parentdale

      — Хэл, — лёгкий кивок головы; взгляд задерживается на гладко выбритом лице всегда прилежного Купера ровно на восемь секунд.       — Форсайт, — нехотя произносит в ответ не-собеседник; ему бы забыть это склочное имя вовек не помнить.       Купер не курит, Купер слишком хорош для никотиновой отравы. ЭфПи дышит ему в темечко сигаретным дымом и застывшим на языке гордым «я трахал твою подружку прошлым вечером».       У Купера желваки сводит от скрытой злобы. Его кулаки сами собой напрягаются, короткие ногти впиваются в ладони с неумолимым желанием оставить след. След той боли, которая кошкой скребётся на душе, желая порвать, источить, отравить. Кошку зовут Элис; она прирождённая змея, по правде.       Они делят девчонку, что никому не принадлежит. Элли свободолюбивая, не приструнишь, к себе не привяжешь. Хэл задабривает её маминым печеньем и байками о совместной работе в газете, — ждёт, когда она поддастся искушению стать лишь его. ЭфПи не напрягается, — раз за разом открывает ей дверь, выпуская на волю, и принимает обратно, когда кошка заскучает по ласке.       Купер терзается мыслью, почему не он. У Джонса ворох проблем в потёртом рюкзаке, что достался от старшего брата; у Джонса бандана набекрень и метка саутсайдского отродья на вспоротой синькой вен руке. Джонс в ы ж и в а е т, Купер ж и в ё т.       У Хэла за плечами стабильность и кристальная репутация хорошего парня. За ним, сверкая пятками, бегают болельщицы и заучки, тусовщицы и 'серые мышки'. Рыжая Пенни вертит перед ним хвостом, а она, на минуточку, первая красавица школы. Хэл купается в роскоши подростковой жизни, занимается спортом и трудится над статьями в школьной газете, а Элис Смит всё ещё считает его недостаточно идеальным.       — Никогда она твоею не станет, — глумится змей, их блядский принц, и Хэл, кусая нижнюю губу, готовится ударить.       И не бьёт, потому что крохотная Элис висит на нём, обхватив руками, прильнув всем телом, и молит о том, чтобы демоны в его голове уступили место разуму. «Ты не он», — как мантра для идиота; Хэл в курсе, что у них с ЭфПи на двоих лишь она;       И миллион «А почему не я?» и «Чем соперник лучше?». Короткие взгляды в мужской раздевалке, молчаливые кивки у ступенек старшей школы, 'истина познаётся в сравнении' как жизненное кредо. Разбитые фонари не ведут к правильной дороге, они блуждают в темноте, цепляясь за колючую ограду, а в голове лишь прочным битом:       — Хэл.       — Форсайт.

× × ×

      Размеренная жизнь течёт рекой унылых лет, их двадцать пять накапало — ответа так и нет. Северной стороной правит кислотная Королева Элис, рядом — Хэл, победивший и проигравший. Ему грех жаловаться, он не привык изливать душу текиле или близким, но, чёрт возьми, сахарный замок сыпется сладчайшей горечью, а его брак давно не торт. Возможно, кекс. Возможно, чёрствый.       На другой стороне к свободе вновь привыкает старший из Джонсов. Учится дышать полной грудью, не боясь, что лёгкие будут отбиты. Ищет то, в чём мог бы быть хорош, помимо дел, помазанных кровью. У него в личном деле клеймо плохого парня, но в глазах обнажается его внутренняя чистота.       Две стороны одной медали. Они встречаются не так, как предполагали. Бронза стирается по краю их пути.       ЭфПи в белом — рабочая форма официанта в Pop's. Посетителей в полдень пересчитать по пальцам можно, но его это не волнует. Он крутит меж пальцев жетон за шестьдесят дней трезвости и мало-помалу готовится к наплыву голодных школьников. Дверной колокольчик раздаётся радостным приветствием. Жетон падает на стойку с гулким уханьем.       Глаза в глаза, сквозь годы, которые уже не вернуть, которые они не видели друг друга даже издалека. Извечные соперники, осмеянные калеки, плюшевые игрушки в руках одной женщины. Не понятые и непонятные — по сути отвергнутые.       Удивление на дне зрачков поглощается тупой заинтересованностью. Жадно осматривать друг друга. Воспроизводить на задворках сознания картины из прошлого. Сравнивать. Пауза. И вновь по кругу.       Пустая ностальгия охватывает всё в пределах двух метров. Они не так хороши, как раньше, будучи молодыми. Они лучше, старше, мудрее.       Они изменились. Всё остальное на месте застыло.       — Хэл.       — Форсайт.       Вдох-выдох. На давно замерших часах дрожит минутная стрелка.