Святые и грешные

Starlight. Mad world. You make me crazy. И прочие... Все эти песни известны всему миру, переслушаны сотню раз, и многими забыты. Но сегодня Том словно открыл для себя их заново. Их пел Адам. Пел так, что, вот уже минут сорок, как Том полностью выпал из реальности и не замечал, что так и сидит полубоком, неудобно, что в руке недопитый виски. К слову, не у одного него была такая реакция на певца. Если в начале, после приветственно-шутливой речи Адама, многие опять отвлеклись на разговоры и еду, то, когда он, наконец, запел, в зале воцарилась полная тишина. У него был на редкость певучий сильный голос и совершенное владение им. Поскольку играли в акустике, то Адам старательно смягчал высокие ноты, чтобы пение вливалось гармонично в звучание струн Брейди, не резало слух по первому плану. Но это не помешало Тому определить, что у парня невероятный звуковой диапазон, что, позови тут симфонический оркестр или хард-роковую команду, его вокал и с ними не потеряется! Блондин поймал себя на мысли, что это словно гипноз. Он не мог отвести взгляд от Адама, от его напряженной фигуры у микрофона, от его лица. Тому хотелось подбежать и сдернуть с его головы эту дурацкую шапочку, стянуть огромные очки - ему почему-то хотелось видеть его глаза! Хотелось развеять чары и убедиться, что это тот же Адам, так раздражавший его, так тревожащий все его существо! Такой неприятный ему и отталкивающий. Раньше... Том чувствовал, что не знает, как относиться к новому для него Адаму. Минуту спустя блондин заметил, что его руку настойчиво теребят. Оказывается, Блейк минут десять уже держал его ладонь в своей, а Том, увлеченный музыкой, даже не реагировал. Но вот у Адама с Брейди пятиминутный перерыв, и Блейк, совсем захмелевший и довольный произведенным Адамом эффектом, обращает на себя внимание Тома: - Ну, как тебе моя райская пташка? Заворожила, да? А это он ведь еще не напрягается даже! Тому улыбается: - Просто невероятно. Я, честно, не ожидал... - Ну да, Адам, помнится, при встрече тебе не слишком понравился! - Он... ну я просто не умею с такими людьми... - Да расслабься, я подшучиваю над тобой. Я все понимаю, ты же просто другого круга. Понятно, что ты от него был в шоке, мягко говоря. Что скажешь сейчас? Том опустил глаза - он понимал, что Блейк подтрунивает над ним, а ему, Тому, почему-то хотелось говорить серьезно: - Он талантливый исполнитель. Я давно такого не слышал, честно. Где ты его нашел? Почему вы по клубам? Ему с такими данными покорится весь мир! Блейк неожиданно весело рассмеялся. Искренний и такой откровенный восторг Тома его забавлял. Ему вообще нравилось наблюдать за эффектом, который оказывает Адам на людей. Так Блейк чувствовал свое профессиональное превосходство, свое чутье - ведь именно он заметил парнишку, он вытащил его на свет божий, он его наставник и советчик! - Весь мир, говоришь? - Блейк блеснул желтоватыми в таком освещении глазами. - Ты думаешь, мир с распростертыми объятиями примет певца-гея, да еще и такого дерзкого? Ты приходи на его полноценное шоу, с бендом и танцорами, посмотришь, каким он может быть, а потом скажешь, что думаешь! Про весь мир, например... Он - специфичный, он - не для всех, и я сильно против всей этой шумихи и популярности! Для творчества достаточно и того, что я ему предлагаю, да и он никогда не требовал большего. - Где ты его нашел? - повторил свой вопрос Том. Он покосился на сцену - парни собирались продолжить концерт. - Он учился где-то? - Нашел в... одном притоне. - Блейк отметил, как широко распахнулись глаза Тома при этих словах. Ему не хотелось рассказывать подробности Тому, поэтому он торопливо бросился отвечать на второй вопрос. - И он нигде не учился, до моего появления. Я нашел ему репетитора, нашел аккомпаниатора, нашел бенд, и поэтому, честно тебе признаюсь, когда я слышу эти апплодисменты ему, эти слова восторга, я отношу их и на свой счет тоже! Том, внимательно слушавший, хотел было уже задать следущий вопрос, но тут Адам возобновил концерт. Следующей стала Soaked от Muse. ... And you've had enough Когда ты уже сыт по горло Searching for love Поисками любви, But I miss the touch Ты скучаешь по прикосновениям Of someone new Кого-то нового... ... После шоу Адам некоторое время оставался на месте - похоже, заинтересованные слушатели хотели побеседовать, сфоткаться с молодым певцом. Том испытывал странное чувство: с одной стороны, он боялся говорить с Адамом, после того, как выдал его секрет Блейку. С другой стороны, сила музыки, очарование любимых песен, так невероятно исполненных, заставляло его почти дрожать от желания поговорить, расспросить певца. О чем конкретно будет говорить он даже не думал, просто хотел и все. Стараясь скрыть от Блейка свое восторженное состояние, про себя невольно усмехался: надо же, ведет себя, как девочка-фанатка! Осталось, блин, автограф попросить! На груди... Потихоньку скромная толпа у сцены начала рассасываться. Адам разговаривал с какой-то девушкой и периодически заразительно смеялся, переглядываясь с уже собравшимся на выход Брейди. Не решаясь пойти к Адаму, но и боясь, что он сразу уйдет, Том вдруг нашел выход: - Блейк, а можно Адама позвать сюда? Мне бы хотелось с ним поговорить. - Что, он тебя окончательно покорил? - Блейк хитро подмигнул, заметив, как затрепетали ресницы блондина. - Аккуратнее! Он с поклонниками ни-ни. Это вредно для творчества! Том добродушно рассмеялся, но попробовал настоять на своем: - Ну, я не умею фанатеть, я слишком люблю музыку! Я влюбляюсь в звук, в посыл песни, в слова... Твоя звезда поет пока чужие песни, но поет, конечно, фантастично! Позови его, пожалуйста, Блейк. Он уходит! Том смотрел, как Адам прощался за руку с Брейди, и сам, видимо, собирался за своей сумкой в гримерку. Блейк, нехотя, ответил: - Том, давай в другой раз. Он сегодня не в форме, я же тебе говорил. - Я просто хотел... - Ты все ему скажешь. Просто не сегодня. Он не любит светиться не при полном параде. - Да он уже автографы раздавал, чего уж передо мной-то... - Том... - Блейк хотел было еще что-то возразить, но, вдруг, увидел какого-то мужчину, высокого, совершенно лысого, который приветственно махал шатену рукой. - О, это владелец этого клуба! Это ему мы обязаны первым концертом здесь! Том, ты извини, я тебя оставлю на пару минут? И Блейк, не дожидаясь ответа Тома, сорвался с места к лысому навстречу. Том словно только этого и ждал. Поднялся, кинув на всякий случай пару банкнот за выпивку на стол, почти бегом кинулся к Адаму. Тот уже направлялся в маленькую комнатку прямо за сценой. Брюнет вошел и уже собирался прикрыть за собой дверь, как в проеме возник раскрасневшийся Том. Пару минут они молча пялились друг на друга - Адам рассматривал странно возбужденного блондина, а тот пытался за огромными очками и висящими на лице волосами разглядеть его глаза. Наконец, Том выпалил: - Я... это было крутое выступление! Ты невероятно здорово поешь! Блейк говорил, но... не знаю, я ожидал другого... Думал, что не настолько профессионально что ли. Том запинался и нервничал, во рту пересохло. Было что-то неправильное в этой ситуации. То ли потому, что они до этого ни разу нормально не говорили, то ли потому, что после восторженной тирады блондина реакции от Адама не последовало. - Ты должен был с бендом выступать? Если не секрет, у вас свой собственный репертуар или вы делаете только каверы? То, что ты пел - суперские каверы, мне очень понравилось. А Брейди? Это твой постоянный гитарист? Адам, словно и не слыша обрушившейся на него шквал вопросов, повернулся к блондину спиной, зашел в глубь комнаты и начал неспеша собирать сумку. Том молчал, напряженно наблюдая, как руки в кожанных перчатках убирают диски, наушники, что-то похожее на пудру. Непонятное молчание Адама заставило Тома нервно шагнуть к нему ближе, но произнести что-либо еще блондин не мог... Почему певец молчит? В первую их встречу его рот вообще не закрывался! Он, Том, пришел выразить восхищение, а этот тут примадонну из себя разыгрывает! Наконец, Адам, застегнув сумку, развернулся к блондину, скрестив руки на груди. Почему-то, он начал отвечать именно на последний вопрос: - Постоянный ли гитарист Брейди? Почему тебе это интересно? Хочешь на его место? - губы Адама чуть изогнулись в усмешке. - Боюсь, Блейк не захочет, чтобы я взял тебя к себе! Ты слишком хорошенький, а я слишком влюбчивый, ну а Блейк слишком собственник. Кто-то да пострадает, так? Том почувствовал в его словах издевку, злую и непонятную для него. Он, Том, пришел не ссориться, не издеваться, пришел просто поговорить! Как с музыкантом, как с артистом! А Адам так с ним... Но на этом Адам не закончил. Он наклонил голову чуть влево и задумчиво продолжил: - Значит, тебе понравилось? Что же, я рад. А то Блейк в противном случае расстроился бы - он так любит, когда я нравлюсь! Ведь сегодня я не должен был выступать. Бонни должна была. Тебе надо и ее услышать, она супер-артистка. Адам говорил странно равнодушным тоном, наблюдая, как Тому становится все более некомфортно, как он нервно переминается с ноги на ногу, и пытается заглянуть в его, Адама, глаза. Певца начало забавлять это милое смущение, написанное на лице блондина, а еще этот сбивчивый лепет: - Д...да, мне понравилось! Не понимаю, зачем ты говоришь о Блейке? Я пришел просто послушать... тебя. Ну, с его подачи, конечно. Но, я вижу, ты не настроен нормально разговаривать! Так что... я наверно, зря это все затеял. Я просто... я, пожалуй, пойду. Том сделал нерешительный шаг к двери, когда услышал то, что пригвоздило его к месту. - Я тоже считаю, что ты зря пришел сюда. Надо обладать, конечно, потрясающим пофигизмом и долей наглости, чтобы заявиться ко мне разговоры разговаривать, после того, как ты нахально влез в мою личную жизнь! Том замер на месте и медленно обернулся. Сердце заколотилось, кровь бросилась в голову. Том почувствовал, как краснеет, словно школьник от выговора учителя. Не может этого быть! Неужели он знает... - Ты маленький самодовольный ублюдок! После того, как сдал меня Блейку, спокойно приходишь смотреть мой концерт? - Адам явно начинал злиться. Он оторвался от спинки стула, о которую опирался до этого, и медленно двинулся к Тому. - Приходишь сюда, поешь мне дифирамбы - у тебя, видимо, все в этой жизни просто и легко? Том поневоле начал отступать назад и остановился лишь тогда, когда уперся спиной в стену у выхода. Он готов был трусливо убежать, только чтобы не слышать этот звонкий отчитывающий его голос. Прошептал, чувствуя, что, чтобы он сейчас не сказал, все прозвучит нелепо: - Я сделал то, что посчитал нужным. Это ведь не правильно, что ты... обманываешь Блейка. Я не думал, что он тебе расскажет! Если бы знал, не пришел бы. Мне просто хотелось сказать... сказать тебе лично, в глаза, что... я давно такого пения не слышал! Последние слова Том договорил, потупив взгляд в пол, ибо Адам подошел к нему вплотную и теперь стоял, уперевшись одной рукой справа от головы Тома. Словно, не давая сбежать. Словно, вынуждая на откровенность. Смотрел изучающе в лицо блондина, на опущенные от стыда глаза. - А... ясно. Ты хотел сказать, глядя мне в глаза? - протянул издевательски Адам и неожиданно резко сдернул свою смешную шапочку с головы, одновременно снимая и очки. - Что же, говори! Я слушаю! Том не смог не поднять взгляд, и... Словно ледяной водой окатили с головы до ног. Даже толстый слой жидкой пудры не смог скрыть багрово-черного синяка под правым глазом и рассеченную бровь, которые Адам так старательно прятал под челкой весь вечер. Сам правый глаз чуть заплыл, и белок глаза был кроваво-красный, видимо, от лопнувшего сосуда. Том задрожал. В голове вспыхнули обвиняющие слова " Это твоя вина. Это из-за того, что ты влез..." Он вжался в стенку всем телом. Если Адам сейчас ударит его, то его можно будет понять. - Что же ты молчишь, Том? Нечего сказать? Блондин не мог выдавить и слова. Он, молча, рассматривал лицо и шею брюнета, на которой, находясь так близко, можно было разглядеть синяки от пальцев. Вот почему Блейк не хотел, чтобы он, Том, подходил к Адаму. Вот, как они поговорили... - И это не он мне сказал. - продолжил Адам, глядя прямо в карие глаза Тома. - Блейк не настолько дурак. Просто я уже наутро посмотрел последний вызов с нашего телефона. Не знаю, зачем я это сделал, может просто хотел знать, кто без позволения влез в мою жизнь! И в жизнь Эли тоже. И тут твой номер, который, к твоему несчастью, имеет такую запоминающуюся комбинацию в конце - 5577! Именно после разговора по этому номеру он... Почему ты решил, что имеешь на это право? Кто ты такой, откуда ты вообще взялся? В голове у Тома царил полный хаос. Он никогда не попадал в столь неожиданные ситуации. Он, рассказав все Блейку, чувствовал тогда себя правым. Вот только сейчас, глядя в гневно горящие глаза напротив, на синяки под этими глазами, он начал сомневаться, что поступил правильно. Но ответить что-то надо - блондин не любил, когда его в буквальном смысле прижимали к стенке. - Я просто знаю, как это, когда за твоей спиной любимые люди глумятся над твоими чувствами! Я не думал, что Блейк так с тобой поступит, видимо, он испытал сильную боль, раз... распустил руки. - А ты думал он меня по головке погладит? - хмыкнул Адам, сверкая глазами на блондина. - И пальчиком погрозит? Хотя, конечно, ты вообще об этом не думал... Тебе нравится Блейк и ты поступил так ради него. Что же, этим ты точно завоевал его доверие! Радуйся! Ты теперь станешь ему очень близким другом! Он вообще любит дружить со смазливыми мальчиками, особенно с такими... верными. Только имей в виду, тебе не сладко придется, поскольку с ним рядом я! А я постараюсь, чтобы тебе было максимум "не сладко"! Последние слова Адам прошипел прямо в лицо Тому, наклонившись к его лицу на расстояние меньше десяти сантиметров. Шептал ядовитые слова, а Том, к своему потрясению, понял, что разглядывает притягательно-красивой формы губы брюнета. На них, на губах были... веснушки! Маленькие рыжие пятнышки. Замазанные старательно блеском для губ. И пока Адам, "метая молнии", обещал несносную жизнь Тому, сам блондин внимательно скользил взглядом по шее, потом по открытому участку кожи на груди Адама - везде веснушки! Он - рыжий! Невероятно! - ... не надоело? - услышал Том вдруг. Оторвал выразительные карие глаза от груди Адама и встретился с удивленным взлядом больших серых глаз. - Я спрашиваю, тебе не надоело еще пялиться на меня? Я понимаю, футболка не достаточно дорогая, наверно, для такого, как ты, но Блейк теперь не скоро на меня расщедрится. По твоей, кстати, вине! Или я тебе нравлюсь? Может, поэтому ты сдал меня Блейку? Захотел меня? И заревновал к Эли? У Тома от такой наглости вспыхнули щеки. Нет, ничего не изменится между ними! Это просто по определению невозможно! Он закусил губу от досады и со всей силы отпихнул Адама от себя. - Ты, все-таки, самодовольный и наглый индюк! - Том больше не испытывал вины. Наоборот, захотелось сильно треснуть нахально улыбающуюся физиономию напротив. - Я думал, что ошибся, но нет. Я все правильно сделал! Блейк заслуживает лучшего человека рядом с собой! А не... а не зазнавшуюся звездульку! Адам, ехидно прищурив здоровый глаз, поинтересовался: - Лучшего? Может быть, ты имеешь в виду себя? - Может, и себя! - У тебя же девушка! - Ну и что? Это не помешает мне сблизиться с Блейком! - Блейк не любит делиться... имей в виду! - Я свободен, у меня ни перед кем нет обязательств. - Ты всегда так спокойно переключаешься с женщин на мужчин? - Блейк очень обаятельный. Я не знаю, что у нас будет дальше, но сейчас мне просто хочется с ним чаще общаться! - Тебя не напрягает, что у него есть я? - А почему меня должно это напрягать? Не я назначаю ему встречи, не я звоню. Он! Значит, ваши с ним отношения не очень идеальны! Адам с интересом окинул вытянутую по струнке фигуру блондина. Да, крепкий орешек. Потрясающе самоуверенный. Так и хочется проучить, засранца! Такие, как он, привыкли все получать легко и без усилий. И также легко им живется, все словно "по маслу"! Честно, правильно... Малыш, ты сам не знаешь, во что ты влез! Адам быстро натянул на голову свою шапочку и сунул в карман очки. Продолжать разговор, который становился слишком откровенным, ему не хотелось. И выслушивать от малознакомого человека, насколько их отношения с Блейком далеки от идеала, тоже. Он напялил сумку на плечо и, окинув комнатушку взглядом на предмет забытого, направился мимо Тома к двери, больше не говоря ни слова. Зачем? Все сказано. Все понятно. Дойти не получилось, ибо Том, с по-прежнему пылающими щеками, схватил проходящего мимо брюнета за локоть и развернул к себе: - Мы, кажется, не закончили! Блейк говорил, что у тебя плохой характер, но я тебе не позволю со мной так обходиться! - Правда? Не хочу тебя расстраивать, но с тобой я буду обходиться так, как считаю нужным! Не зарывайся, деточка! - Адам вырвал свою руку из крепких пальцев Тома. Сам схватил Тома за предплечье и дернул к себе. - Или побежишь Блейку жаловаться? - Может и побегу! У него хорошо получается делать из тебя человека! Представляю, как он устает, бедный! - Так иди, пожалей его! Могу посоветовать с чего начать, а то он такой привередливый бывает! - С чего же? Посоветуй, я не против! Они с ненавистью уставились друг на друга. У Тома горели щеки от гнева, он нервно облизывал сохнущие губы, руки его упирались в грудь Адама. Адам же был бледен, глаза от злости стали зеленого цвета, он чувствовал, как тонкие пальцы блондина дрожат и впиваются в его тело. До боли. Вдруг брюнет, усмехнувшись чему-то и одарив Тома странным взгядом из-под черных ресниц, притянул его к себе и... Поцеловал! До сбившегося дыхания. До прикушенной в кровь губы. Черт... Адам! Пусти! - Начни с этого, малыш Томми! P.s.: всех с наступающим! и не будьте скупы на отзывы!