Хочу быть человеком.

★Проанализировав все ранее написанное, ой лучше бы я это не делала, я пришла к неутешительным выводам: 1. В моем фанфе вампиры буквально превратились в котов (Лестат, стоит заметить, в мартовского). Они постоянно что-то мурлычут. Вооружусь-ка я копьем. 2. Луи-истеричка. И за его действия я не отвечаю. Совсем. 3. Может показаться, что Клодия страдает временной потерей памяти. 4. А Лестат… Лестат хочет быть человеком. Разве это уже не клиника? 5. И вот еще что, герои иногда ведут себя несколько нелогично, не пугаться, такое бывает. Что ж, после месячного затишья, я торжественно собираюсь со своими жалкими силенками и продолжаю фанф.(Word не знает слова «фанф».) И на сей раз, я его закончу, определенно.★ Вампиры долго не заставили себя ждать, и спустя несколько минут, выбирая самые короткие пути, они уже были дома. Дверь широко распахнулась под напором разгневанного Луи. Он влетел в квартиру, снеся по пути вешалку и скинув телефон с тумбы. В след за ним, тихо смеясь, вошел Лестат, в последний момент успевший увернуться, от ботинка, запущенного в его сторону. - Что-то случилось? – поинтересовалась Клодия, с открытым ртом наблюдавшая эту немую сцену. - Он поцеловал меня, - раздраженно отмахнулся Луи. - В щечку, - подняв указательный палец вверх, улыбнулся Лестат, второй рукой развязывая шейный платок, - странно, но в прошлый раз, в спальне, ты не возмущался. - В прошлый? А поподробней, - глазки Клодии засияли. - Ты просто… - продолжал вампир. - Четвертую, - прошипел Луи, поднимая вешалку на ножки. Лестат провел двумя пальцами по губам, как бы показывая, что его рот закрыт на замок, и, подхватив брошенный в него ботинок, направился через коридор. - Луи, ты кое-что обронил, - протянул Лестат, кидая туфлю через плечо, и не глядя попадя ей прямо в цель, тут же скрылся в своей комнате. - Черт, - поморщился Луи, потирая макушку. - Прилетело, - хихикнула Клодия, укладывая телефонную трубку на рычаг, - кстати, о четвертую. - Что? – устало воззрился на нее Луи. - Завтра мы идем в парк. - Но… - Все. - Чт… - Вместе. - Я… - Не обсуждается, - широко улыбнувшись, пропела Клодия, - скажи Лестату, ладно? Девочка развернулась, намереваясь идти к себе. - Ладно. Клодия, - раздался тихий голос за спиной, - пустишь меня в нашу комнату? - Конечно, - ласково отозвалась она, - идем спать. - А гроб? Я же… - Он у меня. Луи вопросительно взглянул на Клодию. - Я не теряла времени даром, - заверила она вампира. - Чертенок, - с улыбкой прошептал Лестат, приобнимая дочурку за плечи. *** Той же ночью. (Да, да, все той же, длящейся уже три с половиной сцены) - Не спишь? – прошептал Лестат, щекоча своим дыханием щеку Луи. - Нет, - улыбнулся тот, только сейчас заметив постороннее присутствие в комнате. Лестат умел быть незаметным, но редко пользовался этим талантом. - Пойдем, - так же тихо произнес он, на мгновение чуть сжимая плечи Луи. Тот неохотно поднялся из уютного кресла и, бросив беглый взгляд на уже закрытый гроб Клодии, вышел вслед за вампиром. - Лестат, - позвал Луи, заглядывая в зал. Лишь шелест тюли был ему ответом. Он прошел в комнату и приблизился к золотистым шторам. Бледные пальцы скользнули по холодящей кожу материи, отодвигая тюль, сминая идеальные складки. Лицо овеяло прохладой и свежестью завершающейся ночи. Вампир протянул руку и, обвив пальцами замысловатую ручку, потянул на себя, закрывая окно. - Луи, - раздалось где-то неподалеку. Улыбка тронула его губы, и вампир не спеша вошел в кухню, в какой-то момент, остановившись и прислонившись к стене. Это движение давно уже стало чем-то неотъемлемым и привычным для таких ночей. Лестат сидел на стуле у окна, на неестественно бледном лице отчетливо вырисовывались голубоватые вены. «Так и не поел», - пронеслось в мыслях Луи. Он улыбнулся чуть шире, занимая стул с противоположного края стола. - Скоро рассвет, - глубокомысленно проговорил Луи, глядя в не зашторенное окно. - Да, рассвет, - проговорил Лестат, внимательно наблюдая за действиями Луи. Вампир поднялся со стула, достал два бокала и охлажденный пакет с бурой жидкостью и, вернувшись к столу, начал возиться с напитком. - Ты покормишь меня? – прошептал Лестат, подходя со спины к Луи, обнимая и утыкаясь носом в его шею. Луи непроизвольно напрягся, но не прекратил свое занятие. - Ты обижаешься? – тихо спросил Лестат. И как ни странно, ему действительно сейчас было как никогда интересно. - На что? - На меня, на Пьера, - прошептал Лестат. И он не мог не заметить, как Луи странно дернулся при звуке чужого имени, - на поцелуй. Холодные губы сместились на все еще теплую шею, вызывая у Луи мелкие мурашки. - Ведь ты не за этим меня позвал, - поддаваясь какому-то неведомому порыву, произнес тот, вырываясь из бережливых объятий, - чего ты хочешь? - Быть человеком, Луи, быть человеком, - в очередной раз повторил Лестат. И взяв протянутый ему бокал, проговорил: - Быть может, тогда ты поверишь, что я умею любить, - со звоном коснувшись своим бокалом бокала Луи, он залпом осушил его, не обращая внимания на мешающие клыки, наслаждаясь и столь малым количеством столь желанного нектара. Бокал вернулся на стол, и Лестат неспешно направился к двери. - Встань завтра пораньше, - послышалось ему вслед. Лестат обернулся, вопросительно изогнув бровь. Луи лишь пожал плечами, одними губами произнося «Клодия».