Это был определено знак, который нельзя упускать из виду. И вот, удивительным образом судьба сама наконец то показала, по какой причине привела меня в этот город, а именно - брат.       Зайдя в дом, сразу же направилась в душ. Мне было просто необходимо охладиться и привести мысли в порядок. Что делать в этой ситуации, мне неизвестно. Однако, я точно уверена, что родителям об этом пока что знать не стоит. Кто знает, как они отреагируют.

POV автор

      Солнце уже зашло за горизонт, и в особняке, где весь день кипела активная жизнь, постепенно становилось все тише. Жильцы расходились по своим комнатам, попутно кидая: «Добрых снов». В гостиной задержались двое мужчин, один из которых был глубоко погружён в себя, а другой, понимая, что не может оставить ситуацию без внимания, обдумывал как начать разговор.       — Фауст, — аккуратно обратился к другу Йо, присаживаясь в кресло напротив.       — М-м? — подал звук тот, оставаясь все таким же сосредоточенным.       — Что думаешь делать? — совершенно искренне поинтересовался шатен, кидая обеспокоенный взгляд на собеседника. Да уж, давно Фауста таким никто не видел, от этого и тревожно.       — Я не знаю, Йо.       — Кажется, вы с Камико давно не виделись? — Йо, выдыхая, расслаблено откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.       — Почти десять лет.       — Ого. Честно, я удивился, когда ты сказал, что Камико твоя сестра. Удивительное совпадение, не так ли? — спокойно и размеренно говорил Йо, Фауст же ничего не отвечал, — Я думаю, были веские причины вашей долгой разлуки.       — Да, были, — Фауст глубоко выдохнул, — и тебе они известны, Йо.       — Элиза? — с легкой улыбкой спросил тот.       — Элиза, — кивнул некромант, откидываясь на спинку дивана, — как ты знаешь, Элиза умерла не естественной смертью. И после убийства я искал способы вернуть ей жизнь, сделать Элизу материальной. В то время существовал только один выход — прибегнуть к знаниям моего предка, Фауста Первого. В библиотеке моей семьи была книга со всеми его техниками, но отец не хотел так легко её отдавать. Он боялся меня, Йо, — Фауст грустно усмехнулся, — Он выдвинул условие: книга в обмен на то, что я покину семью и откажусь от фамилии. Я согласился, не раздумывая и секунды, ведь Элиза — моя жизнь.       — Непростая ситуация, — задумчиво произнёс шатен, — а после Турнира ты не хотел попробовать вернуться домой? Уверен, отец принял бы тебя, если бы ты всё объяснил.       — Я дал слово, Йо, — сразу же ответил Фауст, — но никак не ожидал, что Камико сама меня найдёт. Пусть даже случайно, — шаман снова глубоко вздохнул.       — Я видел, она тоже была удивлена и растеряна. Не думаю, что отец рассказал о вашем условии.       — Камико точно не знает. Знала бы, смотрела бы на меня с ненавистью и презрением. Сегодня она была скорее шокирована, — задумчиво и очень тихо произнёс Фауст, — и теперь я не знаю, что делать.       — Знаешь, Фауст, я верю в судьбу. Раз она вас свела, значит пришло время, — открыв глаза и смотря в потолок, спокойно промолвил Йо, затем вытянул руки перед собой, кладя локти на колени и сжимая ладони между собой. — Я знаю, что наладить отношение с родственниками непросто. Но так или иначе, печально, когда семья не общается между собой. Я думаю, если бы не условие отца, ты бы навестил её.       — Не уверен, — отзеркаливая позу своего собеседника, некромант продолжил, — до сегодняшнего дня я не ощущал тоски по семье. Мне было достаточно, что в моей жизни есть Элиза и вы. Теперь же, встретив Камико, я понял, что неправ в своих суждениях.       — Все в твоих руках, Фауст. Почему бы не попробовать построить мост через пропасть, которая образовалась между вами? Как с ней, так и с родителями.       — Легко сказать, — Фауст грустно усмехнулся.       — Вам всего лишь нужно поговорить, чтобы понять друг друга. Камико не глупа, думаю, она точно выслушает тебя. Я завтра пойду в больницу к своему отцу, если захочешь, можешь составить мне компанию.       — Хорошо, — Фауст встал на ноги и, перед тем как уйти к себе в комнату, бросил, — Спасибо, Йо.       Йо лишь кивнул, обдумывая эту ситуацию. Ему, как никому другому в этом доме, понятны чувства друга. Ведь у него самого были непростые отношения с братом, которые на данный момент немного, но выровнялись. Ещё тогда, когда Хао выиграл Турнир, перед всеми явился дух его первой и настоящей матери. Она разозлилась и дала сыну сильную пощёчину, после чего произнесла:

«Ты всё ещё бродишь в темноте туда и сюда. Ненавидеть людей, ненавидеть себя...Просто прости всё, и тогда ты освободишься.»

      После этого Хао решил дать людям второй шанс на существование. Однако, потребовалось время, чтобы огненный шаман обдумал свои дальнейшие действия. Он исчез со словами, что сейчас ему необходимо остаться наедине с собой и своими мыслями. Йо, безусловно, всё понял и не стал задавать лишних вопросов.       Лишь спустя год Хао объявился в Фунбари-Онсен. Братья поговорили, а потом стали поддерживать поверхностный контакт, который в итоге перерос в более глубокий и тёплый. Хао хоть и заходил крайне редко, ссылаясь на важные дела как Короля Шаманов, однако, Йо каждый раз искренне радовался встрече.       — Йо, ты идёшь? — голос его невесты перекрыл поток воспоминаний, возвращая шамана в реальность.       — Да, — ответил тот, поднимаясь с кресла, и, обнимая Анну за талию, повел в их комнату.       Этой ночью совсем не спалось двоим людям, которые по удивительной случайности встретились вновь. Потрясения от пройденного дня заставляли всплывать новые вопросы, на которые они обязательно узнают ответы, но чуть позже.