О тех, кто не слушает добрых советов

Из привратного зала вниз вела широченная лестница, они спустились, и очутились в столь же широком тоннеле, потолок которого прятался во мраке. Вообще здесь было очень темно везде. Только в том гигантском чертоге можно было перемещаться без факелов – через большие отверстия в кровле туда просачивался свет, да еще типчики, которых пристрелил Фендал, развели костер прямо недалеко от лестницы. Банри остановилась посреди коридора и опустила факел, разглядывая следы в толстом слое древней пыли. – Двое, – негромко определил Фендал. – Причем недавно. – Те двое наверху говорили только про какого-то темного эльфа… Фендал склонился над пылью. – И все же тут две цепочки следов. Сама видишь. Только… Хм. Одни свежее, совсем недавние, почти как наши, – он указал большим пальцем за спину, – а вот эти постарше. Менее четкие – на них уже успела улечься пыль. Сутки или около того. Банри вздохнула. В носу тут же засвербело, и она чихнула в перчатку. – Думаешь, они настроены так же, как и их друзья? – Наверняка. Так что надо быть начеку. Пойдем. Коридоры сменялись залами, залы коридорами, иногда приходилось спускаться по другим гигантским лестницам. Банри отметила, что руины почему-то спланированы линейно. Никаких ответвлений от основного пути, только изредка попадались ниши. Впрочем, так казалось только поначалу, потому что позже спутникам встретились ходы в другие помещения, вот только они были давно и наглухо завалены. Банри с тоской думала: а что, если скрижаль находится именно там, за обрушенными арками? Тогда ей вовек не выполнить приказ ярла, а о его благосклонности и возможности обрести новый дом в Вайтране можно забыть. Фендал давно затушил свой факел и теперь держал лук наготове. Банри он велел сделать то же самое. Она подчинилась, хотя и не была уверена, что в критической ситуации сможет с успехом им воспользоваться. Они прошли мимо еще одного завала, перешагивая через толстые корни на полу, и начали спускаться по очередной лестнице, но на середине пролета Фендал остановился и прошептал: – Смотри. Сквозь проем Банри увидела человека, одетого в такие же меховые одежды, что и те трое наверху. Человек держал в руке факел и медленно водил головой из стороны в сторону, видимо, озираясь. Когда он повернулся, Банри отчетливо разглядела очертания ножен, прицепленных к его поясу. Постояв так несколько секунд, бандит подошел к рычагу на невысокой платформе, ухватился за рукоять и дернул на себя. Раздался какой-то свист, разбойник завопил и рухнул как подкошенный, дергаясь в конвульсиях. Фендал отшатнулся, бормоча проклятия, а Банри испуганно застыла. Некоторое время оба стояли, не шевелясь и почти не дыша. Потом Фендал, крадучись, вышел в зал и с опаской посмотрел на бандита. Тот не шевелился. Банри решила, что он мертв – уж слишком неестественной была его поза. Фендал подтвердил ее подозрения, подойдя к телу и, потыкав его рогом лука. – Иди сюда. Кажется, он готов. Факел, оброненный разбойником, продолжал гореть. Банри нацепила все еще натянутый лук на спину, подобрала факел и приблизилась, осветив труп у фендаловых ног. – Странно, – проговорил тот. – Отчего же он умер? Банри протянула ему факел: – Подержи. Она присела рядом с телом на корточки и осмотрела его. Несчастный был сплошь истыкан какими-то толстыми иголками. – Не повезло, – заключил Фендал. – Прямо на ловушку напоролся. Банри глянула в сторону выхода из зала. – Он, наверное, хотел убрать ту решетку. Этот рычаг – фальшивка, которая активирует западню. Надо поискать настоящий. – Ты так хорошо разбираешься в этих штуках? Я думал, ты в этих развалинах впервые. – Впервые. Но в Сиродиле тоже есть развалины, хоть и другие. И там тоже небезопасно ходить порой. Ловушка может быть одноразовая, – продолжила она, с сомнением глядя на злополучный рычаг. – Так что можно попробовать снова им воспользоваться. – А если не одноразовая? – вкрадчиво спросил Фендал. – Что тогда? Банри развела руками. – Ладно, тогда давай искать другой рычаг. Они обшарили весь зал. Искали по отдельности и вместе, поднялись по лестнице на верхний ярус, переворачивали обломки, сдвигали в сторону древнюю мебель, что стояла там, вышли из зала тем же ходом, что и вошли, и осмотрели лестницу. Второго рычага не было. Тогда Банри предложила простучать стены и пол – может, найдутся какие-нибудь нажимные пластины. Фендал, услышав это предложение, уставился на нее и сказал: – Ты, может, не заметила, но этот зал довольно большой, и потолок высоко… – Заметила. Но нам нужно пройти дальше. Мне нужно пройти. Фендал вздохнул. – Давай снова попробуем этот рычаг. Вдруг ты права, и ловушка одноразовая? Или еще не перезарядилась. – А если я ошибаюсь? Тогда мы в ежей превратимся, жаль посмеяться некому будет. – Можно привязать веревку, отойти в безопасное место и потянуть. – Неплохо, – после секундного раздумья отозвалась Банри, – а веревка у тебя есть? – Э… Нет, нету. – Эльф сокрушенно покачал головой. Последовала пауза, во время которой оба на все лады ругали себя и спутника. Молча, само собой. Потом Банри предложила сделать веревку, связав тетивы их луков. – Ни за что, – отрезал Фендал. – Не дам портить свой лук. И твой тоже. К тому же их длин не хватит. – Можно еще наши пояса добавить. – Нет!!! – Тогда предложи что-нибудь получше! А то только критикуешь! – Давай разденем того парня, порежем его шмотки на полосы и свяжем. Вот тебе и веревка. – Фендал, легче и быстрее вернуться в деревню и купить там нормальную веревку. В конце концов, договорились стащить пояса, в том числе и с почившего бандита и связать их вместе. Выяснилось, что этой длины недостаточно. Под давлением обстоятельств Фендал дал слабину и позволил снять с луков тетивы. Полученную веревку осторожно привязали одним концом к рукоятке рычага. Другой конец Фендал зажал в ладони и, когда оба укрылись за стеной, дернул его. Рычаг сместился, послышался знакомый свист и звон металла о камень, возвестившие, что ловушка все еще смертоносна. – Что же делать?.. – простонала Банри, вернувшись в зал. Она даже попробовала поднять решетку вручную, но с тем же успехом можно было стены пихать – проклятая железяка оказалась не менее монументальной, чем окружающий камень. Фендал уселся на ступенях лестницы и, пошарив в своем заплечном мешке, достал кусок хлеба. Близость покойника его явно не смущала. Банри, пнув решетку, побрела к выходу, уныло глядя себе под ноги. На полпути она передумала и решила последовать примеру спутника, после чего достала свою краюшку. Мрачно жуя, она подобрала все еще горящий факел мертвеца и медленно прошлась до противоположной от лестницы стены. Фендал закончил с трапезой и забросил свой рюкзак за спину. – Ну что, пойдем назад, что ли? Банри не ответила. Она стояла у стены и кое-что там разглядывала, слегка наклонившись. – Что там?.. – Что-то интересное, – медленно проговорила Банри. – Глянь-ка сам. Фендал оглядел находку. В стене имелись три ниши, в каждой из которых в свою очередь располагалось по небольшой пирамидальной колонне с тремя гранями. Относительно небольшой – не выше человеческого роста. На крайних пирамидках красовались картинки, изображающие какую-то хищную птицу, может, сокола или орла, на средней – нечто вроде большой рыбины. – Что это? Кстати, почему мы их сразу не заметили? – Понятия не имею. На оба вопроса. Может, просто украшения? Только странные, я думаю, они вращаются. Смотри. Банри с усилием повернула среднюю колонну, и «рыбина» сменилась еще одним «орлом». – Видишь? Я уже где-то видела похожие символы… Она отошла от колонн и, приподняв факел повыше, осмотрелась. Немного погодя, она указала на груду каменных обломков неподалеку от рычага – там среди битых кирпичей виднелась довольно большая пластина с изображением змеи. – Она откуда-то выпала – заметил Фендал и предложил: – Посмотрим наверху. Зажги еще один факел. Поднявшись по ступенькам, они молча обозрели освещенную огнем стену. – Поверить не могу, – сказала Банри после недолгого молчания. – Мы же столько раз мимо них проходили… – Тут даже для меня темно. А вблизи их особо не рассмотришь. – Ладно, и что мы имеем? Картинок на стене три… было три, если считать выпавшую. И колонн три. Надо выставить на колоннах те же изображения, что и на стене. – И что будет? – Ну… – Банри неопределенно пожала плечами. – Наверное, решетка поднимется. Наверное. – Хорошо… Давай попробуем. Ничего другого-то не остается… – Отлично! Тут у нас «змея» и… – …«Кит». – Как по мне, так это лосось. – Кит. Гляди, ласты какие. Да и по форме больше похож. – Ладно, пусть будет кит. Итак, слева змея, посередине тоже змея... – Почему? Ах да, та, что выпала… – Точно. Короче, посередине змея и справа ры... то есть кит. Пошли к колоннам. Внизу они принялись ворочать пирамидки, чтоб выставить ту же комбинацию, что и на стене. Банри больше всего боялась, что нужных животных не окажется, и проклятые колонны здесь просто для красоты. Вслух она, правда, ничего не сказала, к тому же искомая комбинация из двух змей и рыбины все-таки сложилась. Отдуваясь – вертящиеся штуковины были довольно тяжелыми и проворачивались с трудом – оба отошли на середину комнаты и с надеждой уставились на злополучную решетку. Ничего не произошло. – Твою мать! – вздохнула Банри. – Как же избавиться от этой хрени? Она подскочила к решетке, пнула ее с досады и ухватилась за прутья. А в следующий момент почувствовала, как решетка плавно поднимается, и едва успела убрать руки, а то бы точно покалечилась. Банри стояла и глазела, разинув рот. Потом медленно обернулась к Фендалу, который мялся возле рычага. – Да я это, – промямлил тот, – потянул его, она и открылась… Банри со стуком захлопнула рот и бодро сказала: – Ну и ладно, теперь можно идти вперед. Кстати, я только сейчас обратила внимание – кто-то зажег огонь в этих жаровнях. – Наверняка тот приятель этих. – Эльф указал за спину. – Нужно быть настороже… Несколько позже, после того, как Банри быстро и безуспешно обыскала новую комнату на предмет скрижали, выяснилось, что дальнейший путь пролегает через глубокую цилиндрическую шахту, облицованную древним кирпичом. По ее стенкам вилась старая деревянная лестница, крайне ненадежная и хлипкая на вид. Ступеньки прогнили, но пока держались. По правде говоря, Банри ужасно боялась наступить даже на первую, и еще больше она боялась провалиться в неизвестность (дно шахты скрывал мрак, который не мог осветить факельный огонь), но другого пути все равно не было – пришлось спускаться. По дороге вниз они пристукнули трех весьма агрессивных злокрысов. Вернее, пристукнул Фендал, шедший первым: сперва он сбивал зверьков на ступеньки факелом, прямо когда они прыгали, целясь ему в лицо, а потом с хрустом давил их черепа сапогом. Банри морщилась – уж очень по-живодерски это выглядело, – но умом понимала, что не будь Фендал столь ловок, злокрысы уже давно попробовали бы их крови. Добравшись до дна колодца, они попали в полутемную комнату, заплетенную паутиной и засыпанную пылью. Здесь тоже горело несколько свечей, должно быть, кто-то не так давно здесь прошел. Как бы то ни было, Банри была ему благодарна – факелы надо было беречь, с подобранным уровнем выше у них их было всего пять. На пару с Фендалом они бегло обыскали комнату, ничего не нашли и пустились в путь по следующей анфиладе залов и коридоров. И лестниц. На одной из них, пробираясь в темноте на ощупь (единственный зажженный факел нес отставший Фендал), Банри налетела на огромную урну и чуть не укатилась за посудиной, которая понеслась вниз, подпрыгивая на ступеньках и издавая жуткий грохот. В конце концов, она ударилась об пол и разлетелась на куски. Банри и Фендал замерли на месте, переводя дух, когда кто-то еле-слышно позвал: – Кто?.. Кто там? Кто идет?! Банри испуганно покосилась на Фендала, вернее, его силуэт, еле различимый во мраке. – Это ты, Харкнир? – вновь проговорил некто. – Бьорн? Солинг? Я знаю, я сбежал с когтем, но мне нужна помощь… Пожалуйста! Я… я вляпался тут, понимаете?! Последние слова звучали почти умоляюще. Голос забормотал еще что-то, совсем неразборчиво, и стих. После непродолжительного и безмолвного ожидания в темноте Банри пробормотала: – Видимо, нам придется пойти и посмотреть, что там. – А если это западня? – столь же тихо ответил Фендал. – Кто знает, может, он нас так проверяет? – На предмет чего? Он назвал какие-то имена, все и нордские. Наверняка он решил, что это кто-то из его банды явился на подмогу. Они же там все из местных были, судя по говору. Ну, те, которых мы слышали. Фендал передернул плечами, но первым начал спускаться по лестнице и первым достиг обломков урны. Банри нагнала его, достала факел и зажгла заклинанием. Потом огляделась – ничего особо примечательного очередная развилка, с одной стороны заваленная наглухо. Пока они топтались, невидимый незнакомец опять подал голос, призывая на помощь. – Кажется, он где-то там. – Банри махнула рукой в сторону парных проходов в стене слева. При ближайшем рассмотрении оказалось, что оба они заблокированы, если первый был заплетен корнями каких-то растений, то второй – паутиной, причем так густо, что в ней нельзя было найти просвета. Банри охватили неприятные подозрения – даже в пещерах под Хелгеном, где проживало более десятка огромных пауков, и то столько паучьих сетей не было. После недолгих раздумий Фендал принял решение убрать паутину, справедливо рассудив, что с корнями дольше возиться. Правда, паутина была липкой до невозможности, так что кинжал, которым он орудовал, приходилось то и дело чистить. Проделав отверстие достаточного размера, он проскользнул внутрь, Банри судорожно выдохнула и полезла следом. Здесь было довольно просторно, хоть и темновато. На пыльном полу в центре растекалась лужица света – в своде имелось отверстие, сквозь которое в зал попадали солнечные лучи. Стены от пола до потолка были оплетены все той же паутиной – тревожный признак. Банри опять вспомнила гигантских пауков в пещерах под Хелгеном и вздрогнула – если и тут обретается такая же стая, им с Фендалом нелегко придется. – Эй, кто там? Голос доносился с другой стороны зала – скудного освещения хватило, чтобы разглядеть в огромном сплетении белеющей во мраке паутины темную фигуру, отчаянно пытающуюся вырваться. Банри покосилась на Фендала рядом – тот, не отрывая взгляда от пленника, сделал несколько шагов в его сторону, когда в комнате внезапно потемнело, будто что-то большое перекрыло шлюз в потолке. Тип в паутине сразу же истошно завопил: – Нет! Только не это! Помогите! Банри попятилась, краем глаза заметив, что Фендал взял лук наизготовку, и в следующий момент взвизгнула еще громче пленника. Это, конечно, был паук, но такой твари ей еще видывать не доводилось – малявки из-под Хелгена не шли ни в какое сравнение с этим монстром. Размером никак не меньше чем с двух лошадей, волосатый и страшный, множество черных глазок злобно таращатся на добычу, хелицеры в холодном свете блестят как отполированные, и сами они длиной с человеческую руку… …Кто-то сильно тряхнул ее, видимо, чтобы привести в чувство. – Быстрее! – заорал Фендал прямо в ухо. – Бежим назад! Через те дырки ему не протиснуться! Они едва успели увернуться от броска паучища, метнувшись в укрытие. Отступив подальше к противоположной стене, эльф быстро проверил состояние своего лука и почти спокойно сказал: – Попробуем подстрелить его. Целься в брюхо и глаза. И старайся не попасться, двигайся. Если он нас схватит, висеть нам рядом с тем недоумком в ожидании ужина, да не нашего… Осторожно! Фендал оттолкнул ее в сторону и сам отпрыгнул назад – плевок паука пришелся прямо туда, где они только что стояли. Банри вскрикнула – несколько капель яда брызнуло ей на щеку, хорошо хоть не в глаза. Подобрав какую-то ветхую тряпку, она стерла отраву с лица, чувствуя, как немеет кожа в пораженном месте. – О боги… Надеюсь, это ненадолго. Снаружи доносился топот – по-другому не скажешь – паука и отчаянные взвизги его спеленутой жертвы: – Не подпускайте его ко мне! Помогите! Фендал повернулся к спутнице: – Ты готова? Эту волосатую тварь нужно убить, пока она не прикончила ворюгу. – Ты думаешь, он вор? – А кто еще это может быть? – Ну… – Забудь, сейчас это неважно. Постарайся не мазать – Я готова, – еле слышно сказала Банри. – Насколько это возможно.

***

Бой осложнялся пронзительными воплями паучьей жертвы, утратившей последний разум от страха: – Убери это чудище от меня! Убери! Это очень отвлекало и мешало целиться, однажды Банри пустила стрелу в головогрудь, но та отскочила от хитиновой брони, не причинив монстру никакого вреда. Когда в логове стало темно – солнце зашло, паук, наконец, соизволил издохнуть, и можно было перевести дух. Фендал в изнеможении привалился к стене, ребра его ходили ходуном. Банри не удержалась на ослабевших ногах и опустилась на колени, не выпуская лука из рук. Некоторое время оба пытались восстановить дыхание, на разговоры сил не было. Слегка оклемавшись, Банри уставилась на паука, истыканного стрелами – на него ушло почти два полных колчана. Больше всего она боялась, что монстр сейчас опять поднимется и набросится на них, но тот не шевелился. – Отлично, чудище мертво, – деловито подал голос пленник. – А теперь вытащите меня отсюда, пока еще кто-нибудь не появился. Фендал перестал хрипеть и выпрямился, Банри поперхнулась очередным вдохом. Мысль о том, что у паука могут быть здесь друзья и родственники, никому из них в голову не пришла. Фендал помог ей подняться, и они осторожно приблизились к кокону. Пленник – темный эльф – был плотно умотан паутиной, да и пространство вокруг него тоже, но Банри все же заметила, что висит он прямо посреди какого-то хода. – Не бросайте меня здесь, Аркеем прошу! – взмолился данмер. Некоторое время паукоборцы молча рассматривали его, а он их, наконец Банри спросила: – Ты кто? Данмер заморгал. – Я… А! Я Арвел. Арвел Быстрый. А вы тут… – Где золотой коготь? – перебил его Фендал. Глаза Арвела засверкали. Вместо того, чтобы начать отпираться, он воодушевленно затараторил, словно забыв, что висит в паутине в глубине древнего мертвого города, а рядом валяется труп гигантского паука: – Да, коготь! Я знаю, как он действует! – Действует?.. – Коготь, отметины, дверь в Зале Легенд! Я знаю, как это все связано друг с другом! Помогите мне и я все расскажу! – Арвел завозился, безуспешно пытаясь вырваться из пут. – Вы не представляете, какую силу укрыли здесь норды! Банри, совершенно сбитая с толку, пробормотала: – Ладно, попробуем разрезать паутину. Фендал скорчил недовольную физиономию, но, тем не менее, достал кинжал и приблизился к кокону, пока Арвел рассыпался в благодарностях, зачем-то поминая Аркея. В четыре руки получалось быстрее, но в скором времени оба спасателя оказались облеплены паутиной с ног до головы, а конца и края не было видно. Но, тем не менее, эффект, похоже, был, потому что Арвел спустя некоторое время сообщил: – Что-то подается. Я чувствую. Они удвоили усилия, и паучий пленник со стуком повалился на пол. Полежав немного, Арвел резво вскочил на ноги и прощебетал: – Придурки, зачем мне делиться сокровищем? А затем скрылся в освободившемся проходе так быстро, что незадачливые спасители и опомниться не успели. Некоторое время они тупо глазели ему вслед, потом Фендал с воплем «Падла!» бросился за грабителем, Банри стартовала с секундной задержкой. Бежать пришлось в полной темноте, факелы, которые они затушили перед боем с пауком, никто достать и зажечь не удосужился, а Фендал еще и рычал всю дорогу: – Дура жалостливая! Нужно было коготь отобрать, пока он в паутине болтался! Банри помалкивала, сказать было нечего, а на бегу – еще и не очень сподручно. Миновав пару темных комнат, они пустились было спускаться по довольно широкой лестнице, когда Фендал вдруг замер как вкопанный. Банри налетела на него и сердито спросила: – Ты чего?! Сам же хотел, чтоб мы его нагнали!.. Фендал дернул ее за руку, призывая к тишине, и прошипел: – Заткнись! Слушай! Банри примолкла, вслушиваясь, и вскоре разобрала панические взвизги, которые, скорее всего, издавал Арвел, перемежаемые каким-то жутким хрипом и шаркающими звуками. Ей вдруг стало очень страшно. Кто там? Если сообщники Арвела, то почему он так орет? Явно ведь не от радости. Да и хрип этот… Арвел все еще нечленораздельно голосил, потом раздался скрип, глухой удар, шлепок, и все стихло. Фендал выждал несколько мгновений в звенящей тишине и начал осторожно спускаться вниз. Банри торчала на своей ступеньке, боясь пошевелиться, но оставаться в темноте наедине с собой тоже было страшно. Она вытащила факел из тощей связки и зажгла его. Свет немного прибавил уверенности, достаточно, чтобы дышать глубже, но недостаточно, чтобы колени перестали дрожать. Банри покосилась в сторону и едва не выронила факел, углядев в вырубленной в стене нише сморщенный труп с оскаленными зубами. В два прыжка она нагнала Фендала у подножия лестницы и первой выкатилась в зал, где эти проклятые ниши были продолблены во всех четырех стенах в два яруса. Некоторые из них пустовали, но большинство оказались заняты мумифицированными постояльцами, и Банри окончательно убедилась, что они пришли в какой-то древний склеп. Фендал держал лук наготове, напряженно оглядываясь, хотя на первый взгляд в зале никого не было. – Где этот Арвел-то?.. – тихонько пробормотала Банри, тоже озираясь. Конечно, данмер мог убежать дальше – вон, кажется, там проход есть, правда, еле различимый в темноте, но нечто подсказывало – вор где-то неподалеку. Она вдруг застыла – в дальнем углу кто-то был. Послышался натужный хрип, будто дышащему не хватало воздуха, и во мраке вспыхнули два голубых огонька. Почти сразу же Фендал, лучше видевший в темноте, взвыл от ужаса. Банри не смогла бы сказать, что испугало ее сильнее – то, чего она пока не могла видеть, или этот вопль, Фендал же почти всегда сохранял невозмутимость, даже в бою с гигантским пауком он был поразительно хладнокровен… Оно выступило из темноты, замахиваясь ржавым мечом, и нечленораздельно что-то хрипя. Банри хотела заорать, но язык будто примерз к небу, а горло сковало ужасом. Она вообще была не в состоянии хотя бы пальцем пошевелить. Он… оно не могло быть живым, это было бы невероятно. Живые люди (или меры) не бывают такими тощими и сморщенными, похожими на скелет, обтянутый кожей, с запавшими глазницами и иссохшими губами, обнажающими зубы. А если и бывают, то такие несчастные уже не могут двигаться, тем более размахивать оружием, они мирно лежат в своих нишах, как тот парень наверху, или его приятели здесь, вокруг. И, разумеется, глаза у них не полыхают синим пламенем. Мертвец выбрал в жертвы Фендала, возможно, потому, что тот издавал звуки и двигался. Он уже дважды увернулся от меча – это было довольно просто. Не будь Фендал столь испуган, то понял бы, что драугр не особенно ловок и силен, ведь его мышцы давно высохли, а сухожилия истлели на ветхих костях. Фендал выдернул из ножен кинжал и попытался контратаковать, но без особого успеха, в основном из-за того, что не верил, будто сталь может нанести какой-либо вред ходячему покойнику. Он с воплем отчаяния пнул противника, тот попятился, и эльф всадил кинжал точно под подбородок мертвеца. Хрип, нарушавший тишину подземелий последние минуты, стих, и драугр повалился навзничь. Упав на пыльный пол, он замер, и глаза его потухли. Фендал тяжело дышал и не сводил глаз с поверженной нежити. Банри отмерла, подковыляла к нему и прошептала: – Он теперь по-настоящему мертвый? – Не знаю. Но очень надеюсь. Набравшись смелости, он подошел к драугру и, потыкав его носком сапога, наклонился, чтобы выдернуть свой кинжал. Покойник остался недвижим. – Вроде все, – пробормотал Фендал, с силой сжав рукоять клинка. Банри судорожно вздохнула. – Не надо было мне над Хадваром смеяться…

***

Арвел лежал у подпирающей потолок колонны в центре комнаты, изломанный как тряпичная кукла. Под ним уже успела натечь довольно большая лужа крови, в свете факела казавшаяся черной. – Надо его обыскать, – тихо сказал Фендал. Сам он прикасаться к мертвецу побрезговал. Банри вручила ему факел и, опустившись на колени перед погибшим, осторожно перевернула его – тело казалось невероятно тяжелым. Удар неизвестного оружия пришелся по затылку и пробил череп, не спас даже кожаный шлем с заклепками. Что за рука нанесла такую рану? В крипте больше никого не было, да и след от удара не был похож ни на какое-либо знакомое оружие. Приглядевшись, Банри увидела во мраке большую – высотой в десяток локтей и в ширину такую же – конструкцию, напоминающую решетку, ощетинившуюся с одной стороны шипами. Наверное, еще одна смертельная ловушка. Коготь нашелся за пазухой у вора-неудачника. Банри ожидала увидеть золотой коготок размером с палец, а наружу вытащила целую драконью лапу величиной с ее предплечье и весьма тяжелую. Она молча провела пальцами по узорчатой поверхности – изделие явно было очень древним, золото – если это было золото – почти не блестело даже на свету. Лукан не чистил его ни разу, что ли? Обычно золото отлично блестит на любом свету… – Какой же это коготь, – пробормотала Банри. Фендал кивнул, не сводя глаз с вещицы. – Слушай, ты говорил, что никогда его не видел… – Ну да. Я первый раз о нем от тебя услышал. – Я помню. Тогда напрашиваются определенные выводы. Как о нем узнали воры? И чем он так ценен, что украли только его? – Воровать могут и по заказу… – Да, я тоже сразу об этом подумала, только все равно не сходится. У покойного Арвела обнаружилось немного денег, которые Банри не решилась взять, и тетрадь в кожаном переплете, похоже дневник. Она только головой покачала – считалось, что Скайрим – край неграмотных варваров, а смотри-ка, все дневники ведут. Правда, Арвел-то не нордом был… Отложив найденный коготь в сторонку, Банри осторожно открыла тетрадь и полистала записи. Она решила сразу посмотреть самые свежие, сделанные явно в большом возбуждении – впопыхах выведенные строчки кривились, будто их писали на чем-то неровном.

Мои пальцы дрожат. Золотой Коготь наконец-то у меня в руках, а с ним и сила древних нордских героев. Этот болван, Лукан Валерий, даже и не представлял, что любимое украшение его лавки на самом деле – ключ к Кургану Холодных Водопадов.

Банри прервалась и воззрилась на лежащий рядом с ней коготь. Ключ? Да тут и запертых дверей-то не было. Хотя, может, еще все впереди. Она вновь уставилась в тетрадь.

Теперь мне осталось лишь добраться до Зала Историй и отпереть дверь. В легенде говорится о неком испытании, устроенном нордами для острастки недостойных, но ещё сказано, что «если у тебя есть золотой Коготь, решение – у тебя на ладони».

Банри медленно закрыла дневник и посмотрела снизу вверх на Фендала. – Пропажу мы нашли, – заметил тот, – можно возвращаться. Банри подобрала коготь и поднялась с колен. – Извини, Фендал, но мне все еще нужно найти скрижаль. – Да ты рехнулась! После всего этого, – Фендал указал на валяющегося драугра, – ты собираешься дальше идти?! Ты же пропадешь там! – Возможно… – Банри спрятала коготь за пазуху и твердым взглядом посмотрела на собеседника. – Только у меня выбора нет. Либо камень, либо я продолжаю свой долгий забег по Империи. Если честно, я устала бежать, хотя это всего только вторая провинция. И у меня были на нее большие планы. В общем, я хочу где-нибудь устроиться. – То есть, если ты камень не принесешь, тебя в город не пустят? – фыркнул эльф. – Ну и ладно, ты всегда можешь поселиться хоть в Ривервуде… – Ривервуд-то тоже Балгруфу принадлежит… – пробормотала Банри. – Да и… я все же пообещала. Дала слово. Слово она дала не ярлу, а себе самой, но это ситуации не упрощало, скорее наоборот. Фендал повел факелом: – Тогда отдай Коготь, я его верну хозяевам. – Нет. Он растерялся. – То есть как это «нет»? Он не твой, его нужно вернуть владельцу! – Видишь ли, если верить дневнику, коготь – ключ к этим руинам. – Банри помолчала и добавила: – И я совсем не уверена, что Лукан имеет право им владеть. – Ну а я не уверен в обратном… Банри, почувствовав нарастающее напряжение, отступила на полшага назад и приготовилась использовать весь свой скудный запас заклинаний, если потребуется. В какой-то момент ей показалось, что Фендал собрался силком отнять у нее коготь. Но он молчал и не делал резких движений. – Не в добрый час я тебе дал обещание помогать, – проговорил он устало. – Видимо, такова моя судьба – сгинуть в глубине могильника вместе с ненормальной девкой. Банри перевела дух. – Я, знаешь ли, в судьбу не верю, – повеселев, сказала она, – и тебе не советую. Будущее не высечено в камне, так что, может, нам повезет, и все обойдется. – Обойдется… Ладно, тогда идем, только тихо. И смотри под ноги.

***

Пробираясь по темным залам и переходам почти на ощупь, Банри чувствовала, что воспрявшая на несколько минут надежда угасает. Проклятая скрижаль могла оказаться в любом месте, но она не могла заставить себя обыскать хоть одно помещение, просто шла вперед, надеясь выбраться. От былого воодушевления и следа не осталось. Чем дальше они заходили в руины, тем сильнее наваливался гнетущий ужас перед здешними не живыми, но и не мертвыми обитателями. Вскоре Банри поняла, что поиски никчемного камня и приобретение благосклонности ярла уже не кажутся такими важными. Больше всего ей хотелось выбраться из этих кошмарных коридоров и увидеть небо, почувствовать запах хвои и мокрого снега вместо затхлой вони, царящей в подземелье. Фендал бесшумно скользил рядом, но Банри почти чувствовала исходящие от него страх и отчаяние. Посему к ее собственному ужасу примешивался еще и стыд – ведь это по ее вине он сейчас здесь. Один из найденных переходов оказался с сюрпризом – когда они попытались там пробраться, из стен вылетели здоровенные секиры, едва не порубившие спутников на куски. К счастью, это препятствие было преодолимо – Фендал кувырком проскользнул прямо под лезвиями, а потом остановил ловушку, потянув какую-то цепь на другом конце прохода. Банри не пришлось демонстрировать чудеса ловкости. Большие залы с потолками в десяток человеческих ростов сменились лабиринтом узких невысоких коридоров с нишами. Самым неприятным было то, что в некоторых из этих ниш располагались покойники в стоячем положении. Поза их была весьма устрашающей – скрещенные на груди руки, подбородок опущен на грудь – как будто дремлют на посту. Это было еще хуже, чем те, лежачие – однажды, повернув за угол и оглянувшись, Банри чуть не лишилась чувств – прямо за ее спиной стоял один из этих мертвых воинов, так близко, что она отчетливо различила голубоватое сияние, пробивающееся из-под сморщенных век, прикрывающих глазницы. К счастью, больше ни один из драугров так и не пробудился, им удалось проскользнуть мимо без происшествий. Когда впереди показался выход, Фендал устремился вперед с такой прытью, что Банри едва за ним угналась. Новый зал был весьма потрепан каким-то катаклизмом: одна из стен обвалилась и из-под камней проглядывала горная порода. На противоположной стороне из трещин извергался небольшой водопад, порождающий ручей, русло которого пересекало все помещение и продолжалось, видимо, за ее пределами. Русло это было перекрыто очередной решёткой, которая убиралась с помощью цепи-рычага. Расправившись с драугром, неуклюже вылезшим из гроба, спутники нырнули в тоннель за решеткой. Потолок его был так низок, что невысокая Банри пару раз ударилась головой. Наконец, это мучение закончилось, и коридор вывел путешественников в обширные природные пещеры. – Может, сможем выйти… – пробормотал Фендал. Но единственный выход на поверхность находился слишком высоко – пролом в своде подземелья, сквозь который виднелось небо. Банри задрала голову и вздохнула: в чернильно-синем небе проступили яркие огоньки звезд…