Последний властелин времени

      — Попались! — раздалось сзади. Дверь захлопнулась, а я даже шелохнуться не успел. Черт!       Я, проклиная все и всех на свете, в особенности себя самого, медленно обернулся, еще крепче прижимая к себе Юли.       У двери посмеиваясь стояли доктор Зеймус и Арвиль.       Я выругался, хотя обычно себе этого и не позволяю. От услышанного Арвиль еще больше скорчился от смеха.       — Какого лешего? — вымолвил я. — Меня чуть Кондратий не хватил!       — Кто? — давя смех, переспросил младший Крейн.       — Не важно!       — Сергей, положите пока юную деву на этот диванчик, — сказал ученый.       Только теперь я смог осмотреться. Это была почти такая же комната, как и та, в которую я прибыл вместе с Мартой, когда попал в Цитадель. Здесь на кафельном полу в самом центре стояли две ванны, наполненные какой-то жидкостью, скорее всего водой. Справа находился диван. Чуть дальше стол и шкаф с приборами. Напротив располагалась картотека, видимо туда записывались имена тех, кто прибывал или покидал станцию.       Я аккуратно перенес Юли на диван. На секунду меня охватило чувство дежа вю. Не так давно для меня, чуть больше суток назад, я вот также укладывал Джейн. Сколько с того момента прошло? Лет пятнадцать? Двадцать? Не важно! Главное, что передо мной не эта психованная вампирша и даже не негритяночка, а та история не повторится.       — Я очень надеюсь, что мою сестру ты обижать больше не будешь, — произнес Арвиль. Он уже насмеялся и теперь, встав рядом со мной, смотрел на Юли. — Не хочу видеть ее печальной. Ты понял?       — Понял-понял, — заверил я. — Я ведь обещал ее вытащить.       — Я помню. Когда она тебя притащила, я хотел тебя сразу выкинуть обратно. Но она была довольна, и я не посмел. Потом я решил как можно скорее помочь тебе выбраться со станции. Но увы…       — Предопределенное событие?       — Да, доктор такие любит. Но я помню, что ты сделал. И вряд ли когда-нибудь прощу.       Арвиль, воспользовавшись временем, поправил растрепавшуюся косу сестры. Я же подошел к ученому, настраивавшему аппаратуру.       — Из какого он времени? — почему-то шепотом спросил я.       — Смотри-ка, заметил! — воскликнул доктор. — А сам как думаешь?       Теперешний Арвиль из этого отрезка помогает Марте. Этот свободно пользуется временем. А это может означать лишь одно:       — Он из нашего с Юли времени, — ответил я.       — Почти верно, — подтвердил Арвиль, конечно же нас слышавший. — Доктор меня переместил сюда уже после твоего побега. Представляешь, только я отволок ее к доктору, не успел я оставить их в его кабинете, а он уже стоит рядом в коридоре и тащит меня в это время!       — И зачем он вам понадобился? — задал я вопрос ученому, наблюдая, как младший Крейн, опустив в ванны руки, пробовал на температуру воду.       — Холодненькая, — заметил он за этим занятием.       Доктор тоже посмотрел на Арвиля, а затем произнес:       — Как бы парадоксально это не звучало, но этот молодой человек водится в таких кругах и знает так много…       — Например, что вы властелин? — предположил я.       — И это тоже. Ему хватает ума…       — Это грубо! — встрял Арвиль.       — …хранить секреты обитателей Цитадели. За это он получает помощь.       — Получается, он и про Ингрид знает.       — Знает. Возможно, даже больше нашего.       Мне захотелось спросить, что же он такого знает об Ингрид, чего может не знать Зеймус, помогающий ей менять маски, но вопрос я так и не задал — к нам подошел Арвиль.       — Мне отправиться с ними?       — Дел, конечно, ты наделал, но нет, ты нужен здесь, — при этом доктор Зеймус скорчил такую гримасу, что не полюбопытствовать я просто не смог:       — И каких же дел ты наделал?       — Всего лишь представилась возможность исполнить свою мечту, — лишь развел руками Арвиль.       — Это первую? — уточнил я, вспомнив, что он мне ее так и не озвучил.       — Да.       — И как? Удалось?       — В полной мере, — довольно улыбнулся властелин, снова напомнив мне кота.       — Одно зло порождает другое зло, а то, в свою очередь, третье, — философски заметил ученый, явно зная о мечтах младшего Крейна больше моего. — И так без конца. Возможно, это какой-то замкнутый круг. Возможно, уроборос, который был бы мне ближе в данной ситуации. Тем не менее, учти, Арвиль, после изменений она ничего помнить не будет.       — А может не стоит убирать эту память? Может не стоит скрывать все ее грехи? Каждый раз делая ее новую, все начинается сначала. Скажите, доктор, вам не надоело наступать на одни и те же грабли? Попробуйте хоть раз не блокировать ее воспоминания.       — Если я так сделаю, тебе несдобровать.       — Знаю, — процедил Арвиль, — но с этим я как-нибудь разберусь сам.       Как же он это сказал? Какие ноты в тот момент прозвучали в его голосе, интонации, мимике, жестах…       — Уж не влюблен ли ты в нее? — почему-то предположил я.       — Сергей, это не твоего ума дела. Не дорос ты до этого.       — Но она же…       — Она — это всего лишь набор из кратких мгновений ее жизни, большая часть из которых ей не доступна. Доктор ее бережет, но я считаю иначе. Она достойна знать все, что с ней случилось, все, что она натворила. Это будет тяжелое испытание, но она с ним справится.       — Ты в этом так уверен? — спросил доктор Зеймус. Он задумался, рассматривая властелина, а потом произнес: — Хорошо, Арвиль, пусть будет по-твоему. Когда ты принесешь ее ко мне, я не буду каким-либо образом воздействовать на ее память. Я снимаю с себя всю ответственность за то, что произойдет после. У тебя, конечно, еще есть время передумать.       — Это вряд ли.       Разговор прервал раздавшийся приглушенный писк. Доктор Зеймус поднес ладонь к уху и отошел подальше, но некоторые фразы все равно долетали.       — Слушаю… Уже?.. Хорошо, Арвиль. Проводи их в мой кабинет.       — Она и Кира Перрочи прибыли на станцию, — прошептал Арвиль. — Сейчас тот я поведу их через верхние уровни. Впрочем, теперь ясно, почему доктор приказал ей притащить этого Киру через тот отправочный пункт, а не этот.       — Что ж, — Зеймус сжал ладонь и обернулся к нам, — мне пора. Поэтому даю последние инструкции. Арвиль, ты должен отправить их в исходную точку.       — Сделаю в лучшем виде.       — Затем отправишься ко мне. Прошу, будь предельно осторожен. Теперь ты, Сергей. Ваша с Крейн задача наблюдать за Алексеем Панаевым. При необходимости подчищайте за ним следы и уберегайте от опасностей. Чем дольше он будет в живых, тем лучше для всех. Рядом, скорее всего, будет крутиться Лескова Анна. За ней тоже приглядывайте. И все это лучше делать не раскрывая себя.       — В смысле?       — Они путешествующие, выполняют очень важную миссию и, не смотря на то, что о Цитадели и о самой миссии они ничего не знают по определению, эти два сотрудника станции даже там на Земле способны все вспомнить, пробудить в себе воспоминания своих истинных личностей и тех многочисленных жизней, что они прожили на планете. Вы должны их к этому подтолкнуть.       — А как же моя учеба?       — С этой стороной жизни придется распрощаться. Поверь, если у них все получится, вам будет не до учебы.       — Как мы его найдем?       — Связь и дальнейшие инструкции через Арвиля, если он, конечно, выживет. Вопросы?       — А если не выживет?       — Будем надеяться на лучшее. Оборудование он вам предоставит. И да, Сергей, подумайте хорошенько о вашем подарке на Новый год. На этом все. Удачи.       Начальник уровня, не дав нам опомниться, быстро покинул комнату.       — Ты что-нибудь понял? — спросил меня Арвиль.       — Только то, что ты, скорее всего, не выживешь после встречи с Мартой.       — Смешно, — похлопал меня по плечу младший Крейн. — Ладно, идем.       Мы подошли к столу. Арвиль принялся рыться в контейнерах, стоявших здесь в большом количестве.       — Что ты ищешь?       — Портативный коммуникатор. Чтобы связь держать.       На мое удивление он выудил маленький шприц и, сцапав мою руку, сделал небольшой укол в центре моей правой ладони. Это место набухло, а потом все рассосалось.       — В жидком виде лучше всего вживлять, — пояснил Арвиль. — Теперь нажимаем большим пальцем.       Он ткнул меня в уколотое место. Тут же появилось голубоватое свечение, исходившее из центра ладони.       — Запоминай: доводишь до указательного пальца — звонишь мне, до среднего — доктору. Подносишь к уху — разговариваешь. Чтобы отключиться, достаточно сжать кулак. При входящем вызове будешь ощущать жжение. Чтобы принять его, нужно также поднести ладонь к уху.       — Ясно, — придется развивать гибкость пальцев.       — Больше номеров не вбиваю. Тебе понадобятся только эти два.       — Ясно. А Юли?       — Ей не надо.       — Она, кстати, знает о твоем увлечении?       — Вот кто тебя за язык тянет?       — Я просто не понимаю. Ингрид мучила твою сестру, эксплуатирует тебя… Ты часом не мазохист?       — Все-таки не дорос ты до этого… Знаешь, каждый ее образ — это огромная роль, маленькая звезда. А если собрать все ее образы, получится целая галактика.       — Да ты романтик, — сделал неутешительный вывод я.       — А ты сделан из стали.       На том мы и порешили.       Мы усадили Юли в ванну, следом залез я. Водичка действительно оказалась холодной.       — Знаешь ли ты, Сергей, — снова тоном заядлого экскурсовода заговорил младший Крейн, — что жидкость, а тем более вода, лучше всего переносит данные? В своем простом, даже можно сказать, элементарном составе она способна сохранить огромное количество информации.       — С жидкостью все понятно. Но почему ванна?       — Все из-за формы.       — Ты не знаешь?       — Никогда не интересовался, — пожал плечами властелин.       — И каким образом происходит перемещение, тебя спрашивать не стоит?       — В точку. С приборами возится доктор. Его и надо было спрашивать.       — А ты специалист исключительно по времени.       — Именно, — ответил Арвиль и вдруг стал серьезен. — А теперь запомни, я кину вас чуть раньше того момента, как она пришла к тебе. Будь осторожен и не попадайся себе прошлому на глаза, если не хочешь получить осложнения, — он щелкнул меня по лбу. — И самое главное. Не убережешь, обидишь, предашь мою сестру — тебе придет конец. Я лично тебя развею.       — Хоть ты меня Мартой не запугиваешь, — пробубнил я на эту угрозу. — Не переживай.       — Тогда в путь.