Natalie

Не может быть! Не могу поверить в это чудо! Нам сказали результаты уже по всем ЕГЭ. Да, да, я всё сдала! Особенно меня поразили результаты по русскому языку – 95 баллов… У меня есть все шансы поступить туда, куда я хочу. Остальные экзамены тоже хорошо, но не настолько. Одноклассники так меня поздравляли, как будто бы у меня день рождения. Так приятно, что они радовались за меня, как за себя, очень жалко расставаться с этими замечательными людьми. А ЕГЭ оказалось совсем не страшно и не так уж и сложно, главное - готовиться. Не зря я просиживала за учебниками и с репетиторами столько времени. Наталья Александровна так рада за меня, расцеловала меня в обе щёки. Вот такие вот приятности. Ну вот, и всё. Грусть по школе уже как-то начала отступать, я начала осознавать, что ждёт впереди, какая жизнь! Школа навсегда останется для меня моим домом, я оставляю здесь частичку себя, а с Натальей Александровной мы будем созваниваться, а когда я буду приезжать домой, обязательно видеться в этих стенах. Интересно, какие будут наши встречи после долгих разлук? Мы, наверное, будем долго-долго обниматься, целоваться и разговаривать обо всём на свете… Да я же ещё никуда не поступила, но мечтать никто не запрещал. *** Я стояла посреди комнаты и не верила до сих пор в то, что этот вечер настал. Мама застегивала на мне синее выпускное платье. Такое красивое, жалко, что его уже потом никуда нельзя будет надеть. Вокруг меня стоят бабушка и тётя Наташа, Сашка и Алёна тоже пришли посмотреть, как меня принаряжают к празднику. Все мои родные рядом. Чувствую себя манекеном, честное слово, наделали причёску, накрасили, теперь одевают. А за окном проливной дождь. Вот как я пойду в таких красивых позолоченных туфельках по лужам? Надеюсь, они не развалятся, хотя бы пока я иду до школы, а там как хотят. - Маш, оно не застёгивается! – нервничала мама, пытаясь застегнуть молнию. - Мы уже опаздываем, ребятки, - суетилась тётя Наташа. Она сегодня тоже выглядела нарядно, надела чёрное, облегающее её полную фигуру платье. Ей очень шло, кстати говоря. Время от времени, она подходила ко мне и поправляла прядки, выпавшие из моей причёски. Я же поражалась мастерству парикмахера. Как эта девушка смогла сделать из моих жидких трёх волосинин такую объемную причёску? Конечно, она потратила на это два часа, но если она скажет мне как, то я с радостью буду каждый день вставать на два часа раньше…Эх, повезло людям с густыми волосами. - Мань, я хотела тебя пофоткать ещё успеть, - Сашка настраивала свой фотоаппарат. - Я на улице хотела, а там безобразие творится, очень вовремя, - пожаловалась я, скорчив недовольную гримасу. - В школе пофоткаю, с Н…, - Сашка хотела сказать «с Натали», но мама и тётя Наташа удивленно посмотрели на неё. Хорошо, что она хоть не продолжила свою фразу. Мама отпрыгнула от моего платья. - Уф, наконец-то получилось! Действительно, уже пора было выходить, хорошо, что до школы всего пять минут, а то по такой погодке не круто идти. - Может, на машине? – предложила тётя Наташа. Она недавно приобрела себе автомобиль и теперь всем предлагает свои услуги водителя. Но я благополучно отказалась, она тот ещё шумахер. Если сесть с ней, то не знаешь, приедешь ты живой на свой выпускной или нет. Даже несмотря на то, что тут ехать две минуты. Нет, нет, лучше пешочком. Вооружившись зонтами, мы по лужам почти бежали всей толпой в сторону школы. - Ай, ай, - пищала Алёна, перепрыгивая через лужи. Из моего клатча раздался звонок. Кому ещё я понадобилась именно сейчас? - Алло, Маш, - кричала мне в трубку Юлька, - Ты где? Давай в темпе вальса, тут уже сейчас начнётся. - Бегу, Юль, бегу. Ещё не хватало опоздать на собственный выпускной. Но со мной этого не случится, я отношусь к категории тех людей, которые выходят из дома впритык, но никогда не опаздывают. Хорошо, что Юлька заняла мне место рядом с собой, а то тут столько народу, что мне, выпускнице, пришлось бы стоять. Снова пришли все родители и все учителя. Мои одноклассницы в красивых платьях разных цветов: белых, красных, желтых, зелёных, бежевых, синих. Больше всего я боялась увидеть у кого-то из них такое же платье, как у меня, но вроде пронесло. Сегодня уже никто не плакал, все улыбались, радуясь новому пути, который откроется для каждого после окончания школы. Юлька была одета в скромное белое платье, на её голове был аккуратно закручен пучок. Она по-любому ни копейки не потратила, а выглядит просто шикарно. - Причёску мне мама сделала, а платье сестра отдала, я считаю, что покупать платье на одну ночь и выкидывать такие деньги нет смысла, - рассуждала Юлька. Она у нас девушка экономная вплоть до жадности. Юлька специально заняла мне место между ней и Ильей? Неужели нельзя было подальше отсесть от этого навязчивого жениха? - Ты такая красивая сегодня, - бормотал Илья, чуть ли не положив голову мне на плечо, - Просто королева… Я не слушала его пламенных речей. Мои глаза бегали по залу в поисках Натальи Александровны. Ну, где же она? Вот Ольга Ивановна уже пришла и садится за стол, которым стоит перед сценой и где лежат наши аттестаты и выпускные альбомы. Илюша там что-то лопочет про королеву. Где же моя королева? Ему не понять, что королева в этом зале одна, и пока она не явилась. - Маш, ты круто русский написала! – шепнула Женя, сидевшая сзади меня, - Лучше тебя на сто баллов написала только Алиса из 11 «а». Ещё бы Алиса написала хуже! Это первая отличница школы, очень умная девушка. Я поражаюсь, как она написала на сто баллов только русский, а не все ЕГЭ. Она мечтает работать на кафедре в самом лучшем университете нашего города. Я думаю, что у неё это получится. - А ты сама писала? Или списывала? – спросила Катя, сидевшая рядом с ней. Наша главная отличница сама очень умело списывала все одиннадцать лет, что аж еле-еле сдала экзамены, а через несколько минут будет с гордо поднятой головой держать в руке красный аттестат отличницы и золотую медаль. Просто поражаюсь такой наглости. Алиса, девушка-вундеркинд, с высочайшим интеллектом и наша Катя, вертихвостка, которая только списывала всё время и корчила мальчишкам милое личико, получат одинаковые награды за учёбу в школе. Хотя мне пора уже перестать искать справедливости в жизни, ведь её просто-напросто нет. Зато Кате будет, чем хвастаться своим детям, их мама будет – золотая медалистка, а я что? - Сама, а как же ещё, - ответила я Кате и отвернулась, не хочу её слушать. - Машка всего своим умом добивается, в отличие от некоторых, - резко сказала Юлька и надула губы, так же отвернувшись от Кати и Жени. Защитница моя… Я что-то хотела подумать ещё, но перед моим взором возникла Наталья Александровна. Она летящей походкой вошла в актовый зал и с выпускными альбомами в руках направилась к столу, где уже заждалась её Ольга Ивановна. Сегодня Наталья Александровна была в чёрном вечернем платье в пол, из-под него выглядывали туфли-лодочки на высоком каблуке, а кудряшки на плечах лежали так аккуратно, как будто бы она только что из парикмахерской. На лице Натальи сияла улыбка, показывая всем присутствующим в этом зале милые ямочки на щеках… В который раз я повторяю, что эту женщину поцеловал ангел, и в этом нельзя сомневаться ни на минуту. Вслед за ней вплыла директриса. Она тоже сегодня принарядилась, надела голубое шёлковое платье и сделала модную стрижку. Королева бала явилась, теперь можно начинать. Будто бы повторялся последний звонок, учителя говорили те же речи, желали нам удачи на жизненном пути, но атмосфера в зале была другая, не было той грусти. Была радость. Да ещё впереди нас ждёт целая ночь в ресторане. Последняя ночь, которую мы проведём все вместе. Всё это время Наталья Александровна смотрела куда-то в мою сторону, и когда наши взгляды встречались, улыбалась. Директриса взяла в руку листок бумаги с ведомостью. Сейчас будет говорить что-то серьёзное. - А теперь о результатах всеми нами любимого единого государственного экзамена! Скажу сразу, что сдали его в общей сложности вы все хорошо, и даже нет тех, кто не сдал. Все в зале радостно захлопали в ладоши, выпускники подняли радостный гул, все мы так долго ждали того, момента, когда уже сдадим экзамены. - Отдельно хочу отметить тех, кто сдал ЕГЭ на высшие баллы. А у нас такие ребята есть. Итак, русский язык: Тишко Алиса Сергеевна – 100 баллов. Алиса встала, все ей зааплодировали, она скромно поклонилась и села на своё место. Очень серьёзная девушка эта Алиса. Я не могу так, а, наверное, пора бы уже. - Савина Мария Владимировна – 95 баллов! Я? А, ну, да. Наверное, мне тоже нужно встать и скромно поклониться, как это сделала Алиса. Зачем это нужно? Но, тем не менее, я встала под аплодисменты зала и крик Коли: «Машка, так держать!» и так же быстро села на своё место. Директриса продолжала читать списки тех, кто хорошо сдал ЕГЭ, а мы с Натальей Александровной играли в гляделки. Она не сводила глаз с меня, а я с нее. Потом началось вручение аттестатов. Начали с 11 «а». Ребята в 11 «а» всегда отличались умом и сообразительностью, в отличие от нашего класса. Их всегда ставили нам в пример, а им говорили, что-то вроде: «Вот будете себя так вести - станете, как 11 «б»». Только, несмотря на это наши классы всё равно были дружны, мы ведь все столько лет вместе. Ольга Ивановна целовала каждого, кому она вручала аттестат. Сначала аттестаты получали отличники, коих в 11 «а» была большая часть, затем те, кто учится просто хорошо, а уж потом и парочка двоечников, которые попали в этот класс случайно. Интересно, а Наталья Александровна, когда будет вручать аттестаты, будет каждого целовать или жать ладошку? Не успела я подумать, как Наталья Александровна встала из-за стола и принялась за дело. Первой была наша отличница Катя с тридцатью баллами за ЕГЭ. Ну что ж, бывает и на старуху проруха. Катю Наталья Александровна не поцеловала,а только пожала ей руку. Наталья Александровна более сдержанная, чем сентиментальная Ольга Ивановна. - Савина Мария Владимировна получает аттестат о полном среднем образовании! – радостным голосом произнесла Наталья Александровна. Я вторая из класса получаю аттестат? Да я же не шибко умная, у Юльки и Илюши пятёрок во много раз больше, а у меня сплошные четвёрки… Может, это из-за ЕГЭ? На ватных ногах я подошла к Наталье Александровне. На меня смотрела куча народа в зале, все они мне аплодировали, но я не замечала их. Для меня существовала только моя Натали, которая улыбалась мне и протягивала мне мой синенький аттестат. Я взяла аттестат из её рук, и меня затрясло, потому что Наталья Александровна наклонилась ко мне, и я почувствовала своими губами касание её губ. Мне показалось, что от них пахло карамелью, захотелось впиться в них и не отпускать, но все смотрели на нас. Она при всех поцеловала меня в губы, этот поцелуй был лёгкий, ни к чему не обязывающий, но для меня он значил очень много. Очень много. У меня легонько закружилась голова, и я попросту не знала, куда идти. Я даже забыла, где я сижу, и только, когда Юлька помахала мне рукой, я с трудом, раскрасневшаяся, вернулась на своё место. Наталья Александровна продолжала вручать аттестаты, и никого из моих одноклассников не целовала, а лишь пожимала руку, и то не всегда. Этот факт согревал мне душу. Она поцеловала только меня, и больше никого. Значит, я действительно для неё особенный человек? Церемония вручения аттестатов не была слишком затянутой, ведь впереди нас ждала весёлая ночь, с нами едут и родители, и учителя. В ресторане ночью с Натальей Александровной? *** Музыка гремела на весь ресторан, на танцполе отжигали родители, учителя и, конечно же, сами выпускники. Я не люблю ходить в клубы, но это совсем не значит, что я не люблю танцевать и веселиться. Этой ночью было очень круто. Родители и учителя пили алкоголь, нам же это было запрещёно (я не сильно расстроилась, на самом деле). Приготовили только какие-то коктейли, в которых был минимальный градус, они были ужасно невкусные, поэтому пить их никто не стал. Зря старались. Нас освещало яркими цветными фонариками. Светомузыка, кажется, это так называется? У нас образовался небольшой кружок из танцующих, рядом была Юлька, а с другой стороны болтался Илюша, держа в руке бокал с коктейлем. - Маш, скушай вишенку, - Илюша достал из бокала вишню и стал совать её мне в рот. Фу, это было с его стороны ужасно противно. - Нет, отстань, - проныла я, надоел он мне. «Как прекрасна ты в пламени заката Посвяти меня в таинство любви Это только сны, это только грёзы И мечты мои…» Где-то я уже слышала эту песню. Наталья Александровна и ещё несколько учителей уже вошли в наш кружок, и странное приятное чувство возникло у меня, когда Наталья Александровна стала танцевать рядом со мной. Какая она гибкая, пластичная, как двигается! Она улыбнулась мне, развернула ко мне свой корпус. В темноте зала для меня уже ничего не существовало кроме её глаз, которые здесь от разнообразия цветов казались какими-то бирюзовыми. Казалось, что уже кроме нас никого нет, мы здесь вдвоём, и наши с ней движения существуют лишь для нас двоих. Эта музыка сближала нас, мне казалось, что я чувствую её энергетику, её тело, её тепло. Я не очень хорошо танцую, но здесь мне было совершенно наплевать, я не боялась показаться смешной, мне лишь хотелось быть к ней ближе. Ещё ближе. Песня закончилась, и включили медляк. Как некстати. Наталья Александровна подошла к Дмитрию Васильевичу, который сидел в углу в полном одиночестве и наливал то и дело в рюмку коньяк. У него всё хорошо? Наталья что-то сказала ему и ушла на второй этаж, где сидели все не танцующие. Уж не поругались ли они? - Маш, пойдём танцевать? – снова услышала я противный мне голос. Ещё немного, и я вылью ему на голову минералку. Нет, лучше сок, он сладкий и липкий. Как же меня достал этот Илюша! - Нет! – почти крикнула я и попыталась сделать вид, что не слушаю его, повернувшись к Лене, которая старалась попробовать шоколад в шоколадном фонтане. По-моему, он обиделся. Илья отошёл и сел рядом с Дмитрием Васильевич, что-то говорил ему, на что физрук отрицательно качал головой. Видимо, просил налить ему. Бедный парнишка, но… насильно мил не будешь, никто не виноват в этом. Пары выпускников кружились в танце, теперь здесь стало спокойно. Те, кого не пригласили и я шумно смеялись в уголке. А что было бы, если бы я пригласила на медленный танец Наталью Александровну? Мне кажется, она бы согласилась. Мне наплевать, что скажут одноклассники и другие учителя, что скажет моя мама, которая тоже сейчас здесь где-то наверху вместе с тетей Ниной, мамой Дениса? Там же и Наталья Александровна… Нет, на танец её приглашать нельзя. Но я пойду наверх к маме, чтобы посмотреть на мою королеву. Эта ночь нужна для того, чтобы я любовалась ей, ведь кто знает, какие у меня ещё есть шансы на это? На втором этаже стояли столы, за ними сидели те, кто не танцевал, а те, кто общался, пил или ел. - Тебя что никто на медляк-то не пригласил? – сказала мне мама, завидев меня. - Меня пригласили, просто я не пошла. - Кто тебя пригласил? Ты что не пошла, парни тут все смотри какие, любого хватай и беги, пока не увели, - мама, кажется, немного подвыпила. Ничего, ей нужно расслабиться, она и так очень сильно устаёт. Я смутно понимала, что мама говорит, ведь мой взгляд уже был обращён на Наталью Александровну. Она сидела на диванчике за столом, держа в руках бокал с красным вином. На её бледном лице лежала тень, а волосы были уложены небрежно, взгляд был томным, от чего она казалась невыносимо сексуальной в этот момент. Что-то ударило мне в голову. Натали отпивала из бокала, смотрела на меня. Даже как-то голова закружилась, лучше вниз пойти к ребятам. Или нет, в коридор выйти, тут душно. - Ты вниз? – спросила мама, не понимая, для чего я вообще приходила. - Да, мам, - ответила я и взглянула, прежде чем уйти на Наталью Александровну. Она улыбалась и покусывала губу. В коридоре было прохладненько и тихо, было слышно, как по крыше стучали капли дождя. Неужели у нас не получится встретить рассвет на набережной? Какой же это выпускной? Да, с погодкой совсем не подфартило. Дождь льёт всю ночь. Я присела на тумбочку, не хотелось, чтобы кто-то проходил мимо или подходил ко мне. Пусть танцуют там, хочется побыть одной и просто подумать обо всем этой ночью. Такая ночь у меня единственная, с этими людьми, в этом платье, в таком состоянии и с этой женщиной. Повезло Дмитрию Васильевичу, он каждую ночь проводит с этой женщиной. А я только одну, и то, переглядываясь и лишь потанцевав один раз. Но мне и этого достаточно, правда-правда. Скрипнула дверь и навстречу мне вышла та, о ком я только что думала и кого меньше всех ожидала увидеть сейчас. Какой-то у неё томный взгляд, она опьянела с того бокала вина? Или она пила ещё? - А ты чего здесь? – спросила Наталья Александровна и присела на тумбу рядом со мной. - Да просто вышла воздухом подышать, там душно очень, да и медляк танцевали. Сейчас, вроде, уже он кончился, - ответила я и поежилась. Здесь было не просто прохладно, а реально холодно. Сначала я этого не ощутила. - Замёрзла тут? Плечики вон совсем голые, - Наталья провела ладонью по моему плечу, я вздрогнула, и по телу быстро побежали мурашки. Я пожала плечами, мол, немного. - А вы чего с Дмитрием Васильевичем отдельно друг от друга сидите? У вас всё в порядке? – спросила я. - Вполне, - грустно ответила Наталья. Я чувствовала рукой и плечом тепло её руки. Она была совсем рядом. - А как у тебя с Илюшей дела? Я смотрю, он тебя добивается, как может. Ну, я даже не удивилась, что Наталья Александровна в курсе, про это уже вся школа знает. - Никак, он мне не нравится. Вот совсем человек не в моем вкусе. - А кто тебе нравится? – спросила Наталья, наклонив ко мне своё лицо. Её густые реснички обрамляли синие глаза. Глаза, в которых был весь мой мир. - Вы…, - ответила я и прикоснулась губами к её губам. Опять я это делаю? Опять то же блаженство. От неё сегодня пахло так же, только ещё присоединился сладкий аромат вина. Её язык уже находился у меня во рту, я посасывала его, стараясь сделать ей приятно. Руки Натальи где-то на моей спине, они прижимали меня к себе сильнее. Я чувствовала своей грудью её вздымающуюся грудь. Мне показалось, что я услышала её лёгкое постанывание. Мы не боялись, что кто-то сейчас может пройти мимо. Какая разница! Я гладила её тело через платье, прикасалась к её груди, пыталась сжать её в своей ладони. Сейчас я хотела её. И впервые так остро ощущала это желание. Её рука где-то скользила под моим платьем, от чего я испытывала нескончаемое наслаждение и понимала, что люблю её сильнее с каждой секундочкой. Рука моей Натали между моих ног, язычок у меня во рту, и её синие глаза, смотрящие мне прямо в душу – я так мечтаю об этом каждый день и каждую ночь. Я почувствовала, как она слегка прикусила мой язык, я практически уже лежала на тумбе, а она на мне. Вот её рука уже ласково отодвигает резинку моих трусов, а я сжимаю её грудь. Почему у неё такое длинное платье, и я не могу сделать того, что она делает со мной? - А что, если кто-то увидит?- прошептала я, мой голос был сдавленный от возбуждения. Её нежные пальчики щекотали мне между ног. Наталья привстала, подняла меня с тумбочки. Какая-то дверь со швабрами и ведрами рядом с нами очень кстати оказалась открытой. Какая-то подсобка, да ещё она и закрывается изнутри на защёлку. Люблю защёлки, снаружи точно никто не зайдёт. - Нас никто не найдёт здесь, - произнесла Наталья своим бархатным голосом, прижимая меня к стенке и целуя каждую клеточку моего лица. Я находилась в каком-то астрале. Я действительно была словно в другом мире, если даже не заметила, как наши платья оказались на старом стуле, потом там же оказалось и бельё. Какая она красивая без одежды, с неё могли бы писать картины художники эпохи Возрождения. Какое у неё горячее тело. Я совершенно не чувствовала неудобства, мне было хорошо рядом с ней, спокойно. Всем этим управляла не пошлость, не похоть, а нежность и любовь, которую мы испытывали друг к другу. Теперь я точно знаю, что она взаимная. Если бы её ласковые руки не держали меня, я бы точно упала. В какой только точке моего тела не побывал в эту ночь в этой подсобке её язычок, где только не орудовали её ласковые руки. Мне было стыдно, когда я касалась её влажного бутона, когда скручивала или покусывала её соски, на моих щеках горел яркий румянец. Но что постыдного может быть в любви? В чистой и искренней любви? Мы успели выйти к тому времени, когда все уже пошли встречать рассвет. Дождик всё-таки прошёл, и мы впервые встретили новый день взрослыми, уже не школьниками. Она была рядом со мной до тех самых пор, пока мы не сели в разные автобусы и не поехали домой. Было шесть утра, но мне совсем не хотелось спать. Мне казалось, что всё моё тело горело, горело огнём любви, страсти, нежности. Придя домой, я поняла, что произошло этой ночью в подсобке, и что после этого мы просто уже не сможем с ней расстаться.