Чёрный Беркут — Белый Лебедь

Кюхён выжидающе смотрел на Чонуна, не сводя с него свой полный решимости взгляд. Он только что закончил свой тщательно подготовленный доклад о невиновности Ли Сонмина, затянувшийся практически на полчаса, и сейчас был воинственно настроен, готовый отразить любую атаку и любой выпад майора в его сторону. Дрожь в коленях сменилась блеском в глазах, а все страхи как будто бы улетучились. Ведь он только что осознал, какую работу проделал, и, что греха таить, был невероятно горд собой. Но Чонун молчал и, сидя в своём кресле и откинувшись на спинку, сверлил взглядом какую-то картину на стене. По тому, как он кусал губы, было заметно, что он о чём-то тщательно размышлял, как будто ведя внутренний монолог с самим собой, не желая посвящать в него младшего. Но и Кю его не торопил. В конце концов, он сам готовился к этому разговору больше месяца, и было бы глупо предполагать, что майор на его выпад ответит ему в ту же секунду. "Наверно, он тоже собирается с мыслями. Ну, или думает, по какой статье меня уволить". — Знаешь, как называется эта картина? — внезапно заговорил Йесон, не отрывая взгляда от стены. Чо посмотрел на предмет и пожал плечами: — Никак нет. — "Поцелуй Иуды", — ответил тот. — Мой отец подарил её моему брату, когда тот оставил военную службу. — Так почему она здесь? — Чтобы я помнил. — О семье? — не понял Кю. Чонун, наконец, перевел глаза на Кюхёна: — Чтобы я помнил о том, какие люди меня окружают. И о том, что предать в любой момент может каждый: как подчиненный, так и собственный брат. — Эм, я... — замялся Чо. — Ладно, не бери в голову. В конце концов, это просто философия. А в ней я никогда не был силен, — он посмотрел на папку в руках лейтенанта. — Лучше скажи мне, что вы с младшим лейтенантом Ли Хёкдже-шши намерены делать дальше? — А, мы... а как вы узнали? — О Хёкдже-шши? Интуиция. Да и не смог бы ты в одиночестве проделать всю эту работу, не так ли? Стольких людей опросил, сколько мест проверил, столько камер, показаний... даже не побрезговал опровергнуть заключение полиграфа, которое я собственноручно провёл. — Просто, извините, конечно, но, — Эвил поджал губы, — я уже говорил вам: нельзя считать показания детектора лжи единственно верным аргументом. Это неправильно. — Влезать в дела старших тоже неправильно, Кюхён-шши, однако, — он сощурился, — тебя это не остановило. — Я никуда не влезал, майор Ким. Это независимое расследование. И было проведено оно исключительно по моей собственной инициативе. — Да ну? Так ли по твоей собственной? — Чонун фыркнул. — И ты хочешь сказать мне сейчас, что никто из твоего окружения не сподвигнул тебя на это целенаправленно? — Что вы имеете в виду, сэр? — А ты напряги память и постарайся вспомнить, настолько ли самостоятельно ты решил заняться делом Ли Сонмина? И по своей собственной ли прихоти? Кюхён нахмурился. Потому что до этого самого момента он никогда не смотрел на ситуацию с этой точки зрения. "Блин, о чем он говорит? Конечно, сам! Я сам решил закопаться в это дело! И никто меня на это не агитировал и не сподвигал!" — Скажите, майор, вы пытаетесь оказать на меня психологическое давление? — Я? Брось, никак нет, — Йесон усмехнулся. — Я просто хочу понять, действительно ли ты сам веришь во всё то, что говоришь. И готов ли ты пожертвовать всем прямо сейчас, на расцвете своей карьеры, ради этого дела. Ведь на кону не только Сонмин, не только твоя честь военного, но и ты сам. И ты, и капитан Ёнун, и младший лейтенант Хёкдже — вы все повязаны. И если что-то в вашем плане пойдет не так, то пострадаете в первую очередь вы трое. Именно вы. — Почему вы так говорите, майор Ким? — сощурился Кю. — Потому что именно я буду тем, кто потопит вас троих, — цокнул Чонун. — Я заживо закопаю каждого из вас, растопчу ваши звания и погоны, да сделаю это так, что дорога в мир военных будет закрыта вам до конца ваших дней. И не только военная отрасль — административная, судебная — вы нигде не сможете найти работу. Чо напрягся, не на шутку перепугавшись от стального тона голоса своего начальника. "Успокойся, Кю-а! Он просто пытается тебя запугать, чтобы ты оставил попытки докопаться до истины!" — Поэтому моя задача сейчас — донести до тебя эту мысль, — продолжал Ким. — Я хочу, чтобы ты чётко понимал, на что ты идёшь, зачем и какие у всего этого могут быть последствия. Кюхён сглотнул. — Ты меня услышал? — Так точно, майор. — И поэтому я повторяю свой вопрос, лейтенант: действительно ли ты сам веришь во всё то, что говоришь? Готов ли ты на жертвы? Готов взять на себя ответственность за каждое сказанное тобой слово сейчас и в будущем? И действительно ли пересмотр дела Ли Сонмина — целиком и полностью твоя инициатива? Эвил перевёл взгляд на картину на стене. Почему-то ему казалось, что именно в ней скрыты ответы на все эти вопросы. Вот только достать их из нее он почему-то не мог. "Соберись, Чо Кюхён! Постарайся трезво оценить ситуацию и дай ему честный ответ на все его вопросы". — А сам с кем хочешь поработать? — переспросил Канин. Кюхён помедлил: — С террористами. — Смертниками? — Не обязательно. "Всё верно — я хотел. Но это было моё задание. Задание, к слову, которое майор Ким самостоятельно мне поручил, отправив стажироваться в тюрьму к своему брату". — О, Кюхён-шши, проходи, конечно! Закончил? Кюхён кивнул: — Так точно, капитан. Спасибо, что разрешили посидеть в архиве. — О ком ты искал информацию? — О заключенном Ли Сонмине-шши. — Он заинтересовал тебя? Кю шумно выдохнул: — Немного. "Но сколько бы я ни вспоминал тот день, всё равно не понимаю. Неужели что-то должно было меня насторожить?" Ёнун улыбнулся: — Считаешь его приговор необоснованным? — Не хочу делать поспешных выводов. — Хочешь поговорить об этом? "Или майор намекает на то, что я занялся этим делом исключительно с подачи его же брата? Типа, капитан Ким считает Сонмина невиновным, но не может пойти против отдела "Чёрный Беркут" самостоятельно, поэтому поручил осужденного мне, чтобы я сделал все сам? За него? Чтобы именно я докопался до истины? Типа... таким образом он делает всю грязную работу моими руками, а сам остается ни при делах?" Капитан ухмыльнулся и повернулся к лейтенанту Чо: — А ты, Кюхён-шши, свободен тогда. Поговорим в следующий раз, если захочешь, — Канин подмигнул лейтенанту. "Хотя, если это действительно так... какая разница? Ведь важнее здесь то, что он считает Сонмина невиновным, ведь так?" — Это... я хочу ознакомиться с материалами дела поближе. Просто хочу убедиться в том, что правосудие на нашей стороне. — Неужели кто‐то запутал тебя своими показаниями? Кю еле заметно покачал головой: — Немного. Хочу удостовериться, что за решеткой не сидит невиновный. — Чье дело ты держишь в руках? — кивнул на папки Ынхёк. — Ли Сонмин-шши, — пожал плечами Чо. — Моё первое задание. Глаза Хёка расширились от удивления: — Ты тоже считаешь его невиновным? — Тоже? — не понял вопроса Кюхён. — Просто я тоже... "Ли Хёкдже-шши... действительно ли он оказал на меня влияние? Да, он, конечно, раз за разом повторял мне, что верит в невиновность Сонмина, что тот сидит за решеткой просто потому что, но..." — И, Кюхён-шши... Кю обернулся. — Я разделяю вашу точку зрения, — он кивнул. — Два человека не могут ошибаться. "Но ведь я заинтересовался этим делом ещё до знакомства с ним. Поэтому, кого-кого, а Ынхёка точно нельзя назвать ответственным за мои мысли и действия. Он не настолько крутой психолог, чтобы мной манипулировать. Поэтому... остаётся только один вопрос:действительно ли я занимаюсь этим делом только с подачи капитана Ким Ёнуна? Действительно ли за моей спиной тенью стоит фигура брата майора Кима?" — Ошибок не прощаешь? — Смотря какие. "И это — единственное из нашего с ним прошлого диалога, что не даёт мне покоя". — Майор Ким, — наконец, придя с самим собой к единому знаменателю, заговорил лейтенант. — Перед тем, как я отвечу... разрешите задать вам вопрос. — Задавай. — Его задал мне капитан Ким Ёнун-шши в тот день, когда я пришёл к нему на стажировку. Это был психологический тест, который он провёл перед тем, как поручить мне Ли Сонмина. Йесон еле заметно кивнул. Он всё так и сидел в своём кресле, повернувшись к картине, а его поза и лицо оставались полностью расслабленными, несмотря на важность момента. "Как будто бы он знает, что победил, и теперь только и ждёт, когда я ошибусь". — Я не боюсь ошибок, — Кюхён пожал плечами. — Все ошибаются, не так ли, майор? — Не все, — Чонун даже не пытался скрыть своё раздражение. — Я не ошибаюсь. — Прощаете ли вы чужие ошибки, майор? Тот, будто ни капли не удивленный таким вопросом, даже не опустил взгляд, чтобы взять паузу и подумать. — Нет. Не прощаю. — А свои ошибки? — Своих ошибок я не имею, — повторил он. — И, кажется, я уже несколько раз говорил тебе об этом. — Вот как, — Кю хмыкнул. — Хорошо. Спасибо за ответ. — Стоит ли мне спрашивать, как на эти же вопросы ответил ты? — Йесон склонил голову. — Или ты не захочешь этим со мной поделиться? — Я... — А, впрочем, ладно. Оставь это моему воображению. — Кхм. — Лучше скажи мне, подумал ли ты над моими вопросами? И готов ли ты озвучить ответ? — Подумал, майор. — И? — И я не согласен с вашей точкой зрения. — Вот как? — Мне кажется, вы считаете меня ведомым во всей этой истории, а не ведущим. Как будто бы я просто пешка в игре, а не ее король. И, конечно же, я смею предположить, что у вас есть для этого веские основания. Но, — он прочистил горло, — я хочу заверить вас, товарищ майор: вы ошибаетесь. Ни младший лейтенант Ли Хёкдже-шши, ни капитан Ким Ёнун-шши не оказывали на меня какого-либо воздействия или влияния. Я пришёл в колонию исключительно по вашему приказу, чтобы набраться опыта и поработать с заключенными. И, да, в тот же день капитан Ким поручил мне Ли Сонмина-шши. Он сделал это самостоятельно, основываясь исключительно на моём психологическом портрете и, я полагаю, нашей с ним, Ли Сонмином-шши, совместимости. Не более. Именно так я познакомился с этим делом и стал изучать его. Так и только так. А тот факт, что моя точка зрения по этому вопросу схожа с чужими — не больше, чем совпадение. И, заметьте, удачное для меня совпадение. Потому что именно так я понял, что я не один в своих сомнениях. И, начав больше узнавать о деле Ли Сонмина-шши, я заручился поддержкой Ли Хёкдже-шши. Мы вдвоем подготовили этот доклад, докопавшись до истины. И поэтому... — А вы до нее докопались? — Чонун позволил себе перебить пламенную речь младшего. — Так точно. — И в чём же заключается ваша истина, позволь поинтересоваться? — В том, что, — Кюхён выдохнул, мысленно сосчитав до пяти, — в том, что вы ошиблись, майор. Вы ошиблись, посадив за решетку невиновного человека. — Вот как, — тот понимающе кивнул и улыбнулся. — Хорошо, я тебя услышал, лейтенант. Ты предупредил меня, а я — тебя. — Так точно. Йесон посмотрел на часы: — И раз уж у тебя готов целый доклад, почему бы нам прямо сегодня не представить его вышестоящему руководству? — Что? — не понял Чо. — Ну, ты же так долго и упорно готовился, верно? Было бы неправильно, если бы о проделанной тобой работе знал только я. Поэтому собирайся. — Куда? — Поедем в главный офис и представим твою работу начальству. Тебе же всё равно нужно с чего-то начинать, ведь так? Я имею в виду, план по освобождению Ли Сонмина-шши. Прочитаешь свой доклад, выскажешь свои требования — это будет намного быстрее, чем идти окольными путями и тратить деньги на новых адвокатов, добиваясь рассмотрения дела на общих основаниях. А так, глядишь, мы поспособствуем тебе и сделаем всё намного быстрее. — Эм, вы... — Кю стушевался, не зная, как реагировать на это заявление. — Я не шучу, если ты об этом, — Чонун выдохнул. — Иди, собирайся. А я сделаю один звонок, чтобы наш приезд не оказался неожиданностью. Кюхён ещё пару минут стоял, как вкопанный, хлопая глазами. "Он это сейчас серьёзно? Или просто хочет, чтобы чужие руки сломали все наши планы? Типа, как и его брат, не хочет мараться самостоятельно?" — Лейтенант, вы меня слышали? — уже чуть строже произнёс майор. — Покиньте мой кабинет и идите собирайтесь. Мы выезжаем немедленно. — Слушаюсь, сэр, — на автомате произнёс Эвил и, поклонившись, поспешил удалиться. "Что-то тут не так, — думал он про себя, открывая дверь. — Нет, он явно что-то задумал! Неужели он всё-таки хочет мне помешать?" — "Король он, а не пешка" — как же! — прыснул Чонун, как только остался один, и достал из кармана телефон, выискивая в контактах нужный номер и нажимая на "вызов". — Пусть будет по-твоему. После нескольких продолжительных гудков в трубке послышался явно удивлённый голос: — Да, слушаю. — Добрый день, полковник Пак! Разрешите обратиться! — Да, майор Ким, я весь во внимании, — ответил Чонсу. — И, признаюсь честно, я удивлён вашему неожиданному звонку. — Полковник Пак, я бы хотел встретиться с вами. Мне нужно обсудить с вами дальнейшие действия отдела "Чёрный Беркут". В частности — операцию по разоружению террористической группировки. — Вот как. — Так точно. — Насколько это срочно? — Чрезвычайно, сэр. Этот вопрос действительно не терпит отлагательств. — Кхм, ну, хорошо, — тот ненадолго замолчал. — Раз так, приезжай ко мне в офис. Я задержусь здесь. — Спасибо, полковник Пак! Мы скоро будем! — Мы? — не понял тот. — Так точно. — Ты меня заинтриговал. Хорошо, майор Ким, ожидаю вас в офисе в самое ближайшее время. Пожалуйста, поторопитесь. — Так точно. До встречи, сэр! — отрапортовал тот и сбросил вызов.