Things We Lost In The Fire

Голоса. Пульсирующая боль в висках. Непонимание. Это что - Хельхейм? Не так я представил обитель мрачной богини. Видимо, до сих пор не могу усвоить урок о том, что моя интуиция чаще всего меня подводит. "Кажется, он начинает просыпаться". Знакомый, низкий голос. Слышатся нотки волнения, беспокойства. Кто это вдруг решил позаботиться обо мне? Или и не обо мне вовсе? А есть ли разница мертвецу? Никакой. Можно, я так и останусь в состоянии недо-сна? Это было бы потрясающе. Восстановлю все свои силы, отдохну. Желательно, чтобы ушли источники этих голосов. Неприятно как-то спать под чьи-то еле слышные переругивания. "Локи" Голос прямо в ухо, легкое потряхивание плеча. Кто-то явно решил устроить мне веселую жизнь на том свете. Это мое наказание - недосып? Что же, это действительно страшно. "Локи" Какие же вы настойчивые и надоедливые. Обещайте, что вы заткнетесь, если я открою свои потрясающие глазки. Пожалуйста, незнакомые голоса. Прошу вас. Однако сделать это было гораздо сложнее, чем казалось. Тело ломило, мышцы болели, все внутри будто горело жаром, огнем. Просто открыть глаза... Так сложно. Превозмогая боль, я приподнял веки. Знакомый потолок, покрытый позолотой. Приятные глазу барельефы. Такая знакомая комната... Мои покои? "Он очнулся, отец, он очнулся!" - слышу восторженный крик чуть подальше. Топот ног. Повернуть голову очень сложно, открыть рот - тем более. В горле очень сухо, да и сил нет вымолвить хоть слово. Но голос и топот я узнал, как я не мог. Тор. Любимый мною братишка. Значит, я жив. Ну, это ненадолго. Фригг мертва, защитить меня некому. Да и сам я не горю желанием обороняться - будь, что будет. Смерть - значит смерть, казнь - значит казнь. "Локи! Я так рад..." Опять эта ложь. Мерзкая, неприятная, противная слуху ложь. Тор, тебе всегда было плевать. Абсолютно. Ты заботился обо мне? Не помню такого. Скорбел по моей смерти? Кажется, ты лил свои мужские слезки из-за своей смертной... А эти крики "я так рад"; "я скучал"... Словно ты выполняешь передо мной какое-то обязательство. Не нужны мне твои нежности, брат. Спасибо. "Локи... Прости меня." О, еще один потрясающий родственник. И тебе привет, нерадивый папашка. Тоже решил построить из себя родителя? Надолго это? До зала суда? Не хочу им отвечать. Нет на это ни сил, ни желания. "Локи, скажи хоть что-нибудь". Могу плюнуть вам обоим в лицо, любимые родственнички. Как насчет такого варианта? Не обидишься, Тор? - Ну, и что вы мне хотите сказать? Как я, о, боже мой, в очередной раз вас разочаровал? - пробормотал я еле-еле. - Не утруждайтесь, спасибо, сам знаю. Они немного помялись, но ничего не ответили. Тор насупился и уж было хотел открыть рот, как Один заговорил: - Я... Я тобой не разочарован, Локи. Если бы у меня были силы, я бы искренне расхохотался. Один? Не разочарован? Мной? Это как это? - Понимаешь, Локи. Я не идеален. Я - царь Асгарда, я - могущественный владыка. Любящий муж... Но, видимо, не самый лучший отец. - Благодарю за наблюдательность. - Локи! - Тор, как обычно, со своими упреками. Мог бы и любезно промолчать. Один никак не отреагировал на мой выпад и упрек Тора. Лишь грустно улыбнулся, вздохнул и продолжил свой рассказ. - Я не самый лучший отец… Пожалуй, стоило уделять тебе больше внимания, проявить понимание… Собственно, к чему я клоню… Я хочу, чтобы наследником стал ты. Банальные, такие простые слова. Но я ждал их всю свою долгую бессмертную жизнь. Столько лет жил и старался только для того, чтобы их услышать. Сколько сил вложил, сколько боли испытал. Но почему вместо удовлетворения, гордости, радости я чувствую лишь презрение? Почему мне все также противен Один, Тор? Почему во мне все еще горит огонек ненависти? - Спасибо, что понял это. Большее я не смог из себя выдавить. Не хотел. Было противно, неприятно так же врать и лицемерить, как эти двое. Сразу видно: отец и сын. И кто из нас тут еще король всей Лжи, а, чета Одинсонов-Берсонов? - Один вопрос, отец. Как ты собираешься меня, кхм, мало того, что воскресить, так и реабилитировать? - Тор придумал неплохой план. - Тор, ты что-то придумал? Вот это прогресс! А я-то думаю, что это отец стал столь ласков, признал меня и свои ошибки… Ясно все с вами. Пока я валялся в отключке, ты, тупоголовая блондинка, умудрилась начать Рагнарек? - Локи, это не смешно. Я изменился. - Ну, тогда вещай, архистратег. Было видно, что Тор еле-еле сдерживается, чтобы не ударить меня, наорать или прочитать лекцию о том, насколько сильно я обнаглел. Но, видимо, решил соответствовать статусу “я изменился” и мудро игнорировать мои выпады. Давай, Торушка, продолжай. Проверим тебя на прочность, мне-то несложно. - В общем, мы сделаем так, будто все это время ты выполнял крайне секретную миссию на Земле, а та проделка с Мстителями и мостом шестьдесят лет назад были помутнением рассудка и зомбированием читаури. Тор, рассказав этот “крайне гениальный план”, отошел к двери, светясь от счастья и гордости за собственные умозаключения. Эту отмазку мог придумать каждый, кто хоть иногда врал или выкручивался из сложных ситуаций. Мда, моему братцу далековато до сложных логических манипуляций. Но хоть что-то. Асы не отличались умом и сообразительностью, а потому Одину стоило лишь озвучить эту версию во всеуслышание и не напрягаться. - Предположим, план сработает. И что же? Ты просто назначишь меня наследником, обойдя Тора? Такое вообще реально? - прошептал я, говорить все еще было очень сложно. – Прикажите воды принести, в конце концов! Тор подал мне стакан, стоявший на тумбочке рядом с кроватью. Посмотрите, какой заботливый старший братец. Вода сразу облегчила состояние, горло перестало сушить, голова немного отрезвилась. - Конечно, можно. Тор просто окажется от престола, он официально перейдет к тебе. Никто, кроме меня и вас двоих не знает о твоем истинном происхождении, а потому ты по-прежнему принц, - ответил Один. – Если что, сын, я оценил и заметил все то, что ты сделал для Асгарда. Такое сложно проигнорировать. Теперь я понимаю, что ты должен был править, а Тор воевать. - Благодарю, конечно, за комплимент. Это все ловкость рук и никакого мошенничества. Только иногда. Во внешней политике. Но это не считается. Силы окончательно вернулись, и я смог встать с кровати. - Я отказываюсь от престола. Что же, я добился всего, чего хотел. Отец признал меня, Тор тоже. А эта поблажка в виде заветного трона мне не нужна. Выглядело это как подачка, дорогой подарок. Так делают нерадивые мужья – дарят своим женам что-то безумно и невероятно ценное, чтобы те их простили. Нет, оно, конечно, приятно. Но гордость у меня еще есть. Принимать подачки от Одина я не намерен. - Разбирайтесь со своим троном сами. Мне абсолютно до лампочки теперь, кто будет править, как и какими методами. Раньше надо было думать, Отец. Дорога ложка к обеду. Тор и Один были удивлены. Не ожидали, видимо, что я так легко откажусь от заветной мечты. Править… Да, мне это нравилось. Я получал истинное удовольствие, заключая очередной мирный договор на выгоднейших условиях. Я искренне радовался, когда, проходя по улицам Асгарда, видел результат своих трудов. Я гордился, когда видел мощную армию и сильных магов. Правление было моим призванием. Истинным. - Локи, я знаю, что ты не хочешь этого, - прошептал Тор. - Это я и без тебя знаю. Спасибо. Да, не хочу. Знаете почему? Потому что мне нравилось это! Мне нравилось вести переговоры, сидеть допоздна с бюрократической бумажной волокитой. Я видел реальный результат своих действий. Хотел бы я править? Да, хотел бы. Не потому, что это - власть, влияние, нет. Потому, что я чувствую - в моих силах сделать Асгард лучше. И у меня это уже получилось! Я уже достиг того, чего не достиг Один. Но мне не нужны ваши подачки. Словно я маленький ребенок, которого может утешить только дорогая игрушка. Подавитесь со своим Асгардом и своим троном. Я быстрыми шагами дошел до двери, намереваясь навсегда покинуть это ненавистное место. Уйти куда-нибудь далеко. Может, завоевать Землю. Мстители уже давно мертвы, наследия после них не осталось, ЩИТ тоже пал. Что мне помешает? Тор, Один? Плевать на них. Дверь мне преградил отец. Он встал прямо передо мной, не давая прохода. Не намерен сдаваться, да, папашка? - Локи, пойми. Это не подачка. Я действительно был не прав насчет тебя. Я не идеальный, вовсе нет. В некоторых местах я сильно ошибаюсь, и это - один из таких случаев. Так позволь мне хоть раз в жизни быть справедливым отцом. Детектор вранья, который был одной из моих главных способностей, молчал. Отец не врал. Он действительно раскаивался искренне. Что же, может быть, не все потеряно.