О тех, кто не слушает добрых советов

Медовуха была отвратительна как на вид, так и на вкус, Хадринг то ли сам ее состряпал, то ли купил у кого-то неумелого. Банри поболтала остатки в кружке, задержала дыхание и залпом влила в себя это пойло. Она покосилась на своих спутников: все трое сидели, нахохлившись, вокруг корявого стола и таращились в деревянные тарелки с немудреной снедью, Маркурио и Лидия с мрачным видом, Иллия – с потерянным. Банри тихонько вздохнула, отставила кружку и кашлянула, привлекая внимание. – Боюсь, придется внести изменения в план нашего путешествия. В частности, кому-то одному придется остаться здесь, в «Ночных воротах», вместе с лошадьми. Точнее, сначала мы все вместе доберемся до Альфтанда, а потом Лидия заберет коней и вернется в таверну. – Почему именно я?! – Потому что ты лучше с животными ладишь. К другим проблемам: нам придется пожертвовать либо запасом теплых вещей, либо запасом провизии. Что выберете? Маркурио поднял руку: – Немного не понял. То есть, или тащимся впроголодь, или мерзнем? – Не совсем так, ибо в наличии еще зелья разного действия, но грубо говоря – да. Впрочем, есть еще третий вариант – взять все и корячиться в подземелье с кучей барахла. Вообще-то я не против потаскать – своя ноша не тянет, но ты вроде как не любитель работать вьючным мулом. – Я за то, чтобы взять все необходимое по максимуму, – тихо сказала Иллия. – Зелья это хорошо, но никто не знает, с чем мы столкнемся внизу. Банри согласно кивнула, Маркурио пожал плечами и откинулся на спинку стула. – Значит, с этим разобрались. Собственно, это все, что я хотела сказать. У кого есть вопросы? – У меня. – Маркурио допил свою выпивку и рыгнул. – Почему нельзя разбить лагерь возле входа в развалины и потом спокойно исследовать этот твой Альфтанд? – Любезный, – ласково проурчала Банри, – разве я не рассказывала, что видела там, у входа? Разве не давала вам всем почитать записи наших предшественников? Мне кажется, их опыт не требует дополнительных разъяснений. – Так-то оно так, но погода могла измениться. Сейчас осень… – Осень почти кончилась, – буркнула Лидия. – …а эти несчастные начали работы где-то в начале весны. Весной в Скайриме всегда чересчур ветрено. Ты сама говорила, что трупы находились не слишком глубоко под снегом, выходит, осадков было немного… Банри потерла лицо руками. – Даже если мы избежим буранов, лавин, и всех остальных погодных «радостей», сам ледник нестабилен – Сулла писал, что он сдвинулся еще до того, как его команда начала долбить лед. Что, если плато соскользнет в ущелье, когда ты будешь дрыхнуть в палатке на его вершине? Маркурио перспектива не пришлась по душе, но оставить последнее слово за собой тоже хотелось, так что он покосился на Иллию и пробормотал: – Может… – Ну нет, – рассмеялась та, сразу поняв, куда она клонит. – Приятно знать, что ты столь высокого мнения о моих талантах, но у меня точно силенок не хватит, чтобы дополнительно проморозить целый ледник.

***

Поздним вечером, когда Банри разбирала свою постель, в ее комнату постучалась Лидия. Банри впустила ее и отвернулась к кровати, встряхивая лысоватое меховое одеяло. – Ну, говори. – Мой тан, почему ты опять идешь без меня? Ты не доверяешь мне? – Наоборот, как раз тебе я доверяю безоговорочно. Именно поэтому я и прошу тебя остаться здесь… – И ждать? Банри помолчала. – Я понимаю, тебе это не нравится. Возможно даже, что для тебя ожидание невыносимо, но, во-первых, кто-то должен остаться с лошадьми, а во-вторых… – она прикусила губу, пытаясь подобрать правильные слова, – есть ситуации, с которыми могут справиться определенные люди… – Ясно, – усмехнулась Лидия, – а я тупая рубака, которая только и может, что мечом без толку размахивать. Банри выпустила одеяло из рук и прямо посмотрела на нее. – Помнишь те пещеры над Черным Бродом? Там еще были фалмеры и Деркитус. – Ну… да. К чему это? – Да к тому. Вспомни свои чувства, когда нам приходилось красться в ледяной воде, карабкаться по гнилым деревяшкам там, в темноте. Ты сама признавалась потом, до чего тебе хотелось наплевать на всякую осторожность, заорать и выпрыгнуть на этих уродов с оружием. Что тебе милее прямой и честный бой, нежели копошение по углам. Я не попрекаю тебя этим, скорее наоборот. Но теперь представь, что впереди не сеть пещер, довольно скромных размеров, кстати, а огромный город, о котором ничего неизвестно. Действовать нужно с осторожностью, иногда исподтишка. И уж точно неявно. – Я хускарл, – угрюмо сказала Лидия, – охранять тебя от любых опасностей – мой долг. В любом месте, в любое время. Для меня не имеет значения… – Зато для меня имеет. – Банри села на кровать. – Пожалуйста. Я хочу выспаться перед завтрашней поездкой. Да и тебе не помешает. Спокойной ночи. Лидия помедлила, резко развернулась на пятках и вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

***

«Ночные ворота» они покинули поздним утром. В основном благодаря Маркурио, который не желал вставать слишком, по его мнению, рано. Со всеми тратами на четвертую лошадь денег у Банри не хватило, поэтому Иллия ехала вторым всадником на каждом из их трех коней по очереди, чаще всего на Альфсигре. Не успела кобыла Банри ступить на основную дорогу, как с востока показался патрульный отряд легионеров – примерно десяток солдат. Предводитель – верхом на крупной рыжей лошади, немного светлее Подарочка Лидии, остальные пешие. Банри с тоской посмотрела в сторону подъема к перевалу Странника, до которого было рукой подать, но имперцы были уже совсем близко, незаметно не подберешься. До сегодняшнего дня она и ее спутники встречались с подобными патрулями дважды, и все на пути в «Ночные ворота». Оба раза везло – письма за авторством легата Сципия и ярла Балгруфа возымели действие, и группке всадников позволяли проехать по их делам. Банри надеялась, что в этот раз будет так же. Командующий отрядом повертел бумаги в руках (у Банри сложилось впечатление, что он не умеет читать), сунул их в свою поясную сумку (это уже было совсем нехорошо) и недоверчиво протянул: – Тан Вайтрана? Не верится как-то. – Он посмотрел на молчащих всадников. – А это кто, свита твоя? – Вроде того, – нейтральным голосом произнесла Банри. – Так мы можем проехать? – Не-а. Не хватало еще, чтоб прихвостни местечковых князьков тут шастали. Банри скорее почувствовала, нежели увидела, как Лидия пустила Подарочка вперед, и вскинула руку в упреждающем жесте. – В таком случае, не могу ли я получить свои письма назад? – Эти подделки? Еще чего. – Если бы это были подделки, вернее, если бы ты мог распознать их, то уже с пафосным видом рвал бы их в клочки. Подозреваю, что твои орлы также не сильны в чтении. – Ты что мелешь, девка?! – Что слышал. – Банри потерла лоб. – Что делать будем? – Я тебя арестовываю! Тебя и этих оборванцев! Маркурио кашлянул: – Почему это мы оборванцы? – Он поправил свой теплый плащ. – По-моему мы неплохо одеты… – Заткнись! – рявкнул десятник и скомандовал солдатам: – Вы все тр... то есть, четверо слезайте! Без глупостей! И давайте сюда оружие! Маги, ехавшие сегодня вдвоем на Карасике, зашевелились, но Банри покачала головой и негромко сказала: – Не сейчас. – И уже громче: – И что с нами дальше будет? Легионеры стояли кучно, и план родился сам собой. Оставалось надеяться, что у Маркурио и Лидии хватит терпения не атаковать проклятых служак раньше времени. – Мы препроводим вас в форт Кастав, – надменно объявил декан. – Возможно, легат Талендас решит, что с вами делать. Банри неторопливо сползла с Альфсигры, перекинув ногу через кобылью холку, и покачала головой. – Боюсь, такой вариант нас не устроит. Вояка на своем мохнатом мерине стоял так близко, что она при желании могла протянуть руку и потрогать лошадиный нос. Хорошо бы Иллия и остальные догадались сдать назад… – Стойте! – Банри слегка повернула голову: Лидия тоже спешилась и теперь неспешно приближалась к ней. Смотрела она отчего-то не на командира легионеров, и даже не на Банри, а на солдат. – Эй, ты что, не помнишь нас? Стаций, правильно? Один из имперцев заморгал. – Э… да… А откуда?.. – Этой зимой мой тан и я помогали легату Рикке с небольшим дельцем в Корваньюнде. Ты там тоже был, и мятежники тебя почти выпотрошили в одной из стычек. Рот парня раскрылся так широко, что в него без проблем могла бы влететь средних размеров ворона. Ошарашенный десятник спохватился и гаркнул: – Слышь ты, не смей говорить с моими людьми без моего разрешения! – Да, и тан подлатала тебя, это благодаря ей ты не отправился на корм червям, – невозмутимо продолжила Лидия. – Кстати, хорошо выглядишь для того, кто едва не помер чуть больше полугода назад. – Кто бы говорил, – пробормотала Банри. – Я… меня недавно на службу вернули… – пролепетал солдатик. – Пока только в патруль… – Умолкни, легионер! – проревел командир. – Говорить надо тогда, когда к тебе обращается старший по званию! Он неуклюже скатился с коня, и Банри показалось, что мерин вздохнул с облегчением. А еще она услышала шепот Иллии за спиной и движение холодного воздуха. – Ты… ты арестована! Вы все! – офицер попытался выхватить меч, но он почему-то не желал выходить из ножен. – Солдаты, за дело! Но подчиненные лишь неуверенно переминались с ноги на ногу и переглядывались. Только двое попытались обойти спутников Банри с фланга, но заметили неласковый взгляд Маркурио и почему-то растеряли энтузиазм. – Декан, – проговорил Стаций, – разрешите обратиться. – Чего тебе?! – Эти женщины оказали услугу Легиону и лично генералу Туллию. Я свидетельствую в их пользу… Пусть они скажут, куда направляются, и едут по своим делам. Шерсть рыжего мерина была очень мягкой на ощупь, после грубой шкуры Альфсигры его морда казалась почти шелковистой. Мерин подставил нос под ладонь Банри и тихонько млел. Банри терпеливо ждала, пока командир перестанет изображать из себя выброшенную на берег рыбу и сменит цвет лица на нормальный. – Вы свободны, – проскрипел он наконец, взгромоздился на рыжего и злобно пнул беднягу, понукая идти вперед. – Одну минуту. Мои письма, пожалуйста. Десятник вытащил смятые листы из сумки, швырнул их на дорогу и поехал прочь с высоко поднятой головой, порыкивая на солдат. Он попытался положить ладонь на рукоять меча, но тут же отдернул ее, словно обжегся. – Неплохо, – сказал Маркурио, провожая взглядом отряд. – Ты колдуешь почти бесшумно, даже я не сразу понял… Иллия, по-прежнему сидевшая за его спиной, улыбнулась и пожала плечами. – Не хотелось бы, чтоб этот тип начал вдруг размахивать оружием… Банри на пару с Лидией собирали разлетевшиеся по чахлой траве бумаги. Один листок унесло в кусты, и Банри чуть не порвала рукав куртки, пока выпутывала его из ветвей. – Мудак сраный, – с чувством проговорила она, вернувшись к лошади и пытаясь сложить документы так, чтобы не помялись еще сильнее. Маркурио хихикнул. – Вот что бывает, когда канцелярская крыса выходит в поле. – Какая канцелярская крыса?! – вспылила Банри. – Он же читать не умеет! Он просто кретин, да еще и трус в придачу! Ну ничего, сам себя наказал, недоумок, теперь его солдаты к нему всяческое уважение потеряют. – С чего бы? – Да с того, что если уж остановил нас и собрался арестовать, то нужно было это сделать, невзирая ни на что. А он, едва услышав про Туллия и Рикке, чуть в штаны не напрудил и быстро сдал позиции. Банри подошла к кобыле и теперь примеривалась, как бы половчее на нее вскарабкаться – поблизости не было видно никаких возвышенностей вроде пеньков или валунов. Но ее выручила Лидия, подставившая сцепленные в замок ладони в качестве приступка. – Спасибо. – Банри поерзала в седле, устраиваясь поудобнее. – И за то, что вмешалась, тоже. Очень хороший у этого козла меринок, не хотелось бы его покалечить. Жаль, что такой наездник ему достался. – Не за что, мой тан, – невозмутимо отозвалась Лидия и мигом взлетела в седло. – Просто я вспомнила, что мне еще назад возвращаться. Да и оглохнуть на полдня – мало радости. – О чем вы говорите? – озадаченно спросила Иллия, выглянув из-за плеча соседа. – Я тебе потом расскажу, – буркнул Маркурио и пустил коня следом за остальными.

***

На перевале Странника сквозило с такой силой, что лошади пригибали головы, пробираясь вперед. Руки Банри в толстых варежках давно закоченели, но она продолжала цепляться за поводья, почти их не чувствуя. Тем не менее, кости неизвестного, что были разложены в этом месте на невысоком грубо обработанном каменном постаменте, ни разу не шелохнулись, сколько она на них не смотрела. Не иначе, как какая-то магия. Когда отряд выбрался на ледяное плато, где высились останки Альфтанда, солнце уже клонилось к горизонту. Банри задрала голову и проговорила: – Нам нужно поторопиться, иначе Лидия вернется в таверну только к следующей ночи. Мост, построенный рабочими Суллы Требатия, сгинувшего в гномском городе, за прошедшие месяцы не изменился и висел на своем месте, покачиваясь под порывами ветра. Банри боялась, что он промерз до такой степени, что начнет рассыпаться прямо под ногами. Тем не менее, когда она ступила на доски, они, как и веревки, их связывающие, захрустели, но выдержали. – Давайте живее, – бубнила Банри, пока ее спутники стаскивали поклажу с лошадей в ледяные пещеры. – Кто знает, вдруг сейчас вьюга начнется, или ледник опять тряханет… – Вьюга, чтоб ее, – пропыхтел Маркурио, волокущий мешки с пожитками. – Ты хоть те остатки лагеря наверху рассмотрела? Там разве что ветер постарался, снегу-то поверх тел и развалин совсем немного… – То, что снег здесь не сыпался несколько месяцев, не значит, что он не может повалить вот прямо щас. А вообще, сдается мне, его просто ветром в ущелье сдувает. Маркурио покосился на уныло-серое небо, но осадки не появились. – Как скажешь. Но позволь задать вопрос: почему мы все же собираемся разбить лагерь внутри ледника, если, как ты утверждаешь, он в любой момент может нас придавить? Не лучше ли устроиться в той башне, которая поодаль стоит? – Потому что эти пещеры я знаю, бывала. А к той башне даже не приближалась. Это запросто может оказаться еще один подъемник, как тот, который наверху. Маркурио хмыкнул: – Тоже заметила? Кстати, я видел, что на решетке какие-то царапины. Эти придурки, наверное, пытались пробиться внутрь. – Да… Только это бесполезно. Двемеры явно не хотели, чтобы к ним кто-то спустился без разрешения. – Тем не менее, твоя затея все равно идиотская. Тебе не кажется, что лучше бы устроиться в гномской постройке?.. – Прекрати. Мы все равно тут ненадолго, максимум на час. Потом начнем спускаться в город. Идите вниз, к кострищу. Мне надо переговорить с Лидией с глазу на глаз. Маркурио засопел, но подчинился. Иллия последовала за ним, напоследок посмотрев в темнеющее небо. Банри дождалась, пока оба скроются в тоннеле, и подошла к Лидии. Та как раз поправляла конскую сбрую и расправляла сбившуюся на Карасике попону. – Не будешь свободных расседлывать? – спросила Банри. – Да зачем? Ничего, потерпят немного. – Немного? Ехать-то далеко. – Торопись, не торопись, – глубокомысленно изрекла Лидия, – все одно только к утру доберемся. – Поживи там пару-тройку недель. Денег вроде должно хватить… – Если не хватит, я в округе найду, чем заработать. – Лидия, послушай. – Банри уцепила ее за рукав. – Если через две, самое большое три недели мы не покажемся, езжай обратно в Вайтран и сообщи о моей гибели. Кони все твои. Мой дом и другое имущество – тоже. – Очень щедро с твоей стороны, мой тан, – резюмировала Лидия с каменным лицом. Банри рассердилась. – А ну прекрати! Кстати, только попробуй отправиться следом! – Тогда что, мой тан? – Тогда… тогда клянусь, мое привидение испортит тебе остаток жизни, обещаю! Лидия молча подтянула лишний раз подпругу на Подарке, запахнула плащ поплотнее и полезла в седло. – А ты не думала, мой тан, что для хускарла, не сумевшего защитить господина, смерть – лучший выход? – Она развернула своего коня, Альфсигра и Карасик пошли следом, привязанные друг за другом к его седлу. Альфсигра оглянулась на одиноко стоящую в холодных сумерках Банри, замешкалась, но повод натянулся, и ей пришлось брести за Даром, чтобы не споткнуться. – В любом случае, я желаю тебе удачи. Тебе и твоим… спутникам.

***

Парочку волшебников за те минуты, что Банри провела с Лидией, любопытство развело по самым дальним уголкам верхнего яруса пещер. Банри дошла до останков костра, обозрела сваленные в кучу и покинутые вещи и попыталась унять мгновенно вспыхнувшую злость. Оранжевые блики на ледяных стенах в глубинах ледника показывали, что спутники не ушли далеко. Банри отправилась на поиски, но почти сразу столкнулась с возвращающейся Иллией. – Я же просила не расходиться, – тихо сказала Банри и стиснула зубы в попытке не выдать истинных чувств. – Я знаю, прости. Но тут интересно, да и… холодно просто так-то сидеть. – Могли бы огонь развести… – У нас нет огнива, – терпеливо напомнила Иллия. – Всю дорогу до сегодняшнего дня костер разжигала ты, при помощи заклинания. И, честно говоря, неважная это идея – разводить большой огонь в пещерах. – В ледяных пещерах. – Не вижу большой разницы. Тебе не приходило в голову, что эта несчастная экспедиция могла просто угореть тут в полном составе? Банри покивала. – Приходило, когда я увидела первый сложенный костер, но потом я еще увидела вот это. – Она ткнула пальцем за спину Иллии. Черные кляксы мерзлой крови никуда не делись за прошедшие месяцы. – Допустим, они угорели, а трупы куда делись? И кровища, наверное, сама собой тут объявилась. – Ну… да, – смущенно сказала Иллия, – выходит, не угорели. Не успели. – Там еще есть кости, если ты не заметила. Череп похож на человеческий. В котелке… да, до сих пор лежит. – Ну подумаешь, кости… Мало ли что могло произойти. Банри покачала головой. – В каком дивном месте ты обитала, раз даже предполагаемое людоедство тебя не смущает. Кстати, про людоедство: что-то Маркурио задерживается, как бы кому на корм не пошел… Ах, да вот же он. Маркурио объявился из глубины пещер с факелом в одной руке и неким предметом в другой. – Вот чего нашел, – торжественно сообщил он. – Что за книга? – поинтересовалась Иллия, первой разглядевшая подробности. – «Кимервамидиум»! – Маркурио с восторгом таращился на находку. – Это довольно старая копия одной из «Древних легенд двемеров» Маробара Сула… Банри подняла брови. – Вот как? – Ага… Банри аккуратно вытянула книжку из пальцев Маркурио. – А я тут отыскала только академическую литературу о двемерах, да и то без первых томов. В этих же тоннелях, но уровнем ниже. Интересно… Ладно, вернемся к делу: кто-нибудь из вас пытался добраться до нижних уровней? – Не то чтобы мы пытались, – отозвалась Иллия, – скорее просто посмотрели, куда ведут тоннели. Вниз есть скат, в котором кто-то прорубил маленькие ступеньки. – Ступеньки прорубила я, хотя и не назвала бы их так. Короче, у меня предложение: пусть Маркурио спустится вниз, а мы передадим ему вещи. – Во-первых, почему спуститься должен именно я? – недовольно спросил тот. – Во-вторых, зачем передавать, если можно просто скатить их? – Там внизу все кровью заляпано, пусть и замерзшей. Хочешь потом спать в грязном спальнике? – Ладно, убедила. Пошли, что ли?

***

Когда пожитки переместились на уровень ниже, к криво сколоченной перегородке, где Банри впервые четко услышала голос Дж'дарра, она почувствовала, что окончательно выдохлась: мышцы болели, голова была тяжелой, а желудок требовал пищи. Судя по выражению лиц ее спутников, те испытывали схожие ощущения. Банри отыскала в одном из своих мешков зелья нужного действия и раздала их. – Примите это. Полегчает на пару часов. Нам нужно добраться до входа в город и осмотреться там. – Далеко еще? – спросил Маркурио. – Этот лед у меня уже в печенках сидит. – Через поворот окажемся в коридоре, выстроенном двемерами. Он, правда, тоже обледенелый, но не целиком. Зелья действовали, и частично сняли усталость. Спустя несколько минут все трое прибыли в зал, где Банри нашла книги про гномов и дневник волшебницы по имени Вали. Дневник не был подписан, Банри определила авторство методом исключения. Она показала спутникам покинутый спальник, кровь вокруг и проговорила: – Если верить записям, нас тут ждут не только автоматоны. Есть у меня подозрения, что в Альфтанде обитают фалмеры. – Да, – тихо сказал Маркурио, – я слышал, они часто встречаются в двемерских руинах, хотя сам никогда их не видел. – Зато я видела. Хоть и не в двемерских руинах. – А где тогда? Банри вкратце рассказала о приключениях в районе Черного Брода и заключила: – Если честно, я подозреваю, что нам с Лидией тогда сильно повезло – мы выбрались почти невредимыми и даже спасли пленника. Я слышала, эти твари крайне опасны. Хотя, возможно, все эти россказни – большое преувеличение. А может, и наоборот. В любом случае, полагаю, друзей в Альфтанде мы не найдем, так что будьте начеку и атакуйте любой шевелящийся объект без разговоров. Иллия вздохнула: – Я тоже кое-что слышала про фалмеров. Говорят, они любят, когда холодно, значит, моя магия им вообще не повредит. – Острая и твердая сосулька повредит кому угодно из плоти и крови, если он еще жив, – отрезала Банри. – Не глупи. Как увидишь лысого гоблина, сразу ему такую ледышку промеж глаз, и одной проблемой меньше. – Как скажешь, – улыбнулась Иллия. Маркурио по мере продвижения осматривал, как и Банри ранее, каждого сломанного паука, но гнезда для камней душ были пусты, как и небольшая емкость, куда помещались добытые рабочими автоматонами ресурсы. Всякий раз он обиженно косился на Банри и громко сопел, демонстрируя свое недовольство. – Может, хватит? – спросила та в конце концов. – Мне требовались деньги, ясно? И вообще, с чего бы это я должна оставлять тебе какие-то трофеи? Ты вон из Аванчнзела все подчистую выволок. – Не ври! – возмутился Маркурио. – Я взял совсем чуть-чуть, а вот ты горсть драгоценных камней тиснула, и еще боевой молот присвоила! – Он был мне нужен, чтобы отбиваться от автоматонов. Отстань. Лучше смотри под ноги, тут опять будет тоннель во льду. Место схватки с ненормальным каджитом выглядело так же, как и в прошлый раз, когда Банри его покинула. Дж'дарра не было видно, ни живого, ни мертвого. Зато тело его брата лежало на спальнике, уже в достаточной степени разложившееся – хоть кругом и был ледник, поток более теплого воздуха из недр Альфтанда делал атмосферу чуть более пригодной для жизни, но и для тления тоже. Запах соответствовал виду. Маркурио, первым выскочивший в ледяную комнатку, закашлялся и отшатнулся с ругательствами, но Иллия невозмутимо склонилась на покойником, изучая пробитый кошачий череп. – Это ты его так? – спросила она Банри. Та перешагнула через труп, наклонилась и подобрала маленькую книжечку, что лежала у останков головы Дж'зара – в прошлый раз она ее не заметила. Держать приходилось двумя пальцами, чтобы не запачкаться – трупная жижа изгадила спальник и натекла под обложку. – Его брат, – тихо сказала Банри, аккуратно подцепляя кончиком пальца страницы, одну за другой.

Каджит зашёл в тупик. Я подписал нас с Дж'дарром на эту экспедицию, чтобы попробовать его отвадить от скумы. Я взял с собой небольшой запас, чтобы постепенно его отучивать, однако буря зажала нас в леднике на целые недели. ––– Другие ещё не смекнули, что покрытый мехом не должен так трястись от холода, однако у меня закончилась вся скума, что я взял, и Дж'дарру становится всё хуже. Ему стали мерещиться какие-то существа, выходящие из-за льда и развалин, а другие начинают подозревать его в исчезновении Вали, но я знаю, что он никогда бы такого не сделал.

– А брат куда подевался? – спросил Маркурио, нашедший в себе мужество приблизиться к трупу. – Не знаю, – пробормотала Банри, глядя в исписанные листы. – Он был рядом с останками, когда я его нашла, но он, видать, совсем поехал от скумы, вернее, от ее отсутствия. Набросился он на меня, короче. С топором. – Отбилась, что ли? – Вроде того. Сам-то как думаешь? Я же тут стою и с вами разговариваю. – Она положила дневничок покойного на место. – Только он, видимо, пропал где-то в Альфтанде. Убежал туда, когда получил на орехи, и не похоже, что возвращался. – Банри указала вперед, где виднелись полутемные и шумные залы умершего города. – На всякий случай, подтяните все лямки и засучите рукава. Никто не знает, что нас ждет.