Глава 10. Никогда не забывайте, что издалека всё выглядит по-другому. Многое зависит от точки зрения... Там, где один видит свет, другой видит тень. (Чин Тао)
7 февраля 2020 г., 08:53
— Рен, мы можем ещё раз остановиться? Пожалуйста, — зевая и сладко потягиваясь на своем сидении, произнесла я. — Твоя машина очень мягко идёт, от этого снова спать хочется, — зачем-то уточнила я, после перевела взгляд на него.
— Хорошо. Это будет последняя остановка, — слегка нахмурившись, ответил он.
Реакция его весьма логична. Уже сложилась тенденция каждые два часа просить его об остановке, чтобы взбодриться благодаря свежему воздуху. И да, мне определённо нужен заряд никотина и кофе.
И вот, к моему счастью, на пути оказалась заправка, куда Тао и завернул. Выглядел он уже не таким бодрым, скорее всего дорога вымотала и его. Не удивительно, она ведь такая монотонная. Жаль, что у меня появился страх вождения, так бы обязательно его подменила.
— Ты будешь кофе? — снова зевая, поинтересовалась я.
— Можно, — негромко отозвался тот, паркуясь около магазинчика.
— Я быстро, — отстёгиваясь и выходя из машины, кинула я.
Совсем не знаю, как смогу отблагодарить Тао за его бесценную помощь. Если бы мы не встретились несколько часов назад — что сейчас было бы со мной? Признаться, не могу ответить самой себе на этот вопрос.
Когда заказывала кофе, обратила внимание на настенные часы. Время близилось к полуночи. Тело моё слабеет: кажется, будто ноги становятся ватными, крайне тяжело передвигаться, постоянно тянет зевнуть, потянуться, порой чешутся глаза. Спать хочется просто безумно.
— Спасибо, — слегка улыбнувшись, поблагодарила я продавщицу и направилась к выходу.
Рен сидел на скамейке рядом с магазином, едва ли не по-царски раскинув руки на ее спинке и запрокинув голову назад. Глаза его были прикрыты, дыхание казалось медленным и ровным, словно во сне. Вывод созрел у меня в голове практически мгновенно: устал, он определённо устал.
— И долго ещё будешь смотреть на меня? — внезапно спросил Тао не меняя положения, а затем выпрямился и просто облокотился на спинку скамейки.
— Прости, — отчего-то я смутилась, будто маленькая школьница, которую застали за чем-то непристойным. — Держи, — я протянула ему кофе и расположилась рядом, доставая сигарету и зажимая фильтр между губ.
— На меня не дыми, — и вновь Тао был недоволен. Я кивнула, отодвигаясь на край скамейки, подожгла сигарету и затянулась. — Саму-то устраивает быть курильщицей? — с лёгкой усмешкой спросил Рен, сделав глоток эспрессо и кинув на меня пристальный взгляд.
— Не задумывалась об этом, — я пожала плечами и сделала новую затяжку. Тао лишь продолжал выжидающе на меня смотреть, будто надеялся, что я раскрою мысль. — Я курю, потому что мне хочется. Не нужно искать какие-либо причины.
— Как скажешь, — вновь делая глоток и пожимая плечами, ответил он.
Дальше мы сидели в тишине. Его вопрос, признаться, ввёл меня в некоторое замешательство. Конечно же, поначалу я просто баловалась курением, позже оно уже превратилось в привычку. Знаю, что для здоровья это плохо, но на сей счёт я уже высказывала своё мнение.
«Да и вообще, ему-то какое дело?» — мысленно возмутилась я, докуривая сигарету и выбрасывая бычок.
Рен тоже уже допил кофе и одним мастерским броском отправил бумажный стаканчик в урну. Я усмехнулась. Он же начал разминать себе плечи, сосредоточенно рассматривая асфальт.
— Могу помочь, — также покончив с американо, предложила я.
— И с чем же? — равнодушно отреагировал он и все продолжал свои действия, даже не глядя на меня.
— Массаж, — кратко обронила я.
Не дожидаясь его ответа, я встала со скамейки, выкинула свой опустошенный картонный стаканчик и направилась за спинку лавочки.
— Ну, попробуй, — он так противно усмехнулся, что от этого я взбодрилась.
Не верит, значит, в мои навыки? Ну, сейчас я тебе покажу, Рен Тао, что только с виду я хрупая девушка. За моей спиной огромный опыт, так как раньше я часто помогала больным, разминая им мышцы, ведь они оказывались на долгое время прикованы к кушетке по разным причинам.
— Сними толстовку, — попросила я, находясь за его спиной, на что Рен вновь усмехнулся, но всё-таки сделал это. Ощущение, что вся ситуация в большей степени его забавляет.
Я, сдерживая лёгкое раздражение из-за издёвок, положила ладони ему на плечи и начала аккуратно их мять то усиливая, то ослабляя нажим. Очень мешала футболка, кроме того рукам было неприятно из-за этой ткани, но просить его оголиться по пояс показалось уже слишком.
Прошло около десяти минут этого массажа, и реакция Рена мне очень льстила. Он словно стал котёнком, который мурлычет от удовольствия. Если поначалу тот свои вздохи сдерживал, то сейчас невооружённым глазом было видно, как ему приятно. Он полностью расслабился в моих руках.
— Не больно? — наклоняясь и не останавливаясь, прошептала я прямо в его ухо.
— Нет, — слишком интимным тоном ответил мне он, всё ещё прикрывая глаза от блаженства.
Так-то, Тао. И я могу сделать тебе приятно. В другой обстановке и ситуации, возможно, дело бы не ограничилось одним массажем. Лишь сейчас, от ощущения жара его кожи, который просачивался даже сквозь футболку, приятная тяжесть появилась внизу живота. В голове начали появляться самые непристойные картинки: мужчина и девушка, ночь, массаж, продолжить который можно и в машине.
Ещё большую эйфорию я испытывала от того, что холодный, жёсткий мужчина сейчас получает удовольствие от моих рук.
— Полегче? — прекращая свои действия, вновь наклонилась я к его уху и сладко прошептала.
Рен мне ничего не ответил, слышалось лишь его неровное дыхание. Обходя скамейку, я заметила, что взгляд его затуманен, и уловила лёгкое дрожание в руках. Тао взглянул на меня своими янтарными глазами, свет от которых, казалось, можно было различить даже в темноте, и он будто пытался увидеть нечто мне неизвестное.
— Я бы не сказал, — тембр его голоса изменился, став более низким и хриплым, из-за этого первая часть фразы была будто проглоченной.
— Нам пора, — тихо ответила я ему, отводя взгляд и разворачиваясь в сторону машины.
Дальше всё произошло очень быстро. Рен резко перехватил моё запястье и потянул на себя так сильно, что я коротко взвизгнула от неожиданности. И в итоге, я расположилась прямо на Тао, обхватывая его бёдра коленями, одну руку он по-прежнему держал, а другой рукой я облокачивалась на спинку скамьи. Близко, слишком близко нахожусь я к нему, и, помимо прочего, из-за такого положения я явственно почувствовала, насколько сильно он возбужден. Ведь… нечто твердое и ощутимо большое упирается мне прямо во внутреннюю часть бедра.
Лицо моё раскраснелось от этого, сердце бешено застучало, дыхание сбилось. Впервые я настолько близко к нему, что каждый его неровный выдох жаром опаляет мою шею. Указательным пальцем он дразняще-медленно провел по моему лицу, вызывая мурашки в ответ. Затем — схватил за подбородок и резким, рваным движением притянул к себе, накрывая мои губы своими.
От такого сладко-страстного поцелуя с привкусом горького кофе моё сознание тоже помутилось. Его руки настойчиво изучали моё тело: сначала грудь, затем талию, ягодицы, бёдра. Они словно везде, двигаются настолько быстро, что кажется, будто его ладони могут разом коснуться всего, чего пожелают.
Я обхватила его шею и стала отвечать на жаркие поцелуи. Тело моё охотно отзывалось на его умелые ласки и уже само подавалось навстречу им. Сейчас, в эту минуту, я хочу Рена Тао так сильно, что сносит голову.
Он грубо покусывает мои губы, затем переходит на шею, и из моего горла вырывается самый первый, сладкий стон. Руки его уже очутились под бюстгальтером и сильно сжали грудь, от мгновенно разгоревшегося тягучего удовольствия на грани боли я прикусила губу, слегка выгибаясь.
Безудержная страсть накрыла нас с головой, мы оба желали друг друга, казалось, что скоро мы перейдём к самому интересному действию, но… в самый неподходящий момент зазвонил этот чертов телефон, который и отрезвил Рена Тао.
Противная мелодия телефона привела его в чувства. От затуманенного взгляда не осталось и следа, теперь Рен весьма серьезно смотрел на меня, нахмурившись. Сколько продлился наш зрительный контакт? Не знаю.
Я молча слезла с Тао, поправила футболку и спортивные штаны и, захватив сумку, решила отойти от этой скамейки куда-нибудь на обочину, чтобы покурить и успокоить своё дыхание.
«Как же так вообще получилось?!» — крутилось у меня в голове, пока я дрожащими от перевозбуждения руками поджигала сигарету.
Дура, я самая настоящая дура. Ведь можно было догадаться, что вся эта затея приведет к подобному. Да, он сам проявил инициативу, но ведь в его руках я извивалась словно… словно девушка лёгкого поведения!
Мельком я глянула на Рена, он разговаривал с кем-то по телефону, всё ещё сидя на скамейке и обхватив рукой голову. Чувствует ли он то же самое, что и я? Неловко ли ему? Да и как вообще теперь можно нормально продолжать общение, словно и не было ничего?
Заметила, что Рен уже убрал мобильный телефон, встал с лавочки и накинул на себя толстовку. И вот, слегка осмотревшись, заметил и меня. Я вздрогнула от его пристального взгляда, и, не в силах его выдерживать, опустила глаза. Затем, делая очередную затяжку, услышала, как хлопнула дверца машины, а после — что он её завёл.
Надо взять себя в руки и сесть туда. Мы уже взрослые люди, не школьники. Так почему тогда я так реагирую на эту ситуацию? У меня давно не было мужчины, да и прежние ухажеры, всего-то парочка, в постели проявили себя, как мне кажется, не особо мастерами. И мне ужасно интересно, каков же Тао в ней.
Но нельзя переходить грань, иначе… я потеряю голову.
Я докурила, затем привела дыхание в норму. Сжав кулаки, я ещё раз глубоко выдохнула и направилась машину. Осталось ехать все два часа, и всё, мы больше не будем наедине. Пусть они пройдут быстро, пожалуйста.
Два часа спустя
Как я и предполагала, весь оставшийся путь мы ехали в абсолютной тишине, радио, и то едва слышно хрипело. У меня не хватало сил даже взглянуть на Тао — боялась, что он заметит. Все это время я смотрела в окно, где во тьме ночи лишь иногда можно было что-то заметить. — До конца маршрута осталось сто метров, — уведомил навигатор милым женским голосом. Отчего-то мне резко стало легче. Ещё совсем немного и я покину это замкнутое пространство, до краев наполненное кучей несказанных слов и напряжённостью. И вот, наконец-то, показался большой двухэтажный особняк, стены которого казались особенно красивыми из-за отсветов небольших фонариков. Но теперь сердце моё сжалось от близости предстоящего разговора. Маленькие кошечки потихоньку царапали мои внутренности, оставляя множество саднящих следов, из-за которых дышать становилось всё тяжелее. — Приехали, — ровным тоном произнес Рен и заглушил мотор. От его голоса я вздрогнула. Это первое произнесённое им слово после той ситуации. Я кивнула в ответ, отстегнулась, и, захватывая свою сумочку, покинула транспортное средство. Только сейчас заметила, что внутри особняка горит свет. Значит, нас действительно ждут, и из-за этой мысли мне стало немного неудобно — ведь напрягать чужих людей, да в такое время, это, мягко говоря, верх наглости. — Иди за мной, — вновь подал полный безразличия голос Рен, и, небрежно спрятав руки в карманы штанов, расслабленной походкой последовал ко входу. Одним резким движением он открыл дверь особняка и зашёл внутрь. Я остановилась, сомнения вдруг захлестнули меня, не давая ступить и шага. Правильно ли я поступаю, что обращаюсь за помощью к малознакомым людям? Может, это изначально была плохая идея? Краем уха я услышала голоса Йо и Анны, они уже о чем-то разговаривали с Тао. Ощущаю себя сейчас лишней, почему-то хочется сбежать. Но… я должна разобраться в этой ситуации. И этот долгий путь не должен оказаться проделан зря. — Добрый вечер, — зашла я в гостиную, и все разговоры резко прекратились. — Уже ночь, — отрезала Анна и взглянула на меня стальным, пронизывающим до глубины души взглядом. От этого я снова невольно застыла на месте. Она смотрела на меня так, будто бы я своими собственными руками перерезала всю её семью. Лицо её не выражало абсолютно никаких эмоций, но с лихвой хватало до краев наполненных презрением глазам. Йо смотрел на меня практически также. Больше не было той дружелюбной улыбки и теплоты, от него также исходил холод. Они все совсем другие, не такие, какими были при нашей последней встрече. Идея обратиться к ним стала казаться мне ещё более безрассудной, чем была до этого. — О, я не опоздал, — довольно протянул за моей спиной еще один знакомый голос, но я не обернулась. — Давайте побыстрее с этим разберёмся, — уже слегка раздраженно добавил Хао, уверенным шагом прошёл вглубь комнаты и присел рядом со своим братом. И вот сейчас, три пары глаз очень пристально разглядывали меня. Анна, сложив руки перед собой, сидела на небольшой подушке, рядом находился Йо, поза которого была более открыта, а Хао, казалось, вся эта ситуация и вовсе забавляла. Он уселся по-турецки, непринужденно облокотился щекой на свою руку, а на лице его красовалась какая-то слишком уж приторная, явно наигранная улыбка. Но до карих глаз она так и не дошла. Пристальный, изучающий взгляд Короля Шаманов, казалось, пронизывал саму душу насквозь. Рен же, прислонившись к стене, стоял, опустив голову вниз и прикрыв глаза. — Мы готовы тебя выслушать, Камико, — произнес Йо, поднимая сосредоточенный взгляд на меня. — Мне нужна помощь Анны, — четко произнесла я и посмотрела на неё. — Прямо и по делу, молодец! — тут же съязвил Хао, слегка рассмеявшись, — Такая ты наивная всё-таки, — продолжил он, явно не собираясь щадить чьих-либо чувств. Я лишь прикусила губу и ждала исключительно ответа той, к кому моя просьба была направлена. — Я не буду помогать неблагодарной девчонке, — сощурившись, подала голос Киояма, будто бы выплевывая эту фразу, — ты зря заявилась в наш дом. Глаза мои широко раскрылись, руки непроизвольно сжались в кулаки. Выходит, вся эта их прежняя доброта была только показухой? И вот теперь они открыли свои настоящие лица. — Анна, давай выслушаем её до конца, — уже более тёплым тоном произнёс Йо, скорее всего, в попытке немного смягчить свою невесту. — Йо, спешу напомнить, что она именно тебя обвинила в смерти девочки. Как ей хватило наглости заявиться в наш дом мне даже трудно представить, не говоря уже о том, чтобы понять, — раздраженно ответила она ему сквозь зубы. Я стояла как вкопанная. Уже второй раз при мне говорят о смерти какой-то девочки. Я ничего не понимаю, абсолютно. Видела этих людей всего пару раз, а на меня сходу сыпятся ложные обвинения. — Она проделала большой путь. Её надо выслушать, — Йо заботливо положил свою руку на плечо Анне, затем перевёл взгляд на меня. — Расскажи всё от начала до конца, Камико, — взгляд его был пристальными. Такой Асакура-младший мне ещё не знаком. В этот момент он слишком сильно походил на брата не только внешностью. — Только покороче, — как бы невзначай добавил Хао. — Хорошо, — глубоко выдыхая, ответила я, затем продолжила, — три недели назад ко мне во сне стала приходить Кира. Мне показалось, что она хочет сказать о чем-то важном… — Это часто происходит, — перебила меня Анна, — если это всё, то разговор окончен, — она встала на ноги, поворачиваясь к выходу. — Нет, не всё, — я положила сумку недалеко от себя, затем сняла толстовку через голову и провела пальцами по руке, указывая на все еще яркий синяк. — Вот это — следы после первого сна. Это — после второго сна, — коснулась порезов, которые уже начали заживать, покрывшись коркой, — а это, — схватилась за края футболки и стянула её, оставаясь только в бюстгальтере, — оставленные ею следы после третьего сна, — развернулась к ним спиной, показывая огромные синяки, которые только-только начали сходить. В гостиной воцарилась тишина, поворачиваться обратно к ним мне было страшно. Возможно, они скажут, что я сама себе поставила всё эти отметины и всё выдумала. Исход такого разговора предугадать крайне сложно. — Надо же, как интересно, — протянул Хао, и от безразличия, наполнявшего его слова, я снова вздрогнула. Они мне не верят. Определённо. Я схватила футболку, накинула ее на себя, затем, где-то отыскав силы, повернулась обратно к ним и замерла. Глаза... Их глаза были полны удивления и некоего ужаса. У всех, кроме Короля Шаманов. Хао смотрел так, словно бы не увидел совершенно ничего нового для себя, разве что тень заинтересованности сквозила в его взгляде. — Рен нам сказал, что ты ничего не помнишь, — медленным шагом Киояма стала подходить ко мне, я неуверенно кивнула. — Что ж, в этом у меня получится тебе помочь, — все также холодно произнесла она, и, подойдя совсем близко, шепнула что-то непонятное и приложила два пальца к моему лбу. Тысячи маленьких иголочек будто пронзили голову, от неожиданной боли я сжала зубы и резко опустилась на одно колено, рукой облокачиваясь на пол, а другой хватаясь за лоб. Картинка за картинкой менялись у меня в сознании. Прощание с ребятами, тёплые объятия. Мы с малышкой сидим в машине и разговариваем. Зелёный свет светофора, я нажимаю на газ. Глухой удар, скрежет колёс. Кровь, много крови. Операционная. Смерть Киры. Похороны. Прощание со всеми, полное злобы и горя. Все это мне открылась за доли секунды. Дыхание совсем сбилось. Теперь мне всё понятно, я вспомнила каждую деталь. Боль в сердце была просто нестерпимой, и в один момент тёмная пелена окутала меня, забирая в спасительное беспамятство.POV автор
— Долго же она продержалась, — встав со своего места, подойдя к телу Камико и присаживаясь рядом, загадочно произнес Хао. — Анна, мы должны ей помочь, — также поднявшись на ноги, спокойно сказал Йо, подошел к своей невесте и обхватил её за талию. — Рен, ты молодец, что привёз её к нам, — он повернулся к другу и слегка улыбнулся. — Знаю, — скрещивая руки перед собой, с легкой усмешкой ответил Тао. — Предположу, что дух Киры не попал в Мир Духов и теперь винит в этом её, — последовал легкий кивок в сторону Камико. — Да, всё верно, — задумчиво ответила Анна, — только вот мотивы мне непонятны. В любом случае, мы разберёмся с этим, когда она придет в себя. Рен, — Киояма повернулась, обращаясь к нему, — отнеси её в комнату для гостей. А ты, Хао, узнай в Мире Духов, как и по какой причине Кира не смогла туда попасть, — на её просьбы Рен сдержано кивнул, а Хао снисходительно усмехнулся, но не стал возражать. Король Шаманов, попрощавшись, исчез в языках пламени. Тао подошёл к телу девушки, и, тихо ругаясь про себя, взял Хассеи на руки и также удалился из комнаты. — Анна, что с ней происходит? — почти прошептал Йо, всё также с бесконечной любовью обнимая свою невесту. — Трудно сказать, — Киояма слегка нахмурилась, обдумывая ситуацию, — предположу, что дух Киры смог привязать себя к Камико, чтобы наносить увечья. Только мне непонятны мотивы, как я уже говорил, но мы можем это узнать. Эскулап, я знаю, что ты тут, можешь появиться, — Анна решительно подняла глаза, и в одно мгновение перед ней материализовался дух-хранитель Хассеи. — Прошу прощения, что не появился раньше, — преклонив колено, с сильным сожалением в голосе произнес дух, — пожалуйста, помогите ей. — Расскажи всё подробнее, — мягко произнес Йо. — Да, конечно, — дух выпрямился и продолжил. — Последняя просьба моей госпожи состояла в том, чтобы я проводил Кирию в Мир Духов. Я очень долго искал девочку, но в итоге увидел её, когда она уже обратилась в злого духа, — он сжал кулаки, затем глубоко вздохнул. — Память госпожи закрылась от неё примерно через неделю пребывания в Германии. Я решил не являться к ней, чтобы не причинять боль, а она до сих пор сама ни разу не призвала меня. Я мог только будить Камико, чтобы дух Киры не убил её. И, когда получалось, я сдерживал его, чтобы он не смог проникнуть к ней в сон. — Ты хорошо поработал, — приободрил его Йо, тепло улыбаясь. — Да, — кинула Анна, также меняясь в лице, — нам всем надо отдохнуть и ждать, когда Камико придет в себя. Эскулап, охраняй её сон, и если Кира явится, зови нас. — Спасибо, мисс Анна, — дух слегка поклонился и исчез. — Идём в постель, — мягко прошептал Йо, заправляя непослушную прядь за ухо Анны. — Идём, — утыкаясь ему в шею, прошептала Анна, тепло улыбаясь.POV Камико
Около получаса назад я пришла в себя. И сейчас, сидя на кровати, к голове моей крутилось очень много мыслей. Что я сейчас ощущаю? Боль, тоску, злость, растерянность… Все эти чувства сейчас перемешались и превратились в один сплошной комок, который застрял в груди и не даёт сделать полноценный вдох. Как я могла забыть об этом? Почему моё сознание закрыло от меня эти воспоминания? Сейчас я пытаюсь понять, как жить дальше, когда будто часть меня, моей души, моего сердца ушла… Как заполнить эту пустоту, которая образовалась внутри? Я не знаю. — Эскулап, — все ещё смотря в окно, почти прошептала я. — Да, Госпожа, — дух-хранитель появился рядом со мной, лицо его было опечаленным. — Почему не пришёл ко мне раньше? — практически пустым, безэмоциональным голосом произнесла я, отстранено наблюдая, как яркие солнечные лучи красиво играют на небольшой цветочной полянке. — Простите, Госпожа, я переживал за ваше эмоциональное здоровье, — уже громче ответил он мне и решительно посмотрел на меня. — Ты хоть представляешь, что я испытываю сейчас? — повышая голос и сжимая ладони в кулаки, практически прорычала я. — Простите, — повторил тот снова, но от этого ещё большее раздражение охватывало меня. — Уходи, — прошипела я сквозь зубы и впервые за долгое время взглянула на него, отрываясь от окна. — Но… — Я сказала — уходи! — крикнула я, резко вскочив с кровати, и через мгновение он, опустив голову, испарился. Меня охватила злость. На духа-хранителя, на сложившуюся ситуацию, на все автомобили этого мира и, безусловно, на себя. Надо пойти покурить, иначе скоро совсем свихнусь. Обувшись и накинув толстовку, я вышла из комнаты. Лестницу отыскала достаточно быстро, как и выход на улицу. Понятия не имею, где тут у них место для курения, да и признаться, мне всё равно. Я просто присела на лестнице, и, зажав фильтр между зубами, подожгла сигарету. Происходящее вокруг вдруг потеряло смысл. Мне просто хочется, чтобы эта разрывающая боль стала меньше. Жаль, что не существует таблеток, которые помогают в таких случаях, снимая душевные страдания. Как, ну как я могла забыть про смерть моей Мышки? Слёзы вновь стали накатывать, и быстрым движением руки я их смахнула. Словно всё как и в тот раз, когда она только-только ушла из жизни. Новая волна этих эмоций накрыла меня, только вот сейчас я ощущаю себя ещё более жалкой и уязвимой. — Проснулась? — послышалось у меня за спиной, голос принадлежал Йо. Делая очередную затяжку, я поняла, что сейчас мне не хочется вообще с кем-либо контактировать. Необходимо найти в себе хотя бы капельку сил, чтобы окунуться с головой в решение жуткой ситуации, связанной с Кирой. И всё же, почему она теперь сама решила меня убить? Может, хочет чтобы мы вместе с ней были в царстве Короля Духов? — Слушай, я понимаю, что тебе сейчас тяжело, — он присел рядом со мной и кинул задумчивый взгляд вдаль. — Прости, что встретили тебя так грубо. — У тебя доброе сердце, Йо, — выдыхая дым, ответила ему, — будь я на твоём месте, то не позволила бы переступить и порог дома. Я тогда тебя очень обидела, — усмехнулась я, вспоминая те «ласковые слова», оставленные напоследок. — За тебя говорили эмоции, так что всё в норме, — он улыбнулся краешками губ, а затем продолжил уже более серьезно, — ты проспала чуть больше суток, когда докуришь, приходи на кухню. Позавтракаем и обсудим, к какому решению мы пришли, — поднимаясь с места и отряхиваясь, произнес Йо. Я кивнула в ответ и он удалился. Сейчас я должна быть сильной. Нужно каким-то образом принять реальность такой, какая она есть. Но, кажется, это практически невозможно. Будто бы я не хочу принимать такой исход и всячески стараюсь сопротивляться. Докурив, я все же отправилась на кухню. Там уже находились братья Асакура, Анна и Рен. Молча я проследовала на свободное место и присела, готовясь услышать их. — Не буду ходить вокруг да около, — начала Киояма, взглянув на меня, — в Мир Духов Кире попасть не удалось, но истинной причины этого мы так и не узнали. Что она тебе говорит, когда приходит во снах? — Анна облокотилась на стол и сложила руки в замок перед собой, пристально разглядывая меня. — Она говорит, что ненавидит меня и хочет, чтобы я умерла, — тихо ответила я, и от этих слов мне стало ещё хуже на душе. Мой ребёнок действительно может произносить такие слова по отношению ко мне? — Занятно, — подал голос Хао и отчего-то улыбнулся, снова совершенно неискренне. — Вот теперь мне всё понятно. Скажи-ка, девочка, не посещала ли тебя мысль удержать её здесь? Не отпустить, но навсегда оставить рядом с собой?— он выжидающе и пугающе серьезно уставился на меня. — Посещала, — честно ответила я и прикусила губу. — Анна, всё как я и говорил, — Хао довольно усмехнулся и скрестил руки перед собой. — Эта глупая девчонка вовремя не отпустила душу умершей, удержала ее, привязав к миру живых. Поэтому та потеряла всякий ориентир. А теперь Король Духов уже сам не впустит в свой мир одержимую душу. — И как можно это исправить? — пропуская его издевательский тон мимо ушей, спросила я. Кажется, для Хао язвить по поводу и без — норма жизни. — Никак, — он отмахнулся и взял кружку с кофе в руку, — душа Кирии полностью поглощена злым духом. Поэтому, нам всего-навсего надо её поймать и запечатать. Она теперь сама как демон, — Хао сказал это так спокойно, будто бы занимается подобным каждый день. — Ты уверен, что нам никак не спасти её душу? — вмешался Йо, тон его голоса был очень печален, но взгляд выражал серьёзность и сосредоточенность. — Йо, тебе придется принять эту реальность. Уже слишком поздно что-то исправлять, — тихо произнесла Анна, затем вновь взглянула на меня. — Для вызова её духа ты должна полностью контролировать свои эмоции и быть сосредоточенной. Отправишься на водопад Айрис и некоторое время побудешь там. Ты сама поймёшь, когда надо будет покинуть то место. Мы всё подготовим к твоему возвращению, — она смотрела так, будто бы я должна была понять о чем идёт речь. Но сейчас я должна слушаться её. Если Анна так говорит, значит в этом есть смысл. — Хорошо, — отозвалась я, — тогда отправлюсь туда сейчас же, — я встала из-за стола и направилась на выход. — Рен, покажи ей дорогу и возвращайся, — попросила его Киояма, тот кивнул в ответ и также встал из-за стола. Вопросов у меня стало ещё больше. Зачем идти на водопад и что там делать? Как он поможет обрести концентрацию? И поможет ли он избавиться от этой беспощадной боли, которая съедает меня изнутри? И самый главный вопрос: действительно ли нет и шанса спасти душу моей малышки?
