О тех, кто не слушает добрых советов

На сей раз Банри вернулась в ставшее уже родным владение по северной дороге через перевал, охраняемый когда-то гарнизоном имперского форта, теперь сильно потрепанного временем и звавшегося ныне «Сломанная башня». Для полного счастья в развалинах расположилась со всеми удобствами шайка Изгоев, караулившая на дороге путников, коих без всякой жалости грабили и чаще всего убивали, если жертвы не могли отбиться. Банри удалось проскочить невредимой, пустив лошадь в галоп и сбив с ног пару размалеванных полуголых баб с оружием. Она гнала Альфсигру до тех пор, пока кобыла совсем не замаялась и самовольно не пошла шагом. Потом Банри и вовсе спешилась и пошла рядом с уставшей лошадью. Милосерднее было бы устроиться на привал, но она опасалась, что поблизости могут шастать другие отряды Изгоев, и ограничилась тем, что напоила Альфсигру в ручье, стекающем с холмов, предварительно напившись из него сама. Удостоверившись, что лошадь сносно себя чувствует, она вскарабкалась в седло и пустила кобылу сначала шагом, а затем и рысью по дороге. Только это были еще не все неприятности. На перекрестке, где дорога расходилась на север и юг, в Драконий Мост и Рорикстед соответственно, посреди тракта распростерся труп мужчины в драных и побитых молью меховых одеждах. Рядом стояла двуколка, груженная старинным сундуком. Банри остановила лошадь в полусотне шагов от места происшествия и с подозрением осмотрела перекресток. Если бы мертвец не валялся так уж нарочито неестественно, если бы повозка не выглядела такой ветхой и неприспособленной к дальним маршрутам, если бы, наконец, Банри не услышала доносящиеся из-за камней шорохи, покашливание, скрип кожаных доспехов и тихое бряцанье, то непременно слезла бы и осмотрела покойного, несмотря на желание добраться до Рорикстеда хотя бы к следующей ночи. Но сейчас она заставила Альфсигру сойти с обочины на север от дороги и прикинула, как бы половчее миновать засаду. С этой точки обзора Банри даже ухитрилась рассмотреть краешек чьего-то мехового одеяния, торчащий из-за камня. Ну-ну, посмотрим. Она закусила губу и сжала ногами бока кобылы. Та пошла вперед, настороженно прядая ушами, а когда спохватившийся разбойник обернулся и с воплем полез за оружием, самостоятельно рванула с места в карьер, Банри едва не сверзилась наземь. По счастью, у бандитов не было скакунов, а стреляли они еще хуже Банри, так что она благополучно оторвалась от преследователей и даже смогла добраться до Рорикстеда еще раньше, чем рассчитывала.

***

В таверне «Мороженый фрукт», единственном месте на всю вайтранскую тундру, где можно было переночевать, Банри узнала свежие новости – имперские войска, очевидно, воодушевленные исходом битвы у столицы владения, ухитрились отбить у Братьев Бури форты Дунстад и Гринволл, что означало – Империя теперь, в придачу к прежним территориям, контролирует еще и Белый Берег с Рифтом, отчего у Ульфрика, оставшегося лишь с одним союзником – ярлом Кориром и его Винтерхолдом, должно уже припекать зад, и весьма неслабо. – Подождите, – сказала Банри, – форт Дунстад? Там же еще в прошлом году какая-то разбойничья банда всем заправляла… Откуда там мятежники? – Братья Бури заняли форт еще летом, – подал голос Рорик – местный староста, – от бандитов, небось, рожки да ножки остались. Ульфрик решил, наверное, что после поражения у Вайтрана нужно укрепляться. Похоже на правду, думала Банри, обводя кончиком пальца деревянные жилки на поверхности стойки, за которой сидела. Вон, имперцы-то форт Греймур в двух днях пути от Вайтрана почти целиком восстановили и оставили там приличный гарнизон. Нынче перемещаться по владению стало несколько безопасней, особенно когда легионеры разворошили несколько бандитских логов вокруг своего форта и отправили на плаху главарей. С этими мыслями Банри отправилась в постель в маленькой темной комнате, которую сняла в таверне, и ночью ей снились не солдаты и старые крепости, а Слово, выученное в Кратере Драконий Зуб. Традиционно из всей надписи поначалу было понятно только оно (означало оно, кстати, «Воздух»), да позже Банри вычленила из текста имя – Фьолмод. Как и раньше, она бубнила Слово – SU – почти каждую свободную секунду, но люди вокруг то и дело таращились на нее, как на чокнутую, поэтому приходилось следить за собой. Обычно Слово становилось понятнее спустя какое-то время, и переставало «зудеть», вместе с этим исчезала потребность то и дело повторять его, вслух или про себя. Нужно было просто переждать. И Банри ждала, нервно улыбаясь, когда на нее оборачивались. Из Рорикстеда она отправилась прямиком в Вайтран, а оттуда, после однодневной передышки, выехала все же в Винтерхолд.

***

Остановившись на постой в уже знакомых «Ночных воротах», Банри попыталась прикинуть дальнейший маршрут, так как подслушанные у других посетителей таверны известия заставили внести коррективы в уже намеченный. Изначально она собиралась ехать по основной, вернее, единственной приличной дороге в Винтерхолд, но та проходила мимо форта Кастав, теперь занятого войсками мятежников, кои явно прилагали все усилия, чтобы удержать последние лояльные территории. Так же Братья Бури наверняка патрулировали местность, не стоило и пытаться пробраться мимо. Даже на дорогах было неспокойно – Банри дважды встречала отряды солдат в синих плащах, но всякий раз ей везло – она успевала съехать с тракта и спрятаться, пережидая. Банри уныло уставилась в карту и вздохнула. – Чего вздыхаешь-то? Неужто помер кто? Она быстро свернула карту и подозрительно уставилась на соседа – здорового орка, облаченного почему-то в неуместные здесь вычурные одежды. – Пока никто. – Она потянулась за своей кружкой с медом. – А чего физиономия такая кислая? – А чему тут радоваться? – мрачно отозвалась Банри и пожаловалась, решив, что орк вряд ли будет шпионить для Ульфрика: – Мне в Винтерхолд надо. А единственная известная мне дорога перекрыта. – В Винтерхолд? В город, что ли? – Ну… да. В Коллегию. – Немного правды не повредит. Орк задумался. – Тебе всего-навсего нужно через горы перебраться. А потом просто держать курс на статую Азуры, оттуда и до Винтерхолда рукой подать… Короче, слушай. Тут, можно сказать, рядом с «Ночными воротами», есть тропа на перевал, отходит от дороги в Виндхельм прямо на север. Проберешься там и окажешься прямо в Винтерхолде, минуя ребят Ульфрика. Во владении, я имею в виду. – Ясно, – проговорила Банри. – Могу я поинтересоваться, откуда ты все это знаешь? – Да путешествовал по тем местам пару лет назад. – А эта статуя Азуры… Где именно она находится? Орк ухмыльнулся. – Ты, главное, через горы перелезь. А там уж мимо не пройдешь, поверь.

***

Банри использовала бы любые слова для описания своего путешествия, но «просто» в их перечень точно бы не вошло. Во-первых, подъем на Перевал Странника был чрезвычайно крутым, пришлось карабкаться едва ли не на четвереньках и почти тащить за собой лошадь – преувеличение, конечно, но ей казалось, что она самолично заволокла Альфсигру на гору. Во-вторых, здесь царил холод, но это было хотя бы ожидаемо, так что Банри, памятуя о прошлогодних приключениях, захватила с собой достаточное количество зимней одежды, одеял и пару теплых попон для кобылы. В-третьих, перебравшись через перевал (где почему-то нашел упокоение какой-то мертвец – его старые кости покоились на грубом каменном алтаре под скальной аркой), она оказалась на каком-то плато, сплошь белом от снега. Снег, впрочем, был повсюду, куда ни посмотри. Будто сейчас на дворе не начало осени, а середина зимы. Но в одном ее советчик оказался прав – от Братьев Бури здесь и следа не нашлось, впрочем, Банри вообще поначалу не встретилось никого живого, кроме пары снежных лисиц. В первую минуту пребывания по эту сторону гор она растерялась и полезла за картой, но стоило бросить единственный взгляд на северо-восток, как все встало на свои места. Статую Азуры и впрямь было сложно не заметить – колоссальных размеров изваяние женщины с воздетыми руками возвышалось над неровной грядой скалистых холмов, затмевая все вокруг. Небо нынче было чистым, ярко-голубым, и статуя, сработанная из светлого камня, хорошо выделялась на его фоне… Банри убрала карту. Теперь нужно добраться до святилища, а оттуда, если верить орку из «Ночных ворот», можно спуститься на дорогу к Винтерхолду.

***

На то, чтобы пересечь просторы владения и добраться до его столицы, ушло две недели тяжелого и опасного пути. Банри спешила изо всех сил, но все равно тратила больше времени на поиск укрытия, чем на дорогу. В первый раз им с Альфсигрой довелось ночевать под какой-то скалой, худо-бедно прикрывавшей от ветра и летящей с вершин снежной порошей, но не защищавшей от холода. К вечеру второго дня обе едва не околели, а статуя Азуры, казалось, нисколько не приблизилась. Попутно приходилось отбиваться от снежных троллей и ледяных привидений, но самым опасным противником был белый медведь, от которого Банри смогла избавиться лишь при помощи Криков. Еще через несколько дней она прибыла к святилищу Азуры. Банри ожидала увидеть у подножия гигантского изваяния какой-нибудь храм, но вместо этого обнаружила только крошечный лагерь, разбитый на краю платформы, служившей опорой скульптуре Матери Роз. Единственным обитателем святилища была его жрица – Арания Иенит. Видимо, большую часть времени та проводила в одиночестве, потому что язык ее несколько заржавел. Арания позволила путнице провести ночь у святилища и даже поделилась кое-какими припасами (Банри в ответ поделилась своими, и еще отдала жрице одно из своих одеял – то, что поновее). После заката Арания закончила молиться перед алтарем, спустилась на уровень ниже, к палатке, и уселась напротив Банри перед костром. Та, переваривающая достаточно плотный ужин, выждала пару минут и задала самый главный вопрос: – Откуда здесь это святилище? Такая большая статуя… Арания пошевелилась. – Святилище построили мои сородичи. Мы бежали из Морроувинда почти двести лет назад, после извержения на Вварденфелле. Тем из нас, кто был верен Азуре, она даровала видение, которое позволило нам вовремя покинуть остров. Статуя была возведена в благодарность ей. Чтобы никто не забывал, что она бережет нас. Арания умолкла, но Банри еще не удовлетворила свое любопытство: – И ты что, совсем одна здесь? – Да. Поначалу были и другие, но видения Азуры испытывали веру на прочность. Один за другим они все ушли. Они слишком страшились узнать собственное будущее. Тут Банри подумала, что солидарна с ушедшими данмерами – кому охота знать, что тебя ждет? Арания тем временем вещала: – Но я не хочу покидать святилище. Видения – это дар. Азура предупреждает меня о катастрофах, войнах, гибели, прежде чем они происходят. Я не откажусь от ее зрения. «Ну предупреждает, и что дальше? – размышляла Банри. – Поделать-то с этим ничего нельзя. То есть, все эти видения, по сути, бессмысленны». Вслух она не стала делиться своим мнением, в конце концов, Арания предоставила ей какой-никакой, а кров. К тому же религиозные споры еще никогда до добра не доводили. С этими мыслями Банри и улеглась спать, предварительно укрыв еще одной попоной дремлющую в нише террасы Альфсигру. Наутро Арания показала ей ущелье неподалеку от святилища и сказала: – Если поедешь тут, то скоро попадешь на тракт. Но берегись троллей. Они здесь часто шатаются. – Знаю, уже встречались. А ты сама их не боишься? – Меня они не трогают, – спокойно отозвалась жрица и пошла к своей статуе.

***

Зная, что Винтерхолд – древний город с богатой историей, когда-то бывший столицей Скайрима, Банри ожидала увидеть поселение если не величественное, то хотя бы солидное. Жалкая горстка домишек, продуваемая холодным сырым ветром, заставила ее усомниться в том, что она попала по адресу. На всякий случай она справилась о своем местоположении у одного из немногочисленных стражников, патрулирующих единственную улицу, и тот подтвердил: да, это и есть Винтерхолд. Банри топталась на месте, комкая в ладонях поводья кобылы, стражник ждал, в упор ее разглядывая. – А где тут у вас Коллегия? – Она, наконец, вспомнила, зачем приехала в это захолустье. Температура голоса солдата, и без того не слишком приветливого, упала на пару десятков градусов. Он угрюмо процедил: «Глянь на север», обошел Банри, едва не задев ее плечом, и потопал дальше по улице. Та, смущенная подобной реакцией, побрела в сторону Моря Призраков, миновала немногочисленные остовы хижин, и узрела громадный комплекс, что высился на скале, выступающей, как ей сперва показалось, прямо из моря. Затем Банри подошла поближе к краю обрыва и заглянула за край. Кисти и ступни сразу противно и тревожно заломило, как всегда бывало, когда она смотрела вниз с большой высоты, а потом сердце затрепыхалось как подстреленная птица. Скала, где стояла Коллегия магов Винтерхолда, представляла собой скорее нагромождение кусков породы и льда самых разных размеров, неведомо какой силой собранных в единый монолит, держащийся на честном слове – крошечной (относительно) точкой опоры служил камень размером с небольшого мамонта, покоящийся на маленьком островке у береговой линии. На острове и вокруг него в воде виднелись некие предметы, которые Банри опознала, как остатки построек, сложенных из черных камней вроде тех, что использовали древние норды. Банри отшатнулась от края и отвела подальше Альфсигру, хотя лошадь и без того не горела желанием приближаться к провалу. Провал. Именно это и случилось с Винтерхолдом, Банри уже поняла, что Коллегия не всегда вот так вот балансировала на краю обрушения. А уж этот мост, чьи пролеты висели в воздухе, не имея никакой опоры… Как раз глядя на эти не поддающиеся законам природы обломки, она вспомнила, что ей самой придется идти по ним до Коллегии, которая выглядит так, будто вот-вот обрушится в море. От этих мыслей ноги и руки заныли с новой силой. Банри отпустила поводья и потерла запястья. На холодном ветру она продрогла, да и проголодалась со времени последнего приема пищи, так что не помешало бы найти себе пристанище, чтоб там передохнуть и набраться смелости для грядущего похода в обиталище скайримских волшебников. В городе, помимо Коллегии, стоявшей особняком, было только два общественных места – таверна «Замерзший очаг» и маленькая лавчонка, где продавалось барахло первой необходимости. Ни кузнеца, ни аптекаря. Болезные винтерхолдцы, очевидно, ездили лечиться в Виндхельм, поскольку, как уже догадалась Банри, магов из Коллегии они недолюбливали. Она покачала головой и медленно пошла к «Замерзшему очагу». Оставалось надеяться, что название заведения не совсем соответствует действительности.

***

К ночи погода совсем испортилась. Небо затянуло тучами, и зарядил ледяной дождь. Дагур, владелец таверны, выглянул на улицу и меланхолично сообщил, что это, всего скорее, надолго. – Надо молиться, чтоб не похолодало, – сказал он поникшей Банри. – А то все вокруг ледком покроется. Банри представила себе парящие мостики к Коллегии и ужаснулась – и так страх берет при одной мысли о переходе по ним, а ну как они обледенеют?.. Она навестила Альфсигру, нашедшую пристанище в ближайших к «Замерзшему очагу» развалинах, убедилась, что та не страдает от холода и отправилась на боковую. Утром выяснилось, что опасения Дагура были напрасны – на улице не похолодало, а наоборот – потеплело. Даже пар изо рта не шел при выдохе. Банри оделась и привела себя в порядок, в надежде выглядеть хоть немного респектабельнее, чем обычно, заплатила трактирщику еще за один день постоя и отправилась к мосту. Еще взбираясь по ступенькам (мост был выше уровня земли), она углядела чью-то фигуру, со скучающим видом прислонившуюся к опоре. Впрочем, завидев Банри, этот некто, оказавшийся женщиной-альтмером в тунике из тонкой шерсти невзрачного оттенка, оживился. Эльфийка осмотрела ее с ног до головы и объявила: – Переходи мост на свой страх и риск! Путь опасен, а врата не откроются. Тебе не войти! Банри нахмурилась. – Это еще почему? Что тут у вас такое, раз я не могу войти? – О, прошу прощения. – Эльфийка подняла брови. – Почти все, кто приходит сюда, уже что-то знают о нашем доме. Это Коллегия Винтерхолда – безопасная гавань для магов Скайрима. Сокровищница мудрости и тайных знаний. Банри закатила глаза: – Я в курсе. А ты что, специально стоишь тут и предупреждаешь всех чужаков об опасности? – Не только. Мой долг – помогать тем, кто ищет мудрости в Коллегии. Но если мое присутствие поможет отвадить тех, кто хочет причинить нам вред, тем лучше. – Эльфийка сделала паузу и добавила: – Более важный вопрос: зачем здесь ты? Говорить о своих планах незнакомой тетке не хотелось, поэтому Банри для начала вежливо спросила: – Можно мне войти в Коллегию? – Возможно. Но что ты хочешь найти внутри? Банри глубоко вздохнула. – Я ищу знаний о Древних Свитках. Брови эльфийки приподнялись, а глаза слегка расширились, видимо, она нечасто слышала подобное. – В самом деле? – Она помедлила. – Многие из нас годами изучают собранные здесь знания о Свитках. Но то, что ты ищешь, не дается легко и может даже погубить человека со слабой волей. Словом, Коллегия может предложить тебе необходимое, вопрос в том, что ты можешь предложить Коллегии. Внутрь кого попало не пускают. Претендент должен продемонстрировать определенный уровень владения магией. Так что… небольшой экзамен с твоего позволения. Банри насупилась. Конечно, она владела несколькими заклинаниями, но позориться перед этой волшебницей не хотелось. – Послушай… Я ведь не в ученики набиваюсь. Мне просто нужны сведения. – Понимаю. Но я не могу впустить тебя просто так. По большому счету, не член Коллегии не может войти на ее территорию. – Но это важно! Мне просто необходимо узнать, где… Банри хотела закончить «…взять Свиток», но вовремя прикусила язык. Эльфийка взглянула на нее с любопытством, но продолжала гнуть свою линию: – Без испытания ты не войдешь. И закончим на этом. Если ты не владеешь магией хотя бы на базовом уровне, тебе нечего здесь делать. От злости у Банри перехватило дыхание, да еще опять пошел дождь, вернее, противная изморось, но именно это погодное явление натолкнуло ее на мысль. – Хочешь демонстрации навыков? Ладно, будет демонстрация! Банри слетела по ступенькам вниз, отошла от моста подальше и встала посреди улицы. Задрала голову, глядя прямо в клубящиеся тучи, и Крикнула: – LOK Vah KooR!!! Первые несколько мгновений ничего не происходило. Ну, кроме того, что земля задрожала, а убогие мокрые развалины, по недомыслию названные городом, заходили ходуном. Затем перестало моросить, а через минуту сквозь плотный слой облаков проглянул первый луч солнца. Когда Банри вернулась на мост, к молчащей эльфийке, в голубом небе над Винтерхолдом сияло дневное светило. Она покосилась на него и обратилась к волшебнице: – Ну как? Этого достаточно? Та медленно кивнула. – Вполне. Идем. Я проведу тебя по мосту.

***

Дама-альтмер шагала вперед, словно не замечая обвалившихся бордюров и надколотых плит. Она лишь ненадолго задержалась перед неким странным круглым сооружением, вырастающим из покрытия (оно напоминало небольшой колодец), походя швырнула в самую середину сгусток магической энергии и пошла дальше. Банри отшатнулась, потому что из «колодца» в небо устремился столб холодного голубого света, но взяла себя в руки и нагнала эльфийку, которая проделала то же самое действие – с тем же результатом – на небольшой площадке у высоких кованых ворот, которые распахнулись с легким скрипом, пропуская обеих в обширный внутренний двор. Из растительности здесь были только невысокие ели, а самым заметным объектом была статуя человека в развевающейся мантии с капюшоном, надвинутым на лицо. Волшебница остановилась и сказала: – Я Фаральда. – …Банри. Фаральда кивнула. – Хорошо, Банри. Если тебе нужно знать что-то о Свитках, то начинать надо с Арканеума. – Она указала на большие деревянные двери впереди за постаментом статуи. – Зайди туда, в Зал Стихий, и поднимись на четвертый этаж, на втором и третьем находятся учебные комнаты. В Арканеуме спроси Урага гро-Шуба о своей проблеме. Будет упрямиться – скажи, что я прислала. Если… если ты все же захочешь начать обучение, поговори с Мирабеллой Эрвин, она имеет титул-мастера волшебника и занимается административной работой. Банри сделала шаг вперед и оглянулась: – А если меня кто-нибудь остановит?.. Фаральда улыбнулась. – Не волнуйся. Если ты здесь и идешь куда-то с решительным видом, никому и в голову не придет тебя задержать. Она повернулась и отправилась назад на свой пост.

***

Банри приоткрыла тяжелую дверь и проскользнула внутрь. Едва она оказалась в помещении, как створка самостоятельно захлопнулась, и откуда-то послышался негромкий удар грома. Пахло здесь тоже как во время грозы, и воздух был очень свежим, Фаральда говорила, что нужно подняться на четвертый этаж, Банри огляделась и обнаружила помимо решетчатой двери, ведущей в огромный круглый зал с колодцем вроде тех, что на мосту, две деревянные поменьше, по обе стороны от входа. К сожалению, Фаральда не уточнила, куда именно следует идти, так что Банри выбрала дверь наугад. Поднявшись по крутой винтовой лестнице, она вышла в просторный полутемный зал, покрутила головой и нерешительно побрела в самую его глубь, откуда доносились свирепые крики и было видно пламя многочисленных светильников. Наконец, она попала в не менее, а то и более обширное помещение, нежели Зал Стихий внизу, все пространство которого было забито стеллажами с книгами. Такого количества томов она не видела и за всю свою жизнь и потому сперва немного опешила. Жаль, Фаральда не уточнила, что Арканеум – это гигантская библиотека. Ураг гро-Шуб нашелся почти сразу. Банри попала в Арканеум как раз когда огромный седовласый орк в горчично-оранжевой тунике, едва не лопавшейся на его широченных плечах, с ревом набросился на тощенького парнишку в тусклом серо-зеленом одеянии – стало быть, это его вопли она услышала у лестницы. По крайней мере, она была уверена, что Ураг – это именно этот тип, поскольку других орков Банри поблизости не видела, а имя, названное Фаральдой, было определенно орочьим. – Не сметь ничего жрать и пить в моем Арканеуме! – рычал Ураг, потрясая у паренька перед носом какой-то глиняной бутылкой. – Сколько раз повторять можно! Юноша что-то заблеял в свое оправдание, но не договорил и опрометью бросился вон из библиотеки. Орк проводил его свирепым взглядом желтых глаз, с шумом втянул воздух и швырнул бутыль в плетеную корзину в углу. Потом заметил Банри, подозрительно осмотрел ее и сообщил: – Я не терплю, если с книгами обращаются неаккуратно. Ясно? – Ага. Ураг потопал в недра Арканеума. Банри, из боязни заблудиться в этом лабиринте, засеменила следом, стараясь, впрочем, держаться от здешнего «владыки» на безопасном расстоянии. Когда орк добрался до своего рабочего места – стойки, заваленной разнообразными томами – и уселся на стул рядом, Банри все же набралась смелости и приблизилась. Ураг снова уставился на нее и спросил: – Новенькая что ли? – В некотором роде… – Ясно. Тогда слушай. Ты находишься в Арканеуме, и здесь я главный. Это место – словно бы мой собственный маленький план Обливиона. Если ты нарушишь здесь порядок, мои злобные атронахи разорвут тебя на части. Понятно? – Да. Более чем. – Отлично. А теперь – чем могу быть полезен? Банри на секунду замешкалась, но затем выдала: – Я ищу Древний Свиток. Глаза Урага полезли из орбит. – Чего-о?! – Он так обалдел, что не сразу нашел, что сказать. – И что ты будешь с ним делать, когда найдешь?! Ты хоть понимаешь, о чем просишь, или ты просто чья-то девчонка на побегушках?! – Кое-что понимаю, – пробормотала Банри, припомнив путаные объяснения Партурнакса и всякие сплетни, подслушанные краем уха. – Но не буду против, если ты мне еще что-нибудь расскажешь. Ураг фыркнул и развалился на стуле. – Я так и знал. Все приходят сюда за помощью, но никто не может даже задать правильный вопрос. Древний Свиток – это орудие великого знания и власти. Чтобы прочесть его, твой разум должен быть идеально подготовлен, иначе ты сойдешь с ума. Это уже было совсем не весело. Банри прикусила губу – раньше она не обдумывала возможные последствия. А Ураг закончил: – И все равно боги обычно отнимают у читающего зрение. Час от часу не легче. – И что получает читатель в обмен на такую жертву? – Проще всего назвать это «знанием», но когда говоришь о Древнем Свитке, не стоит упрощать. Свиток – отражение всего возможного будущего и всего возможного прошлого. Каждый читатель видит свое отражение через свои очки, поэтому прочтения бывают очень разными. Но в то же время, все в нем – истина. Даже неправда. Особенно неправда. Звучало бред бредом, особенно для случайного слушателя, но Банри уже не была случайной. Сентенции Урага никак не противоречили словам Партурнакса и даже в чем-то подтверждали их. – Хорошо… А есть сведения о том, кто… написал их? Ураг закатил глаза. – У меня бы ушел месяц только на то, чтобы объяснить тебе, почему этот вопрос не имеет смысла. Свитки существуют здесь, с нами, но так же и в иных мирах. Над нами и под нами. До и после. Они – частицы богов, облеченные в материю, чтобы мы их познали. – Он встряхнул головой, словно приходя в себя, и сказал: – Извини. Говоря о Свитках, поневоле приходится прибегать к раздражающе нечетким метафорам. Некоторые увлеченные их исследователи просто сходят с ума. Банри задумчиво кивнула. – Понятно… Один мой знакомый назвал их частями творения, существующими вне времени. И так же сказал, что Свитки одновременно и не существуют, и всегда существовали. Ураг сверкнул глазами из-под мохнатых бровей. – Похоже, твой знакомый разбирается, худо-бедно, но разбирается в вопросе. – Банри не удержалась от улыбки. – Чего скалишься? Это он, твой знакомый, отправил тебя Свиток-то искать? – Да. – Ну-ну. А что же не объяснил все как надо?.. Банри неопределенно пожала плечами. – Я смотрю, Арканеум – очень богатая библиотека… – Одна из самых обширных на Тамриэле, – ревниво перебил Ураг. – …Так вот, может ли быть так, что у вас здесь есть Древний Свиток? Ураг расхохотался. – Думаешь, я отдал бы его тебе, даже если бы он у меня и был?! Его бы охраняли как зеницу ока! Величайший вор в мире не смог бы добраться до него! Банри склонила голову к плечу. – Я из Сиродила. Из центральной области. У нас там есть легенда о том, как один легендарный ворюга по прозвищу Серый Лис лет двести назад стащил Древний Свиток прямо из Башни Белого Золота, где они хранились тогда, из-под носа жрецов, которые их охраняли. – Ага, и ключевое слово тут – «легенда». Не мог никакой вор украсть Свиток, да если бы и украл, что бы с ним делал? Его ни продать нельзя, ни использовать без надлежащей подготовки. Сама-то подумай. Короче, вранье это все. – Ладно, ладно, я не спорю. Но у тебя есть хоть какие-то сведения о Свитках? Книги, например. – Конечно. Я найду тебе все, что мы знаем о них, но это немного. Так что особо не надейся. По большей части это ложь, разбавленная слухами и домыслами. – Ураг встал и направился в полумрак своего книжного фонда со словами: – Стой тут и никуда не суйся. Отсутствовал он довольно долго. Банри улавливала своим обостренным слухом сопение, тихие ругательства и скрип дерева по каменным плитам – наверное, Ураг пользовался стремянкой, чтобы добраться до верхних полок. Время текло медленно, и стоять Банри приелось, так что она осторожно устроилась на одном из стульев неподалеку от кафедры Урага. Книги были и тут, самые разные и по габаритам, и по содержанию. Они высились стопками на столах для чтения, на всевозможных полках и даже на полу. В другое время Банри была бы счастлива попасть в подобное место, но сейчас слишком нервничала, чтобы насладиться чтивом. Она все-таки взяла один томик в руки, название его гласило: «О Великом обвале», а содержание представляло собой длинное и подробное письмо о событиях более чем полуторавековой давности – обрушении береговой линии Винтерхолда. Банри едва успела дочитать финальный абзац, где автор, архимаг Коллегии тех лет, божился, что он сам и его подчиненные не имеют отношения к данной катастрофе, как наконец-то появился Ураг. – Вот, – отдуваясь, проговорил он и чихнул, подняв гору пыли, – держи. – Он положил на столик рядом с Банри пару томов и вернулся в свое кресло. – Постарайся не захватать переплет и страницы. Банри отложила «О Великом обвале» в сторонку и схватила первый труд под названием «Воздействие Древних Свитков».

Широко известно, что чтение Древних Свитков несет в себе определенную опасность. Механизм данного эффекта до настоящего времени был практически неизвестен — в отсутствие серьёзных исследований муссировались теории о тайном знании и божественном возмездии. Я, Юстиний Полугний, решил досконально описать недуги, которые Древние Свитки вызывают у читающих их, хотя целостной теории об их проявлениях у меня пока не сложилось и вопрос этот ещё предстоит изучать. Я разделил воздействие на четыре группы, находя, что по большому счету производимый эффект зависит от разума читающего. Если это покажется не вполне ясным, то, полагаю, метод дихотомии поможет уловить идею. Группа первая: непосвященные. Для тех, кто не обучен ни истории, ни природе Древних свитков, свиток фактически представляется бездейственным. На нём не проступают слова пророчества, и он не наделяет никаким знанием. Хотя свиток не принесет несведущим знаний, он также ни в коей мере не окажет на них вредоносного воздействия. Для них свиток выглядит усеянным странными буквами и символами. Те, кто разбирается в астрономии, заявляют, что узнают созвездия в символах и их связях на свитке, однако дальнейшее изучение этого вопроса невозможно, поскольку таковое исследование можно проводить лишь над необразованными лицами.

Банри отвлеклась от чтения и задумалась. Себя она почитала более-менее образованной, но как знать, вдруг Свиток, если таковой попадет ей в руки, конечно, решит иначе? В таком случае, посмотрев в него, она ничегошеньки не увидит… Как же быть тогда?

Группа вторая: опрометчивые интеллектуалы. Для этой группы чтение свитков представляет наивысшую опасность. К ней относятся те лица, что в достаточной мере понимают природу Древних свитков и обладают достаточными познаниями для того, чтобы прочитать написанное в них. Однако в них недостаточно развита способность ограждать свой разум от разрушительных последствий взгляда в вечность. Этих несчастных постигает моментальная, необратимая и абсолютная слепота. Такова цена превышения собственных возможностей. Следует заметить, что со слепотой также обретается и частичка тайного знания – о будущем ли, о прошлом или же о глубинной природе сущего, зависит от самого лица и его места в универсуме. Но знание действительно приходит.

Этот раздел радовал еще меньше. Ослепнуть Банри совсем не хотела, зрение ей еще пригодится, особенно если она и впрямь главное действующее лицо древнего пророчества. Она отложила книгу, встала, потянулась и прошлась немного. Ураг, перьевой метелкой смахивающий пыль с томиков, отвлекся от своего занятия и спросил: – Ну как, ознакомилась? – Одну еще не до конца, вторую пока не открывала. – Банри глянула по сторонам. В Арканеуме и раньше было сумрачно, но сейчас тьма так сгустилась, что освещенной оставалась только небольшая площадь вокруг рабочего места орка. – Который час? Уже вечер? – Ранний. – Ураг отложил метелку. – Будешь еще читать сегодня, или нет? Банри посмотрела на книги. «Воздействие…» она пока осилила лишь наполовину. – Я… Пожалуй, нет. Можно мне прийти завтра? Ураг хмыкнул, подошел к столику и схватил еще нечитанную книгу, пошарил в сумке, висящей на длинном ремне через плечо, вытащил плетеную лямку, заложил ею открытую книгу, и захлопнул том. – Приходи. Арканеум открывается почти на рассвете.