Хроники фарфоровой куклы - Принц

      Забыв о наставлениях Вики и Криса, Кира вскочил с постели, едва первые лучи солнца коснулись его окна, бросился на прилегающую к покоям террасу и прильнул к перилам, где перед его взором распростерся город невиданной красоты. И что самое главное – настоящий, живой, а не на картинке. У химеры перебило дыхание от восторга. Кире захотелось сорваться с места и бежать, изучать каждый завиток нового мира, каждый орнамент дворца и окружающих его строений, впитывать в себя новые запахи и ощущать всем телом порывы ветра, приносящего с собой диковинные ароматы. Переполнившее его чувство свободы и отсутствие необходимости прятаться окрыляла, а чистый воздух, не загрязненный выхлопными газами да неиспорченный повсеместной вырубкой лесов, придавал небывалую легкость. Кира замер раскинув руки в стороны и подставил лицо чужому солнцу, поднимавшемуся из-за далекой зеленой стены. Вдруг внимание подростка привлекли голоса с нижнего яруса. Он не видел разговаривающих, но с упоением слушал, и сам факт присутствия незнакомцев, которые находились так близко, что с ними можно было при желании заговорить, захватывал его дух, разливаясь блаженным теплом в животе. Сердце забилось еще быстрее от восторга...       В глазах юноши потемнело. Немощное тело не выдержало столь бурных переживаний и Кира с грохотом рухнул на мраморные плиты. ***       Крис недовольно поморщился и перевернулся на другой бок, хотя инстинкту самосохранения полагалось разбудить демона при малейшем шорохе, не то что при вторжении непрошеных гостей в его спальню, которые к тому же громко звали и трясли его за плечо. Маэльэндиэль с Сэмом уже почти отчаялись его разбудить, когда он наконец убрав с глаз забредший туда каштановый локон друга, заспано открыл глаза, недовольно прищурился и вопросительно уставился на них.       – Пока ты живешь прошлым, рискуешь упустить настоящее, – осуждающе заявил Маэльэндиэль.       – Я даже отсюда чувствую, что день еще в самом разгаре, – пробормотал демон, натягивая одеяло. – Что-то случилось?       – Кира упал в обморок, – сообщил он.       Демон настороженно приподнялся на локтях.       – Он в порядке?       – Сотрясение мозга. Ударился головой о пол, но сейчас в сознании. К нему уже приходил целитель, а Вика дала какие-то лекарства.       Крис рывком вскочил с кровати, сдернул с крючка черный плащ из плотной ткани, натянул поглубже капюшон и поспешил к выходу. Сколько бы он ни отрицал, вред своего нового развлечения, то, что в подобной ситуации его пришлось так долго будить, демона все же напугало. Тем более, что учитывая их магическую связь с Кирой, он сам должен был почувствовать неладное и сам прибежать к нему, без посторонних напоминаний. Маэльэндиэл был прав – в своих метаниях между прошлым и будущим, демон терял настоящее и ничего не мог с этим поделать.       Перепрыгивая по несколько ступенек он поднялся по лестнице, спеша к своему воспитаннику. Бесшумной тенью проплыл по коридорам, пока не оказался у дверей гостевых покоев, и скользнул внутрь, тут же отправившись в спальню подростка, где никого и ничего не замечая опустился рядом с ним на кровать.       – Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Крис и ласково провел рукой по светлым волосам пергаментно-бледного подростка.       – Отвратительно, – признался Кира, рефлекторно потирая ушибленное место.       – Этого-то я и боялся, – печально улыбнулся верный друг. – Я же просил тебя не увлекаться.       – Помню, – смущенно призналась химера. – Только... – губы подростка предательски задрожали. – Здесь так хорошо... Ну, то есть интересно, – поправился он.       – А теперь тебе еще неделю лежать и скучать в постели, – печально усмехнулся демон. – И видеть наши надоевшие рожи.       Кира вяло улыбнулся в ответ.       – Хотя бы на террасу можно?       – Через пару дней, – успокоил его друг. – Но только в тень и соблюдая постельный режим. Хочешь я пока составлю тебе компанию?       – Тебе же нехорошо на верхних ярусах, – удивился Кира.       – Неприятно, – поправил демон. – Но за задернутыми шторами я потерплю. Если я тебе не мешаю...       Подросток попытался отрицательно мотнуть головой и поморщился от нахлынувшей боли. Личное пространство он любил в обычные дни, но когда что-то случалось, ему всегда хотелось впасть в детство и свернуться калачиком на коленях у самого близкого и родного друга. Пусть он стеснялся в этом признаться, Крис его слишком хорошо знал и понимал без слов.       – Будешь спать? – полюбопытствовал демон.       – Нет. Еще не хочу.       – Есть, пить? – предложил Крис.       – Меня мутит, – поморщился юноша.       – Тогда может тебя как-нибудь развлечь, или просто посидеть рядом?       Кира улыбнулся, сполз с подушки и уткнулся лбом в покрытое прохладным черным шелком бедро.       – Спой, – попросил мальчик. – Ведь слушать мне можно?       – Наверное можно, – ласково улыбнулся демон зарываясь пальцами в светлые пряди его волос и отодвигая их за длинное покрытое белым пушком ушко.       С Кирой было хорошо даже так, сидя у его постели, а о том как все могло статься, будь он нормальным, здоровым ребенком думать не хотелось – слишком много боли причиняли подобные мысли.       Спокойный голос и мерно перебирающие по волосам пальцы успокаивали. Лежать, уютно прижавшись лбом к едва теплому бедру, слушая тихие напевы давно отошедших в небытие цивилизаций, Кира мог целыми днями. Юноше хотелось, чтобы время остановилось и этот миг никогда не заканчивался. О чем его верный друг и покровитель говорил, этой ночью, с владыками эль-лест? Что им от него нужно? Зачем они призвали его к себе, не смотря на давнюю вражду? Одно ясно – у Криса появятся новые дела. И что еще хуже – вдруг эти дела окажутся настолько важными, что Крис вновь оставит его и уйдет? Ведь он и в этот раз не сможет его сопровождать! Больной подросток в долгом и утомительном пути, при важных делах только обуза. Он понимал это, но от понимания легче не становилось. И уже когда его почти сморил сон, Кира пожалел о том, что так рвался увидеть город эль-лест, дав Крису необходимый толчок, принять приглашение. ***       В следующий раз юноша проснулся уже под вечер и к этому моменту его наволочка промокла насквозь. Травма головы, волнение и замок эль-лест вернули старый, казалось оставшийся в детстве ночной кошмар, а потому, погрузившись в свои переживания, он не сразу почувствовал прохладную руку, вновь мерно поглаживающую его по голове.       – Кошмар приснился? – уточнил Крис. – Расскажи.       Кира отвернулся, чтобы не смотреть ему в глаза и уткнувшись носом в грудь принялся судорожно соображать как ответить на эту просьбу – признается он или нет, в любом случае он ранит самого близкого друга, который у него только есть, а если соврет – демон это почувствует.       – Пожалуйста... – ласково добавил тот.       – Мне приснилось, будто я бегаю; то по огромным темным коридорам, то по лесу, и не могу найти тебя... – нехотя прошептал подросток, украдкой смахивая слезы.       – Темные коридоры?       – Да... Иногда мне попадаются большие люди и я путаюсь в их ногах... Всматриваюсь в лица... Но тебя нигде нет.       Демон сокрушенно молчал. Сон ли?       – Кира, и как часто тебе такое снится?       – Иногда, – признался он. – Теперь...       – А раньше?       Подросток прикусил губу и едва слышно прошептал:       – Постоянно.       Темные коридоры замка Стражи Между Мирами, окруженного зеленым садом. Еще в самом начале их совместной жизни они там были. У Криса были дела. Важные дела. И он, не задумываясь о последствиях, оставлял ребенка одного. Он думал о делах, но что в это время чувствовал четырехлетний ребенок? Что чувствовал малыш, едва узнавший о существовании жизни вне клетки? О чем он думал, когда единственный, кому он доверял, внезапно исчезал и пропадал по несколько суток? Он знал о мучивших ребенка ночных кошмарах, но всегда списывал их на время проведенное в лаборатории, и даже не подозревал, что мог сам стать их причиной. Болезненная тень скользнула по бледному лицу.       – Прости... – Крис уткнулся носом в плечо подростка и его растрепанные волосы. – Я не знал. Почему ты никогда не говорил?       – Ты ведь все равно тогда не мог остаться со мной. А еще... – он замялся. – Еще я боялся, что если стану тебе обузой, ты меня бросишь.       – Я? Тебя? – пришел в ужас демон.       – Прости, но это сейчас я понимаю, что ты никогда бы так не поступил, – признался Кира. – А тогда мне было страшно.       – Почему ты не рассказал мне об этом позже?       – Не хотел тебя расстраивать, – смущенно потупился Кира.       – Кира... Я бы никогда не сделал тебе больно... Но я не всегда понимаю таких как ты.       – Я знаю, – мальчик виновато посмотрел на друга. – Потому не рассказывал. Не обижайся.       Кира высвободился из его объятий и перевернулся на спину, чтобы лучше видеть демона.       – Я не обижаюсь, – выдавил улыбку Крис.       – Крис, – подросток приподнялся, сел на подушках и строго посмотрел ему в глаза, слишком хорошо зная друга, чтобы не распознать ложь, даже если та не отразилась на его безукоризненном лице. – Ты и так меня избаловал. Никогда ничего не запрещал, если это не угрожало моей жизни. Никогда, ни в чем, не отказывал. Ты сдувал с меня пылинки. И да, я знаю, что иногда ты прибегал к магии, чтобы предугадать мои желания.       Демон неуверенно попытался возразить, но под строгим взглядом своего подопечного лишь густо покраснел – состояние более чем не типичное для Криса. До сих пор Кира и не подозревал, что демон на такое способен, так что ему понадобилось некоторое время прежде чем мысли в голове вновь упорядочились и вернулись к изначальной теме их разговора, а он смог продолжить.       – Я тебе очень благодарен за все, что ты для меня сделал, но если бы тебя вдобавок подгоняло чувство вины, то я боюсь себе даже представить как бы ты его выплеснул, а я уверен – ты бы нашел способ превзойти самого себя. Вот я и не хотел, чтобы ты изводился ломая голову, как еще улучшить мою жизнь.       – Значит, ты тоже считаешь, что я перестарался?       – Я не хочу, чтобы ты постоянно из-за меня переживал.       Подросток покрутил головой прислушиваясь к ощущениям. Пока он не делал резких движений она не болела.       – Сейчас ночь?       – Вечер.       – Пойдем на террасу? – предложил Кира. – Хочу подышать свежим воздухом.       – Ладно, пойдем, – согласился демон.       Не утруждая себя поисками халата, Крис стянул с себя уже ненужный плащ и передал его своему воспитаннику.       Слегка прохладный вечерний воздух наполняли ароматы цветов и стрекот цикад. Дворец светился сотнями огней, плавно перетекая в пронизанный черными жилками дорог город, а к его вершинам взмывали отдаленные звуки голосов и музыки. Устроившись на скамеечке с видом на долину они какое-то время молча сидели, а потом Кира решил, что по случаю болезни можно позволить себе впасть в детство и, пристроив голову на коленях демона, задремал. ***       Погрузившись в раздумья, женщина открыла дверь, зашла в свою спальню и, прислонившись к двери, начала расстегивать блузку, когда вдруг словно из неоткуда раздавшийся голос вырвал ее из размышлений, а вместе с тем и испуганный крик из ее груди.       – Быть, или не быть? – с Гамлетовским драматизмом протянул Крис из самого темного угла и без того темной комнаты.       – Ты бы еще для пущего эффекта, под кровать забрался, да подождал, пока я на нее лягу, – тяжело отдышавшись проворчала Вика.       – Там тесно, как в гробу, – покачал головой демон и признался. – Я не знаю, что мне делать.       – Ты-то не знаешь? – удивилась Вика, которая привыкла к тому, что в обычной жизни у Криса всегда и на все были ответы.       – Я могу спасти Киру, – поставил он ее перед фактом.       Вика поморщилась, чуя подвох.       – Если умру сам, – закончил демон. – Я в тупике.       Ошарашенная женщина забралась на кровать и подобрала под себя ноги.       – Жертвовать собой ради других благородно, но сомневаюсь, что Кира примет такой подарок.       – У меня есть отличная отмазка – таким образом я одновременно спасу Астеру.       – Тогда давай рассуждать логически, – предложила она. – Кира – подросток-мутант. Всю жизнь проживший в закрытом от всего мира особняке. Он вне сомнения очень милый и трогательный малыш, но он совершенно несамостоятельный и неприспособленный к жизни.       – Будешь опять обвинять меня в гипер-опеке? – в этот раз без недовольства и раздражения покосился на нее демон.       – Нет. Несмотря на то, что я говорила раньше, я думаю, в этом нет твоей вины. После лаборатории, в которой ему влетало по первое число, за малейшее проявление самостоятельности и где все старательно не замечали его человеческий интеллект, его не смогли бы поставить на ноги сотни психологов и педагогов. Он милый и покладистый, но у него совершенно отсутствует сила воли. Он с трудом принимает простейшие решения, с радостью перекладывая их на других. Не думаю, что он сможет без тебя выжить. Помнишь, как поначалу ему приходилось постоянно задавать вопросы, хочет ли он есть, спать, играть? Помнишь, как он мог проходить голодным весь день, или тихо просидеть в углу, ничего не делая, если забыть спросить? Как он не догадывался просто лечь и поспать, когда ему того хотелось? Все это до сих пор в нем, просто скрыто под маской взросления. Он насмотрелся фильмов и начитался книг, усвоив, что в его возрасте не спят в одной постели с родителями. Вместо игрушек у него сейчас учебники и тетрадки. Вопросы, которые поначалу задавали мы, он научился задавать себе сам. Все это создает видимость самостоятельности. Но только видимость. Под этим тонким покровом, он все еще тот самый ребенок, который не может спать в одиночестве. Пусть теперь ты ему нужен не под одеялом, а в соседней комнате. Это ничего не меняет. Ты стержень его жизни. Он может отойти на шаг, другой, но лишившись опоры он сломается. Физически, Кира будет жить, но в душе он умрет вместе с тобой. Он будет есть, пить, спать, но без наводящих вопросов, без толчков извне, он не сможет двигаться дальше. Для этого ему нужен ты. Только подумай: сколько лет прошло, а даже сейчас ему периодически нужно напоминать очевидные вещи.       – У него останешься ты и Мэл. К тому же эль-лест позаботятся о нем. После моей смерти он станет для них чуть ли не святым...       – Ты уверен, что ему нужна такая забота? Что же касается Мэла и меня... Мы ему чужие. То есть, мы ему друзья и в какой-то степени семья, но реально привязан, он только к тебе. Я слишком долго была для него извергом-проходимцем. Одним человеком из многих, кого он должен слушаться, да к тому же причинявшим боль. Мэл – появился в его жизни слишком поздно. Только тебя он видел почти с рождения. Только ты никогда не делал ему ничего плохого. Только ты разговаривал с ним как с личностью, интересуясь его желаниями, а не как с дрессированной обезьянкой. Оставаясь голосом из-за закрытой двери, ты был ему ближе всех. Все это в первые годы его жизни, когда закладывается фундамент для дальнейшего развития личности.       – Люди же как-то так живут, – рассудил Крис. – Вы рожаете потомство, воспитываете его, а потом умираете. И дети учатся жить с этой утратой...       – Кира не обычный ребенок и не человек. Мало того, что у него больше ни к кому нет привязанности, так он еще и не умеет доверять. Ты стена, между ним и враждебным миром. Пока ты поблизости, он готов терпеть рядом кого угодно. Ты этого скорее всего не замечаешь, потому что не видишь какой он, когда тебя нет. А я вижу. И Мэл тоже видит. Он другой, Крис. Когда тебя долго нет дома, он даже из ваших апартаментов старается не выходить лишний раз. А если все-таки выходит, по необходимости, то избегает нас. Причем не только личных встреч, но и даже взглядов через окно. Боюсь, что еще один тяжелый удар может его окончательно сломать. Не легкая это судьба, нести крест того, что ради тебя кто-то умер. Даже для сильных людей.       – А так он умрет.       – «Пока есть время, есть надежда», твои слова, – процитировала женщина.       – Она тает с каждым днем и у меня ее почти не осталось, – признался он. – Возможно это единственный шанс спасти Киру, но я не могу принять решение.       – Тогда отложи его.       – До тех пор, пока не отпадет необходимость?       – До тех пор, пока жизнь сама не подскажет правильный ответ.       Женщина переползла к нему на другой край кровати, взяла руку демона в свои ладони и поднесла тонкие, прохладные пальцы к губам.       – Отдохни. Достаточно переживаний на сегодня.       Усталый взгляд скользнул по Вике. По ее рыжим волосам, лицу, шее, груди и вернулся обратно к карим с медовым ободком глазам. Он, в который раз, подумал о том, как сильно она изменилась со времен их знакомства. Теперь уже ничто не напоминало о неухоженной девице с неделями нечесаными волосами, в заношенных свитерах и допотопных перекошенных очках. После минутного колебания, он все же подался вперед, да ласково и задумчиво провел пальцами по теплой человеческой коже. Его холодные пальцы тут же вновь обхватили теплые руки человека и прижали их к вискам. Тихий шепот разорвал повисшую в комнате тишину.       – Если бы ты знала как я устал... (Редакция 2021-2022)