Святые и грешные

Томми не помнил, как вставал с пола, как одевался, как в очередной раз умывался, с трудом добредя до комнатушки-гримерки Адама и застыв над раковиной. Некоторое время просто заторможенно брызгал ледяной водой в лицо, а потом и вовсе подставил голову под шелестящую струю. На душе творилось черт знает что, как и в голове. Хотелось разрыдаться в голос, как маленькому, забиться куда-нибудь в угол, а потом заснуть. Так, чтобы на пару месяцев. И чтобы проснуться другим человеком - без боли, без разочарования, без бесплодных надежд, без любви в сердце... Адам. Нет сил поверить, что человек оказался таким. Хотя, возможно, он и был таким всегда, а он, Томми, элементарно запав на его внешность, решил, что певец так же прекрасен внутри, как и снаружи? Нет. Нет, Адам просто запутался, сорвался, вспылил! Он потрясающий, он добрый... Он, Томми, не мог в нем ошибиться. Он, Томми, наверное, сам во всем виноват, сам наделал ошибок. Только бы понять, каких... Блондин вылез из-под крана, ощущая, что здорово замерз. Глянул на себя в зеркало - печальное зрелище. Вид, как у бездомной больной собаки, тоска в глазах, мокрые пряди, прилипшие к лицу, дрожащие губы. Надо идти отсюда. А куда? В их с Адамом дом? Нет, сейчас это совсем невозможно. Сейчас он не может видеть брюнета, сейчас это слишком больно. Словно в напоминание о певце зазвонил телефон - на дисплее высветилось его имя. Имя любимого мужчины... Томми вдруг почувствовал, как глаза нестерпимо зажгло - нет, он не будет рыдать! Не доставит им удовольствия! Им, Блейку и Адаму! Им, перевернувшим его жизнь раз и навсегда. Проигнорировал звонок. Вышел в барный зал. Народу было совсем мало, и Томми опустился за столик в самом углу. Положил руки перед собой и уткнулся в них лбом - вот сейчас его отпустит, он соберется с силами и пойдет... Но идти никуда не хотелось. Ни идти, ни кого-то видеть. Просто безумно хотелось спать так, как никогда в жизни не хотелось. Словно он не спал неделю, и сейчас его тело просто отказывалось шевелиться, лишь мерзло и противно ныло. Перед закрытыми глазами немедленно всплыло лицо Адама - раскрасневшееся, с блестящими похотью глазами, с алыми жаждущими губами. Потом его руки... Томми вдруг показалось, что ему снова сдавили до боли бедра, и все сжимают и сжимают. Он даже тихонько застонал, не поднимая головы, и с силой закусил губу, желая, чтобы Адам его оставил в покое. Но видение не уходило... Снова возникло затуманенное похотью лицо брюнета - как сильно он хочет взять его, Томми, подчинить себе, наказать за ревность. Не слышит его просьбы, не видит его слез, не хочет его понять, не хочет останавливаться.... И опять все тело блондина сводит тянущим неприятным чувством - даже тяжело дышать, точно ребра все передавили, и кожа под испачканной рубашкой покрылась липким потом. Томми кажется, что его куда тащат, вцепившись мертвой хваткой в бедра и корябая кожу. Он пытается посмотреть, кто там за его спиной, оборачивается. Блейк... Это уже не Адам, а Блейк! Со своими звериными глазами, со своей кривой жестокой усмешкой на тонких губах. Смотрит на него, Томми, такого слабого и беспомощного в крепких загорелых руках и притягивает к себе. Нет! Нет, только не Блейк! Где же Адам, черт возьми, почему не поможет? Адам! Адам! Адам... Его плечо сжимает холодная рука. Держит крепко, потряхивает. Может это Адам пришел его, наконец, спасти от этого ненормального Блейка. Спасти, обнять, успокоить... С Адамом всегда так спокойно и легко дышится. Он, Томми, его обожает! Не может без него долго... Не может, чтобы не видеть его чудесные серые глаза, его заразительную улыбку, не ощущать его теплые руки, ласковые... Нет. Вовсе не ласковые. Грубые... Причиняющие боль. Снова его встряхивают за плечо. Томми с трудом выныривает из своего полусна-полубреда. Смотрит вокруг тусклым взглядом. Не сразу слышит: - Том! Томми, посмотри на меня? Ты в порядке? Ты слышишь меня? Том не знает в порядке ли он, но глаза сами собой закрываются, точно кто за веки тянет. Чувствует, как на его лоб ложится холодная рука, и пытается от нее отстранится. Холодная рука, неприятная... А женский голос испуганно произносит: - Господи, да у тебя жар! Том, ты весь горишь! Тебе домой надо. Домой... Да, так хочется домой! К Адаму. Он чувствует, как его тянут из-за стола, как куда-то медленно ведут. Перед глазами все раскачивается, и он не может сосредоточиться на том, что у него под ногами - все скользит, расплывается до того, что даже подташнивает. Снова слышит женский заботливый голос: - Я отвезу тебя домой, к твоему отцу. Боюсь, тебе нужен доктор, и... - Нет! - Томми даже руку выдергивает из чужих рук и чуть было не падает. Но его удерживают, хоть и с трудом, пока он в бреду шепчет. - Хочу домой. Отвези домой! К Адаму! Он меня ищет. Он... обиделся на меня. Я ему причинил боль... Голос спасительницы становится недовольным, она грубо вопрошает: - Он над тобой поиздевался, а ты еще и себя винишь? Томми, он совсем свел тебя с ума! Черт проклятый... Томми снова останавливается, уже начав было идти. Глаза фокусируются на человеке, кто так несправедливо очерняет его любимого Адама. Смотрит через полумрак зала. Ивонна. Откуда она здесь? Девушка тем временем снова хватается за обжигающе горячую руку блондина и с легкостью тянет к выходу. Томми пытается задать ей вопрос, какой-то очень-очень важный, но в голове страшное месиво, и он молчит. Идет за ней, не понимая куда и зачем. Вспоминает лишь о чем-то, когда спустя десять минут рядом с ними тормозит такси: - Отвези меня домой! К Адаму! Он меня ждет. Он меня потерял... Они зашли в квартиру Адама спустя двадцать минут. Томми было так плохо, что Ив сразу повела его к кровати. Уложила, с тревогой глядя на горящее лицо, на дрожащие ресницы, на беспокойно сжимающие одеяло пальцы - лихорадка, самая настоящая, с высокой температурой и забытьем. Отправилась на поиски жаропонижающего. Нашла довольно быстро то самое, которое еще пару недель назад пил болеющий Адам. Развела в воде, вернулась к Томми. Тот метался по подушке уже без остановки, дрожа и что-то нашептывая в пол голоса, и девушке пришлось применить силу, чтобы он на минуту перестал двигаться. Прижала его к себе, позвала по имени несколько раз, и лишь когда он приоткрыл глаза, поднесла к губам стаканчик с жаропонижающим. - Томми, это надо выпить, милый. Давай, маленькими глоточками! Он, глядя ей в глаза и совершенно не узнавая, послушно выпил. Неожиданно сцепил руки за ее спиной, прижимаясь крепче к мягкой груди, и затих так. Закрыл глаза, согреваясь от ее тела, и снова провалился в беспамятство. Ив некоторое время сидела, боясь шелохнуться и потревожить блондина. Гладила по все еще влажным волосам, по огненному лбу, по красному пятну щек - ей сейчас было так хорошо, что становилось даже страшно. Томми плохо, а она, как дура, сидит счастливая и мечтает, как ему станет лучше, и он проснется и посмотрит на нее с благодарностью. И ему ничего не останется, как принять ее заботу и помощь, и, разумеется, ее нежность не останется недооцененной. Она будет говорить ему о своей нежности и любви постоянно, будет целовать его, баловать, ухаживать. Она все это так явно представила лишь только ей дозвонился Роберт. Он еще расписывал произшедшее между Томми и Адамом, а Ивонна во всю унеслась в свои грезы. Правда, воплощению ее грез могло помешать то, что Томми настоял на приезд в дом Ламберта - это могло разрушить весь план по "ухаживанию и завоеванию" сердца Тома. Оставалось надееться, что эта тварь, Адам, который явно что-то сделал с ее Томми, поимеет совесть и не покажется здесь в ближайшие часы. А потом Томми станет лучше, и он сам захочет убраться поскорее отсюда, и тут она, Иви, ему с готовностью предложит свой дом. Попросит позволения быть все время рядом, чтобы ухаживать за ним в болезни - он сейчас так страдает и так слаб, что не сможет отказать ей. Она не примет отказа! Она очень аккуратно уложила Томми в постель, когда тот чуть расцепил свои объятия. Не удержалась и поцеловала его в щеку, погладила по белым волосам. Пошла заваривать чай. Телефон в полнейшей тишине комнаты заставил ее подскочить и едва не разбить чайник. Бросилась искать орущий аппарат в курточке Томми, и найдя, нажала побыстрее на "прием". И только тогда с замиранием сердца увидела имя звонящего. Блейк. - Том, это ты? Удивлен, что ты отвечаешь с первого раза, а не бросаешь трубку. Смелый, да? Ивонна, не очень вслушиваясь в речь шатена, выпалила: - Это не Том. Это Иви. И я не слишком настроена с тобой разговаривать. Но раз уж мы уже говорим, то... Мне есть, что сказать тебе, Стейтон! И ты меня выслушаешь! И Ивонна, боясь разбудить немного успокоившегося блондина, отошла к окну. Затараторила в трубку, словно боясь, что Блейк отключится: - Не знаю, для чего ты звонишь и что тебе надо от Томми, но я вот что скажу. Вели своей шавке держать свои руки при себе и не распускать их по пьяни! Он у тебя совсем там с цепи сорвался? Что он сделал Томми, что наговорил, что у того нервная горячка случилась? Ты понял, что я твоего дорогого Адама имею в виду? На другом конце некоторое время была абсолютная тишина. А потом Блейк вкрадчиво спросил: - А что такое случилось с Томми? Он рядом? Я бы очень сильно хотел с ним поговорить. И такое странное совпадение - тоже об Адаме. - Том рядом, но говорить не сможет. Я сейчас объясню... Я здесь за ним ухаживаю, потому как около часа назад у них, со слов самого Адама, случилась крупная размолвка. Он не смог объяснить причину, лишь сообщил моему хорошему другу Роберту, что Томми нужна помощь. И вот я с ним, и он в ужасном состоянии. Поэтому я тебя настоятельно прошу, потолкуй со своим протеже, иначе я сообщу все Рону Ретлиффу, и тогда он потолкует с вами обоими! Иви выдохнула, уставилась в темноту за окном и стала ждать ответа. Вместо этого вдруг получила неожиданный вопрос: - Скажи, Ивонна, а почему ты просишь об этом именно меня? Ну про "притормозить" Адама? Почему не ему самому говоришь? - Ну... во-первых, вы с ним вроде как пара. И ты имеешь на него достаточно сильное влияние, и... - Ивонна, дорогая. Я открою тебе тайну. Мы уже с ним не пара! Ты наверное не слышала, но он бросил меня не так давно. А теперь ответь мне на вопрос, что по-твоему, у Томми могут быть за разборки с Адамом, что он аж впал в горячку? Как по-твоему? Теперь настала очередь Иви замолчать - девушка пыталась понять, рассказывать ей Блейку все, что она знает, или это может здорово навредить Томми. Нет, нельзя говорить. Соврать проще и безопаснее... Начала было: - Я, честно, ума не приложу, из-за чего можно так расстроиться. Думаю, Адам что-то наговорил ему про концерт. Может, они подрались даже... Но ей не дали договорить: - Ивонна! Иви! Давай так... Он на секунду смолк, а девушка вдруг поняла, что сейчас услышит нечто необычное: - Милая Иви. Так вышло, что ты очень сильно любишь и переживаешь за Томми. А я в данный момент очень сильно тоскую и переживаю за Адама. Я хочу его вернуть, очень хочу! А еще я только что узнал кое-какую сильно шокирующую меня новость, и очень хочу понять - я один был столь слеп и наивен? Не видел очевидного! Не замечал, как меня дурят за моей спиной? - он снова шумно вздохнул и, похоже, что-то глотнул. Продолжил уже громче. - Так вот, милая Иви. Не хочешь ли ты мне кое-что порассказать? И быть может, я придумаю достойный выход из этой унизительной для нас с тобой ситуации. Он замолчал. Девушка тоже не спешила с ответом. Стоит ли ей впускать в свою игру такую акулу, как Блейк? Она наслышена о нем от разных людей, но какой он человек в реальности, она не имеет представления, и это плохо - это с одной стороны. С другой стороны, ей в одиночку не отвадить эту суку Адама от гитариста - тут Блейк, возможно, очень даже кстати. И его эти чувства к Адаму... Стоит доверится этому Блейку? Стоит рискнуть? Черт, что делать-то? Нетерпеливое покашливание заставило ее мысленно взмолиться всем богам и открыть свои карты: - Я сейчас с Томми на его квартире. Он меня приводил сюда лишь однажды, спал со мной... Как-то раз я сама решила к нему наведаться, после того, как он перестал мне звонить. Наведалась. И мне открыл твой Адам. Он был в халате и совсем заспанный. Так я узнала, что мой Томми опять переключился на мальчиков. Они оба замолчали на пару минут. Блейк очнулся первым, задумчиво спросил: - Ты говорила с ним? С Адамом? - Да. Я обвинила его в измене тебе, но ему было все равно. Он смеялся над моим отчаянием. Снова молчание. Но раз выкладывать "все карты" так уж выкладывать все, и девушка продолжила: - А потом спустя несколько дней я сорвалась и устроила Томми скандал. Ну... На тему того, что он меня променял на Адама. Я не верила, что у них все серьезно, думала так - Адам удовлетворит свою похоть и все закончится. Все останется на своих местах - Адам с тобой, а Томми один. Но во время нашей беседы Томми неожиданно проговорился, что Адам ушел от тебя... И тогда я как с ума сошла - поняла, что у них все серьезно. Что меня обставил какой-то там певец из бара! А вот сейчас я смотрю и понимаю - похоже, эта квартира снята Адамом - состоятельный район, да и сама квартира большая. У Томми нет сейчас денег, мистер Крид по секрету мне сообщил, что отец Томми сразу заблокировал все его счета. Так что, твой Адам умеет вкладывать средства - свил себе неплохое гнездышко. Подальше от тебя! Иви прервалась, оглянулась на Томми, но тот спал и, кажется, снова начинал дрожать. Температура опять поползла... Задала интересующий ее вопрос: - А ты когда узнал об их связи? Сегодня только? Тон Блейка изменился - Иви показалось, что ему тяжело стало говорить: - Да. Всего несколько минут назад... - Сочувствую. Кто тебе сообщил? Снова ответ, будто ему горло пережали: - Неважно... Друг один. Скажи, Иви, ты уверена, что они поссорились сегодня? - Да. Мой друг и помощник мистера Рона, мистер Крид, встретил Адама, напившегося вдрабадан в баре. Адам страшно переживал за Томми - даже просил помощи у мистера Крида. Но мистер Крид, зная мою заинтересованность, позвонил мне. Вы думаете, Адам что-то серьезное сотворил? Смешок Блейка в трубке вышел сухим и оглушающим - Иви даже скривилась от резкого звука и чуть отвела сотовый от уха. - Адам? Да, мой мальчик мог... Иви, дорогая, у меня появилась неплохая мысль. Но мне понадобится твоя помощь! Девушка хотела было открыть рот для ответа, как пошел второй звонок. Глянула на экран - Адам. Звонит Тому... Вот наглец! Она аж задрожала от злости, выпалила: - Блейк, ему тут Адам звонит! А что мне делать, если он вдруг придет сюда? Это же может с минуты на минуту случиться, а я не хочу, чтобы он вымолил прощения у Томми! Я не могу это терпеть, я... - Спокойно! - Блейк почти рявкнул в трубку и следом чуть мягче добавил. - Это хорошо. Пусть звонит. Пусть приходит. Ответь ему на звонок и попроси приехать! - Но я не понимаю... - Иви! Снова окрик. Он уже начинал терять терпение. Заговорил с расстановкой, медленно, словно с маленьким ребенком: - Об этом я и говорю. Ты должна мне помочь! У нас с тобой сейчас появился наиудачнейший шанс навсегда развести их. Они злы друг на друга, обижены, и мы воспользуемся этим с максимальной для себя выгодой. Ты слушаешь меня? - Да, но... Ой, он перестал. - Если он позвонит снова, ответь и сообщи, что с Томми плохо - пусть приезжает. Если не позвонит, то звони сама и зови его! Сейчас я объясню тебе, что делать, когда он приедет! Адам некоторое время ждал, когда Томми поговорит и можно будет ему дозвониться. Брюнет был беспросветно пьян, но зато у него теперь хватало смелости звонить Томми, вполне реально представляя себе их разговор. Он с нетерпением смотрел на телефон - минуты тянулись медленно, просто издевательски медленно, точно проверяли его, Адама, решимость, его терпение, его смелость. А терпения ему уже не хватало - хотелось услышать любимый голос, хотелось выкрикнуть, как сильно он любит, как страшно переживает из-за того, что сотворил. Хотелось просить прощения, а потом целовать милое лицо, гладить по мягким волосам, прижимать стройное тело к себе, засыпать рядом, слушая родное дыхание... Пока он гипнотизировал экран телефона, не замечал ничего вокруг - ни скользнувшего темной тенью Уилкинса, окинувшего сгорбленную фигуру певца злорадным взглядом, ни зачем-то вернувшегося в бар Крида, который задумчиво рассматривал измученное лицо брюнета, а потом опустился, никем не замеченный, на затемненный диван в углу. Адам не среагировал на Ким, которая проходила мимо и неожиданно прыгнула к нему за столик, сама мертвецки пьяная, и протянула ему свой коктейль, чтобы чокнуться: - Эй, рок-звезда! Давай выпьем! И не получив никакой реакции придвинулась ближе. Заметила размазанную по бледным щекам тушь и изумленно проорала, перекрикивая музыку: -Ты чего тут киснешь? Что с тобой? Ты плачешь тут что ли? Да ладно... Она нахально вздернула его голову за подбородок, заставляя смотреть на себя. И тут же больно схлопотала по руке. Обиженно зашипела и отошла: - Между прочим, я тебя пожалеть хотела. А ты дерешься! Но Адам не видел и не слышал ничего - он уже изо всех сил вжимал телефон в ухо, ожидая, когда же закончатся бесконечно долгие гудки. И они закончились: - Да? - А... Кто это? - Адам? Это Ивонна. Ты, разумеется, меня не ожидал услышать, но Томми не может ответить. Брюнета затрясло так, что едва удержал телефон: - Что с ним? Он... ему плохо? Насмешливый ответ: - А ты не знаешь будто. - Ивонна, я прошу, я.... умоляю, дай ему телефон. Пожалуйста! - Ты не слышал? Он не может ответить. Ему плохо - у него жар. - О, боже... - Не поминай бога, Адам, у тебя другой покровитель! И как ты еще осмелился звонить после того, что сделал ему? Наглец невероятный! Брюнет, больше не в силах сдерживаться, начал униженно умолять: - Я тебя прошу, Иви, скажи, где он! Я приеду... Я страшно виноват, и я хочу вымолить прощение! Девушка холодно ответила: - Ты так уверен, что он тебя будет слушать? Я нашла его в ужасном состоянии, и... - Я... да, я знаю, я разочаровал его, обидел. Он сейчас страдает, но, поверь, я страдаю не меньше. - Мне плевать на твои страдания! Ты их заслужил полностью. Меня волнует жизнь и душевное состояние Тома. Я люблю его, Адам! Люблю всем сердцем. И хочу, чтобы он был счастлив! Адам уткнулся лбом в скрещенные на столе руки - ну как заставить ее сказать, сообщить, где они? Что пообещать ей? Как же он хочет видеть Томми... Ему там плохо. Родному мальчику... Он там мучается. Без него, без Адама! Ему помогает какая-то Иви... - Черт, Иви... Скажи, где вы? Что мне сделать? Как тебя упросить? Она на другом конце сдержанно вздохнула - вот, пора, сделать то, что велел Блейк. Но как же не хочется! Ей так хорошо здесь, вдвоем, с Томом. Он опять в забытьи, но температура сама немного спала. Он лежит, такой тихий, такой беззащитный, такой слабый - он ее, он сейчас принадлежит ей! Но как только приедет этот Адам, все переменится. Вдруг Блейк где-нибудь просчитался, и что-то пойдет не так? Да и план его, мягко говоря, несколько... непредсказуем. Слишком много моментов, которые не предугадаешь - почему Блейк уверен, что все сработает? Что если Адам не послушает? Что если Томми не клюнет? Если так обиделся на Адама, что не захочет ни в чем удостоверяться? А если... - Иви! Не молчи... - Да... Адам, я думала. Хорошо, я скажу, где мы. Приезжай, кое о чем поговорим. Только побыстрее.