Тайна тисового дерева

*** Мерлин стоял перед большими чарующими очами Дракона. Юный маг пытался получить от своего плененного друга хоть один ничтожный шанс на спасение Артура, но дракон, как всегда, говорил загадками. От него Мерлин узнал, что раньше существовали дети – ученики чародеев. И тот мальчик, по воле случая убитый Артуром в день охоты, по-видимому, оказался из их числа. Это не простые дети, а их учителя очень сильные маги. В далекие времена, когда миром правила древняя религия, такие дети рождались чаще. Их младенцами забирали из семей и воспитывали жрецы древней религии. Те дети вырастали и сменяли своих учителей. Так старая вера продолжала жить и служить людям. Но после гонений на практикующих магию, когда на трон Камелота взошел Утер Пендрагон, старая религия затаилась в отдаленных землях, подальше от Камелота. Она продолжала тлеть, словно угли в очаге, ожидая своего часа, чтобы когда-нибудь ярким пламенем возродиться вновь. - Это только начало, Мерлин, - голос дракона эхом отразился от стен огромной пещеры, и в свете одного единственного факела можно было заметить, как по телу юноши пробежали мурашки. Может от холода, а может от того, что Мерлин осознал теперь всю силу магии, с которой ему предстоит бороться за спасение своего венценосного друга. - Артур призвал на себя проклятие чародея старой веры, когда убил мальчика, - продолжил Дракон. - Но ведь он не знал, - перебивая, взмолился Мерлин. - Но он наказан, и спасти его сможет только тот, кто тоже принадлежит старой вере. Ты, Мерлин. Юный волшебник воззрился на дракона в недоумении. - Но что я могу сделать? Та магия сильнее меня. - Ты должен поверить в себя, юный маг, - сказал напоследок дракон и взмыл куда-то вверх, гремя толстой цепью о холодные скалы своего мрачного пристанища. - Ты так и не дал мне ответа! – прокричал юноша в пустоту. - Ответ в тебе, - голосом дракона снова прозвучало эхо, кидая сверху камни в мелкий ручей некогда полноводной реки, бурлящей под Камелотом. Мерлин омрачился. Загадок и так было предостаточно, а теперь дракон добавил новых. Хотя надо было отдать ему должное – он указал Мерлину начало пути, а этого уже было достаточно, чтобы постараться найти верное решение. *** Моргана вошла к Гаюсу, как истинная миледи: твердой походкой, один ее взгляд уже говорил о серьезности ее намерений. - Где Мерлин? – четко спросила она. Гаюс перестал взбалтывать какую-то мутную жидкость в пузатой склянке. - Его нет, но думаю, он скоро вернется, миледи. - Я подожду, - Моргана медленно прошла в комнату, оглядываясь так, будто была здесь впервые или будто что-то искала. - Может я смогу вам помочь? – старик попытался занять время девушки, чтобы она не скучала, но сегодня ей не особенно хотелось о чем-то говорить. Гаюс продолжал колдовать над своим мутным зельем и лишь изредка поглядывал на грустное лицо сидящей напротив Морганы. Она пыталась прятать слезы, но мелкая дрожь выдавала ее беспокойство за жизнь Артура и она начала нервно ходить по комнате. Вскоре вернулся Мерлин. Как только он появился на пороге, Моргана тут же вытолкала его обратно за дверь прямо на глазах изумленного лекаря. - Что это были за цветы? – миледи резким движением руки прижала слугу к стенке, отрезая ему все пути к отступлению, и приблизилась так, что маг почувствовал ее дыхание на своем лице. Мерлин оказался несколько ошарашен таким поведением Морганы, но он прекрасно мог ее понять. - Я не знаю, - тихо прошептал юноша. – Я правда не знаю. Моргана отстранилась. Юный маг предположил, что возможно весть о болезни Артура уже облетела весь Камелот, и понял, что Моргана не из числа тех, кто будет сидеть сложа руки. - Я тоже сначала подумал, что это они – эти цветы, - признался Мерлин, - но Гаюс... Мы думаем, это магия, миледи. - Тогда, полагаю, тебе не составит труда объяснить все это Утеру, - Моргана крепко сжала руку слуги и они спустились по ступенькам вниз. Король был резок. Гвен призналась, что видела Мерлина с цветами в то утро. - Но это всего лишь цветы, - высказала свое мнение служанка. Утер с подозрением посмотрел на парня. Тот старался держаться уверенно, хотя чувствовал, что внутри него холодной льдинкой уже поселился страх. Стараясь унять дрожь в коленках, Мерлин также рассказал королю о том, что произошло на тренировке. О том, как сэр Леон ранил Артура, и что его меч почему-то оказался заточенным. Но Утер, как показалось Мерлину, не придал этому особого значения. Ведь сэр Леон был рыцарем, а значит не мог преднамеренно причинить Артуру вред. После допроса Мерлин вернулся домой выжатый, как лимон. Он рассказал обо всем наставнику и пожаловался, что Утер теряет голову, когда с Артуром что-то происходит. - Это естественно, - оправдал короля старик. – Он отец, его нужно понять. Затем лекарь вручил своему помощнику какой-то пузырек и велел отнести его Гвиневре. Это зелье было для Артура, чтобы на время облегчить ему дыхание. Мерлин покорно взял снадобье у Гаюса и, словно ведомый заклинанием, отправился в покои к принцу. Даже не смотря на только что пережитый допрос, сейчас юный маг не мог думать ни о чем кроме того, что рассказал ему Дракон. После его подсказки многое начинало проясняться. После королевского допроса Гвиневра снова вернулась к Артуру и готова была сидеть с ним столько, сколько потребуется. Она не выпускала его руку из своих ладоней, она не сводила с него своих печальных глаз, она что-то шептала ему нежно, хотя и не была уверена, что он ее слышит. Мерлин отдал зелье и сразу ушел. Сейчас у него совсем не было времени на лишние разговоры. *** Утер не находил себе места, ожидая вестей от Гаюса, пока тот не появился перед своим другом и королем. - Ну что? – не дожидаясь, пока лекарь заговорит, начал Утер. - Мне нечего вам сказать, сир, - ответил Гаюс, - кроме того, что возможно Артур подвергся магическому воздействию со стороны. Утер занервничал еще больше. - Ты знаешь, кто мог это сделать? - К сожалению, нет, сир. - Тогда найди его! – повысил голос Утер. – Я хочу знать, кто в ответе за то, что мой сын сейчас умирает. Гаюс опустил взгляд и поклонился. - Конечно, сир, - покорно произнес он. – Конечно. *** К вечеру Мерлин успел перерыть почти всю библиотеку Гаюса. Он искал что-то о жрецах древней религии и их деятельности, как учителей, может быть еще о наиболее выдающихся учениках. Но и намека на это не встретил в книгах. - Мерлин, скажи, что ты так долго там ищешь? – поинтересовался Гаюс. Юный маг промолчал и продолжил шелестеть книгами над головой своего наставника. Библиотека Гаюса была не маленькой: стеллажи с книгами занимали добрую часть верхнего яруса его обители. Но даже во всей этой многотонной массе старательно исписанных страниц Мерлин не мог найти ни одного упоминания о том, о чем говорил Дракон. - Гаюс, - прорезался вдруг голос Мерлина, - ты знаешь, кто такие дети чародеев? Старик посмотрел наверх. - Ты имел в виду учеников чародеев? - Ну да, - подтвердил Мерлин и стал спускаться по старой деревянной лестнице вниз, все же захватив с собой одну занимательную книжицу. - Во времена древней религии..., - начал было рассказ старый волшебник. - Да, я знаю, - прервал его Мерлин. – Существовали жрецы древней веры - учителя чародеи. Они обучали детей магии и колдовству. Услышав это, Гаюс поразился осведомленности своего юного помощника. - Так вот что ты искал в книгах, - догадался старик. – Ты не найдешь там ответа на свой вопрос. - Почему? - О них никогда не писали. - Тогда расскажи мне о них, - попросил юный маг. Старик лукаво улыбнулся. - Похоже, ты и сам все о них знаешь. - Не все, - Мерлин положил книгу на стол и сел. - Что будет, если убить ученика чародея? Гаюс насторожился, но потом быстро сообразил, что Мерлин спрашивает его об этом не просто так. - Что на этот раз ты натворил, Мерлин? – со всей строгостью спросил наставник. Юный маг отвел взгляд в сторону. Ему ли было не знать, что Гаюса не так просто провести. «Вот, кажется и пора рассказать ему всю правду», - подумал юноша. - Это не я, - робко начал Мерлин. – То есть я тоже там был, но это... Гаюс недовольно посмотрел на своего подопечного. Он до ужаса не любил, когда тот так себя вел, но с этим ничего нельзя было поделать. - Прости, Гаюс, я не должен был это от тебя скрывать. Потом Мерлин рассказал своему наставнику обо всем, что случилось тогда в лесу на охоте. Рассказал об Артуре, о мальчике-оборотне, о цветах у скал, что цветут даже осенью, рассказал обо всем, что помнил и о чем всем сердцем желал поскорее забыть. - Мерлин, ты должен был рассказать мне обо всем еще в тот вечер, когда вы вернулись с охоты. О чем ты думал?! – разозлился Гаюс и начал ходить по комнате, в негодовании размахивая руками. - Но что бы это изменило? – оправдывался юноша. - Все! – выпалил в ответ старый маг. – Может сейчас Артур был бы здоров, а я не стоял бы перед королем, не зная, что ему ответить. Мерлин чувствовал себя отвратительно. Ему казалось, что он уменьшился в размерах вдвое и до такой степени вжался в табурет, что его ножки ушли в пол наполовину. - Когда-то я тоже был таким учеником, Мерлин, - сказал Гаюс, но уже более спокойным тоном, хотя и продолжал еще ходить взад-вперед по комнате. – Нас было немного, учитель был стар и не успел обучить нас всему, что знал. Он очень нас любил и отнял бы жизнь у любого, кто посмел бы нам навредить. Мы выросли и постепенно многому научились сами. Тогда мы мечтали о могуществе, что станем продолжателями древней религии, но это были только мечты, и продлились они недолго. Война разлучила нас и заставила изменить взгляды на жизнь. Я много скитался, жил в разных деревнях, помогал людям, пока не пришел ко двору Утера. Тогда, Мерлин, я убедился, насколько злой бывает магия. Постепенно я отказался от ее использования, но я ничего не забыл. - Ты никогда не рассказывал мне..., - Мерлин даже не договорил, пребывая в каком-то зачарованном состоянии. Потрясенный, он слушал, открыв рот, и понимал, как мало он знал о том человеке, с кем уже два года делит одну крышу и один очаг. - Я даже не знаю, живы ли они еще, - тихонько вспомнил о своих друзьях старый маг. У Мерлина больше не осталось слов. Он встал и обнял старого опекуна со всей своей добротой и любовью. - Прости меня, Гаюс, - шепотом произнес юноша. Старик растрогался и невзначай смахнул слезу. - Но не думай, что тебе так просто удастся избежать наказания, - опекун взял своего подопечного за плечи и посмотрел в его глаза. И хотя теперь юный маг был под домашним арестом, на душе его стало гораздо легче от того, что больше ничего не нужно было скрывать. - Но как же Артур? – взволновался юноша. – Я должен попытаться его спасти. - И как же ты собираешься это сделать? – поинтересовался Гаюс. - Я поеду на то место, где все случилось. Я не имею права рисковать жизнью Артура, зная о том, что, возможно, найду там спасение для него, - на одном дыхании выдал Мерлин. - Если бы все было так просто, - Гаюс отвернулся и посмотрел в маленькое темное окошко, в которое за ними с Мерлином уже давно подглядывала ночь. Да, юный волшебник был наказан, но ему все же удалось уговорить своего наставника отпустить его на ночь к Артуру. Ведь Гвен просидела у принца весь день, и теперь кто-то просто обязан был ее сменить. Гаюс не боялся, что Мерлин сбежит, потому как теперь они были больше, чем просто опекуном и подопечным. Они поклялись друг другу никогда не лгать и ничего не скрывать друг от друга, ведь отныне Гаюс являлся мастером-чародеем, а Мерлин – его учеником. За окном продолжала лить слезы холодная осень, низкие дождевые тучи скрывали от Камелота звезды и Луну. Но на душе у старого чародея Гаюса было тепло и светло, словно кто-то наколдовал там лето. И этим кем-то был, конечно, Мерлин. Когда-то судьба лишила Гаюса возможности быть тем, кем он имел право быть. И лишь теперь она дает ему шанс стать им – учителем чародея.