-Обречённые-

…Белые пушистые облака окаймляли золотистый шар солнца, подобно магическому ореолу. Лёгкий ветерок носился по улицам, приветливо обдувая прохожих. Вот в небо взмыли серо-голубые птицы и, весело курлыкая, потянулись в сторону Центрального парка. Жизнь в городе шла своим чередом: последствия революции остались в прошлом, однако столица не была готова к новым сюрпризам… - Никогда бы не подумала, что однажды увижу Централ собственными глазами! – лучезарно улыбнувшись, воскликнула Мира. Обречённые во главе с братьями Элриками шагали по главной площади, восторженно рассматривая всё вокруг. Случайные прохожие иногда подозрительно поглядывали на раненого Виктора, но в целом на наших героев не обращали внимания. - Я об этом и мечтать не смел…- согласился Питер. - Это ещё что: знали бы вы, какие в Централе есть старинные здания, а скверы…- закачаешься, - воскликнул Альфонс. - Может, устроите нам экскурсию как-нибудь на досуге? – попросила Мира. - Если быстро разрешим проблемы: непременно погуляем…- сказал Эдвард. - А по-моему, ничего такого тут и нету: столица, как столица…просто нарисованная, - насмешливо фыркнула Кристи. Вымощенная жёлтым кирпичом мостовая здесь заканчивалась и разбегалась на множество асфальтовых дорог, ведущих в разные части города. - Осторожнее! – медленно приходя в себя, пробормотала Юни, положив голову на плечо Кристины. - Ох, какие мы нежные! – язвительно прошипела паркурщица, - Смотри, как бы пешком не пришлось идти, корова… - Здесь мы разделимся…- решил Эд, внимательно осматриваясь вокруг. – Альфонс отведёт раненых в городскую больницу, а мы с вами пойдём в Центральный штаб. Хорошо? - Ну не знаю, по-моему, слишком рискованно сдавать всех алхимиков на попечительство врачам: а вдруг нас встретит не только Мустанг? – нахмурилась Кристи, нехорошо сверкнув глазами. - Да брось, Крис, ничего с вами не случиться…- добродушно заметил Питер. - В Централе вы в безопасности, - улыбнулся Эд. - Эвона-как, ну вам виднее…- с сарказмом произнесла паркурщица. На том и порешили. Эдвард свернул за угол, увлекая за собой Миру, которая всё никак не могла налюбоваться городом. Альфонс и Питер потащили Виктора туда, где виднелось белое здание Центральной больницы, ускорив шаг: Грей совсем ослаб и побледнел, как полотно. Парень даже перестал критиковать всё что движется, а это определённо являлось знаком высшей опасности. Юни же, напротив, почувствовала себя лучше на свежем воздухе и пошла с первой группой. *** В Центральном штабе, как всегда царила суета. Многочисленные секретари шустро носились между кабинетами, таская с собой толстые папки бумаг. Важные государственные алхимики беседовали о чём-то между собой, иногда бросая сердитые взгляды на солдат, словно те отлынивали от работы. Фюрер согласился принять Элриков сразу же, что было, совсем неудивительно: не забыть Мустангу заслуг братьев во время последней битвы. Заветная дверь была уже совсем рядом, как вдруг Юни остановилась и дёрнула за рукав Кристи, заставив ту остановиться. Мира и Эдвард пока не заметили их исчезновения, увлечённые беседой друг с другом. - Чего тебе, японская рожа? – угрюмо спросила паркурщица, исподлобья глядя на девочку. - Я бы не советовала тебе туда идти, - вздохнула Юни. - Это ещё почему, а? - Понимаешь, прошло слишком мало времени…и ты…просто если Рой Мустанг заметит отражение Энви в тебе… Юни знала, что донести до паркурщицы общий смысл своих предчувствий будет сложно, однако оставить этот вопрос неоговорённым не могла. - Блядь, что за чушь? - Даже между разорванными сущностями существует связь, которую легко заметить, если испытываешь к одной из них сильные чувства: такие как любовь или ненависть. Алхимический закон предусматривает психическое воздействие, полностью меняющее…- начала было Юни, но девушка её оборвала. - Ой, всё: замолчи!..Короче, давай так: я перекурю пока вы будете там трепаться, а ты не станешь засорять мне мозг своей алхимической херней, ОК? Японка кивнула. Паркурщица круто развернулась, спустилась вниз по лестнице и вышла во двор. Возле куста мимозы, листья которого трепал ветер, она разглядела высокую женщину в тёмном костюме, важно покуривающую сигарету. Тёмно-рыжие, почти металлически-ржавые волосы были неаккуратно собраны в высокий хвост. Непослушные прядки скрывали лицо цвета слоновой кости с резкими чертами. В зелёных кошачьих глазах не было ничего, кроме задумчивой холодной пустоты. Принадлежность к государственным алхимикам выдавал странный преобразовательный круг, вырисованный прямо на лбу. - Сигаретки не будет? – спросила Кристи. Незнакомка обернулась и выронила сигарету, поперхнувшись дымом. Откашлявшись, женщина пронзила паркурщицу изумлённым взглядом, но, победив нахлынувшие чувства, строго воскликнула: - Не рановато-то ли курить тебе, девочка? Или наглость молодёжи уже не знает предела?! - Во-первых, тётя, мне уже почти восемнадцать,…во-вторых, я могу и пристрелить тебя – Кристи демонстративно сняла с предохранителя дробовик - …и в-третьих, ты мне не мать чтобы отчитывать. Незнакомка недовольно скрестила руки на груди и медленно подошла к девушке, взглянув на неё толи с укором, то ли с неприязнью. Холодные зелёные глаза зажглись пламенем равнодушия, смешанного с надменностью. Любой человек отвернулся и поспешил бы загладить свою вину, но Кристи только с вызовом уставилась на женщину. Эта немая сцена продолжалась несколько секунд. Потом алхимик рассмеялся, и направился было в сторону, как вдруг замер на месте. - Если ты уже такая взрослая и смелая, то возьми…думаю это тебе пригодится, - даже не обернувшись, незнакомка кинула девушке спичечный коробок. Кристи ловко схватила его и, проводив странную женщину подозрительным взглядом, открыла. Внутри лежало пять патронов для дробовика… В кабинете фюрера царил полумрак. Жуткая тишина наполняла комнату, как бы предупреждая о скрытой опасности. На столе стояло несколько аккуратно сложенных стопок бумаги, между которыми ютилась банка с карандашами и ручками. Если хорошо присмотреться, можно было разглядеть высокого человека в форме, с интересом разглядывающего что-то на верхних полках стенного шкафа. - Добрый день, товарищ фюрер! – весело произнёс Эдвард, проходя в кабинет. - Здравствуйте…- робко поздоровалась Мира, смело шагнув в полумрак. Юни шла последней, спрятав руки за спину и по-детски покачивая головой. Человек не пошевелился, продолжая изучать шкаф. Эдвард подошёл к нему и, решив, что Мустанг просто не в духе, коснулся плеча. Секундная пауза показалась вечностью. Мира услышала, как бьётся собственное сердце, но всё же сделала шаг вперёд. Юни склонила голову на бок и уставилась куда-то в пустоту, углубившись в собственные мысли. Однако как только фюрер обернулся, с лица Эдварда быстро пропала улыбка, превратившись в гримасу ужаса. Мира замерла на месте, шокировано открыв рот, и только Юни оставалась в прежнем положении. Перед друзьями стоял Кинг Бредли. В полумраке кабинета он был похож на призрака прошлого, иллюзию, которая вот-вот распадётся. - Рад, что вы почтили нас своим присутствием, Мистер Элрик…- с наигранным удовольствием произнёс Расс. Отреагировать на такой неожиданный сюрприз никто не успел: кабинет уже заволокли чёрные тени Прайда, а вскоре появился и их хозяин. После разделения сущностей гомункул почему-то предпочёл остаться в теле Дениса, который был «нарисован» весьма старательно: мягкие русые волосы скрывали аккуратные уши, серо-голубые глаза напоминали подтаявшие кусочки речного льда, а бледное вечно равнодушное лицо обрело очень чёткие черты. Юни наконец поняла что происходит и стала судорожно искать путь к отступлению. Мира, скованная ужасом, замерла на месте и таращилась на Эдварда, который гневно чертыхнулся. - На этот раз пощады не ждите, - ухмыльнулся Прайд, поднимая руку вверх, чтобы дать команду верным «подданным». Смертоносные тени могли за секунду разрезать хрупкие человеческие тела, но остановились на полпути: прогремел выстрел. Мальчик яростно зашипел и схватился за простреленную руку. Это стало сигналом для решающего броска. Юни сдержанно кивнула, приказав друзьям бежать, и быстро начертила на полу преобразовательный круг… Эдвард разбил окно и помог выбраться Мире, а затем выскочил сам, с трудом преодолевая желание вступить в бой. Разъярённые гомункулы бросились было за ними, но японка создала вокруг комнаты светло-синий барьер и снова хлопнула в ладоши, предупредив атаку Расса. - Обещаю: живой ты отсюда не выйдешь! – с ненавистью воскликнул Прайд. Одна из теней раскроила плечо девочки, но остальные были блокированы преобразованием юного алхимика. Юни ловко оттолкнулась от пола и, превозмогая боль, оказалась возле двери. Враги бросились в атаку вместе, но хитрая японка совершила сразу несколько преобразований. Не веря собственному успеху, девочка выскочила из кабинета и обернулась, приготовившись создать иллюзию, которая обеспечит ей побег. Но не успела: сразу три чёрных клинка насквозь пронзили грудь японки. Брызнула кровь и одежда побагровела, а вниз упали красные капли. Время вокруг, словно остановилось… Юни отчаянно захрипела и вздрогнула в предсмертной конвульсии. Последнее, что слышала Юни, это лютые слова Ласт за спиной: «Больше ты нам не помешаешь, малявка» Девочка почувствовала ледяное дыхание смерти совсем рядом и упала на пол, орошая его собственной кровью. Боль стала отступать куда-то на задний план, мысли исчезли вместе с остальными чувствами, а потом наступила вечная темнота. Кристи, спрятавшаяся на балконе соседнего дома, замерла с дробовиком в руках. Изумрудные глаза наполнились слезами, но боль мгновенно сменилась яростью. Паркурщица отточенным движением руки перезарядила оружие и прицелилась. - Сдохни, сука! – уже не боясь оказаться замеченной, прорычала Кристи. Отчаянная ярость перемешалась с боевым адреналином и паркурщица била без промаха. Первые три пули вошли в голову Ласт, другие вонзились в грудь и плечи. Не ожидавшая такой резкой атаки, Похоть рухнула на пол, исчезнув из поля зрения стрелка. Теперь взгляд Кристи упал на Прайда. - Здравствуй, братик! Хочешь пулю в лоб?...- две пули поразили цель, но остальные были поглощены чёрными тенями. - …Э-э-э нет, так легко не отделаешься… Девушка вставила патроны, подаренные странной женщиной, и снова выстрелила. Эффект оказался просто поразительным: патроны были разрывными. Первые два взорвались и вспыхнули, разорвав тени, а остальные поразили цель. - Сначала Кимбли, потом мой брат…- ненавистно пробормотала Кристи, оставив на всякий случай один патрон. Однако паркурщица слишком увлеклась сражением, совершенно позабыв о своей безопасности – и очень зря. Гомункулы, находящиеся в кабинете фюрера, не просто так оставались на месте, бездействуя. Они отвлекали таинственного стрелка, чтобы тот потерял бдительность и не сумел противостоять главному противнику. Подлый неожиданный и нечеловечески сильный удар заставил Кристи рухнуть на пол, выронив дробовик. Когда девушка потянулась за оружием, деревянное дуло хрустнуло и переломилось пополам, сражённое второй атакой. Кристи яростно подняла глаза и тут же блокировала третий удар, с трудом защитив лицо. - Зря стараешься Крис, ты уже проиграла!...- злорадно рассмеялся Энви, снова атакуя. Кристи отлетела в сторону и ударилась головой об железную перегородку балкона. Выругавшись, девушка собралась было нанести ответный удар, но вдруг глазами всё поплыло, и паркурщица невольно покачнулась. Удача сегодня была явно не на стороне людей, ибо стоило Кристи немного прийти в себя, как на её голову опустился обломок дробовика. В ушах зазвенело, потом послышался торжествующий смех Энви, и девушка провалилась в темноту. *** Очнулась паркурщица на холодном полу тюремной камеры, окутанной неприятным полумраком. За стальными решётками окна виднелся серебристый диск луны, в окружении верной свиты звёзд. С трудом победив головокружение, Кристи поднялась на ноги и осмотрелась. Высокая железная решётка слева тянулась от пола до потолка, одновременно являясь и стеной и дверью, кстати, запертой на очень надёжный замок. В камере ничего не было: только голые стены и подозрительно чистый бетонный пол. - Проснулась наконец…- без особого участия сказал кто-то. Кристи обернулась и с трудом рассмотрела призрачный силуэт человека, сидящего на полу в углу. Вот луна осветила его мертвецки бледное лицо и сильно потрёпанную армейскую форму, из синей превратившуюся в грязно-серую. Чёрные, как ночь, глаза выжидающе смотрели на девушку, не выражая почти никаких эмоций. Да, это был Рой Мустанг.

All together