Natalie

Дневник я веду с пятого класса, то есть уже пять лет. Записывать свои чувства, эмоции, происходящие со мной события – для меня просто жизненно необходимо. Если в моей жизни произошло что-то светлое, а я не записала этого, то этот день и не сыграет в моей жизни никакой роли. Из головы рано или поздно он сотрется, будут появляться новые события и новые люди, а ведь в нашей жизни по-своему важен каждый день. Другое дело, если написать его на бумаге. Ведь, как известно: «Что написано пером, не вырубишь топором». С некоторых пор на страницах моего дневника фигурировало одно имя, имя моей учительницы математики. Я записывала про неё все: как она была одета сегодня, как накрашена, как и сколько раз она на меня посмотрела, улыбнулась ли, что сказала, я описывала её удивительную живую мимику, её интересный кокетливый взгляд. Я знала, что это никто никогда не прочитает, моя мама никогда не позволит себе залезть в мой дневник. «Она так громко и задорно смеется, - выводила я левой рукой на клетчатом тетрадном листе синей пастой (да, да, я левша), - У неё удивительно заразительный смех…» Мою мысль прервал телефонный звонок. Я была почти уверена, что это Саша и именно поэтому бросила ручку, вскочила из-за стола и побежала в прихожую за телефонной трубкой. - Алло, - запыхавшись, сказала я, изо всех сил прижав телефон к уху. - Маша, здравствуй! – знакомый голос раздался на другом конце провода. «Опять она!» - подумала я и напряженно вздохнула. Да, да, это снова она, моя «любимая» классная руководительница Ольга Николаевна. - Здравствуйте, - недовольно сказала я, и она, кажется, услышала моё недовольство. - Математикой занимаешься, наверное? – фраза прозвучала с сарказмом. Конечно, ну как уж не съязвить! В этом она вся. - Наверное, - с таким же сарказмом ответила я. На самом деле, я не привыкла переговариваться с учителями, да и считаю, что это ни к чему. Со всеми ними у меня вполне нормальные отношения. Да я не могу сказать, что и с Ольгой Николаевной враждую, просто она очень странная женщина. Вроде всего около пятидесяти лет, а маразм уже прогрессирует. - Ну, молодец. Мама дома? – видимо, она не хотела дальше продолжать переговариваться со мной. - Дома. Она что-то сказала мне ещё, но я не слышала, а пошла на кухню и сунула маме к уху телефонную трубку. Я прекрасно знала, что хочет Ольга Николаевна и куда придется в субботу идти моей маме. Да, мамочка познакомится с моей новой пассией. Боюсь, что этого мне уже не избежать. POV Ирина Александровна (мама Маши) Математику я сама в школе не любила, но старалась справляться с этим. Я была в десятом классе не такой лентяйкой, как Маша. Сама я окончила школу с золотой медалью и благодаря этому получила отличное образование экономиста. Ну и стыд. Вызвали в школу из-за успеваемости дочери. Никогда не думала, что придется такое испытать. Новая учительница у них какая-то там, хочет что-то мне сказать. Наверное, сейчас поведает мне о том, какой никчемный у меня ребенок. Есть такие учителя. Однако утверждать не буду, пока не познакомлюсь с ней лично. Я зашла в здание гимназии, где учится Маша. Сама я оканчивала другую школу, но дочь по многим причинам пришлось отдать сюда. Например, одна из причин такова: она ближе к дому. Но говорят, что эта гимназия самое элитное учебное заведение в нашем районе. Я уже прошла через холл и собиралась подниматься по лестнице, как меня окликнул мужской голос. - Женщина, вы куда? Передо мной стоял какой-то дедушка в грязном свитере и без одного глаза. Ах да, это же у них сторож такой. Видела его, когда на собрания ходила. Интересно, какой от этого дедули толк? Он же еле ходит. - Я к учительнице математики. Меня вызвали в школу. Дедуля поморщился и пошевелил беззубым ртом. - К какой такой учительнице? Надо же, как он добросовестно исполняет свою работу, не пускает чужих. Молодец! - К Волынцевой Наталье Александровне, - бодро ответила я. Ну, неужели и сейчас не пустит? - Здесь нет таких, - не раздумывая, сказал дедуля. Не поняла? Как это? Он явно уже забывается, в таком-то возрасте оно и понятно. Дедуля-сторож развернулся и пошел куда-то в сторону столовой. Ну ладно. И я точно знаю, что такие здесь есть, я же в своём уме. Как и полагалось, я поднялась на четвертый этаж и нашла кабинет с номером «55». - Можно? – я постучала в дверь и тихонько приоткрыла её, словно школьница. Ужасно стыдно. - Заходите, - ответил грубоватый женский голос. Передо мной встал образ симпатичной женщины чуть помладше меня, лет так тридцати восьми. Женщина была одета довольно стильно: длинная клетчатая юбка, красный кардиган, туфли на высоких каблуках. Натурой она мне сразу показалась властной и с характером. Однако она была довольно приятная, сразу расположила к себе, улыбка у неё тоже приятная. Осталось теперь узнать, какова она в общении и что она мне скажет про Машину успеваемость. - А Вы, как я понимаю, мама Маши Савиной? Я кивнула. - Мне очень приятно с Вами познакомиться. Мне бы хотелось поговорить о Машиной успеваемости по моему предмету. Вы присаживайтесь. Я села за первую парту, Наталья Александровна напротив меня. - Да, я уже знаю. У неё с математикой и, правда, проблемы… - Девочка такая хорошая, красивая такая, с одноклассниками так хорошо общается, они любят её, но вот проклятая математика не дает покоя…, - говорила учительница, - Вам, наверное, нужно репетитора нанять. Я почему-то сразу подумала, что она себя имела в виду. Уж больно глаза у неё блестели, когда она про Машу говорила. Нет, Ваша кандидатура нам ни к чему, у нас есть репетитор. - Так Маша занимается с репетитором. Надо только, я думаю, время увеличить. Разговор наш с Натальей Александровной был не очень долгим. Она поспрашивала про Машу, про Машиного репетитора, рассказала мне немного о ЕГЭ, и на этом мы расстались. Ах да, она ещё для чего-то мне оставила свой телефон. Может быть пригодится. Может. Ну, ничего, вполне адекватная молодая женщина. Все-таки хорошо, что в школе, где учится моя дочь не все учителя, как Ольга Николаевна.