О тех, кто не слушает добрых советов

Время текло медленно. После обещания, данного Хадвару, Банри только и оставалось, что сидеть неподвижно за какими-то ящиками. Она напрягала слух, но ничего не слышала кроме плеска воды и завывания ветра в штреках. Близкое соседство с четырьмя покойниками нервировало, хотя она в силу профессии частенько имела с ними дело. Казалось, миновала вечность, когда Хадвар наконец за ней вернулся. – Идем, – позвал он несколько изнуренным голосом, – опасность миновала. Банри вылезла из-за ящиков, отряхивая юбку, и почти побежала следом – шаг Хадвара был куда шире ее. – А Фендал?.. – В порядке. Похоже, боги нам сегодня благоволили. Эти ублюдки были до ужаса беспечны. Наверное, молодая банда. Нам удалось их всех снять по-тихому, только последний спохватился и увидел меня, но Фендал его пристрелил до того, как засранец успел что-то предпринять. – И ни один из вас не ранен? – недоверчиво спросила Банри. – Да говорю же – повезло. Удалось подкрасться к ним и подстрелить с расстояния. Они миновали подъемный мост и теперь шли по очередному штреку. Хадвар указал на маленькую комнату, перегороженную железной решеткой. – Глянь, что здесь. А мы с Фендалом пока в большом гроте осмотримся. Банри сделала шаг вперед в сторону двери. – Мы возьмем их вещи? – Она с сомнением осмотрела решетку. – А вдруг они краденые? – Конечно же они краденые. Вернее, награбленные. Вот только их прежних хозяев найти теперь невозможно, по большому счету оттого, что все они наверняка мертвы. По закону все трофеи наши. – Хадвар пинком открыл дверь-решетку. – Вот, занимайся. – Никогда не слышала о таком законе. – Он негласный. Банри вошла внутрь и окинула взглядом обстановку: мешки, ящики, стойка с оружием, огромный, выглядящий очень древним, сундук и махонький столик. Подумав немного, она шагнула к сундучищу и приподняла крышку…

***

Много позже, ближе к вечеру, когда спутники вышли из шахты через запасной ход, Хадвар задушевно сказал: – Послушай, Банри, как по мне, если кто и заслуживает помилования, так это ты. – И быстро добавил: – Но пока генерал Туллий его не подпишет, держись подальше от остальных имперских солдат. Если, конечно, жить не надоело. Банри, на мгновение сбившаяся с шага, осведомилась: – То есть, ты считаешь, что я заслуживаю помилования? Я правильно понимаю? Она заметила, как Фендал покосился на нее, но ничего не сказал. – Ну да, – беспечно отозвался Хадвар. – Я же только что сказал. – Но, чтобы заслужить помилование, нужно сначала заслужить казнь. По-твоему получается, что и ее я тоже заслужила?! Хадвар остановился. – Насколько мне известно, ты нарушила закон… – Какой?! Скажи, ты сам это видел? Где доказательства преступления? Суд, наконец? За что меня хотели казнить? Неужели только за то, что обнаружили неподалеку от повстанцев? А ничего, что они ограбили меня и собирались повесить?! Просто потому, что у меня острые уши, а еще, как они сказали, на шее была «эльфийская цацка»! Хадвар нахмурился и ускорил шаг. – Я не судья и обязан подчиняться старшему по званию, – мрачно отозвался он. – И я все же пытался заступиться за тебя. – Извини, как-то не заметила, лежа на плахе! Они довольно сильно поссорились и пререкались до самого Ривервуда, пока их не остановил Фендал. – Может, заткнетесь ненадолго? Смотрите лучше – в деревне что-то неладно. Банри теперь и сама видела толпу, собравшуюся на главной улице. – Чего это они… – обеспокоился Хадвар и ускорил шаг. Когда они вошли в деревню, от толпы отделился Алвор и быстро направился в сторону племянника и его спутников. – Слава богам, вы вернулись! Его борода, всегда аккуратно расчесанная до этого, теперь была всклокочена, впрочем как и шевелюра. – Дядя… Что случилось? – Дракон… – Дракон?! – испугалась Банри. – Он напал на деревню? Алвор усмехнулся. – Если бы напал, думаю, мы бы сейчас не разговаривали. Нет, он просто покрутился над западным кряжем и улетел. Зато его многие видели. В том числе я. Он оглянулся на соседей, которые с опаской глазели в небо. Фендал проскользнул мимо собеседников и теперь о чем-то говорил с невысокой темноволосой девушкой. – Я должен извиниться перед вами обоими, – сказал Алвор. – По правде говоря, я не поверил, когда вы заявились и начали про дракона рассказывать. В общем, теперь надо думать, что делать. Хадвар поудобнее устроил мешок с трофеями на плече: – Нечего тут думать. Я собираю вещи и отправляюсь в Солитьюд. А ты попробуй успокоить людей. Он решительно двинулся к дядиному дому, Алвор же вновь присоединился к группе людей на улице. Банри, невольно втягивая голову в плечи, как тогда в Хелгене, пошла за Хадваром. Она едва успела закрыть за собой дверь, когда обнаружила, что он уже собирает вещи. – Ты прямо сейчас отправляешься? – спрашивала его Сигрит. – Путь неблизкий, а ты устал. Переночуй, завтра утром пойдешь. Но Хадвар лишь покачал головой, укладывая в мешок с пришитыми лямками буханку хлеба, по куску мяса и сыра, завернутых в чистую ткань, и бутыль с элем. – Чем раньше я выйду, тем быстрее приду. Нельзя медлить. Он спустился на нижний этаж. Было слышно, как он чем-то бряцает внизу. Банри села на кровать рядом с притихшей Дорти и молча смотрела в пол. Если дракон нападет на Ривервуд… В дом вошел Алвор и спросил поднявшегося снизу племянника: – Уже собрался? Хадвар утвердительно кивнул. Он по-прежнему оставался в железной кирасе, взятой у кузнеца, хотя его старую легионерскую броню дядя ему починил, а меч выправил. – В общем, я пошел. И да – теперь вам точно нужно сказать ярлу о драконе. Он поочередно обнял родных, закинул рюкзак с припасами за спину и повернулся к Банри: – Я оставляю все, что мы нашли у разбойников тебе. – Хадвар кивнул на тяжелый мешок возле двери и посмотрел на дядю с тетей. – Подскажите ей, как выгодно с этим разобраться. Те почти одновременно кивнули. – Не волнуйся. – Алвор подошел к племяннику и еще раз обнял его. – Береги себя. – Буду очень стараться. Он вышел. Банри решила проводить его до окраин деревни и выскочила следом. Потихоньку вечерело. Напуганные драконом жители Ривервуда разбежались по домам и теперь улицы пустовали, только чья-то курица важно расхаживала посреди дороги. Выйдя за ворота, Хадвар вдруг сказал: – Слушай, тебе стоит отправиться в Солитьюд и вступить в Имперский легион. – Серьезно?! – Да, целители всегда нужны. – Он помолчал. – Сдается мне, скоро они будут нужны как никогда. Но если уж у бунтовщиков появился дракон, то только генерал Туллий сможет их остановить. Он споро зашагал по дороге, пока обалдевшая Банри пыталась подыскать слова. Через несколько секунд она пришла в себя и крикнула ему в спину: – Хадвар, ты же не думаешь на самом деле, что это ярл Ульфрик наслал дракона?! Тот лишь махнул рукой и продолжил путь.

***

Банри вернулась в дом кузнеца, чувствуя себя осиротевшей. Пожалуй, впервые в жизни, что весьма странно для человека, никогда не знавшего своих родителей и никогда ни к кому особо не привязывавшегося. Почти никогда. Алвор и Сигрит о чем-то спорили, но замолчали, когда Банри вошла в дверь. Некоторое время все трое молча смотрели друг на друга. – Ладно, – сказала Банри. – В чем дело? Алвор тяжело вздохнул, покосился на жену и опустился на ближайший стул: – Давайте присядем и кое-что обсудим. – Он ткнул пальцем в свободное седалище. Банри воспользовалась приглашением, а кузнец забубнил, стараясь не смотреть на нее. – Конечно, то, что вы с Хадваром выжили после нападения дракона и предупредили нас, это замечательно. Но мне нужна твоя помощь. И мне, и всем нам. – Понятно. И что я должна сделать? – Надо сообщить ярлу, что в округе появился дракон. Ривервуд беззащитен. Короче, сообщи ярлу Балгруфу в Вайтран, чтобы прислал солдат. – Алвор потеребил бороду. – Если ты мне поможешь, я буду у тебя в долгу. – Почему я? – спросила Банри. – Потому что я чужая? – Да, – сердито вмешалась Сигрит, – никто из местных не захочет покидать деревню и оставлять родных, когда в любой момент может напасть дракон. Уж лучше всем вместе погибнуть, чем вернуться на пепелище. – Сигрит! Хватит. Банри задумчиво разглядывала древесные жилки на столешнице, потирая шею. – Хорошо. Вы многое сделали для меня, так что, если я могу хоть это для вас сделать, сделаю. Правда, я все же думаю, что кто-то свой добьется больших успехов в этом. В конце концов, с чего бы ярлу и его людям верить неизвестно кому с улицы? – Думаю, если ты сошлешься на мое имя и Хелген, тебе поверят, – отозвался Алвор. – Мне надо прямо сейчас выходить? – Нет, никто тебя не гонит на ночь глядя, – покачала головой Сигрит. – Лучше завтра с утра. К тому же… если даже дракон решит напасть на нас ночью, помощь все равно запоздает, так что какой смысл торопиться? Банри, вспомнив Хелген, хотела было сказать, что отряд солдат, пусть и вооруженных луками, вряд ли сможет противостоять дракону, но промолчала. Незачем пугать людей, они и без того напуганы.

***

Банри решила подготовиться к походу в Вайтран как можно более тщательно. Для начала она достала рюкзак, уворованный из камеры пыток в крепости Хелгена, и вывалила его содержимое на пол. Сразу сдвинув в сторону пузырьки с зельями и мешочки с монетами, она рассмотрела остальные вещи. В частности, две книги – одна, скорее всего, обучала какому-то заклинанию, другая, в черной кожаной обложке с серебряным имперским драконом посередине, носила название «О Драконорожденных». Так же там были: относительно целые и столь же относительно чистые рубаха и штаны, набор из шести отмычек, сушеные яблоки, бутыль с вином, головка плесневелого сыра и кинжал в ножнах. Сыр и яблоки еще можно было использовать по назначению, отмычки и кинжал отправились к зельям и книгам, которые Банри уже раньше отложила к «нужным» вещам. Вино и одежду она, после недолгих размышлений, переместила туда же, и переключилась на мешок с бандитскими трофеями. Там были драгоценные камни (судя по всему несколько крупных гранатов и пара аметистов), еще один учебник с заклинаниями, довольно большой мешок с солью, три копченых фазана, монеты россыпью и в кожаных мешочках, и в довершение всего очередная книга, правда, побольше форматом, нежели колдовская. Надо же, какие образованные разбойники. Раскрыв большой том на первой странице, Банри прочитала:

«Изготовление легкой брони Ревус Сарвани Существуют два вида легкой брони – металлическая и неметаллическая. К металлической легкой броне относятся эльфийские и стеклянные доспехи. Вы наверняка удивитесь, что стекло считается металлом, но внешность обманчива. Материал, который мы зовем стеклом, не имеет ничего общего с тем, которым застекляют окна. Это зеленоватое вещество намного крепче и плавится куда труднее…»

Банри со вздохом захлопнула книгу – это, видимо, тоже был учебник, только для кузнецов или бронников. Она подумала, не предложить ли ее Алвору, но не решилась – судя по имени автор – темный эльф, а норды и данмеры плохо уживаются. Даже такие прогрессивные норды как Алвор. Закончив с сортировкой, Банри обратилась к хозяевам дома с просьбой подсказать, как распорядиться всем этим. – Камни и книжки можно продать Лукану, – осмотрев ее трофеи, проговорил Алвор, – он здесь держит магазин, «Ривервудский торговец». Зелья тоже ему можно. – А соль – отнести Дельфине и Оргнару в «Спящий великан», таверну, – подхватила Сигрит. – Они вечно жалуются, что Лукан мало завозит, и она то и дело не вовремя заканчивается. Кузнец помог Банри собрать все добро в мешок, включая лежалые продукты, закинул его на плечо и сказал: – Схожу к ним с тобой. Может, при мне постесняются тебя облапошить.

***

Сначала они пошли в таверну. Поднявшись по ступенькам, Алвор толкнул дверь, и Банри оказалась в большой, довольно темной комнате с очагом посредине – топили тут по-черному. Кузнец уверенно двинулся к стойке, за которой стоял выбритый, разнообразия ради, норд. Алвор почти миновал очаг, как из боковой двери вышла низенькая светловолосая женщина средних лет и позвала: – Оргнар. Молчание. Алвор остановился. Норд за стойкой глубокомысленно изучал свое рабочее пространство. – Оргнар! – громче повторила женщина. – Ты слышишь меня? Упомянутый Оргнар очнулся от созерцания барной стойки и с некоторой досадой проговорил: – Тебя трудно не услышать. – Эль скоро испортится, – проговорила женщина, пропустив его комментарий мимо ушей. – Нам понадобится новая партия. И вновь тишина. Блондинка громко спросила: – Ты слышал меня? – Ага, – отозвался Оргнар. – Эль скоро испортится. – Значит, со слухом у тебя все в порядке, – недовольно заметила женщина. – Просто сделай так, чтобы мы получили новую партию вовремя. Она повернулась, чтобы уйти, но тут кузнец рискнул вмешаться в беседу: – Дельфина, Оргнар, – подал он голос. Женщина повернулась на звук. – А, Алвор. Вроде еще рано, ты же обычно заглядываешь, когда стемнеет. – Я по делу, – ответил тот. – Мы слышали, что у вас проблемы с солью, и вот у моей… подруги есть несколько фунтов на продажу. Он кивнул в сторону Банри. Дельфина взглянула на нее с подозрением и протянула: – Соль, говоришь? И какого качества? Алвор отошел к стойке, предоставив Банри вести дела самостоятельно. Она тихонько выдохнула. – Каменная. Крупного помола. Без земли. Оцени сама для верности. Она достала кулек с солью из большого мешка. Хозяйка таверны осмотрела товар и спросила: – Все продаешь или как? – Даже не знаю, – проговорила Банри, приняв притворно-задумчивый вид. – Хотела еще по домам пройти, в розницу-то прибыльнее получится. Дельфина скрипнула зубами. – Да местные тебя на порог не пустят. – Даже с Алвором? – безмятежно улыбнулась Банри. Дельфина смерила ее холодным взглядом и процедила: – Даю двадцать пять септимов за весь мешок. – Даже в Сиродиле такой мешочек потянул бы на восемьдесят-девяносто, в зависимости от графства. – Здесь тебе не Сиродил. – Точно, здесь соль куда как дороже. Примерно раза в два с половиной. – Шестьдесят монет. – Сто сорок. – Шестьдесят пять. – Сто сорок пять. – Что? Семьдесят! – Сто пятьдесят… – Проклятье! Обливион тебя!.. – рявкнула Дельфина, да так, что мирно беседующие Алвор с Оргнаром вздрогнули от неожиданности. – Ровно сто… ладно, сто десять септимов и не монетой больше! Больше я не могу себе позволить – просто разорюсь. Банри сделала вид, что задумалась. – Ну хорошо, – протянула она. – Бери за сто десять. Хотя… Но Дельфина, уже успевшая сходить за деньгами, выхватила у нее мешок с солью, сунув взамен увесистый кошелек с монетами. Еще она же купила ту самую плесневелую головку сыра вместе с сушеными яблоками и старые шмотки, дав еще сверху двенадцать септимов. – Пригодятся, когда какой-нибудь забулдыга обольется медовухой, – проговорила она, сворачивая тряпки потуже и обвязывая сверток поясом. Потом добавила с усмешкой: – Кстати, с сыром ты продешевила – это элитный эйдарский. Люкс, можно сказать. Банри пожала плечами, сыр с плесенью, пусть сто раз люкс, она и на родине терпеть не могла. Пока она торговалась с трактирщицей, зал таверны наполнился людьми. К Алвору и Оргнару, стоящим у стойки, присоединился сынок бабки, первой увидевшей дракона в тот день, когда они с Хадваром пришли в Ривервуд. Парень что-то горячо рассказывал мужчинам, сжимая в правой руке лютню. Банри приблизилась и услышала: – …Фендал думает, что может увести у меня Камиллу Валерию, а я, меж тем, не раз ему говорил, что она уже моя! Пусть валит в свои леса и ловит остроухих девок. – Тут он увидел Банри: – О, да ему и ходить далеко не надо – на ловца и зверь бежит. Парень хотел еще что-то добавить, но тут кто-то из другого конца таверны крикнул «Свен! Сюда!» и он убежал на зов. Банри вопросительно посмотрела на оставшихся у стойки. Алвор возвел очи горе, а Оргнар пояснил: – У нас тут в Ривервуде вроде как любовный треугольник. Фендал и Свен – оба увиваются за Камиллой. – Угу, понятно. Камилла – это такая чернявая, пухлогубая и с косичками? – Ага, она самая. Младшая сестра Лукана. – Кстати про этого Лукана… Так мы пойдем к нему сегодня? – Да, конечно, – с готовностью проговорил Алвор. – Только… э… ты не подождешь пару минут? Оргнар, налей ей за мой счет. Взяв протянутую кружку с элем, Банри отошла к свободному столу и уселась на скамью. Она сделала глоток и покачала головой. А еще говорят, что женщины чересчур болтливы. Она почти ополовинила емкость с напитком, когда рядом присел Свен. – Извини, та шутка тупая была. – Ладно. Банри пялилась в свою кружку, а Свен ерзал рядом, но не уходил. Она вздохнула. – Ну спрашивай, или чего тебе? – Ты вроде бы издалека идешь… – Из Сиродила. – Ого, круто. Наверняка можешь рассказать о дальних странах и поделиться парочкой новых историй… – Вряд ли. У меня довольно скучная жизнь. Была. – Банри отставила кружку, решив, что продолжать не хочется и посмотрела на Свена: – Лучше ты утоли мое праздное любопытство. Вы с Фендалом влюблены в одну девушку? Свен сначала нахмурился, а потом самодовольно ухмыльнулся. Банри уже поняла, что он очень молод – не старше двадцати, а мамаша-то выглядела довольно старой… Поздний ребенок? – Камилла Валерия знает, что во всем Ривервуде ей не сыскать парня лучше меня, – объявил тот, пока Банри пялилась. – Эльф льстит себе, если считает, будто она выберет его. Я-то видел, как он крадется к «Ривервудскому торговцу», чтобы поболтать с ней, когда меня нет рядом. Зря только время теряет. – Ага, – закивала Банри. – Когда двое проводят время вместе, им просто не суждено стать парой. Свен одарил ее хмурым взглядом. – Это сарказм? Я слышал шуточки посмешнее от Оргнара. – Он почесал в затылке. – Однако определенный смысл тут есть. Если Камилла и дальше с Фендалом будет любезничать, ничем хорошим это не закончится. Он вдруг принялся что-то искать у себя за пазухой и в конце концов выудил помятую бумажку и маленький огрызок угольного карандаша. Разгладив листок на столе, он принялся выводить какие-то каракули, сопя от усердия. – Вот, возьми. – Свен закончил водить углем по бумаге и, хихикая словно нашкодивший ребенок, протянул Банри записку. – Отнеси Камилле. Вы ведь с Алвором потом в лавку пойдете? Я слышал. Короче, скажи ей, что оно от Фендала. Тогда она перестанет приглашать этого эльфа в гости. Он хотел добавить еще что-то, но тут его опять позвали, и Свен, сунув Банри исчерканную бумажку в руку, убежал. Она все еще растерянно комкала послание в ладони, когда Алвор, наболтавшись всласть с Оргнаром, пришел за ней и сказал, что пора идти в «Ривервудский торговец». Встретившийся на пороге таверны Фендал хмуро сказал: – Ты там не со Свеном болатала?.. А, не важно. Это не мое дело. – Он махнул рукой. – Но на твоем месте я бы держался от него подальше.

***

Банри шагала за кузнецом, уныло глядя под ноги. До сего дня она считала, что утверждение альтмеров о том, что люди – тупые и примитивные создания – всего лишь не менее тупые расистские заявления. Поведение Свена сильно поколебало ее уверенность. Впрочем, и до сих пор ей встречались «достойные» представители рода человеческого, взять хотя бы тех, что едва не прикончили ее в лесу, или тех, что хотели отрубить ей голову за просто так. За своими мыслями Банри не заметила, как они с Алвором дошли до лавки. Записку она по-прежнему сжимала в кулаке. Кузнец открыл дверь и сразу направился к черноволосому усатому мужчине, стоявшему за прилавком. Пока они обменивались приветствиями, Банри заметила Камиллу – девушку с темно-каштановыми косичками-крендельками на голове. Это с ней разговаривал Фендал пару часов назад, когда они вернулись из шахты. Банри разгладила записку Свена и спросила: – Ты Камилла? – Да, – ответила девушка, дружелюбно улыбнувшись. – А ты, наверное, Банри. Фендал рассказывал, что ты очень помогла с теми бандитами. Банри моргнула. Она не сразу поняла, о каких бандитах речь. Если о тех, что из шахты, тогда Фендал, похоже, очень тактичен – ведь на самом деле она только путалась под ногами у них с Хадваром. – Думаю, он преувеличивает. Камилла вновь улыбнулась. – Ты что-то хотела? «Да. Не общайся с придурком-Свеном. И с Фендалом заодно. Он опасен». В общем, она хотела сказать так, но вместо этого выпалила: – Свен просил передать тебе это письмо, якобы от Фендала. – А? Ты о чем? Какое письмо? – Понятия не имею. Его мне подсунул Свен и попросил отдать тебе. Я не читаю чужие письма. Камилла пробежала глазами по корявым строчкам и тихо сказала: – Вот как. И он… хотел, чтобы я думала, что это написал Фендал? Увидев выражение ее лица, Банри решила, что письмо не сильно приятного содержания. Камилла, тем временем, решительно смяла несчастный листок и швырнула его в очаг. Проследив, как огонь пожирает бумагу, она сказала: – Н-да, не ожидала от него. Но спасибо за правду. Может, поговоришь еще и с Фендалом? Я уверена, он будет благодарен, что ты отказалась его оболгать. Она быстро попрощалась и почти убежала наверх по лестнице, оставив Банри мучиться угрызениями совести. Впрочем, они живо отошли на задний план, Алвор уже махал ей от прилавка. Лукан купил камни, часть зелий и книги заклинаний, заплатив очень неплохую цену. Банри практически вернула себе те деньги, что отобрали у нее мятежники недалеко от границы. А если прибавить найденное в пещерах золото и сто двадцать два септима, вырученные за продукты, то получалось и вовсе с прибытком. Две обычные книги, про Драконорожденных и броню, Банри не стала продавать, так как планировала почитать их сама. Когда она вслед за Алвором вползла в его дом, давно стемнело. – Ну наконец-то, – сказала Сигрит шепотом. – Чего так долго? – Торговля – не быстрое дело, – начал было Алвор, но был прерван женой. – Да тише ты! Дорти спит. Алвор со стуком захлопнул рот. – Идите вниз, – велела Сигрит, укладываясь в постель. – Там поужинаете. Последовав за хозяином на нижний этаж, Банри уселась за небольшим столиком напротив него. Когда утолили первый голод, она попросила: – Расскажи мне о ярле. Надо же мне знать, как к нему подступиться. – Ярл Балгруф? Ну… он правит Вайтраном. Хороший человек, может быть, слишком осторожный, но времена нынче опасные. Пока что он умудрялся сохранять нейтралитет. Но долго ему не продержаться. Особенно теперь. – М-м-м, понятно, только я не совсем это имела в виду. Как мне доставить ему послание-то? – В смысле? Придешь в Драконий Предел, скажешь там, что тебе надо увидеть ярла, тебя к нему приведут, вот и расскажешь. – А?! Ты серьезно?! Алвор почесал в затылке. – Ну да. Что не так? – Все! По-твоему я просто так могу зайти в замок (или чего там у него?) вашего ярла?! – Почему нет? Банри, растерянно моргая, развела руками, не зная, как еще донести до него, что в Сиродиле подобное просто невозможно. Там даже за стены резиденции графа простому жителю трудно попасть, почти невозможно. – Ладно. На месте разберусь. Алвор кивнул и добавил: – Если уж боишься самого ярла, попробуй найти его управителя. Хотя… лучше бы, конечно, прямо Балгруфу все изложить. Банри покачала головой. – Не знаю, Алвор, как-то это… Ну сам подумай, правильней бы было, чтобы кто-нибудь из вас, ривервудцев, до ярлового замка прогулялся. Это же само собой напрашивается. – Да никто не пойдет. – Даже ты? – А чего я? У меня работы невпроворот. Эти двое – Гердур с Ходом – тоже своей лесопилкой чуть не круглые сутки заняты, а остальным насрать на все. – Дракон-то, как я поняла, всех напугал… – Недостаточно, – поморщился Алвор. – Я спрашивал, готов ли кто пойти, так все принялись в башках чесать и носами крутить. Мол, авось пронесет. Банри сдалась и уткнулась в свою тарелку, но потом заинтересовалась: – Выходит, ваш ярл пытается на двух стульях усидеть? Может, он просто вид делает, что не принимает ни чью сторону в этой вашей… войне? – Да хрен знает. По-моему, ему не особо нравится ни Ульфрик, ни Элисиф. И как его не понять, особенно после всего? Но я уверен, он до конца сохранит верность Империи. Он не предатель, в конце концов. – А… Элисиф? Это кто? Алвор почесал бороду. – Забыл, что ты не из местных, и вообще недавно в Скайриме. Ярл Элисиф. Но, по правде говоря, она ярл только потому, что была замужем за ярлом Торугом, когда его убили. Ульфрик убил Торуга, если не знаешь. – Ага… – Да… Пришел прямо во дворец Солитьюда и убил его. Криком убил, если верить пересудам. Из-за этого война и началась – Империя не могла закрыть глаза на такое. Если ярлы начали друг друга убивать – значит, вернулись старые жестокие времена… Решив, что не хочет знать, как можно убить криком, Банри поинтересовалась: – Ты сам-то за кого, за Империю? – А ты как думаешь? Мой племянник – из Легиона, и сестра когда-то за легионера вышла. Конечно за Империю. Скайрим всегда был ее частью, глупо теперь от нее отстраняться. Не то чтобы мне нравилось все, что в последнее время делает Империя, но норды не отказываются от дружбы просто так. Некоторое время они ели молча. Банри подумала, что и ей, пожалуй, не нравится все, что Империя сейчас делает. Например, несколько дней назад она пыталась отрубить ей голову. Ни за что. Конечно, это была не вся Империя, а всего лишь бабища, манкирующая своими обязанностями, вернее, наоборот, уж чересчур рьяно их исполняющая, да и решилось все не так печально для Банри, но осадочек, как говорится, остался. Теперь она долго не сможет чувствовать себя в безопасности рядом бойцами Легиона. Если вообще когда-нибудь сможет. – В Сиродиле почти никто не знает, что у вас тут война, – сказала она. – На юге, по крайней мере, точно – я оттуда родом. Я впервые услышала, что в Скайриме не все спокойно, только в Бруме. И то – там говорили о мятежниках как о небольшой группе смутьянов-националистов. Алвор усмехнулся. – Император, видать, не хочет, чтоб в других провинциях знали, что у него тут проблемы. Да, тут война – идет с переменным успехом для обеих сторон. Уже несколько крупных сражений было. – С чего вдруг она началась-то? – Да все из-за того же… Ну, вообще народ справедливо возмущается. – Алвор отодвинул тарелку и принялся стряхивать с бороды хлебные крошки, – Проклятым талморцам позволили бродить где угодно и хватать людей только за то, что они молятся Талосу… – Тут молятся Талосу?.. О. Я думала… Извини, продолжай. Алвор прищурился. – М-да. В общем, это я к тому, что, как по мне, это не стоит того, чтобы рвать на части Скайрим и убивать друг друга на потеху эльфам. Ульфрик должен ответить за то, что наделал, в конце концов. И вообще – норды всегда поддерживали Империю, а Империя была милостива к Скайриму, а это восстание может ее погубить. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди с самым мрачным видом. – Это правда? – спросила Банри. – Что талморцы хватают людей за то, что они кому-то не тому молятся? Алвор вздохнул. – Да. Ну, я так слышал. Вообще эти слухи лишь пару лет ходят, раньше такого не было, хотя Талосу у нас большинство молиться и не переставало. Ну втихаря, конечно. Это все из-за того договора, который император подписал в конце Великой войны. Помнишь, Талмор заставил императора запретить поклонение Талосу? – Банри кивнула. – Я тогда был мал, но, помню, мы не особо обратили на это внимание – у каждого дома был маленький алтарь. Но когда Ульфрик и его «Сыны Скайрима» начали гнать волну, что, мол, нордов угнетают, тогда императору пришлось вмешаться. Тогда и пошла молва – типа, людей хватают по ночам… это и вызвало войну, как по мне. Банри наконец наелась и принялась собирать грязную посуду. Засунув ее в бадью с горячей водой, она с трудом удержалась от зевка. Алвор, тоже почти дремавший на стуле, проговорил: – Давай заканчивай, и укладывайся спать. Завтра надо встать пораньше.

***

Наутро Банри проснулась, когда рассвет только забрезжил. Она быстро натянула на себя старые штаны Алвора, которые тот носил, когда был подростком, рубашку Сигрит и сунула ноги в ее же старые башмаки. Рюкзак она собрала с вечера и поставила у входной двери, так что ей оставалось только подхватить его выходя из дому. Уже поднявшийся Алвор проводил ее за околицу в ту же сторону, куда вчера ушел Хадвар. – Перейдешь Белую, а потом иди на север, – напутствовал он Банри. – Увидишь город сразу за водопадом. Как придешь в Вайтран, продолжай подниматься выше. На вершине холма стоит Драконий Предел, дворец ярла. Тебе туда. – А меня туда точно пустят? – Должны. Я ж говорю – ярл любых просителей принимает. – Оглянувшись через плечо, Алвор протянул Банри весьма потрепанную книжку: – Вот, это э-э-э… словом, путеводитель. – А чего шепотом? – осведомилась Банри, беря томик в руки. – А-а, тут написано «Вайтран: путеводитель для джентльменов». Я не джентльмен. – Да какая разница?! – занервничал Алвор. – Главное, там написано, э… В общем, где что в городе расположено. – Ну-ну. Ладно, спасибо. Постараюсь вернуть в целости. – А вот это не обязательно. Можешь ее продать или еще чего. – Он еще раз оглянулся. – Сигрит не нравится эта книжка… Банри подозрительно сощурилась и засунула книгу в свой мешок.

***

Она вышла из деревни, миновала мост через указанную реку и теперь шагала по довольно широкой дороге вдоль ее левого берега, постепенно спускаясь в долину. Путь протекал в целом без приключений, только один раз из-за пригорка выбежал волк, но Банри отогнала его магическим огнем. Тракт повернул, лес, растущий по обе его стороны, поредел и раздался в стороны, и взору Банри предстал Вайтран. Погода была ясной и солнечной, и с пригорка открывался отличный вид на долину. Город возвышался на холме, склоны которого облепили многочисленные домишки, с такого расстояния кажущиеся игрушечными. Банри думала, что Вайтран – большой город, но не думала, что настолько – навскидку он почти не уступал ее Скинграду. Зазевавшись, она чуть не столкнулась с пешим конвоем из имперских солдат, сопровождавших какого-то типа в наручниках. Банри в страхе попятилась к обочине, почти ожидая, что и ее сейчас повяжут, но ближайший легионер только шуганул ее с дороги. Подавив желание рвануть с места в карьер, она втянула голову в плечи, опустила глаза и засеменила вниз с холма. Когда Банри спустилась в долину, было уже сильно за полдень. Похоже, здесь начиналась тундра – почти никакой растительности выше колена, в основном – махонькие кустики и ягель, устилавший почти все свободное пространство. Банри устало передвигала ноги, ей казалось, проклятый город нисколько не приблизился. Миновав двор под вывеской «Медоварня Хоннинга», она продолжала двигаться вдоль реки, когда услышала крики, звон металла и свист стрел – звуки боя трудно было с какими-то другими перепутать. Повертев головой, она быстро подбежала к каменной ограде и спряталась за ней. Потом осторожно выглянула из укрытия. На соседствующей рядом с медоварней ферме три человека в доспехах и с оружием в руках атаковали… наверное, великана. Создание, отбивавшееся огромной дубиной от троих карликов с оружием, было очень похоже на бородатого человека в меховой набедренной повязке, вот только раз в пять больше обычного. Наконец трем воякам удалось сбить гиганта на колени, и один из них, подлетев вплотную к противнику, нанес ему смертельный удар и теперь переводил дух, опираясь на меч. Банри вылезла из-за ограды и осторожно пошла к месту битвы. Ей было жаль великана, хотя тот наверняка при встрече попытался бы придавить ее на месте огромной мозолистой ступней. Впрочем, к состраданию примешивалось любопытство – хотелось поближе рассмотреть невиданное доселе существо. Когда она подошла, оказалось, что воин с луком – женщина, рыжеволосая и с раскрашенным зеленой краской лицом. Лучница убрала оружие за спину и покосилась на Банри. – Ладно, с этим разобрались, – хмыкнула она. – Без тебя. Банри насупилась, но все равно почувствовала, что уши у нее теплеют. Видать, рыжая заметила, как она храбро спряталась за оградой. – По-моему, вам не нужна была помощь, – промямлила она, разглядывая странный наряд собеседницы – кожаную тунику с открытой спиной, наплечники с орнаментом и неуклюжие сапоги. Женщина была довольно низкорослой для нордки – всего на ладонь выше Банри. – Конечно нет, – фыркнула лучница. – Но настоящий воин только обрадуется возможности сразиться с великаном, поэтому я здесь, с моими братьями по оружию. То есть с братом и сестрой. Банри проследила за ее взглядом. Оказывается, один из стоявших рядом с трупом гиганта воинов тоже был женщиной. – Ну а я и не воин, – пожала плечами Банри. – Вы наемники? Рыжая сощурилась и надула щеки. – Ты что, не из Скайрима? Не слышала о Соратниках? – Не-а… – Соратники – орден воинов. Мы братья и сестры по доблести. Мы приходим на помощь, если плата достойная. «То есть – наемники», – подумала Банри и брякнула вслух: – Значит, вы что-то вроде местной гильдии Бойцов? Что ж, есть чем гордиться. Должно быть, сарказм был чересчур очевиден. Рыжая резко захлопнула рот, смерила Банри ледяным взглядом и процедила: – Тебя забыли спросить. – Она повернулась, чтобы уйти, и бросила через плечо: – Если считаешь себя лучше нас, пойди поговори с Кодлаком Белой Гривой. Увидишь, что значит настоящий воин. – Не хочется что-то, – пробурчала Банри, следя, как лучница со своими приятелями покидает изрытое поле боя. Она не стала испытывать судьбу и подробно расспрашивать про этого Кодлака, Союзников – или как их там? – и уныло поплелась в сторону города, мысленно костеря свой длинный язык. Не прошло и недели, как она попала в Скайрим, а уже столько недоброжелателей. Вот и эта рыжая еще… Эх, говорила ей матушка сперва думать, а потом рот открывать… Перейдя через мост, она оказалась возле городских конюшен. Банри справилась о пути в город у одного из здешних рабочих и направилась по взбирающейся на холм дороге. Стены при ближайшем рассмотрении оказались, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Алвор как-то упомянул, что Вайтран – один из богатейших холдов в стране, так неужели у ярла нет денег, чтобы починить укрепления своей столицы? – Стой! – велел солдат в шлеме, полностью закрывающем лицо, когда Банри миновала подъемный мост и подошла к воротам. – Из-за драконов город закрыт. Проход только по официальной надобности. Банри испугалась. Драконы во множественном числе? – Ривервуд просит помощи у ярла, – сказала она, со страхом покосившись в небо. – Ривервуд тоже в опасности? Проходи, живее. Ярла найдешь в Драконьем Пределе, это на вершине холма. Банри благодарно кивнула и просочилась сквозь приоткрытые ворота. Вайтран был практически целиком построен из дерева, каменными были только фундаменты домов побогаче, да стены – внешние и внутренние, разделявшие город на районы. Сейчас она находилась в самом нижнем из них, но Драконий Предел все равно господствовал над всеми остальными зданиями – его крышу было хорошо видно с самого низа. Она медленно поднималась по лестницам и узким улочкам, пока не вышла на площадь, в центре которой стояло огромное высохшее дерево. Подивившись столь своеобразному украшению города, Банри направилась к лестницам, ведущим непосредственно к дворцу ярла. В Корроле, где ей доводилось бывать целый один раз в детстве, на главной площади тоже стоял огромный дуб, но он хотя бы был до сих пор жив. Вблизи Драконий Предел казался еще огромней. Банри осторожно ступила на мост, перекинутый через небольшой водоем – это был единственный путь к гигантским дверям в замок, которые, несмотря на свежий ветер, гуляющий на вершине холма, были слегка приоткрыты. Банри проскользнула в зазор и перевела дух. Странно, но ни один из стоящих на посту стражников не окликнул ее, да даже головы не повернул. Банри тихонько хмыкнула. В графский замок в Скинграде она ходила дважды, и оба раза приходилось юлить, умолять, трясти бумагами с нужными подписями и иногда давать взятки, чтоб пустили внутрь. Тут, видать, совсем другие правила. Она сделала несколько шагов по направлению к широкой лестнице впереди, постояла в нерешительности и начала подниматься. Зал был почти пуст – только в дальнем его конце на троне, который от лестницы отделял огромный очаг в полу, кто-то сидел. Наверное, ярл. Справа от него, почтительно склонившись, стоял человек. Банри, продолжая идти вперед, услышала обрывок разговора: – …Нет, никто точно не знает, что все это может означать. Слева от трона разместилась женщина из темных эльфов в кожаном доспехе. При виде Банри она обнажила меч и направилась прямо к ней, сердито нахмурившись. – И что я, по-твоему, должен делать? – говорил ярл. – Ничего? – Мой господин, прошу вас. Сейчас не время для безрассудства. Я просто говорю, что следует собрать больше сведений перед тем, как действовать. Я просто… Он замолчал, потому что ярл, наблюдавший за женщиной-данмером, осведомился: – А это еще кто? Банри застыла на месте, пытаясь не делать резких движений – напороться на меч ей совсем не хотелось. Женщина в доспехах была совсем близко. – Что за манеры? – сердито сказала она, обогнув очаг и встав перед оробевшей Банри. – Ярл Балгруф не принимает посетителей. – Алвор сообщает, что Ривервуд в опасности… – Мой долг как хускарла – защищать ярла и его подданных от всех опасностей. Я внимательно слушаю, рассказывай. – Но… Мне было велено передать сообщение лично ярлу… – Все, что ты хочешь сказать ярлу, можешь сказать мне. Я начинаю думать, что… – Все в порядке, Ирилет, – подал голос ярл. – Мне интересно послушать, что она скажет. Ирилет после секундной заминки убрала меч в ножны и приказала, недовольно хмурясь: – Подойди к трону. Когда Банри робко приблизилась, ярл – светловолосый и светлобородый человек с драгоценным обручем на лбу, спросил: – Что значит – Ривервуд в опасности? – Видимо, вам уже известно, что дракон разрушил Хелген. В общем, Алвор считает, что на очереди Ривервуд. Там… видели дракона буквально вчера. Не в самом Ривервуде, а над горами рядом. Балгруф задумчиво погладил кончик бороды. – Алвор, Алвор… Алвор? Это кузнец, да? – Банри, справившись с изумлением, кивнула. – Надежный, хороший человек, насколько я помню. Он врать просто так не будет… – Ярл медленно положил ладони на резные подлокотники кресла. – Так что, Хелген действительно разрушил дракон? Не парни Ульфрика? Банри покачала головой. – Я – свидетель нападения на Хелген. Дракон сжег его дотла, перебил жителей и гарнизон. Спаслись немногие. Ну… я среди них. – Во имя Исмира… – пробормотал Балгруф. – Ирилет, ты была права! Что скажешь теперь, Провентус? По-прежнему будем надеяться, что стены защитят нас от любой беды? Даже от дракона? – Мой господин, – вмешалась Ирилет, – нам немедленно следует отправить войска в Ривервуд. Если этот дракон прячется в горах, они в страшной опасности… – Ярл Фолкрита воспримет это как вызов! – тут же возразил Провентус. – Он решит, что мы переметнулись к Ульфрику и пошли на него войной. Нам не следует… – Довольно! – рявкнул ярл. – Я не намерен сидеть сложа руки, пока дракон жжет мои владения и убивает моих людей! Ирилет, немедленно отправь отряд в Ривервуд. – Да, мой ярл. Она удалилась, а Провентус смиренно поклонился: – Прошу меня простить, я… вернусь к своим обязанностям. – Это будет лучше всего, – процедил ярл, провожая его хмурым взглядом, а потом уставился на Банри: – Молодец. Весьма разумно с твоей стороны было проявить инициативу и найти меня. Вайтран у тебя в долгу, и я этого не забуду. Он поднялся с трона и спустился по ступенькам. – Подожди здесь немного, мне нужно еще кое о чем тебя расспросить. Ты, наверное, проголодалась, так что присаживайся. – Балгруф указал на пару длиннющих столов по обе стороны от очага и подозвал к себе какого-то слугу. – Тебе сейчас принесут поесть. Отдав указания, ярл удалился в сторону той же лестницы, где скрылся Провентус. Банри осторожно устроилась у краешка правого стола – как раз на этой стороне зала был большой проем, ведущий в замковую кухню. Банри в очередной раз отметила различия между культурами – в сиродильских замках кухня была спрятана с глаз долой, и чтобы найти ее, нужно было сильно потрудиться… Ждать пришлось довольно долго. То ли слуги были не слишком расторопны, то ли готовить пришлось заново, но Банри почти клевала носом, когда ей, наконец, принесли поесть. Насыщаясь горячим сочным мясом и фруктами, она подумала, что жизнь, пожалуй, налаживается. И деньги кое-какие появились, и хорошие знакомые. Да и ярл отнесся к ней благосклонно. Наполнив желудок, Банри вылезла из-за стола. Слуги куда-то попрятались, и во всем чертоге осталось лишь несколько человек – она сама и четверо стражников. Банри, немного подумав, решила устроиться на одной из лавок у стены. Она присела на скамью и поставила рядом вещевой мешок, обхватив его рукой, сонно обвела взглядом зал, оперлась на рюкзак и сама не заметила, как задремала.