Святые и грешные

Они вышли из вип-комнаты по одному. Том в последний момент замешкался с одеждой, но Блейк и так все понимал. Тайные любовники. Пока. Пусть так, его это вполне устраивало! Главное, он теперь может прикасаться, звонить, ждать следующего свидания с блондином. С его белокурым талантливым ангелом. Блейк, нежно поцеловав мучающегося головной болью Тома в губы, выпорхнул в зал и тут же был пойман собственными гостями. Том с трудом заставил себя подняться с дивана - опьянение прошло, страсть удовлетворена, а он чувствовал себя последней сволочью и мразью. Секс с Блейком дал сумашедшую разрядку, но и принес страшные угрызения совести - хотелось напиться, несмотря на то, что от спиртного уже тошнило. Хотелось исчезнуть прямо отсюда и оказаться... Где? Он и забыл, что он бездомный. В квартире Адама? В его кровати. Ага! Из кровати одного любовника в кровать другого! Да он, Том, прямо в Казанову превращается! Как унизительно. Черт. Голова... Адам. О чем там говорил Адам с Ив? Надо выяснить. А впрочем... Что ему, Тому, за дело? Наплевать. Но Иви, конечно, дает! Какова оказалась! Прямо дама из высшего света - столько гонора и презрения! А как она смотрела на певца. Не подумала, что он, вообще-то, его, Тома, работодатель! И все же... О чем она с ним говорила? Том медленно передвигаясь, чтобы не слишком тревожить пульсирующие болью виски, вышел в зал - полная и мучительная мешанина в голове гнала его к людям. Хоть как-то спастись и отвлечься. Вышел в холл, и в глазах зарябило от количества народа. Между прочим, их гостей! И его, Тома, в частности! И хандрить блондину не дали. Подходили какие-то незнакомые люди, хвалили его игру, спрашивали о прошлой работе. Шутили над их с Адамом поцелуем. Том оказывался то в одной щебечущей кучке, то в другой. Незаметно для себя начал пить освежающее пузыристое шампанское и даже вполне вменяемо отвечать на вопросы. Пару раз он натыкался в толпе на обожающий взгляд Блейка - вздрагивал всем телом и, упрекая себя, все же старался с ним не пересекаться. В какой-то момент Тому показалось, что он увидел Адама - ему хотелось поговорить с брюнетом. Правда, ярость от наглого поцелуя уже куда-то испарилась, да и после случившегося между ним и Блейком, Том вообще не представлял, как вести себя с Адамом, как смотреть ему в глаза. Вечеринка набирала обороты, градусы крепчали, и блондина, в конце концов, оставили впокое - он устало опустился на удобное кресло и прикрыл глаза. Блейк ему весь вечер улыбается, Ив оборвала телефон вкупе с отцом, а он так и не нашел Адама. Знакомый и одновременно незнакомый голос шатена, с какими-то новыми звенящими нотками, раздался почти над ухом Тома: - Скучаешь? Могу составить ненадолго компанию! - Том с трудом разлепил тяжелые веки и посмотрел на бодренького Блейка. Тот улыбался и нетерпеливо ждал ответа блондина. - Хочешь, удалимся в тишину? - Нет, спасибо. - Том с трудом оставил глаза открытыми - такая усталость навалилась. Блейк аж скис от его резкого и быстрого отказа. А Том, оправдываясь, пояснил. - Я не скучаю, просто устал сильно. Не ожидал, что так умотаюсь! - Ну да, насыщенный день у тебя вышел. Кстати, ты сказал, что ушел из дома? Тебе нужна моя помощь? Я готов, только скажи - деньги, жилье... - Нет, спасибо. Ты и так много уже для меня сделал. - Я хочу помочь, Том! - Блейк просяще заглядывал в темные большие глаза. - Да, я вижу. И говорю спасибо! Но мне пока ничего не нужно. Я снимаю квартиру... - Где? Дорого? В каком районе? - Я... недалеко отсюда. Недорого совсем! - Том вспомнил про просьбу Адама и почему-то испугался, что Блейк его разговорит и обо всем догадается. А еще блондин вдруг разглядел, насколько щекотлива ситуация - он живет у любовника своего любовника. Боже! Верни этот день обратно! Прожить его заново и по-другому! Тем временем Блейк, посасывая коктейль, возобновил пытку Тома: - А откуда деньги? У тебя вообще есть какие-то средства? Блондин опять почувствовал, как боль сдавливает виски. Секунду помолчав, ответил: - Деньги есть... Ты же не думаешь, что мой папаша заодно хочет мне голодной смерти? Карточка со мной, да и не думаю, чтобы он замораживал мой счет в банке. - заметив удивленный взгляд Блейк, Том вынужденно пояснил. - Ну я работал в клубе одного из его друзей, зарплата капала на банковский счет. После ссоры с Роном я еще не появлялся на работе, возможно, я там уже не числюсь! - Но ты проверь, вдруг числишься! - Да, надо бы... Они замолчали на пару минут. Том уставился в искрящийся бокал с шампанским, а Блейк задумчиво изучал его точеное лицо. Ему вовсе не нравились эта апатия и печаль на милом личике блондина, и он надеялся, что это просто от усталости. Решил сменить тему. Хмыкнул и заглянул в глаза Тому: - Так откуда у тебя, обездоленного, новая дорогущая гитара? Блондин чуть покраснел, заставляя сердце Блейка неожиданно забиться чаще в ожидании неприятных известий. У шатена всегда было отличное чутье, или интуиция - именно благодаря в частности и этому качеству он стал таким успешным продюссером и бизнесменом. Но то, что сообщил ему далее Том, заставило шатена испытать почти физическую боль: - Она у меня... Мне подарил, то есть купил ее Адам. В день концерта. Он купил ее мне из-за необходимости, и я все ему верну, как достаточно заработаю! Том словно оправдывался. Или оправдывал Адама. Он и сам не знал. Просто очень испугался исказившегося от злости и ревности лица Блейка. Тот вдруг тяжело задышал, раздувая ноздри, а на глазах его - Том старался себя убедить, что ему это только кажется - заблестели слезы... Сука! Адам! Маленькая, грязная, жадная до чужого добра шлюшка! Все-таки влез! Вмешался своими похотливыми лапками! Пытается наделать ему гадостей! Тварь... Наверное, выставился добреньким мальчиком, что пришел попавшему в беду бедняжке Тому на помощь? А поцелуй на сцене - это требование расплаты за сделанный подарок? Неужели действительно собрался приударить за Томом? Блейк сдавливал стакан непомерной хваткой и с трудом сдерживался, чтобы не разбить его об стол, а лучше о кое-чью голову. И вдруг услышал шокирующее: - Блейк! Он... он правда купил мне в долг. Он никем не выставлялся! Он... Зачем ты так о нем? Ты так злишься... Тот поцелуй был в шутку! Блейк, холодея от страха, медленно поднял взгляд на блондина напротив. Тот огромными черными глазами на мертвецки бледном лице смотрел на шатена, словно видел его впервые. Впервые, и до жути в неприглядном виде. Оказывается Блейк, забывшись от потрясения, проговорил свою последнюю гневную тираду вслух. Тихо. Еле различимо. Шипя, как змея. Но каждое его слово было услышано музыкальным ухом гитариста. И Тому вдруг показалось, что он действительно видит Блейка впервые. И не мог поверить в него такого. Желтые глаза растерянно захлопали, а тонкие жесткие губы задрожали - Блейк так растерялся, как никогда в жизни! Его возлюбленный, его завоеванный с таким трудом мальчик сейчас смотрит с плохо скрываемым отвращением! С удивлением и даже жалостью! Черт, надо все исправить! Немедленно. Надо ему все объяснить! - Том, ты... Не смотри так на меня! Да, я злюсь, я ругаюсь - я имею право! Блейк потел, сбивался и повышал голос, а Том никак не мог поверить, что можно так говорить о человеке, чья личная и профессиональная жизнь связана с твоей собственной. Ведь у них с Адамом любовная и профессиональная связь! Так неужели Блейк настолько презирает Адама, что так думает о нем? Такая злость... И ведь шатен чуть сегодня не ударил певца при всех - это ненормально. Это неправильно! - Том, ты слышишь? - из-за судорожно бившихся в больной голове Тома мыслей, он совсем не слышал Блейка, и тот, схватив блондина за руки, чуть притянул к себе, привлекая внимание. - Ты о нем многого не знаешь! Так что не стоит так на меня смотреть из-за того, что я назвал его шлюхой! Он был ею в прошлом, ею и останется до конца дней! Вот ты думаешь, он где сейчас? Не знаешь! А я велел ему развлекать моего хорошего друга - вот он и развлекает! И не страдает вовсе, уж ты мне поверь! Тому было больно от железной хватки Блейка на своих предплечьях и он попытался освободиться, но взвинченный Блейк с силой тряхнул худощавого гитариста и притянул еще ближе. Почти прокричал ему в лицо: - Он и тебя взялся обхаживать да задабривать только, чтобы сделать мне больно! Он видел, что я влюблен, и не смог стерпеть этого! Да, я по-настоящему влюблен в тебя, Том! И Адам, разумеется боится, что я оставлю его, и начал строить нам козни! Это вполне в его духе. Блейк тяжело дышал, вешая на Адама реальные, по его мнению, грехи - шатен вправду верил, что певец ревнует и боится того, что Блейк его бросит, променяет на Тома. Адам, по мнению шатена, именно по этой причине вертится около Тома - помогает, дарит подарки, кокетничает и целует на сцене. Хочет заставить яриться Блейка, смутить и запудрить мозги Тому! Но как это все объяснить блондину? Надо как-то... Чтобы Том понял, что жестокие и некрасивые слова Блейка Адам вполне заслуживает. - Я не чудовище, Том. Я бы никогда не стал так говорить о человеке, если бы он не заслуживал такого! Он рос среди нечистых и вероломных людей - он стал таким же, хоть и не по своей воле! Я вытащил его когда-то из выгребной ямы - отмыл, отчистил, но, видимо, ему этого недостаточно было! Он, похоже, все мое добро давно позабыл! Поэтому я не хочу сегодня больше о нем говорить! Хочу говорить только о тебе! Ты просто остерегайся его и все! Он может быть очень обаятельным и подлым, и он не стоит даже твоего мизинца! Блейк нежно улыбнулся и начал целовать по-очередно запястья Тома. Блондина страшно мутило. Он слушал всю эту грязь и не мог поверить. Хотел остаться один. Не мог поверить, что тот человек, о котором сейчас говорит Блейк, это Адам. Он не мог быть таким! Он не похож на того, кого описывает Блейк. Блейк преувеличивает. Или врет. Или все же говорит правду? Ну не может быть ужасным человек с такими светлыми глазами! Глаза Адама были такими лучистыми, когда он увидел на пороге репетиционнного зала Тома с подаренной им гитарой! Так не притворишься! Не сыграешь! Такой талантливый человек не может оказаться такой дрянью! И Том вдруг услышал, как будто со стороны, свой совершенно спокойно звучащий голос: - Если он такой подлый и вероломный, почему бы тебе не отпустить его? Ну в смысле, расстаться с ним и не мучить себя? Как обухом по голове. Блейк аж выпустил обе руки блондина из своих. Посмотрел на спокойное лицо Тома и весь затрясся - какого черта Том задает ему такие вопросы? Он что, сам не понимает? Черт возьми, он, Блейк, не собирается отпускать того, на кого он потратил нереальное количество бабла и собственных лет жизни! - Том, все не так просто, как тебе видится! - Блейк пытался говорить спокойно, но алкоголь и злость никак не давали сосредоточиться. - Адам это мое вложение, мое процветание и мое детище! Мы долго вместе и... я его не собираюсь никуда отпускать! - Ты же уже не любишь или я ошибаюсь? Так зачем он тебе рядом, Блейк? Занимайся его карьерой - если вы по-хорошему расстанетесь, то сможете сохранить деловые отношения! - Нет! - Блейк так рявкнул, что в голове Тома фонтаном разлилась головная боль. Блондин переставал понимать человека напротив, словно они говорили на разных языках. - Он никуда не уйдет! Я ему не позволю! Неужели ты думаешь, он не бросится тут же искать какого-нибудь богатенького дяденьку, чтобы тот занялся его карьерой? Он гордый, я его знаю, и он не станет со мной работать, если я его прогоню! А я не для этого нанимал ему учителей когда-то и покупал часы в репетиционных залах, одевал его, как куклу, и водил по стилистам, чтобы он в итоге ушел и приносил доход какому-нибудь толстозадому старикашке! - Блейк, ты... Это все ни к какие рамки! И ты не прогонишь! Ты просто его отпустишь! Ты явно устал от вашей связи! И Адам, мне кажется, тоже. Он вообще был влюблен в Эли.. - Черт! Том! Блейк грохнул стаканом о стол, заставляя блондина испуганно вжаться в кресло. Ди-джейская музыка орала так громко и все вокруг были так увлечены пьянкой и танцами, что их с Блейком ссоры никто не замечал. Шатен раздраженно посмотрел на испуганное красивое лицо напротив и... Выдержка его рухнула. Он властно засверкал глазами и, перегнувшись через стол к Тому, отчеканил, тыча в него пальцем: - Не говори со мной об этом Эли! Я не хочу о нем слышать! Не хочу слышать все эти нотации и поучения от тебя! Ты слишком... неопытен и наивен. Люди часто состоят в странных непростых отношениях - у меня такие отношения с Адамом. Но то, что эти отношения странные, это не значит, что они не имеют права существовать, что они слабые! Его интрижка с Эли была просто короткой связью ни о чем, и все! Он снова со мной! А Эли продал его за пару тысяч долларов - неплохие денежки, согласись! Он на них сейчас неплохо так оттягивается во Флориде! И ты считаешь, что Адам мог бы уйти к нему? К нему, которого я купил? К нему, который продал свою любовь? Блейк рассказывал правду, а Тома трясло, как в лихорадке. Так вот каким образом исчез Эли? Блейк заплатил ему, чтобы тот бросил Адама! А Том еще тогда советовал Адаму искать пропавшего любовника. Он, Том, действительно, наивен, наверное. Боже! Что вокруг за люди? Блейк, как с товаром, обращается с Адамом, а Эли вообще дрянь - хотя кто знает, как на самом деле происходила у них с Блейком эта сделка? Тому стало душно и он на неверных подгибающихся ногах поднялся из-за столика. Тут же его кисть оказалась сжатой цепкими пальцами шатена: - Куда ты? Ты не дослушал! Том с силой выдернул руку из захвата сильных пальцев и сделал шаг от него. Ему необходимо было выйти, подышать свежим воздухом. Он задыхался от всей этой правды, что сейчас узнал об этом человеке напротив. Он не понимал его. Он не хотел его сейчас видеть! Такого властного и уверенного, такого подавляющего. Желающего теперь получить его, Тома. Том вообще не мог никого сейчас видеть. Голова шла кругом. Прошептал одними губами, глядя в раскрасневшееся от гнева лицо шатена: - Я не хочу больше слушать! Я не понимаю тебя. Так не правильно, так нельзя! - Том, прости, но ты слишком быстро и поверхностно... - Не надо, Блейк! Давай поговорим позже. Я пойду, подышу воздухом. - Можно с тобой? - Нет. Извини. Я должен все это переварить. - Том, если ты решил, что из-за Адама я не смогу оказывать тебе частого внимания, то... - Блейк, прошу... Остановись! Иначе я совсем в тебе разочаруюсь! Том со всей возможной при такой жуткой головной боли скоростью отвернулся от расстроенного шатена и направился к выходу. Блейку от бессилия захотелось заплакать. Он снова не сдержал своей ярости. Не сдержался перед нежным, сладким, чувственным, его Томом! Орал, делал больно. Выставил жертвой эту шлюху Адама, что б его. Что милый блондин теперь о нем, Блейке, думает? Смотрел как на больного. Как на сумасшедшего! Как на чудовище! Боже, но почему он опять не сдержал своего норова? Том, спотыкаясь на каждом шагу, тащился к выходу. Он уже дошел до самого крайнего затемненного столика, как вдруг услышал знакомый, ни на чей больше не похожий на этой земле, смех. Адам. Он сидел в полоборота к Тому в компании Уилкинса и еще парочки мужчин и весело трещал, о чем рассказывая и периодически хохоча. Том видел - певец просто нереально, беспросветно пьян! Рубашка на нем была полурасстегнута, волосы потеряли укладку и свалявшимися прядями висели на раскрасневшемся лице, а в руках тлела сигарета. Его за шею прижимал к себе один из незнакомых мужчин и, мешая хохочущему брюнету вести по-видимому очень забавный рассказ, периодически целовал в щеку. Том застыл, не в силах оторвать взгляд от их столика - от полного свинарника на столе, от тлеющей в руках певца явно не простой сигареты, а еще от белого, в жутко размазавшейся косметике, лица Адама. Он был похож на клоуна... Блондину захотелось броситься в эту вертепную компанию, вытащить оттуда брюнета, вырвать сигарету из пальцев, умыть его и заставить замолчать, успокоиться. Но Том понимал, что не имеет на это права! После того, что сам сегодня сделал за его спиной. Просто не имеет права и все! Том вышел на улицу, чувствуя, как легкие, наконец, задышали в полную силу. Он словно в аду побывал сегодня. Искупался в грязи, нахлебавшись ею сполна. И теперь непонятно - как со всем этим иметь дело? А ему придется иметь дело. Придется разбираться с тем, что он сегодня натворил! С Блейком разбираться. И с Адамом. Не говоря уже об обрывающей телефон Ивонне. Но почему-то Адам в его плане "разгребания дерьма" занимал первое место. Надо с ним поговорить! Сегодня же, сейчас! Немедленно! Им ведь так и не удалось ни разу поговорить за весь вечер - а между прочим, у них был первый общий концерт! Адам его даже не похвалил, не покритиковал, не поздравил с фактическим дебютом! Хотя в той обстановке, что царит около певца, можно и забыть о нем, Томе. Тем более сейчас, когда Том "наломал дров" с Блейком. Надежда, что Адам не узнает, слишком иллюзорна. Как Адам в этом живет? Как дышит рядом с таким человеком? Почему подчиняется? Правда ли то, что плел Блейк о прошлом певца? И еще неимоверный вал вопросов. Но среди всей этой неразберихи на сердце у Тома возникло и созрело какое-то странное, необъяснимо сильное чувство, что сегодня его жизнь раз и навсегда изменится.