О тех, кто не слушает добрых советов

Утренний свет пробился сквозь грязные стекла и расцветил пятнами каморку. Лидия открыла глаза и уставилась на кружащиеся в его лучах пылинки. Повалявшись еще немного, она вскочила с постели и со вкусом потянулась. Ее тан, правда, предупреждала, что не стоит слишком быстро подниматься после пробуждения, дескать, это вредно для здоровья, но Лидия считала, что это полная чушь, оправдание для лентяев. Сунув ноги в растоптанные сапоги, она покинула свою комнату, поздоровалась с Валгой и ее подавальщицей, имени которой она не знала, и вышла во двор, чтобы умыться и проведать лошадей. Навесив хозяйской Альфсигре и своему Дару мешки с овсом на шеи, Лидия вернулась в таверну и уселась за стойку. – Мой тан еще не вставала? – спросила она, когда Валга подала завтрак: кусок холодной оленины, краюху хлеба и эль. – Не видела ее, – пожала плечами Виниция. – Небось, дрыхнет. Лидия бросила на нее неодобрительный взгляд и пробормотала: – Странно. Она вчера рано легла, должна была уже подняться… – Да эти благородные вечно дрыхнут, пока солнце в задницу не упрется. Поди да растолкай ее, коли вам выезжать нужно. Лидия молча вцепилась зубами в кусок мяса. Обсуждать происхождение своего тана она ни с кем не собиралась. Валга, почувствовав затянувшуюся паузу, легла грудью на стойку и заглянула в ей лицо. – А она не очень-то на благородную похожа, – вкрадчиво сказала трактирщица. – Одета просто, разносолов не требует, с людьми по-свойски общается, да и служанки у нее нет. – И что с того? – Ну, просто я давненько уже таверну держу, навидалась всякого… Лидия прожевала последний кусок, допила остатки эля, отодвинула посуду и в свою очередь наклонилась к Валге. – Может, тебе лучше не за постояльцами следить, а за комнатами? – доверительно шепнула она. – Готова поклясться, что под моей кроватью целое мышиное гнездо имеется. Валга отшатнулась, злобно поджав губы. С грохотом сдвинув посуду на деревянный поднос, она демонстративно развернулась и унесла утварь куда-то в угол. Лидия хмыкнула, слезла со стула и направилась к танской комнате – в словах Валги был резон, тем более что сама Банри просила разбудить ее в случае чего. Постучав в дверь, Лидия выдержала паузу и позвала: – Мой тан… Ни звука. Лидия осторожно приоткрыла дверь и заглянула в щелку. В следующий момент она распахнула створку во всю ширь и ворвалась внутрь. В комнате никого не было. Лидия в панике огляделась: кровать накрыта меховым одеялом, ни одежды, ни сапог, ни заплечного мешка тана видно не было. Как, впрочем, и оружия. Развернувшись на пятках, она выпрыгнула в холл таверны и рявкнула: – Эй! Валга! Трактирщица вышла из-за стойки и недовольно отозвалась: – Чего тебе? – Ты видела моего тана?! – Я же сказала, что нет! – Валга с вызовом скрестила руки на груди. – Не ври! – прошипела Лидия, надвигаясь на нее, сжав кулаки. – Ты хренова хозяйка этой хреновой таверны! За всеми шпионишь, все про всех знаешь! Валга побагровела от злости и открыла рот, чтобы достойно ответить, но в этот момент в таверне появились стражники. И желали они побеседовать с одной постоялицей таверны – «маленькой темноволосой эльфиней», как выразился главный. – А она куда-то запропастилась! – не скрывая радости, сообщила Валга, прежде чем Лидия смогла что-то предпринять. – А что она натворила? – Очень интересно, – отозвался стражник, пропустив вопрос трактирщицы мимо ушей. – Я ведь предупредил ее о последствиях… – Каких еще последствиях? – угрюмо спросила Лидия. – И кто вам дал право допрашивать моего тана? – Твоего тана? – повторил стражник и переглянулся со своими сослуживцами. – В таком случае, кто ты? – Я Лидия, хускарл тана Банри, вассала ярла Балгруфа Старшего, владетеля Вайтрана. А кто спрашивает? Стражники пришли в явное замешательство. Они неуверенно переглянулись, а потом старший из них спросил: – Мы можем поговорить на улице? Лидия пожала плечами и первой проследовала к выходу, стражники потянулись за ней, оставив глубоко разочарованную Валгу в одиночестве. Оказавшись на террасе, Лидия оперлась спиной о столб, поддерживающий навес, и выжидающе посмотрела на стражников. – Тут такое дело… – начал один. Лидия молча слушала, стараясь сохранять на лице равнодушное выражение. Когда стражник закончил говорить, она произнесла: – Из ваших казематов сбежал какой-то душегуб, а вы обвиняете моего тана в соучастии? На основании того, что она постояла у двери в его камеру пару минут? – Мы никого не обвиняем… пока. Просто хотим разобраться. – Ясно. – Лидия выпрямилась, глубоко вздохнула и открыто взглянула на представителей местной власти: – Вот вам мое слово, поскольку сейчас моя госпожа отлучилась и не может говорить за себя. Тан Банри не имеет никакого отношения к этому выродку и, само собой, к его побегу. И если мои слова вас не устраивают, могу доказать свою правоту мечом. Стражники молчали, переминаясь с ноги на ногу. – Ну как? – осведомилась Лидия. – Будем биться, или вы на слово поверите? – Хорошо, хускарл, – решился старший. – Мы принимаем твои слова, как свидетельство непричастности твоего тана к побегу заключенного. – Вот и отлично, – буркнула Лидия, украдкой переводя дух. – Надеюсь, больше недоразумений не произойдет, – сказал стражник, спускаясь по ступенькам террасы вслед за своими товарищами. – Я тоже надеюсь. Проводив их взглядом, Лидия толкнула дверь в таверну, от души треснув по лбу подслушивающую Валгу Виницию.

***

После разборок с трактирщицей она вернулась в свою комнату, уселась на разобранную постель и печально вздохнула, пытаясь сообразить, что же ей теперь делать, как вдруг заметила листок бумаги на столике у изголовья. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что это страница из третьего тома «Биографии Барензии», на чистой стороне которой углем были нацарапаны какие-то строчки. Лидия поднесла записку к глазам, пытаясь прочесть корявые символы.

Лидия, мне нужно отлучиться на время. Позаботься, пожалуйста, об Альфсигре и перенеси мои пожитки в свой номер. Еще я спрятала деньги в твоих вещах – почти все, что у нас было. Надеюсь, этого хватит на прожитье. Если не вернусь через три недели, можешь считать себя свободной от обязательств передо мной и вернуться в Вайтран. P.S. По городу ходят слухи о пропавших людях. Если хочешь как-нибудь убить время, попробуй это расследовать. Подробности можешь узнать у Валги. Твой тан.

Пару секунд Лидия глазела на послание, потом скомкала бумагу и швырнула ее в угол.

***

Банри не вернулась ни к вечеру, ни на следующий день после своего исчезновения. Все это время Лидия пыталась выяснить, куда она подевалась, опрашивая местных жителей и пришлых, но никто из них не мог ей помочь. Лишь один раз повезло: как-то вечером в «Мертвецкий мед» заявилась чета погорельцев из Хелгена. Они и рассказали, что встретили на лесной дороге невысокую темненькую девушку, похожую на эльфа и вооруженную луком со стрелами. Бедолаги отзывались о ней с большой теплотой – узнав о бедственном положении, незнакомка охотно поделилась с ними деньгами, стоило бродягам заикнуться о потере имущества. По их словам, девица выглядела очень взволнованной и куда-то сильно спешила – едва сунув хелгенцам деньги, она тут же бросилась бежать, даже благодарить пришлось ей в спину. Правда, перед этим лучница еще спросила, не видели ли скитальцы какого-нибудь чудного зверя в этой местности. Услыхав такое, Лидия немедленно вцепилась в крестьян и заставила выдать подробности: на какой дороге, когда, и как быстро их благодетельница бежала. Они принялись объяснять, и Лидия совсем запуталась – зачем Банри вдруг понесло в те леса на юге, да еще среди ночи? Она распрощалась с погорельцами и ушла к себе – надо было подумать. На следующее утро, едва забрезжил рассвет, она собрала вещички (и танские тоже), прыгнула на своего Дара, привязала поводья Альфсигры к его сбруе и отправилась на поиски. По прошествии нескольких дней ей удалось обнаружить кое-какие следы. В лесу к юго-востоку от Фолкрита, у ручья нашелся труп оленя с молочно-белой шерстью, несколько погрызенный лесным зверьем. Лидия привязала лошадей к ближайшему кусту и подошла поближе, спугнув лисиц, старательно выедающих внутренности. Ее одолевало любопытство: все-таки оленей подобного окраса она никогда не видела. Но прежде она внимательно осмотрела следы вокруг туши. Помимо раздвоенных отпечатков оленьих копыт тут имелись отпечатки подошв сапог. Очень знакомых. У Банри были маленькие, если не сказать крошечные ступни, поэтому готовая обувь ей зачастую не подходила, и приходилось тачать на заказ. Вот как эти сапожки, что оставили свои следы вокруг дохлого оленя. Лидия осмотрела труп, отметив, что зверь убит чисто – одним выстрелом точно в сердце, и прошла вверх по ручью, разглядывая уже трудно различимые отпечатки. Выходило, что ее госпожа зачем-то среди ночи удрала из города, помчалась в лес, пешком, забыв о лошади, и принялась бесцельно кружить там, в конце концов, подстрелив редкого белого оленя. А потом она, очевидно, вернулась на дорогу и снова куда-то отправилась. И явно не в Фолкрит, а то бы уже вернулась. Обстоятельства были странные, но на встречу с сообщником-беглым заключенным, как боялась Лидия, это мало походило. И все же, куда она подевалась?.. С горя она возвратилась к туше, шуганула вернувшихся лис и освежевала быка. Шкура была уже сильно попорчена, но белый олень слишком редкое явление, чтобы можно было пренебречь таким трофеем. К концу процесса Лидия перемазалась с ног до головы. Отмывшись кое-как в ручье, она свернула шкуру, навьючила ее на Альфсигру, взгромоздилась на Дара и отправилась назад в Фолкрит.

***

Один из местных охотников, к которому Лидия обратилась, запросил за обработку шкуры ни много ни мало, а сотню септимов. Лидия, с трудом удержавшись чтобы не выбить ему пару зубов за наглость, проговорила: – Слушай, засранец, я дам тебе сейчас десять, а потом, когда ты закончишь, еще от десяти до тридцати, в зависимости от того, насколько мне понравится твоя работа. Если не понравится совсем, заберу и ту десятку, которую дам сейчас. – Но… но… – заблеял охотник, – шкура же испорчена… Работы-то полно! По-хорошему бы ее выкинуть надо! – Мне сказали, что ты лучший скорняк во владении, видимо, преувеличили. – Не преувеличили! – взвизгнул тот. – Я лучше всех со шкурами и мехом работаю, но тут сложный случай! Лидия смерила его холодным взглядом. – Десять сейчас, – повторила она. – И сорок потом, когда закончишь. Или я ее и впрямь просто выкину, но ты тоже не получишь ничего. – Ладно, ладно… – Скорняк взял сверток, сочащийся сукровицей, и оглядел со всех сторон. – Выглядит так, будто скоро окончательно протухнет. Давай десять монет. Лидия протянула ему деньги и почти ласково произнесла: – Ты уж постарайся. Вернувшись в «Мертвецкий мед», она заказала кружку медовухи и уселась за самый дальний от стойки стол. После ухода тана прошло уже несколько дней, скорняк сказал, что на все про все ему потребуется не меньше трех недель, значит, нужно чем-то себя занять на это время. Вспомнив прощальное письмо, Лидия поднялась и пошла к стойке. – Я слышала, что у вас кто-то в лесу потерялся, – сказала она Валге, усаживаясь на стул. Та, все еще злившаяся, смерила ее мрачным взглядом. – Может и потерялся. Тебе-то какое дело? – Я могла бы их поискать, все равно надо чем-то заняться. – Лидия пожала плечами. – Но если не хочешь, не буду забивать себе голову. Она слезла с сиденья и вознамерилась уйти к себе. – Подожди! – Валга вышла из-за стойки. – Ты серьезно думаешь этим заняться? – Куда уж серьезней… – Я просила твою хозяйку, но она отказалась. С чего ты вдруг вызвалась? – У нас были другие планы тогда, – мирно ответила Лидия, – но сейчас они изменились. Так что я могу уделить внимание вашей пропаже. – Хорошо, слушай… – Валга на секунду закусила губу. – Ари, Вальдр и Ниелс ушли на охоту за пару дней до вашего прибытия. Сказали, что будут осваивать новые угодья, но вернутся быстро, уже на следующий день. Ари хвасталась, что нашла отличное место, недалеко от тракта, буквально у самого озера. – У какого озера? Илиналты? – Да, да… Она сказала, что там есть медвежье логово и не только. Я, правда, не совсем поняла, что она имела в виду… – Ладно, это не важно, – прервала ее Лидия. – Ты можешь поточнее сказать, куда они направились? – Ну, на север, к озеру… – Кости Шора, Валга, да Илиналта вся на севере отсюда и такая здоровая, что мне недели понадобятся, чтоб ее по берегу обойти! – Ну откуда же мне знать точнее! А… вроде бы к северу от Полулунной лесопилки, она на озере стоит. Это все, что я знаю! – Что ж, – буркнула Лидия, – раз так, я завтра поеду посмотреть, но ничего не обещаю. В конце концов уже больше недели прошло. Валга вздохнула: – Спасибо и на этом. А то местным, похоже, совсем нет до них дела. А ведь столько лет бок о бок живем…

***

Наутро Лидия опять оседлала Дара и, вновь на всякий случай прихватив Альфсигру, поехала на север. Добравшись до упомянутой Валгой лесопилки, она попыталась узнать что-нибудь об охотниках у единственной видимой работницы. Лошади почему-то отказались идти к постройкам. Они хрипели и упирались, проявляя редкостное единодушие. Пришлось оставить их на дороге, в надежде, что тут не шастают чересчур шустрые конокрады. – Ах, эти, – протянула девица, глядя на хускарла странным голодным взглядом, когда та поинтересовалась, не видела ли она трех охотников. – Видела, дней десять назад, кажется, они направлялись в сторону Мшистой пещеры. – Это далеко отсюда? – Нет… – Девица указала на северо-запад. – Вернись на дорогу и езжай на север, к пещере от тракта тропа ведет. За сутки доберешься. – Благодарю, – пробормотала Лидия, отступая. – Удачи тебе. – И тебе, – ласково отозвалась девушка. Лидия быстро вернулась на дорогу, запрыгнула в седло и как можно быстрее удалилась от лесопилки, сбавив скорость, только когда миновала мост через маленькую речушку, впадающую в озеро. – Сучка, – буркнула Лидия, не в силах даже самой себе признаться, что эта девка напугала ее.

***

Тропу она увидела через положенное время и тут же свернула на нее, спешилась и повела лошадей в поводу. Послышались какие-то звуки – шарканье, кашель и оханье. Потом кто-то простонал: – Проклятье, сколько же крови… – Он опять закашлялся. – В этот раз ты действительно вляпался, Вальдр. Лидия отпустила поводья, вытянула свой меч из ножен и заглянула за обломок скалы. У зияющего входа в пещеру на замшелом поваленном стволе сидел, явно с трудом, крупный белобрысый парень. Земля у него под ногами была щедро закапана кровью. Лидия прикинула размер бурых пятен, покачала головой и шагнула в сторону, задев ногой камень, валяющийся на тропе. Парень вздрогнул и позвал, схватившись за кинжал: – Эй, кто там? Лидия вздохнула и вышла из укрытия. – Это я. Но можешь не бояться, я помогу. Ты Вальдр? – Да… Ты правда пришла помочь?! Пожалуйста, у тебя нет какого-нибудь зелья? Кровь не останавливается… Лидия вернулась к коням и отыскала в седельной сумке Альфсигры одно из зелий, сделанных ее таном, и протянула охотнику со словами: – Выпей все, но не залпом, а по глотку. Вальдр повиновался, и пока он опустошал емкость, она осмотрела его повреждения. Не смертельные – левая рука исполосована ударами чьих-то когтей, да на ребрах справа похожие отметины, только глубже – но уже воспалились, и выглядели неважно. Надо было промыть чем-нибудь, хоть водой, но в сумке с зельями были и специальные составы. Лидия пошарила там и нашла нужный пузырек, а еще – сверток бинтов из небеленого полотна и чистые тряпицы. – Кто тебя так отделал? – спросила она, закончив обрабатывать раны охотника. – И где остальные? – Остальные?.. Ты про Ниелса и Ари? – Да, именно. Вальдр протянул ей опустевший пузырек из-под зелья и молча покачал головой. Лидия понимающе вздохнула и сказала: – Так. Ясно. А ты уверен? – Вальдр кивнул, не поднимая глаз. – Как это произошло? Валга упоминала о том, что вы на медведя пошли. Вот только эти раны не от медвежьих когтей. Вальдр сглотнул. – Мы шли по медвежьим следам до этой берлоги, – начал он. – За шкуры хорошо платят… Лидия кивнула, побуждая говорить дальше. – Мы уже собрались прикончить медведицу, когда появились они… – Он умолк. – Они – это кто? Ну же, кто появился, Вальдр? – Спригганы. Трое, как из ниоткуда, – Он всхлипнул и уставился на свои руки. – Ниелса они уложили раньше, чем мы бросились бежать. Ари тоже умерла внутри. Я раньше и не думал, что они вправду существуют… – Внутри? – Лидия огляделась, но никаких трупов не увидела. – Ты хочешь сказать, что они на вас тут напали? Тогда где Ниелс? – Да нет! – Вальдр мотнул головой. – Эта пещера, ну, открытая. Там как поляна маленькая, которая скалами окружена, а к ней проход ведет в горе. Ниелс там, у деревьев… А Ари в тоннеле… – Все ясно. Поднимайся. – Лидия подхватила его под мышки, чтобы поставить на ноги. – У меня тут две лошади, домой поедешь с удобствами. – И что дальше? – Вальдр вырвался из ее рук. – Я не могу просто так уйти! – Ты им уже ничем не поможешь. И если ты тут кровью истечешь или помрешь от заразы, которая в твои раны попала, то лучше тоже не сделаешь! – Там тела моих друзей, и эти твари их на части рвут! Лидия убрала руки, некоторое время молча взирала на него, и наконец выдала: – Хрен с тобой. Кто там еще есть кроме спригганов? Вальдр растерянно заморгал. – Ты что, хочешь их убить? Так я с тобой пойду! – Еще чего. Ты ранен, так что сиди здесь и смотри за лошадьми. Ну и слушай, что происходит внутри. Если туго будет, я тебе крикну, придешь тогда на помощь. – Ладно… Да, ты права. Так и сделаю. – Отлично. Эй, Вальдр, так кто там еще есть? – Вроде еще один медведь… По крайней мере, я кого-то похожего видел. – Медведь… Это плохо, – пробормотала Лидия, вытаскивая топор из петли, притороченной к седлу Дара. Она отвязала ножны с мечом и положила их рядом с поваленным бревном. – Пожелай мне удачи.

***

После солнечного дня мрак пещеры казался особенно темным. Лидия медленно кралась вдоль каменного тоннеля, аккуратно ступая по сухой земле. Миновав трупы медведя и женщины в грубой кожаной одежде – Ари – она увидела впереди свет, явно дневной. Похоже, близился выход на ту самую поляну, о которой говорил Вальдр. Лидия покрепче сжала рукоять топора. Спригганы были весьма зловредными тварями, да и убивались довольно-таки сложно. Но она знала одно – бить ходячую деревяшку нужно наверняка, тогда есть шанс свалить одним ударом и больше не волноваться. Это она и проделала с первой тварью, выпрыгнувшей из соснового ствола на выходе из скального туннеля. С трудом высвободив лезвие топора из вязкой древесины, составляющей плоть сприггана, она обернулась как раз, чтобы увидеть огромную медвежью тушу, приближающуюся с невероятной скоростью. Чудом увернувшись от удара здоровенной лапы, Лидия прянула в сторону и живо вскарабкалась на песчаный утес над озерцом. Медведь взревел и попытался присоединиться к ней, но край утеса осыпался под его весом. Лидия попятилась к скале, кляня себя за глупость – ведь Вальдр сказал, что тут есть медведи! Она лихорадочно искала выход, но на ум ничего не шло. У нее при себе не было даже лука со стрелами, не говоря уж более подходящем оружии. И по-хорошему – следовало все же прихватить с собой Вальдра. Зверь залез в озерцо и попытался сцапать ее с другой стороны. Лидия отпрыгнула и грязно выругалась, стиснув топор в кулаке. Вероятность, что она выживет, сойдясь с медведем в прямой схватке, была настолько мала, что она и дырявого септима сама на себя не поставила бы. Лидия прижалась спиной к скале и пошарила в поясной сумке. Где-то там завалялся пузырек с ядом морозного паука… Лидия вытащила флакончик и страдальчески нахмурилась – содержимого хватило бы, чтоб обездвижить, а то и убить человека за несколько минут, но для такой громадины его явно было маловато. Второго такого пузырька она не нашла, хотя была уверена, что в свое время положила в сумку парочку. Лидия смазала лезвие топора ядом, следя, чтобы он зря не капал в траву. Медвежья морда шириной с комнатную дверь появилась над рыхлым краем утеса, и она замахнулась, целя в нос, но не достала. Лезвие врезалось в лоб и проскрежетало по толстенной кости, соскользнув вниз по переносице. Хуже и быть не могло, но оценивать провал оказалось не с руки. Лидия отпрянула подальше от разъяренного зверя, с оглушительным ревом крутившегося в озерце. Несколько ударов ее сердца он носился по гроту, натыкаясь на кусты и замшелые бревна, а потом, будто утратив резвость, скрылся в чаще. Лидия некоторое время прислушивалась. Яд вскоре рассосется, и зверюга захочет поквитаться. Она спрыгнула в воду и вступила в схватку с новым спригганом. После медведя твари ее не слишком пугали, несмотря на всю их магию. С последним, или с последней – по очертаниям эти твари отдаленно напоминали женщин – пришлось повозиться, особенно когда эта дрянь обернулась пчелиным роем и принялась гоняться за Лидией по всему гроту. К счастью, та сообразила спрятаться в озерце, молясь про себя всем известным богам, чтоб медведь не оклемался слишком быстро. В конце концов, когда спригган сдался и вернулся к прежнему древесному облику, Лидия выскочила из воды и, не теряя времени даром, расправилась с ним, разрубив деревянную башку пополам. Когда мокрая и изрядно запыхавшаяся, она вылезла из пещеры, Вальдр поднялся навстречу, разинув рот. – Они… – Три сприггана. Твои друзья отомщены. – Так быстро?! – Мне, вроде как, повезло, – отозвалась Лидия, то и дело оглядываясь – ей чудился злобный рев. – Давай, взбирайся на кобылу, и сваливаем отсюда. – Ты… ты великая воительница! – восхитился охотник, пока она подталкивала его к Альфсигре, но потом погрустнел: – Значит, всё кончено. Правосудие свершилось, если это можно так назвать. – Не думаю, что наше правосудие что-то для них значит. Давай живее, там остался еще один медведь.

***

Когда они подъезжали к Фолкриту, Вальдр, молчавший почти всю дорогу, заговорил: – Знаешь, возьми вот это. – Он протянул кинжал в потертых ножнах, похоже, тот же самый, что держал, когда они впервые встретились. – Мелочь, конечно, но для меня это важно. Ари подарила мне его, когда мы в первый раз вместе пошли на охоту. Сказала, что он приносит удачу. Пусть он теперь будет у тебя. – Спасибо. – Лидия взяла клинок и спрятала в седельную сумку. – Я бы предложила собрать людей побольше, чтоб забрать тела из пещеры. – Ага, я так и сделаю… У границ городишки Вальдр неловко спешился: – Пойду поищу кого-нибудь с рогатинами, нужно все-таки похоронить их, как полагается. Найди меня, если вдруг снова здесь окажешься, тебя всегда будет ждать тёплый приём. Он утопал в сторону местного Зала Мертвых. Лидия развернула Подарка и, ведя за собой Альфсигру, поехала к таверне, чтобы отдохнуть. Но прежде нужно было позаботиться о лошадях, и она потратила немало времени на уход за ними. Потом вновь отправилась к колодцу, чтобы набрать воды для себя. Словом, когда она вернулась в таверну, то чувствовала себя окончательно вымотанной. Валга встретила ее широкой улыбкой. – Я слыхала, Вальдр вернулся целым и невредимым, – радостно сказала она, когда вместе с подавальщицей по имени Нарри в четыре руки накрывала на столе обильный ужин. – Жаль остальных, конечно, но хоть об этом теперь можно не волноваться. – Э-э, да, я, кажется, успела вовремя, – отозвалась Лидия. – Он собирался геройски погибнуть в битве за тела своих товарищей. Послушай-ка, я этого не заказывала… – Это за счет заведения, – добродушно улыбнулась Валга. – Да? – Лидия придвинула к себе тарелку. – Что ж, не откажусь. После ужина она вернулась в комнату, растянулась на постели и покосилась на измятую и потерявшую всякий читаемый вид записку от Банри, которую вчера вечером достала из угла. – Надеюсь, с тобой все в порядке, тан, – пробормотала она, прикрывая глаза. – Или я тебя с того света достану.