Und alles hat in Grensenwalde angefangen.

      Вечерний лес представал во всей красе лишь в таких диких, нетронутых далях, как эта – глушь на западе от Грензенвальда. В отличие от остальной территории, данная местность была буквально пропитана жизнью. В воздухе летало нечто неуловимое, что жители деревни прозвали «Дыханием Природы». Может, из-за того, что он был чистым настолько, что вдохни ты его, и к тебе вернутся силы, а может и потому, что среди деревьев то и дело мелькали тени животных.         Фридрих заблудился. Он уже не гнал коня, а слез с него и пробирался по лесу, проваливаясь в снег по колено и чертыхаясь. Вороной лениво шел вслед за хозяином, и рыцарь дергал коня за узду, когда тот начинал отставать. Солнце еще не скрылось за деревьями, но мужчине никак не хотелось задерживаться в незнакомом месте до темноты. У него было с собой оружие, он прекрасно ориентировался на местности, но, черт возьми, в этой глуши тебе никакие ориентиры не помогут. В отличие от тропы, по которой он с отрядом ехал в деревню, тут царила странная атмосфера. Будто что-то пытается подавить в тебе злые мысли. А их у Фридриха было предостаточно. Его раздражали жители с их наивностью; Юрген, считающий свои шуточки чем-то стоящим внимания; Удо, который вел себя как подросток, хотя ему стукнуло уже двадцать четыре года. Но больше всех его бесил тот парень, которого он увидел в толпе. Не зря голос внутри тогда забил тревогу. Было в этом мальце что-то такое, что теперь глодало Фридриха изнутри. А что, мужчина понять не мог, и ему только и оставалось, что хмуриться да идти вперед, пока его вороной не остановился и не повел ушами, повернув голову куда-то в сторону. - Ну, что еще? Рыцарь, не оборачиваясь, недовольно цокнул языком и натянул поводья. Вороной не двинулся с места, продолжая смотреть в одну точку. - Давай же, идем. Надо успеть к этому старику, пока не закоченели тут к дьяволу. Из чащи послышался хруст веток. Фридрих резко обернулся. Его конь мотнул головой, из-за чего поводья чуть не выскользнули у рыцаря из рук. Мужчина схватил уздечку и потянулся к поясу, на котором висел меч. Только чужаков ему сейчас не хватало.           Джек дернул зацепившуюся за куст накидку и практически вывалился на маленькую поляну. Под его ногами скрипнул снег, и парень, пытаясь удержать равновесие, замахал руками, из-за чего в его сумке что-то громко звякнуло. Джек вздрогнул и быстро открыл ее, проверяя целостность содержимого. От этого занятия его отвлек тихий кашель. Парень растерянно обернулся и остановил свой взгляд на стоящем поодаль рыцаре, чей конь неотрывно следил за Брауном. Это немного пугало, ибо глаза лошади, под стать окрасу, были совершенно черными, и в них присутствовало человеческое сознание. Несколько секунд царило молчание, Фридрих смотрел на растерянного Джека с изумлением, будто ожидал увидеть медведя или того же Лешего, но никак не деревенского паренька. Тьма внутри рыцаря радостно зашевелилась. Джек, пытаясь подобрать слова, сбивчиво произнес: - Добрый вечер. Рыцарь лишь слегка поднял брови. - Добрый. И толком даже не начавшийся разговор на этом закончился. Фридрих смотрел на Джека. Тот молчал, не зная, продолжать свой путь, оставив рыцаря одного, или сказать что-то еще. Вдруг мужчина решил просто прогуляться перед ужином? Решив больше не задерживаться, Джек несмело кивнул рыцарю на прощание и начал пересекать поляну. Фридрих пару секунд проводил фигуру парня взглядом, а затем окликнул его. - Парень, ты мне не поможешь? Браун остановился. - Я слышал, где-то здесь живет некий Гайдин. Знаешь такого? Джек напрягся. Взрослые к отшельнику не ходили, что уж говорить о  чужаках. Это было подозрительно. - А зачем он вам? – Браун медленно развернулся, крепче сжав ремешок сумки. - Тебя это не касается, - Фридрих передернул плечами от холода. – Просто покажи мне дорогу. - Я не знаю. Джек уже всерьез начал беспокоиться, что отшельнику может грозить опасность из-за этого чужака. Хоть парень и не любил врать, но сейчас он решил лгать до победного. Что-то в поведении рыцаря настораживало. - Что? - Я не знаю, где он живет.         Фридрих сжал кулаки, тон парня начинал его раздражать. Голос внутри недовольно шикнул и затих. Мужчина скрипнул зубами и, взяв себя в руки, елейным голосом спросил: - А что же тогда ты тут делаешь? - Гуляю, - Джек уже с нескрываемой враждебностью смотрел на рыцаря, боковым зрением намечая себе пути к отступлению. - Гуляешь, значит. -  Кивнув на сумку, которую Браун в это время медленно спрятал за спину, мужчина улыбнулся.- А это часом не гостинец для твоего знакомого? Джек нахмурился. Ситуация ему не нравилась совершенно, а еще больше угнетало то, что даже пустись он наутек – толку мало. Хоть он с детства знал лес, и мог с легкостью укрыться от рыцаря в считанные секунды, тягаться с вооруженным взрослым ему не казалось хорошей идеей. Еще и конь неотрывно следил за парнем, будто хотел пригвоздить его к земле своим взглядом, дабы хозяину не пришлось гоняться за Брауном по округе.   - Что вам нужно от Гайдина? Фридрих удивленно вскинул брови. Джек продолжал смотреть на мужчину без признаков дружелюбия. - Так он все-таки существует, – рыцарь усмехнулся. - У меня есть к нему пара вопросов. Он ведь как-то связан с магией, как мне сказали, верно? - Не знаю. Джек начал медленно обходить мужчину, продолжая смотреть ему в глаза и стараясь не моргать, дабы не упустить момент, если тот все же решит напасть. Фридрих еле заметно оскалился. Парень выбрал неудачную тактику, пытаясь сменить свое местоположение, но оставаясь на небольшом расстоянии. Рыцарю ничего не стоит схватить его, коль тот решит сбежать. - Что ты все не знаешь, да не знаешь. - Мужчина отметил про себя, как напрягся Джек, уловив в голосе незнакомца нотки злости. Наигранной, впрочем. –  Он живет где-то в этих местах, его чудотворства видят только дети, которые к нему ходят. Также, по традиции, старику необходимо принести какую-нибудь безделушку в знак уважения. Фридрих перевел дыхание, кашлянул из-за опалившего легкие морозного воздуха и продолжил: - Я уже понял, что в сумке у тебя явно не шишки да ягоды. Так что давай выкладывай, где хижина отшельника?         Браун внезапно остановился и переменился в лице. На место враждебности вдруг пришел скучающий взгляд и вздернутые брови, будто он только что выслушал не разоблачающие его доводы, а нудные матушкины наставления по поводу проделок сына. Парень выпрямился и, если бы у его брюк были карманы, Браун бы сунул в них руки, всем своим видом давая понять, что он не придал словам Фридриха никакого значения. - Ну, допустим, я знаю где он, но какой смысл мне рассказывать это вам? Фридрих устало выдохнул и крепче сжал уздечку. - Я ведь уже сказал тебе, что у меня есть к нему вопросы. Мужчина наблюдал, как парень, наклонившись, сгреб ладонями снег и теперь формировал из него шарик, делая вид, что внимательно слушает собеседника. - Касательно магии и в особенности… - Хэй! Рыцарь не успел закончить предложение. Джек запустил в его сторону снежок, намереваясь скорее просто в шутку заставить рыцаря отвлечься. Парнишка надеялся, что, пока мужчина замешкается, ему удастся сбежать. Но вышло немного по-другому. Фридрих успел уклониться от «снаряда», и снежный комок угодил прямо в круп вороного, от чего последний был не в восторге и, громко заржав, встал на дыбы. Поскольку рука рыцаря все еще сжимала поводья, то его сначала дернуло вперед, а после, когда он машинально отпустил их, мужчина повалился спиной в стоящий позади снежный сугроб. Конь, недовольно фыркая, отбежал на несколько шагов и повернул голову в сторону людей, наблюдая, что же будет дальше. Джек закрыл рот рукой, чтобы не засмеяться в голос, наблюдая, как Фридрих неуклюже пытается встать, проваливаясь в снег еще глубже. Руки мужчины скользили по плащу и никак не хотели помогать своему хозяину. Оставив бесплодные попытки подняться, рыцарь исподлобья осуждающе посмотрел на парня.         Подавив очередной приступ смеха, Джек решил все же помочь мужчине и стал медленно подходить ближе, стараясь не оступиться и не упасть. В таком случае им обоим пришлось бы рассчитывать лишь на помощь вороного, что само по себе было дурацкой мыслью. Но, как выяснится позже, Браун зря недооценивал жеребца.         Наконец подойдя к рыцарю, Браун протянул мужчине руку. Фридрих, глядя на парня снизу вверх и осознавая, как нелепо сейчас выглядит, мгновение медлил, а после, с внезапно подобревшим лицом, но хитрой улыбкой, протянул свою руку в перчатке и обхватил ладонь юнца. Джек уже было подался назад, намереваясь вытащить мужчину из снежного плена, но в следующее мгновение оказался лежащим на рыцаре. Он лишь успел упереться ладонью мужчине в грудь, чтобы не столкнуться с ним лбами. - Это у вас, деревенских, такая традиция «крещения снегом»? – Фридрих, тяжело дыша после своих стараний выбраться из сугроба, смотрел в карие, похожие на сосновую кору с прожилками смолы, распахнутые удивленные глаза. Джек, пытаясь прийти в себя после такого подлого выпада со стороны мужчины, издал лишь короткий смешок и ответил: - Нет, это новый вид ловушек для чужаков, - Браун отчего-то смущенно опустил взгляд и уперся свободной рукой в грудь рыцаря, поднимаясь на ноги. После он помог мужчине  встать следом. Повисло неловкое молчание. Вороной продолжал топтаться в стороне. Солнце к этому времени уже почти село и лес был похож на толпу разодетых в бордовые одежды великанов: сосны властно нависли над поляной и своими темными верхушками, словно пытались скрыть происходящее на поляне, от посторонних глаз. Кусты были похожи на притаившихся зверей, готовых в любую минуту ожить и начать замысловатые пляски вокруг вторгнувшихся на их территорию людей. Повсюду царила давящая тишина. Фридрих подал голос первым: - И что ты намерен делать с пойманным чужестранцем? – мужчина посмотрел на продолжавшую держать его руку ладонь. Браун проследил за его взглядом и поспешно разжал пальцы. - Отвести в деревню и отдать на суд старейшин, - парень отвернулся, не желая встречаться с рыцарем глазами. Он слишком хорошо запомнил чужой властный взгляд, минуту назад пронзивший его душу холодом и… страхом?   - Ну, это может подождать, - Фридрих отряхнулся от прилипшего к одежде снега и, подозвав коня, который послушно отозвался и лениво зашагал к рыцарю, продолжил: – А сейчас, будь добр, проводи меня к вашему лесному кудеснику. Тебе ведь тоже по дороге, верно? Джек поежился, вновь услышав опостылевшую ему просьбу и, поправив съехавшую с плеча сумку, в которой опять что-то мелодично звякнуло, приглушенно ответил: - Мы можем не успеть до темноты, лучше вернуться и уже зав… - Веди давай. Тоном, не терпящим возражений, Фридрих дал понять, что разговор на этом закончен. Решив, что более препирательств не последует, рыцарь взял коня под уздцы и стал пробираться сквозь снег в том направлении, в котором изначально Браун хотел от него удрать. Джек, однако, считал по-другому. - Ночью в лесу ходить запрещено. Гайдин злится, когда кто-то не слушает… - Но ведь у него не будет выбора, кроме как выслушать нас. Мы ведь уже придем, что он нас, палкой изобьет? Или проклятье нашлет? А может, зверушек своих диковинных натравит? – Фридриху все эти деревенские предрассудки казались полной чушью. Рыцарь не боялся суеверий и уж тем более не был трусом. На поле боя он внушал вражеским солдатам такой ужас, что тот ясно отражался в их глазах, перед тем, как от удара меча тело покидала жизнь Так что весь этот мальчишеский лепет только раздражал его, и мужчина решил ускорить дело, приободрив паренька. - Тем более, - продолжил он, отводя в сторону край своего плаща и демонстрируя висящий на поясе меч, - мы не безоружны. Кто в здравом уме решит на нас напасть?         Браун неуверенно кивнул, с опаской покосившись на оружие. Он не знал, как Гайдин отреагирует на явку пусть и знакомого  ему Джека, но с чужаком впридачу. Старик никогда не злился на детей. Да, порой он бранил глупышей за то, что во время игр они могли сломать молодое деревце или, подражая взрослым, устраивали охоту на белок и прочих мелких животных. Парень никогда еще не видел отшельника в настоящем гневе. И это пугало куда больше каких-то там проклятий. - Хорошо, - произнес, наконец, Джек и серьезно добавил: - Но я пойду первым, а ты подождешь где-то недалеко, пока я не позову. Идет? Фридрих выпустил край плаща из пальцев и материя, тихо шурша, скрыла собой внушающий многим ужас меч. Мужчина лишь улыбнулся про себя тому, как парень по-товарищески к нему обратился. Но это простительно. Он и сам проникся некой симпатией к этому сорванцу, а если они подружатся (в чем, по правде, рыцарь еще сомневался), то появится больше возможностей выпытать у мальца нужную информацию. - Идет. Фридрих отошел чуть в сторону, давая Джеку дорогу и немного наклонился, свободной рукой сперва касаясь груди, а после указывая ею в сторону тропы, как если бы пропускал важную особу. - Прошу вас. Джек удивился такому поведению рыцаря, но, коротко кивнув, прошел мимо, скрываясь в чаще. Мужчина чуть погодя последовал за парнем, нетерпеливо дернув поводья.  

***

      Когда потревоженные ветки кустов перестали раскачиваться, на поляне воцарилась гробовая тишина. Ни одна птица, ни один зверь не смели нарушить вечерний покой леса. Солнце, все еще лениво скатываясь за горизонт, лизнуло своими лучами следы сапог и примятый на месте недавней возни снег – доказательство того, что в этом месте были люди.