О тех, кто не слушает добрых советов

Расплывчатое объяснение, что Черный Предел – это колоссальных размеров пещера, Иллию и Маркурио не удовлетворило. Последний даже предложил прямо сейчас отправиться на поиски, но Банри постучала костяшками пальцев по его макушке (для этого ей пришлось приподняться на носках) и поинтересовалась: – Ты ненормальный? У нас нет ни карт, ни планов, но это еще не самое плохое. А вот то, что нам есть нечего – уже почти катастрофа. Маркурио почесал заросший подбородок. – Вроде были какие-то сухари… – Были да сплыли, и вообще, ты что, смеешься?! Я же только что сказала, там гигантская пещера! – Угу. Прямо размером с холд, – усмехнулся Маркурио. Банри мирно согласилась: – Может, и с холд, кто знает. – Не замечая изумленно вытаращенных глаз, она скомандовала: – Собирайтесь, нужно добраться до «Ночных ворот» хотя бы за три дня. Сначала пришлось выдержать небольшую конфронтацию – Маркурио и Иллия отказывались сию секунду отправляться в путешествие, ноя, что еще не выспались, но Банри воззвала к их благоразумию, напомнив, что у них не осталось никакой еды, и дальнейшее пребывание на леднике хотя бы поэтому смерти подобно. Большая неприятность случилась, когда, одевшись хорошенько и навьючив на себя мешки с добычей, компания выдвинулась в путь. Ледяной ветер, ни на секунду здесь не утихающий, усилился и стал, если это возможно, еще холоднее. Затем повалил снег. Волшебники перестали вяло браниться на чересчур деятельную Банри и быстро засеменили вперед, к перевалу Странника, благо до него от башен Альфтанда было почти что рукой подать. На перевале им пришлось задержаться почти до рассвета – по обе стороны хребта мело с невероятной силой, и местность скрыло белой пеленой, ничего нельзя было увидеть на расстоянии вытянутой руки, а этот маленький грот представлял собой хоть какое-то укрытие от непогоды. С небольшой натяжкой это место могло бы даже показаться уютным, особенно после созерцания снежного безумия снаружи. По крайней мере, Маркурио проникся и со словами «Вы как хотите, а я еще покемарю немного» потеснил древние кости на их каменном ложе и улегся рядом. Банри неодобрительно покачала головой, но им с Иллией тоже пришлось присесть на алтарь – его поверхность была сухой и не настолько холодной, как скалы вокруг, да и снег здесь не сыпался. Не прошло и десяти минут, как она задремала.

***

Кто-то взвизгнул по-бабьи над самым ухом. Банри открыла глаза, мимоходом отметив, что стало заметно светлее, и вскочила на ноги. Растрепанный Маркурио жался к противоположной стене прохода, тараща глаза в предрассветных сумерках. – Что?.. – Ну вы видели, видели?! – выпалил он. – Он же стоял прямо там, у изголовья! Иллия с трудом выпрямила затекшие ноги и пробормотала: – Кого? – Призрак! Он был тут, у алтаря! – Маркурио подскочил к ней и сдернул с каменного седалища. – Слезай отсюда! Проклятье! Он, наверное, разозлился, что мы потревожили его останки!.. Банри аккуратно передвинула череп из угла между камнями на середину постамента, потом занялась остальными костями. Через пару минут скелет приобрел пристойный вид. – Полагаю, мы не первые, кто их тревожит. Кстати, я думала, вы, колдуны, не боитесь покойников ни в коем образе. – Она окинула останки критическим взглядом и поменяла пару ребер слева местами. – Ну вот, теперь порядок. – Я не боюсь, – буркнул Маркурио. Он убедился, что привидение не торопится являть свое недовольство и слегка успокоился. – Я опасаюсь. И вообще, я тебе не некромант какой. – Ладно, ладно… Не собиралась тебя подначивать. – Банри посмотрела на юг. Вьюга стихла, вместо сплошного белого мельтешения там теперь величаво падали крупные хлопья. Впрочем, на севере от хребта дела обстояли не столь радужно – ветер хоть и потерял силу, но по-прежнему гнал снег со скоростью лошадиного галопа. – Готовы идти? Осталось спуститься с горы, и мы выберемся на большой тракт. До «Ночных ворот» тогда совсем немного останется. Ну, сравнительно. Она раздала остатки зелий от усталости, и они пустились в путь. К сожалению дорога осложнилась свеженасыпанным снегом. Банри, возглавлявшая процессию, еле брела по тропе, загребая ногами белую крупу и красочно представляя, что вот-вот оступится и кувырком полетит вниз. Хорошо хоть, что закататься в гигантский снежок ей не грозило – сам снег был сухим и даже не лип к сапогам. Снежного тролля, расположившегося на их пути со свежей трапезой, она, старательно глядя себе под ноги, не замечала до тех пор, пока не услышала предостерегающие вопли спутников, а затем и утробное ворчание чудовища. Увидав окровавленную трехглазую харю на расстоянии локтя от своей физиономии, Банри на мгновение опешила, и прежде чем тролль замахнулся на нее лапой, с перепугу выкрикнула все три слова Безжалостной Силы. Эффект превзошел все ожидания: тролль вместе с кровавыми останками непонятного происхождения скрылся из виду, слетев в небольшое ущелье к западу от тропы на перевал, а магов отбросило на несколько шагов назад, и теперь они, лежа, сползали вниз по склону, пыхтя, сопя и мотая головами в капюшонах. Банри пыталась выровнять дыхание, согнувшись пополам и упершись ладонями в колени, когда парочка величаво проехала по обе стороны от нее, бестолково барахтаясь. Затем Банри услышала угрожающее потрескивание и шорох, сначала тихий, но нарастающий с каждой секундой. – Бежим! – взвизгнула она. Волшебники беспомощно завозились, но подняться не сумели, Банри в удар сердца догнала их и попыталась придать вертикальное положение сначала Иллии – та была меньше и легче – но лишь напрасно потратила время и силы – битком набитый увесистыми ценностями мешок послужил хорошим якорем. Банри предприняла новую попытку, но в этот момент волна снега накрыла всю компанию с головой и потащила вниз. Милостью богов, не иначе, снег не был таким уж тяжелым, и их не раздавило, но все равно все трое едва не задохнулись в этом крошеве и набили порядком синяков и шишек, пересчитав все неровности на пути. Вынырнув из сугроба последней, Банри долго и жадно хватала ртом воздух, наконец, надышавшись вдоволь, она встала и принялась стряхивать белесую крупу с кожуха. До таверны «Ночные ворота» удалось добраться даже быстрее, чем она рассчитывала, уже следующим вечером компания свернула на подъездную дорогу к заведению. Устали они до такой степени, что едва могли говорить – ведь они шли без продыху больше суток на одних только зельях. Ввалившись в пустой зал таверны, Банри первым делом сбросила верхнюю одежду и сумки прямо на пол и поплелась к стойке. Хадринг с ужасно недовольным видом чистил гору разномастной рыбы, судя по запаху – не сильно свежей. – Ну и видок у тебя, – объявил он вместо приветствия, осмотрев приближающуюся Банри с ног до головы, потом скользнул взглядом по притулившимся у двери волшебникам и добавил: – У этих, впрочем, не лучше. – Где моя хус… – хрипло начала Банри, но тут же исправилась: – Где Лидия? Такая высокая темноволосая девушка с тремя конями – двое вороных, один рыжий. Она должна была у тебя жить хоть пару недель. – На озере твоя Лидия, – буркнул Хадринг. – А кони за домом, под навесом. – На озере?.. – растерянно переспросила Банри. – Что ей там делать? Хадринг разозлился окончательно. – А шут ее знает! Все рыбу эту проклятую ловит, чтоб ее! – Он негодующе потряс в воздухе довольно крупным серебристым окунем. – Согласился на свою голову! Банри как раз собиралась поинтересоваться, на что согласился, но ее внезапно поразила совсем иная мысль, и она выпалила: – О, кстати, а какое сегодня число?! Хадринг хмуро отложил нож, вытер руки грязной тряпкой и полез под стойку. Вынырнув из ее недр с небольшой навощенной дощечкой, он потыкал в нее пальцем, шевеля губами, и сообщил: – Ну… Двадцать восьмое Начала Морозов. Вроде. Банри перегнулась через крышку стойки и уставилась на дощечку: на воске кто-то расчертил кривоватую таблицу, некоторые ячейки в которой были заполнены крестиками – эдакий примитивный календарь. – Ясно… – пробормотала она и уселась на табурет. Выходит, прошло всего четыре дня. – Тогда мы поживем у тебя, если ты не против. И… у тебя есть какая-нибудь еда? Хадринг хмыкнул: – Да живите, сколько хотите. Только заплатить не забудьте. А из еды только рыба, уж не обессудьте. Иллия опустилась на сиденье рядом и обеспокоенно спросила: – Почему только рыба? – Потому что третьего дня тут проклятые имперцы проезжали. Целый полк, не иначе. Вы че, не видели, как они мою дорожку истоптали? – Ага… – пробурчала Банри. Подъездная дорога и впрямь была изрыта до безобразия. – Причем тут имперцы? – Да говорю же, понаехали эти легионеры и выгребли все мои припасы! Дескать, им провизии может не хватить, поэтому открывай-ка ты, мужик, свои закрома и давай все, что есть! Хадринг злобно швырнул восковой календарь на стойку, дощечка скользнула по поверхности и свалилась на пол. Банри со вздохом слезла со стула и потянулась за ней. – И что, они вот просто так у тебя все припасы отобрали? – спросила она, возвращая календарь на место. Хадринг засопел. – Ну, допустим, деньжат отсыпали… Да какая разница? – Большая. Я не радею за Легион, но никогда не слышала, чтоб его солдаты отбирали у населения еду. Обычно они ее покупают по честной цене, а за украденную курицу легионера казнить могут. По крайней мере, читала где-то про такое. Братья Бури-то, небось, у тебя за так кушали… – Комнаты можете занимать, какие хотите, – прервал ее Хадринг и схватился за рыбный нож, – воды сами натаскаете, если мыться хотите. Ужин будет готов через полчаса.

***

Лидия заявилась в таверну очень поздно – давно стояла ночь. В руках, одетых в толстые варежки, она тащила объемную корзину, полную рыбы, при виде которой только недавно разобравшийся с предыдущей партией Хадринг поскучнел и поник. К слову, он не врал насчет припасов – имперцы, по всей видимости, вынесли все подчистую, оставив ему только маленький мешок соли и большой – сухарей, таких древних, что они даже размачиванию поддавались с трудом. Конечно, взамен легионеры оставили золото, но теперь и сама Банри считала, что обмен неравноценен – деньги нельзя было съесть, и на ужин сегодня была только рыба, в печеном, вареном и жареном виде. Лидия подоспела как раз к концу трапезы, когда Банри, заручившись поддержкой Хадринга, Иллии и здоровенного орка – вечного постояльца «Ночных ворот», вытащила из горла Маркурио острую кость. Тот проголодался и глотал рыбу, не особо стараясь ее разобрать, вот и поплатился. Помощь в основном требовалась в удержании перепуганного пациента на месте, чтобы Банри могла найти и вытянуть кость с помощью магии. Лидия вошла в таверну, когда «ассистенты» выпустили трясущегося Маркурио, и тот кинулся к столу, где неровным рядком выстроились бутылки с разнообразным алкоголем – единственным, что солдаты не уволокли целиком, была выпивка. Лидия уронила корзину возле дверей и радостно устремилась к Банри. – Мой тан!.. Как успехи? Та устало покачала головой. – Пока никак. – Она кивнула на корзину у двери: – Решила помочь хозяину с провизией? Хадринг фыркнул и поплелся за рыбой. – Ага, – отозвалась Лидия, провожая его взглядом. Когда Хадринг скрылся в подвале, где у него был ледник и заодно располагались дополнительные комнаты, а так же кухня с погребом, она проговорила: – Имперские всю еду утащили, а кушать-то хочется. Он, правда, отправил телегу за припасами в Данстар, но когда она еще вернется... Кстати, мы договорились, что я буду добывать рыбу и жить бесплатно, так что я уже около полусотни септимов сэкономила. Они устроились за ближайшим столом. Лидия с аппетитом набросилась на жареное филе лосося, которое не осилил кто-то из магов. – И ты что, весь день торчишь на озере? – Ну, не весь. Отец говорил, лучше всего с утра рыбачить, но сегодня я заспалась, и пришлось выйти позже. Думала, ничего не поймаю, но повезло… Банри кивнула и вкратце поведала о событиях в Альфтанде, Лидия глубокомысленно кивала, не переставая жевать, но когда Банри обмолвилась, что собирается вскорости вернуться и продолжить поиски, быстро сказала: – На сей раз я пойду с вами. – А кони? Хадринг надеется, что телега с продовольствием прибудет через неделю. Я собираюсь закупиться едой как следует, вдобавок нам понадобится еще много чего. Надо же будет как-то транспортировать багаж к руинам. Лидия насупилась. – Можно попросить Балагога. – Кого?.. Лидия указала на орка. – Да вот его. Он ничего. Прогуляется с нами до этого твоего гномского города, а потом отведет животин сюда. – Слушай… – протянула Банри. – Я все понимаю, но… вы же знакомы всего несколько дней. И ты доверишь ему своего Подарочка? – Ага. К тому же, мы ведь уже оставляли лошадей Хадрингу. Прошлым летом. – Так то Хадрингу… Лидия фыркнула: – По-твоему, он больше достоин доверия? – Да, в силу его рода деятельности. Он сильно привязан к своей таверне, и оттого не может запросто испариться с нашим имуществом. – Ну-ну… Банри зевнула. – Ладно, давай обсудим план действий завтра. Я спать хочу. И в кои-то веки улягусь в настоящую кровать.

***

На пятый день рыбной диеты Банри готова была проклясть и Легион, и Хадринга, и Лидию, которая, похоже, задалась целью переловить всю живность в Йоргриме. Вдобавок, все блюда были недосолены – Хадринг экономил на своих скудных запасах. Банри мрачно жевала рыбий стейк и продумывала текст ругательного письма, которое она непременно напишет Туллию, но в конце концов поняла, что ее послание господин генерал вероятнее всего использует в качестве туалетной бумаги. Да и то, если его раньше не оприходуют служащие в канцелярии Легиона. Банри отложила нож, которым лохматила рыбу. Больше всего ей хотелось плюнуть на все – на Древние Свитки, драконов, Седобородых, Клинков, а так же повстанцев, легионеров и иже с ними, – и уехать домой, причем, не в Вайтран, а в свой настоящий дом, в Сиродил. Даже если сволочи-конкуренты из Скинграда выжили ее из города и графства, всегда можно найти место, которое ее примет. И чего ее потянуло в этот Скайрим?.. Ведь предупреждали же… Банри вздохнула. Драконы за месяцы спокойствия перестали казаться такой уж проблемой, по ее собственному мнению с ними следовало бы смириться как с еще одним стихийным бедствием, вроде наводнения или урагана, но общественность была с нею не согласна. Лидия едва различимым шепотом пересказывала сплетни, подслушанные за несколько дней у солдат с обеих сторон, случайных путников и гонцов, проезжавших по тракту на Виндхельм и обратно, что-де проклятые твари начали нападать чаще, что их самих стало куда больше, и на логово теперь можно наткнуться в самом неожиданном месте. Например, к северо-востоку от «Ночных ворот», на самой вершине побеленного снегом пика теперь сидел дракон. Если, конечно, верить словам испуганных легионеров из обновленного гарнизона форта Кастав. Позже Банри сверилась со своей картой и прикинула направление. Кажется, это гора Антор. Что ж, если только она не ошибается, драконы не стремятся засесть на первом попавшемся возвышении – они возвращаются в свои старые логова. Или в логова, которые раньше занимали их сородичи – на горе Антор пресловутый Олаф Одноглазый якобы побил в честном поединке дракона, чей череп ныне украшает тронный зал Драконьего Предела. «Ладно, хрен с вами, – думала она, рассеянно глядя на Маркурио, соревнующегося с орком Балагогом в уничтожении запасов спиртного Хадринга, – добуду этот дурацкий Свиток, а там посмотрим».

***

Подвода с продуктами, прибывшая на следующее утро, вызвала всеобщий ажиотаж. Банри сразу выкупила у Хадринга некоторое количество снеди и попросила упаковать поплотнее, для грядущей вылазки, финальной, как ей хотелось верить. Финальной в хорошем смысле. Денег у нее уже не осталось, так что в качестве платы она предложила пару маленьких драгоценных камней исключительной огранки, которые искрились даже в тускло освещенном зале таверны. Хадринг поворчал для вида, дескать, его хотят надуть, но камни спрятал и без дальнейших слов отправился выполнять указания. Лидия с ужасно недовольным видом маячила в поле зрения – ей хотелось сопровождать тана в подземелье, но Банри была непреклонна – Королева Альфсигра и Карасик были самым ценным ее имуществом (если не считать пары даэдрических артефактов, надежно спрятанных под полом Дома Теплых Ветров), и она могла доверить их только своему хускарлу. – Ты же сама сказала при нашей первой встрече, что будешь охранять мое добро ценой собственной жизни, – напомнила она. – Вот и охраняй. – Я также говорила, что буду охранять тебя саму, мой тан. – Ну, с этим я попробую как-нибудь сама справиться… Никакого энтузиазма от перспективы возвращения в недра земли Банри не испытывала, все сильнее склоняясь к тому, чтобы все бросить и удрать в Вайтран. Кислые физиономии Иллии и Маркурио сигнализировали о схожих мыслях. Парадоксальным образом именно они и сподвигли Банри на дальнейшие действия. Для очистки совести она снова предложила магам распрощаться, но те опять отказались. – Не очень понимаю, зачем вам это, – проговорила Банри, навьючивая на Альфсигру свои котомки. – Я-то ладно, но вы двое… – Скажем так… – Маркурио потер плохо выбритый подбородок – в таверне нашлась бритва, но старая и тупая – и похлопал по мешку с ценностями, который набрал в Альфтанде, – если результат этой вылазки будет таким же, как и прошлой, я могу больше никогда не работать. Иллия смущенно кашлянула, и Банри поняла, что ее мотивы примерно такие же. – Как знаете. Только мы в буквальном смысле должны спуститься в неизвестность. Про Альфтанд хоть какая-то информация была, а Черный Предел – совершенно неизведанная территория. – Тогда откуда тебе известно это название – Черный Предел? – спросила Иллия. – Нарочно ведь не придумаешь. Банри на мгновение растерялась. – Ну… У каждого свои секреты. Маркурио закатил глаза. – Опять! – Не опять, а снова! Топайте к Карасику, да проверьте, удобно ли вы на нем поклажу устроили. – Банри сердито дернула лямку сумки, затягивая узел поплотнее, и заметила Лидию, пытающуюся под шумок пристроить на Подарка целый арсенал и собственную котомку с провизией. Балагог недвусмысленно отирался рядом. – Лидия! Даже не вздумай! Ты остаешься на поверхности! Та с кислым выражением лица сняла сумку и примерно половину своего оружия с коня и удалилась в таверну. Вернулась она налегке, но все такой же недовольной. Банри заползла в седло и оглядела свой отряд. – Готовы? Тогда едем, наконец. «Иначе я передумаю», – добавила она про себя.

***

– Хорошо, все же, что мы приперли ворота камнями, – почти шепотом проговорил Маркурио, когда они спустились вниз, в глубины Альфтанда. – А то вдруг бы они захлопнулись… Пришлось бы снова через весь город топать. – Еще чего, – буркнула Банри. – Тогда бы я просто домой отправилась. – А твой драгоценный артефакт? – В Обливион его. И драконов. Подвижные ступеньки за прошедшие дни вернулись в прежнее положение, и пол выглядел ровным и незыблемым. Банри даже подумала, не почудился ли ей спуск от усталости и недосыпа. – И где твой тайный проход? – недоверчиво произнес Маркурио, оглядываясь по сторонам. – Может, тебе приснилось? Банри пошарила в одной из своих сумок – ключ-сферу она пристроила на самом верху, чтоб можно было быстрее добраться, и шагнула к постаменту. Бронзовый шар уютно улегся в углубление, механизм пришел в действие, и лестница показалась вновь. Маги уставились на нее, разинув рты в изумлении. Банри украдкой перевела дух. Не приснилось. А то она сама уже начала беспокоиться. – Здорово, – тонким голосом прокомментировала Иллия. – И далеко там до этого твоего Черного Предела? – Сейчас сами увидите, – проговорила Банри и первой начала спускаться.

***

Ворота в Черный предел были приоткрыты, что очень не понравилось Банри – она хорошо помнила, что тщательно прикрыла за собой створки. Или это ей только так показалось?.. – Проклятье, глядите в оба. Там, в пещере, есть что-то живое. Иллия занервничала: – Фалмеры? – Не знаю… Может, что похуже. Кстати, нам повезло, что мы до сих пор не столкнулись с корусами. Они у этих слепцов заместо домашней скотины. Маркурио приналег на дверь, та распахнулась во всю ширь, и троица выбралась на террасу, застыв посреди площадки и таращась в подсвеченный зеленоватым сиянием сумрак. – Я думал, ты преувеличила, – пробормотал Маркурио, шаря взглядом по окрестностям. – Как… Как такое место вообще могло образоваться? Банри решила, что это риторический вопрос и пожала плечами: – Ты же сам предположил, что Предел размером с холд… – Я не предположил, это шутка была… Ладно. – Он махнул рукой. – Есть идеи, куда нам податься? – Просто идти куда глаза глядят? – полувопросительно произнесла Банри. – Обалденный план, – фыркнул Маркурио, и тут доселе молчавшая Иллия предложила: – Давайте сперва посмотрим, что в тех домиках. – В каких?.. Иллия подошла к краю террасы и указала на пару приземистых строений, расположенных на расстоянии полета стрелы от выхода из Альфтанда. Сине-зеленого света, исходящего, судя по всему от гигантских грибов на тонких ножках, растущих тут и там, вполне хватало, чтобы разглядеть подробности. Сооружения были небольшими, вытянутыми, со сводчатыми крышами и без намека на окна, явно двемерской постройки. Похожие здания Банри видела в Маркарте и его окрестностях. Правда, эти дома отличала пара деталей: дверь первого завалена обломками, а возле входа во второй что-то маячило, немного погодя стало ясно, что это сфера-центурион. Маркурио поцокал языком. – Ай, как неприятно. Придется начинать наш новый поход с насилия. А я-то хотел поберечь силы. Хотя… – Он покосился на стреломет, направленный в низину, осмотрел рычаг в полу и выдал: – О, у меня идея! Маркурио быстренько потянул рукоятку, и орудие выстрелило пучком болтов длиной с человеческую руку. Впереди грохнуло, поднялась пыль, заволокшая и автоматона, и дом. Банри заморгала, на секунду ей померещилось, что стреломет развалил и двемерскую хижину. – Ну ты даешь, – прошептала она. – Предупреждать надо. – Да я даже не думал, что он выстрелит… – ошарашено выговорил Маркурио, изумленный, кажется, больше остальных. – Ха, смотри-ка, похоже, сработало. Пыль постепенно улеглась, и стало видно, что автоматон больше не шевелится. Зато появились фалмеры. Парочка бледных, облаченных в черный хитин тварей выпрыгнула, как почудилось Банри, прямо из-под их ног и понеслась к месту трагедии. Двигались они столь быстро, что Маркурио с Иллией не успели даже подготовить заклинания, не говоря уж о том, чтобы их использовать. – Так они, выходит, все время были тут?! – выпалила Иллия. – А мы даже голоса не приглушали! – Да, странно, – процедил Маркурио, не сводя глаз с суетящихся подземных жителей. Кисти его рук отсвечивали фиолетовым, распространяя кругом запах грозы, перебивающий даже грибные ароматы подземелья. – Банри, пристрели-ка их. – Не могу, – покачала головой та, – я лук Лидии оставила. Так что теперь дальнобойные только вы двое. Маркурио скрипнул зубами. – Чтоб тебя! Хотел же не тратить резерв без надобности, но что теперь поделать… Давай, ворожея, придется нам с тобой потрудиться! – Я не ворожея! – привычно отозвалась Иллия, но приготовилась атаковать. Правда, перед тем как начать швыряться ледышками, она предположила: – Может, эти фалмеры не такие агрессивные, как те, этажом выше? Они не напали на нас, хотя все время были рядом… Банри, ты ведь говорила, что они отлично слышат. Банри неуверенно кивнула. Те, что сидели тут, действительно не могли не знать, что рядом чужаки. Но Маркурио решительно отмел все сомнения: – Ага, мечтай. Да они просто выжидали удобного момента. – Он несколько раз сжал и разжал пальцы, не сводя глаз с двух мечущихся у двери домишки фигур. – Единственное, что я вынес полезного из нашей прогулки по Альфтанду, так это уверенность в том, что этих уродов нужно убивать при каждом удобном случае. И уж точно не стоит доверять их внезапной глухоте. – Полезного, говоришь? А как же твои трофеи? – поинтересовалась Банри, сгружая сумки на краю платформы – еще успеет за ними вернуться – и доставая меч Болара из ножен. – Ну, если они уцелеют под охраной твоей бой-бабы, то и это тоже. – Маркурио избавился от своих котомок еще быстрее и теперь спускался по лестнице в низину. – Знаешь, спрячь-ка ты эту железку и заготовь на всякий случай свои Обереги. Они у тебя получается всяко лучше, чем размахивать мечом.