О тех, кто не слушает добрых советов

Башня Мзарк обладала одним неоспоримым достоинством – отдельным выходом на поверхность Тамриэля. Выбраться наружу посредством подъемника можно было прямо из зала, где, по заверениям Маркурио, находился Древний Свиток, оставалось только пройти по недлинному коридору под платформой, где располагался центр управления машиной. Снаружи, у самой башни подъемника, они нашли давно покинутый лагерь – пару меховых палаток, каким-то чудом устоявших под порывами ветра и местами прогнивших, да полузасыпанные снегом останки костра. Старые угли и пепел разнесло ветром, но виднеющаяся из-под пороши почерневшая земля в окружении аккуратно уложенных бок о бок обломков камней не оставляли места сомнению, что здесь когда-то горел огонь. В первые минуты Банри не могла надышаться свежим воздухом, да и маги тоже. Впрочем, восторги поутихли, когда стало понятно – они понятия не имеют, где находятся. – Надеюсь, мы хотя бы еще в Скайриме, – кисло произнес Маркурио, на что Иллия сказала: – По-твоему, мы шли так долго, что перебрались в соседнюю провинцию? – Как знать, как знать… Вот ты, например, в курсе, какое сегодня число? Лагерь – и башня подъемника соответственно – находился на склоне горы. К сожалению, гор в Скайриме – Банри почему-то не сомневалась, что они все еще на родине нордов – было пруд пруди. Она подошла к краю утеса и взглянула вниз – в долине возвышалась какая-то крепость, но опознать ее с такого ракурса было довольно трудно, впрочем, тракт, на котором она стояла, как и местность вокруг, казались знакомыми… Через несколько минут, утвердившись в своих подозрениях, Банри подошла к вяло спорящим между собой товарищам и нацарапала ножом на мерзлой земле пару слов. «Форт Дунстад». – А? – Маркурио ознакомился с надписью и уставился на таншу. – Это где такой? Банри быстро добавила еще строчку: «Белый Берег». После нескольких секунд безмолвия Иллия икнула, а Маркурио присвистнул: – Нехило! Мы через три владения прошли? Банри прищурилась и достала из-под куртки карту, к которой не обращалась уже пару недель, а то и больше. Конечно, про три владения плохо знакомый с описаниями земель Маркурио чересчур загнул, но выходило, что в Черном Пределе они миновали границу между владением Винтерхолд и Белым Берегом, а также существенно продвинулись в сторону западных рубежей последнего. – Ладно, допустим, – сказала Иллия. – И что нам делать с этой информацией? Банри убрала карту на место и прошептала ей на ухо: «Когда закончим в башне, можно спуститься туда и попробовать достать коней. Или хотя бы провизию для перехода в Данстар. А в городе можно нанять возчика…» Иллия с сомнением проговорила: – Да ну… В этих старых фортах частенько всякая дрянь заводится. Хорошо, если обычные разбойники, но может и похуже кто. Уж я-то знаю, о чем говорю. Банри покачала головой и прошипела: «Там теперь имперцы. Уже несколько месяцев». – Со мной, может, поделитесь? – вмешался Маркурио, с несколько уязвленным видом прислушивающийся к ним. – Чего вы там секретничаете? – Да не секретничаем мы, – отозвалась Иллия, – просто Банри предлагает пойти вон в тот форт, когда мы закончим… «Если мы закончим…» – прошептала та и направилась к подъемнику, в последний раз взглянув на поразительно голубое небо.

***

В глубине души Банри надеялась, что голос к ней вернется после отдыха, хотя бы частично, но проснувшись, она по-прежнему не могла издать никаких звуков громче шепота. Хотя, справедливости ради, она попросту боялась нагружать связки. Специальных лекарств при ней не было, из зелий – только те, что заживляли раны и восстанавливали магические силы, да и то – немного. Тем не менее, она приняла перед сном одно из лечебных зелий, но нужного эффекта оно не оказало. Оставались еще зелья Синдериона, прихваченные из его лаборатории на память, но об их эффектах можно было только догадываться. Словом, Банри только и оставалось, что жестикулировать, да шептать на пределе возможностей. Если учесть, что компания нашла временное пристанище в двемерской башне, где постоянно что-то шипело, гудело и гремело, второй способ общения не годился. Оставалась еще письменность, и разок Банри попробовала донести свои мысли до спутников таким образом, но писать, за неимением бумаги и чернил, пришлось углем из старого костра на неровных каменных стенах. В конце концов, она добилась лишь того, что перемазалась с ног до головы, да пальцы, сжимавшие уголек, свело судорогой, а ее писанина едва ли была читаема. Показывать на пальцах тоже было неудобно и неинформативно, но куда деваться?.. Она вздохнула и выбралась из постели. Маркурио, вставший первым, удалился наверх, к машине для прочтения Древних Свитков, как он ее называл. Он пытался забрать у нее Словарь и повозиться с ним в одиночестве, но Банри резко воспротивилась – ей хотелось держать ситуацию с кубом под контролем. Впрочем, от нее почти ничего не зависело. За сутки, проведенные в башне (причем Маркурио считал, что это не башня Мзарк, а башня некоего Мзарка, просто Банри неверно запомнила название), ни один из троицы не то что не понял, как управлять машиной, но и на волос не приблизился к пониманию. Кнопки двигали те самые линзы под потолком, но становились доступными для нажатия, только когда Словарь помещался на подиум, да и то – лишь две ближайшие к нему. После пары часов вдумчивого и бестолкового тыканья пальцем в обе по очереди, Маркурио сдался, махнул рукой и поплелся вниз, оставив Банри, тупо глазеть на кнопки. Иллия с самого начала отказалась принимать участие в действе и проводила почти все время снаружи, в горах. От этого был хоть какой-то толк – вечером первого дня она приволокла убитого заклинанием кролика, и впервые за довольно долгое время их компания сытно поужинала, сварив ушастого с остатками пшеничной крупы в позаимствованном со старого костра котелке. Теперь, благодаря выходу на поверхность, можно было отслеживать время суток. Наутро Маркурио валялся на своей походной постели и таращился в потолок рабочего зала – именно там они устроились на ночлег. И отказывался вставать, невзирая на уговоры. – Слушай, у меня уже пальцы болят от этих штук, – сообщил он, легонько пихающей его в бок сапогом Банри, – иди и возись там сама, если хочешь. Банри и пошла. Вернулась через некоторое время с тем же успехом. То есть без него. Загудел подъемник, и вскоре в проеме появилась Иллия. На сей раз с пустыми руками. Оглядев мрачно молчащих спутников, она вздохнула: – Отлично. Так и проведем остаток жизни, безрезультатно занимаясь ерундой? – В общем-то, я бы давно убрался отсюда, – проговорил Маркурио, не отрывая взгляда от потолка, – но наша предводительница, понимаешь ли, отказывается уходить. А путешествовать по Черному Пределу в одиночку мне совсем не улыбается. Ну или мы можем пойти вместе, а она пусть сидит. Банри угрюмо смотрела на него. Затем, сузив глаза, перевела взгляд на Иллию. Та вздохнула. – Не думаю, что он всерьез, – заверила она, – просто очередной приступ хандры. Банри пожала плечами и отвернулась. Иллия прикусила губу и вдруг спросила: – Ладно, где там этот ваш куб? Банри, не оборачиваясь, указала на потолок и улеглась на спальник, укрывшись с головой – ее внезапно охватила апатия. Она услышала удаляющиеся шаги и звук открывающихся и закрывающихся дверей, прикрыла глаза и быстро задремала.

***

Проснулась она словно от толчка, хотя никто к ней не прикасался, быстро села на спальнике и увидела мнущихся в шаге от нее магов. Осознав, что Банри соизволила пробудиться, они прекратили лихорадочно перешептываться и уставились на нее, растянув губы в жалких улыбках. Банри похолодела. «Что?..» – шевельнула она губами. – Тут… кое-что случилось, – выдавил Маркурио. Волосы у него были всклокочены, а глаза еще мутные, словно после крепкого сна. – Наша ворожея-недоучка достигла некоего прогресса в деле с кубом, но это оказалось сопряжено с довольно крупными проблемами… Кривая улыбка Иллии превратилась в совсем уж жуткую гримасу. Банри вскочила на ноги и понеслась в машинный зал. На краю сознания мелькнула мысль, что на сей раз Иллия даже не возмутилась, когда Маркурио обозвал ее ворожеей. Кстати, сама она семенила следом за Банри, бормоча, что хотела помочь, и что «кто же знал, что проклятый Словарь застрянет?..» Стрелой взлетев на вершину платформы, Банри первым делом уставилась наверх. Несколько креплений с линзами теперь раздались в стороны, прижавшись к потолку. Раньше такого не было. Она метнулась к пульту управления и уставилась на Словарь – грани куба словно раскрылись, и стало видно вращающееся ядро, сияющее белым светом. Банри протянула ладонь, чтобы взять его, но получила несильный удар током, прошивший руку от кончиков пальцев до локтя. Баюкая онемевшую конечность, она отступила от подиума и осмотрела постаменты с кнопками. Крайние правые оставались свободными, но теперь открылась вторая слева. Только крайняя левая была недоступна. К ней присоединились маги. Иллия смущенно покосилась на куб, а потом – на Банри. Та прошептала: – Как ты это сделала? – Ну… – Иллия пожала плечами. – Просто нажимала на кнопки… Если честно, я так и не поняла закономерности. – А на ту, новую, ты нажимала? – влез Маркурио. Он тоже попытался дотронуться до куба, и теперь растирал скрюченные пальцы, пытаясь вернуть им чувствительность. – Нет… Не рискнула. Банри немедленно ткнула пальцем в теперь доступную кнопку, подождала, пока новая группа линз сдвинется, подумала и нажала снова. Машина опять переместила линзы, и она потянулась к кнопке в третий раз, но тут неожиданно убрался клапан, запирающий крайнюю левую. Банри удивленно подняла брови и моментально нажала ее. Все крепления с линзами под потолком раздвинулись, и довольно крупная капсула продолговатой формы опустилась вниз. И раскрылась на две половинки, явив содержимое трем зрителям, которые застыли на верхней платформе, разинув рты. Маркурио неожиданно спрыгнул вниз и метнулся в центр зала, Банри с секундным опозданием устремилась следом, осыпая его беззвучными проклятиями. Если бы Голос не оставил ее, то в ярости она размазала бы любопытного волшебника тонким слоем по всем поверхностям, но, к счастью для него, сейчас она не могла издать ни звука. Неосознанно Банри выбросила ладонь вперед, и, к ее огромному удивлению, Маркурио на полпути к вожделенной цели снесло в сторону и почти впечатало в стену зала, после чего он скатился вниз по пандусу и скрылся из виду. Тяжело дыша, Банри нарочито медленно подошла к капсуле и впервые в жизни увидела Древний Свиток. Раскрытый футляр сделан из какого-то неизвестного материала и богато украшен, сам свиток был целиком из него вытянут и поочередно намотан на несколько планок, установленных внутри капсулы. Стараясь не смотреть на покрытую некими символами бумагу – или что это? – Банри осторожно освободила Свиток и вытащила его из капсулы. Футляр казался на вид тяжелым, но на деле не весил ничего, если бы Банри не чувствовала под пальцами твердые контуры, то решила бы, что артефакт – иллюзия. Хотя, возможно, тактильные ощущения ей тоже чудились, потому что она не могла определить, что же это за материал такой. Не кость, не металл, не дерево. Ее сумки остались внизу, возле постели, так что Банри достала из кармана кусок тряпки, которым вытирала руки и иногда нос, и прихватила ею Свиток. Покосилась на подошедшую Иллию, но та держалась на безопасном расстоянии и лишь примирительно подняла левую ладонь. Правой она протягивала Словарь. – Успокойся. Уж мне-то эта штука совсем ни к чему. – Банри смотрела все еще недоверчиво, но вытащила куб из ее пальцев и спрятала под куртку. – Правда. Кстати, почему ты раньше не пользовалась телекинезом? – Я понятия не имею, как так вышло, – просипела Банри и удивленно замолчала. Иллия протянула: – Надо же, голос прорезался. – И спохватилась: – Что значит, понятия не имеешь? Банри пожала плечами. Маркурио не подавал признаков жизни, и это слегка ее беспокоило. Она поудобнее перехватила Свиток и хрипло предложила: – Пойдем собираться.

***

Маркурио возлежал на пандусе ногами вниз, но не в виде сломанной куклы, как боялась Банри, а чинно, на спине, сложив ладони на груди, как приличный покойник. Банри украдкой перевела дух, а Иллия подошла поближе и пошевелила «труп» ногой. – Подох, похоже, – громко и авторитетно сообщила она, Маркурио при этих словах недовольно насупился, но глаз не открыл. – Ну да и хрен с ним, – продолжала ведьма, игнорируя громкое недовольное сопение колдуна, – заберем его вещички, вдруг что полезное отыщется. Хотя, если учесть, сколько он барахла набрал по дороге сюда, то не «вдруг», а «точно». «Мертвец» внезапно ожил. – Ладно, ладно, – процедил он, садясь на пандусе, – поиграли и хватит. Маркурио принял вертикальное положение и встретился взглядом с товарками – Банри смотрела хмуро и настороженно, Иллия – слегка насмешливо. – Чего ради ты этот спектакль устроил? – осведомилась последняя. – Ведь тебя предупреждали. – Не знаю, чего там себе возомнила наша дорогая свежеиспеченная дворянка, но я всего лишь хотел увидеть этот Свиток первым. – Зачем? – Ну… просто так. Достижение что ли. И вовсе необязательно было швырять меня об стену. Кстати, предупреждать надо, что еще и телекинезом владеешь. – Я им не владею, – хриплым голосом, но вполне слышимо отозвалась Банри. – И скажи спасибо, что я не Крикнула на тебя, иначе мы бы сейчас не разговаривали… – Спасибо… – …И вообще, не делай резких движений. – Хорошо, – спокойно отозвался Маркурио, – но не забывай, что я могу и сдачи дать. Банри посмотрела прямо в его темные глаза: – То-то и оно, Маркурио, я об этом никогда не забываю. – Она прошла мимо него вниз, но остановилась: – О, и кстати: я дворянка уже пару лет как. Так что уже не очень свежеиспеченная.

***

На сбор вещей ушло несколько минут. Свиток Банри обвязала веревкой и пристроила на спине под курткой. Было очень неудобно, но пришлось стерпеть. – Зачем так-то? – спросил Маркурио, забросив свой мешок за спину. – Я не собираюсь покушаться на эту хрень. – Это не из-за тебя… Удивительным образом, чем больше Банри говорила вслух, тем лучше у нее получалось, хотя боль по-прежнему терзала горло. Вспомнились напутствия Арнгейра, который велел не жалеть себя во время тренировок. – А из-за чего тогда? Неужели удобно этот горб на спине носить? Банри замялась, не умея толком объяснить опасения, что Свиток может внезапно исчезнуть, если за ним не следить. – Давай потом, а? Когда выберемся отсюда. Просто уясни, что дело не в тебе. И не в Иллии, конечно же. Они почти дошли до пандуса, ведущего в машинный зал, откуда можно попасть в подъемник к поверхности, когда поняли, что Иллия-то не идет следом. Оба обернулись: девушка стояла посреди комнаты и молча таращилась на них. Маркурио закатил глаза. – Ну и в чем дело? – У меня есть возражения по поводу выбранной дороги. – Неужели? И какие же? – Ну… спуск с горы может быть небезопасным… Банри покачала головой. – Ну допустим, и что же ты предлагаешь? – Пройти по своим следам в Черном Пределе до Альфтанда, – выпалила Иллия и быстро добавила: – Только не орите. Судя по выражению физиономии Маркурио, именно это он и собирался сделать – начать громко и нецензурно выражаться. Банри дотронулась до его плеча, успокаивая, и шагнула в комнату. – В чем дело? – Голос опять осип, но она откашлялась, и стало слегка получше. – Мне казалось, подземелье и тебе не по вкусу пришлось, не только нам. Иллия сжала ладони под грудью и отвела глаза. – Там драконы, – выдавила она. – Я видела двоих, и еще вроде слышала нескольких, хотя, может, это эхо в горах… Банри на секунду опешила, но уже через секунду нашла, что ответить: – Послушай, мы ведь уже выяснили, что в Черном Пределе тоже есть дракон, и здесь, в замкнутом пространстве, он гораздо опаснее… Снаружи больше места, и у нас, следовательно, больше шансов… «По крайней мере, у меня», – добавила она про себя. – Может быть, но, тем не менее, мы не можем воспользоваться твоим первоначальным планом, потому что один из драконов к настоящему времени, думаю, спалил твой форт – как его там? – дотла. В ответ на обалделые взгляды она пояснила: – Я как раз искала, где можно спуститься к перевалу, когда он напал на крепость. Почему, вы думаете, я ничего не принесла сверху в последний раз? Да потому что боялась попасться ему на глаза ненароком. – А второй дракон? – спросил Маркурио. – Ты говорила, видела двух… Иллия поморщилась. – Он был далеко. Летал над горами к западу от башни. Как по мне – так и одного поблизости хватит. – Вот именно, – пробурчал Маркурио, – не забывай, что там, внизу точно такой же. Не говоря уж о том, что даже если мы пересечем пещеру без потерь и выберемся через тот подъемник у Альфтанда, то имеем все шансы столкнуться с еще одной тварью, которая летает теперь над дорогой в Виндхельм. А то и с двумя! «С двумя – вряд ли, – подумала Банри, – Алдуин, сделав дело, наверняка улетел восвояси…» – Все равно, – не сдавалась Иллия, – там мы хотя бы появимся на поверхности вблизи таверны, где оставили лошадей. И там знакомая местность! – И в Черном Пределе не холодно, и есть кое-какая еда, – закончила Банри, глядя в пол. – И мы знаем дорогу – нужно просто держаться к его стенам поближе. Извини, Маркурио, похоже, в данных обстоятельствах и впрямь лучше идти под землей. Хотя лично меня уже с души воротит от всяких пещер. Маркурио скрипнул зубами, пересек комнату и направился к подъемнику, доставившему их сюда снизу. – Обливион с вами! Но учтите: если я там сдохну, я вас обеих и после смерти в покое не оставлю!

***

Выскользнув из дверей башни, Банри застыла, прислушиваясь и принюхиваясь. Маркурио, выбравшийся следом, прошипел: – Ну что? – Ничего не слышу пока… особенного. Чуете, пахнет чем-то горелым? – Ага, и я даже знаю, откуда, – проворчала подошедшая Иллия и указала в сторону двемерской столицы Черного Предела. Видимая часть города была разрушена, и над ней клубился дым. Гигантская лампа, впрочем, уцелела, и оранжевый свет заливал последствия противостояния дракона с местными жителями. На фоне «солнца» дым казался еще чернее, да сам город выглядел каким-то закопченным. – Там же практически один камень, – в смятении пробормотал Маркурио, – что там может так гореть?.. – Угадай, – мрачно сказала Банри, наконец-то распознавшая вонь горелого мяса. – Идемте отсюда, начнем поход к Альфтанду прямо от той грибной фермы. Ей не терпелось убраться с открытого места, вдобавок среди звона и воя сквозняков ей вдруг почудились приглушенные расстоянием крики и рев. Маркурио с опаской глянул в темноту и возразил: – Да? А вдруг этот проклятый дракон там прячется? – Это вряд ли. Дракон выберет место повольготнее, где-нибудь в центре этого подземелья, да и слово «прячется», по-моему, к этим существам неприменимо. – Банри покосилась в сторону полуразрушенного города и закончила: – Глядите в оба. В любом случае, морозные пауки всяко предпочтительнее драконов.

***

Они вполне успешно продвигались во мраке, даже не пользуясь светильниками – ни обычными факелами, ни магическим светом Банри – вполне хватало сияния грибов и двемерских ламп, установленных тут и там. Пару раз натыкались на брошенные фалмерские лагеря – очень небольшие, по сути всего лишь костерки с установленными над огнем распорками, кое-как собранными из двемерского металлолома и невесть откуда взявшейся трухлявой древесины. На некоторых еще висела полусырая рыба, выловленная, судя по всему, из подземной реки. Рыбешек путники без лишних угрызений совести забрали себе, все равно они бы испортились, потому что рыбакам теперь было не до добычи, если они и выжили в стычке с драконом. Опять потеряв счет времени, путники шли, пока не устали. Иллия первой предложила немного передохнуть, и Банри со стыдом вспомнила, что они-то с Маркурио успели подремать перед тем, как добыли Свиток, а Иллия все это время проторчала возле кнопок управления машиной. Привал устроили в нише среди скал. Найденную рыбу Банри поджарила – или сожгла – заклинанием, и все трое слопали ее, едва не подавившись костями, подгоревшую и несоленую. Иллия почти сразу заснула, а Маркурио с Банри остались сидеть на страже. По прошествии некоторого времени, проведенного в молчании под аккомпанемент сонного сопения, Маркурио прошептал: – Как по-твоему, фалмеры прикончили дракона? – Вряд ли. – Банри помедлила. – Хотя… они довольно круты, надо признать, и ничего не боятся. Да ты сам видел. – Ну видел. Потому и спрашиваю твое мнение. Вдруг нам повезло, и они перебили друг друга? Нам до сих пор ни одной безглазой хари не встретилось, да и вообще – тут как-то тихо стало… – Не могу тебя утешить. Понимаешь… с драконами ни в чем нельзя быть уверенным. Хотя бы потому что о них толком ничего неизвестно. Маркурио фыркнул так громко, что почти разбудил Иллию, но та, открыв глаза и завозившись, через мгновение закрыла их снова, и ее сопение возобновилось. Банри с укоризной взглянула на Маркурио и тот слегка смущенно пояснил: – Я хотел сказать, что известно-то вполне достаточно. – Да неужели? Это большущие летающие ящероподобные твари, которые могут «дышать» огнем или холодом – вот, что известно людям. И больше ничего. – Ну, благодаря тебе, я и Иллия хотя бы примерно знаем, как именно они дышат огнем. Ну, или холодом. Кстати, а ты умеешь? –…Да. Но не так мощно, как Дов. – Кто? – Драконы. Возникла небольшая пауза, во время которой Маркурио внимательно разглядывал ее, подозрительно блестя глазами. – Даже не думай, – проговорила Банри, – демонстрировать не собираюсь. – Но я и не прошу именно сейчас… – Потом мне тоже не хочется. – А если прижмет, и придется? Банри отвела глаза. – Вот когда прижмет, тогда и посмотрим.

***

Иллия проснулась, когда Маркурио вернулся с небольшой прогулки. – Нам придется отойти от стен ближе к центру, – объявил он, глядя, как Иллия трет глаза спросонья, – впереди река. Если, конечно, вы не захотите замочить ноги. – Не захотим. – Банри встала, потянулась и посмотрела на Иллию: – Готова идти? – Угу… Через мост они перебрались быстро, опять-таки не встретив ни одного фалмера, хотя в прошлый раз засевшие на небольших башнях-аванпостах у переправы твари продырявили своими стрелами плащ Иллии и плечо Банри. Последней пришлось спрятаться за ближайшей грудой камней и лечиться, скрежеща зубами от боли, пока ее товарищи отбивались от безглазых. Теперь же они одолели водную преграду без труда и успешно продвигались к Альфтанду. По-прежнему не было видно никаких противников, но все трое, тем не менее, постоянно были настороже. Когда впереди показался знакомый фасад Альфтанда, подсвеченный лампами, Банри почувствовала такое облегчение, что на глазах выступили слезы. Маркурио ускорил шаг, обогнав спутниц и приговаривая: – Давайте, девочки, последний рывок… Иллия на ходу оглянулась на дома, в одном из которых Синдерион обрел последнее пристанище, и поинтересовалась: – Банри, что ты надумала по поводу местных корней Нирна? Банри, успевшая благополучно позабыть о растениях, да и о самом Синдерионе тоже, пробурчала: – Пока мне не до этого… Она собиралась добавить еще что-то о своих планах, но позади раздались наводящие ужас звуки: плеск огромных крыльев, дыхание большого существа и, с небольшой задержкой, топот многочисленных босых ног по камням и скрипучие вопли. Банри бросилась бежать со всей скоростью, на какую была способна, Маркурио и Иллия, издавая панические вопли, припустили следом и даже обогнали ее, словно не чувствуя веса своей поклажи. Проклятый подъемник Альфтанда давно был в поле зрения, практически рукой подать, но путь до него показался вечностью. Маги первыми запрыгнули на платформу. Банри, пыхтя, словно мамонт, добежала пару мгновений спустя, и тут перепуганная Иллия, таращившаяся ей за спину, истошно завизжала. Банри обернулась и увидела парящего в кошмарной близости от нее дракона, а в отдалении – верещащую толпу бледных ушастых уродов. Дракон вдруг тяжело приземлился у самого входа, перелез через пульт управления энергоподачей и, сбив Банри с ног, с усилием протиснулся в шахту подъемника. Вопли обоих магов сделались совсем уж нечеловеческими, но чудовище не обращало на людишек, копошащихся под его лапами, ни малейшего внимания, стараясь покомпактнее свернуться на платформе. Банри, придавленная драконьей задницей, умудрилась повернуться лицом к проему и разглядеть мелькающие бледные фигуры фалмеров в опасной близости от прохода в шахту. Не успела она вяло испугаться очередной напасти, когда перегруженный подъемник с натужным ревом устремился вверх, к поверхности земли. То ли это дракон ухитрился активировать рычаг, то ли кто-то из ее спутников – в надежде, что монстра раздавит во время движения. Если и так, то затея не увенчалась успехом – дракон только сжался сильнее, стараясь держать голову и конечности ближе к середине платформы. Маги больше не верещали, Банри, лежащая носом в камень, надеялась, что они умолкли по собственному почину, а не потому что дракон, раздраженный их взвизгами, умертвил обоих. Дракон немного сместился, и она получила возможность дышать нормально, и ребра больше не трещали под непомерной тяжестью. Сквозь шум двемерских механизмов Банри слышала довольно громкий шорох и скрежет, издаваемый, как она догадалась, чешуей, трущейся о стенки шахты, и гадала, может ли тварь покалечиться во время путешествия. Впервые она была в непосредственной близости от дракона, и тот не пытался перекусить ее пополам или поджарить пламенем. По крайней мере, пока он не имел такой возможности. Маркурио как-то предположил, что эти твари воняют подобно прочим рептилиям, но на самом деле Банри не чувствовала того змеиного запаха, присущего так же и аргонианам. Она как раз пыталась понять, чем же пахнет дракон, когда подъемник остановился. Дракон, пыхтя и что-то ворча на своем языке, с треском и скрежетом развернулся и, судя по грохоту, просто выдавил решетку, перекрывающую наземный вход в башню. Огромная туша, нависающая над неподвижной и на всякий случай зажмурившейся Банри, убралась. На секунду стало темно, но когда она открыла глаза, дракона в башне уже не было. Снаружи захлопали крылья, и он взмыл в воздух, подняв тучу пыли и сухого снега с примесью увядших травинок и оставив два здоровенных отпечатка лап. Впрочем, их Банри только предстояло увидеть. Она повалялась еще немного, но, заслышав победный рев, затихающий по мере того, как дракон удалялся, открыла глаза и, кряхтя, поднялась на ноги. Проклятый «родственничек» отдавил ей все что только можно, но вроде обошлось без переломов. С затаенным страхом она поискала своих товарищей – те старательно притворялись мертвыми, стараясь не дышать, но Банри все же сумела понять, что с ними, в целом, все в порядке. – Вы же понимаете – он знал, что вы живы, – проговорила она. Маги зашевелились и даже осмелились открыть глаза. – Он улетел? – спросил Маркурио, не меняя позы. – Угу. Иллия встала на четвереньки, мотая головой, и пожаловалась: – Он на меня наступил!.. – А на меня, похоже, сел, – вздохнула Банри, – хорошо хоть, не всем весом навалился… Слушайте, хватит валяться, он ведь может вернуться, когда налетается! …Когда они спускались с холма, больше глядя в небо, чем под ноги, Маркурио спросил: – Ну что твой Свиток? – На месте, если ты об этом. Давайте, шевелитесь, нам опять до таверны пешком пилить.