Позор Дома Хьюи

Рэмиль отправил почтового ворона Лаару, и тому пришлось вернуться, так и не добравшись до Императорского дворца. Новость, что у Эрки будет малыш, сыграла свою роль, и все с облегчением вздохнули, когда альфа Эрки вновь оказался дома. Эрки всегда был настоящим тираном. А Лаар – спокойным и тихим альфой, и он быстро прогнулся под своего сильного омегу. Эрки пытался командовать всеми, неустанно доставал Тиля и Мака, используя их в качестве слуг – то вина подай, то волосы причеши. Подростки дома буквально шарахались от Эрки и его непомерных требований и желаний. Забеременев, омега стал ещё невыносимее, а Лаар только потакал его желаниям и податливо улыбался. Только Лилу нашёл в тиране пример для подражания, и теперь оба грубо матерились и пили до ночи вино, отпугивая от их общества слуг и других членов семейства. Кроме всего у беременного омеги проснулась маниакальная сексуальность, и Тиль опасался, что Эрки его где-нибудь изнасилует. А так как Рэмиль был занят своим гостем, Тиль не мог надеяться на помощь и старательно прятался в парке или в комнатах у других омег. Поскольку Эрки не мог отловить Общего мужа, он мучил своего альфу. И из их комнаты постоянно слышались страстные стоны, которые нервировали Рэмиля и смущали всех остальных. Несмотря на неуёмные требования и желания, Эрки не последовал совету Рэмиля и не пошёл искать любовника. Всё же он был верен своему мужу, и считал, что Общие мужья – это неотъемлемая часть его семейной жизни. Поэтому Лаару пришлось срочно искать пару новых Общих мужей, и к концу термидора к семье Таравват присоединилось двое омег из небогатых Домов. Положение Кринга в императорском дворце дало вес Таравватам, и небольшие семьи с радостью отдавали своих младших омег Лаару. Так в соседних комнатах от Тиля поселились Икун и Онион. Орфей из дома Перий в доме Таравват чувствовал себя некомфортно. Омега был старше Рэмиля, значительно полнее, носил очки с большой оправой, и его тонкие ломкие светло-русые волосы некрасиво обрамляли его круглое лицо. Но даже к этому весьма несимпатичному омеге Тиль чувствовал невыносимую ревность и по вечерам запирался в птичнике, желая спастись от Эрки и от своей мучительной любви. Рэмиль к жениху относился почтительно, сдержанно кивал на все его просьбы и заявления, ухаживал и даже делал комплименты, от которых у слушателей случались приступы хохота. А когда Орфей удалялся в свои покои, Рэмиль начинал вести себя как обычно – потешался над будущим мужем, издевался над омегами, грубо и жестоко унижал Тиля. Юноша проглатывал обиду, стараясь не обращать на это внимания. Дата свадьбы после двух недель знакомства так и не была назначена, и у Тиля начало складываться впечатление, что они друг другу не подходят, и их брак будет несчастливым. Поэтому он надеялся перетерпеть присутствие Орфея и злобу Рэмиля до осени. А потом с будущим главой дома он будет видеться лишь на выходных. Ему больно было думать, что Рэм, его любимый Рэм, выйдет замуж за этого тюфяка и будет приглашать Тиля в свою постель, лишь исполнив супружеский долг. Но на большее он и не мог рассчитывать. Общие мужья нужны для любви, а младшие для торговых союзов. И Общий муж будет использоваться всеми четырьмя мужчинами дома, а также их омегами. И Тиль понимал, что Рэмиль всегда будет относиться к нему, как к шлюхе. Да он именно шлюхой себя и чувствовал. А Орфей и Рэмиль заключат свой политический контракт, родят детей и навсегда будут связаны друг с другом лишь долгом.

***

Кринг боялся засыпать в своей большой и удобной запертой комнате. Он проверял еду и питьё на яды перед каждым приёмом. Боялся посещать встречи совета и боялся не отвечать на требования наследника императора явиться в его кабинет. Страх в огромном дворце стал постоянным соседом, и бета каждый день писал домой письма, надеясь, что Пэп сменит гнев на милость и позволит ему вернуться домой. Вот только после смерти главы империи Кринг не был уверен, что из дворца его отпустят. На следующий день после кончины императора был собран совет, и старший сын Альбертин VI провозгласил себя наследником. Альфе было больше пятидесяти, и выглядел он значительно старше своего отца. Совет безоговорочно принял его кандидатуру и подтвердил его изменения в законах. Кринг лишь испуганно кивал, ожидая удара в спину от любого. А к концу собрания в зал вошёл Лаурент из Дома Хьюи, и Альбертин VI заявил, что он даёт место советника безопасности бывшему члену совета. Амфер, что занял место отца в совете после того как стал главой Дома, отвесил Лауренту глубокий поклон, но Кринг не был уверен, ждал ли молодой альфа такого поворота, или Хьюи спланировали всё это заранее. Основные изменения Альбертина VI касались военных действий, и его брат, следующий претендент на престол, стал активно возражать против возобновления войны с Хиной, соседней империей. Через два дня после спора двух братьев младший скончался с такими же симптомами, как и его отец. И Кринг, пренебрегая своей безопасностью, попросил дозволения позвонить домой. Зал связи не имел окон и освещался множеством свечей, расставленных на полу вокруг круга вещания. Дожидаясь ответа из дома, Кринг нервно поглядывал на хранителей средства связи и охранников, расставленных по периметру помещения. Каждый из них мог быть засланным убийцей, и бета дрожал всем телом. Когда в кругу поплыл воздух, и появилось изображение Пэпа, Кринг с облегчением вздохнул и подошёл к брату, раскинув руки в приветствии. Ему бы очень хотелось обнять альфу, но это устройство передавало лишь изображение и звук. — Как устроился? — приветливо спросил Пэп, и Кринг расплылся в улыбке. — Благодарю, брат. Условия хорошие, — подойдя к фигуре альфы вплотную, он тихо прошептал, — верни Лаара домой, не позволяй ему ехать во дворец. Император погиб не своей смертью. Его отравили. На лице Пэпа тут же появилось беспокойство, и он недовольно свёл брови. — Ведётся ли расследование? — Доктор императора объявил, что это был инфаркт. Я не стал вмешиваться. — Почему? — Уверен, за мной следят. Я не могу отделаться от ощущения, что меня пытались подставить под убийство, и что время смерти неслучайно. — Возможно, ты надумываешь лишнего, — Пэп пытался успокоить Кринга. — Я бы очень хотел этого. Но записи, которые я передал императору, пропали. Его второй сын мёртв. Я осторожно веду расследование, но пока у меня нет ни доказательств, ни серьёзных улик. — Будь осторожен. — Ты тоже, брат, — Кринг кивнул и добавил ещё тише, — Лаурент стал советником, в его распоряжении армия. — У нас нет с ним конфликтов. — Я надеюсь, он считает так же. Кринг прервал связь и быстро покинул зал, стараясь не смотреть на слуг и не обращать внимания на странную тёмную фигуру, что всюду его преследовала. Через три дня в своей постели скончался Альбертин VI от желудочного вируса, и Кринг смог определить тип яда. Всё ещё скрывая свои догадки и находки, он начал следить за личным врачом императора и с удивлением обнаружил, что тот с завидным постоянством посещает покои Амфера. После смерти Альбертина VI трон занял Альбертин VII, правнук старого императора. Мальчику было чуть больше восьми лет, и он был единственным альфой, единственным прямым наследником умершего императора. Его регентом был назначен Лаурент Хьюи. Теперь Крингу казалось, что он нашёл организаторов заговора. Но спустя декаду от сердечного приступа скончался Амфер.