Per aspera

      Сакурай пробыл с нами недолго и ушёл почти сразу, как убедился, что держит себя в руках. Он скомкано попрощался, извинился и исчез также быстро и незаметно, как прибыл. Неловкость и напряжение, как ни странно, тоже резко пошли на убыль. Когда перед глазами не маячило призрачное несчастное лицо, гораздо легче было дать волю своему любопытству. Хотя мой интерес и не вызвал одобрения Аомине, он всё же без лишних увиливаний поделился тем, что знал.       Началось всё ещё в школьном тренировочном лагере, на последнем курсе обучения. Все серьёзные матчи остались за плечами, но ребята оказались не против напоследок провести оставшиеся недели одной компанией. Момои быстро организовала своим подопечным хороший отель со спортивной зоной, расположенный в горах. Так что тренировки должны были сопроводиться ещё более приятным отдыхом. Однако не одна Сатсуки строила планы – в том же отеле на другом этаже расположилась команда Кирисаки Дайчи. Ханамия Макото определённо не был рад своему провальному сезону и, кажется, решил компенсировать это дорогостоящей поездкой команды в горы за счёт самих же безропотно подчинившихся спортсменов. Как бы то ни было, тренер Тоуйо воспользовался представившейся возможностью и предложил Ханамии совместные матчи для разогрева. Тот согласился без долгих колебаний – хотя уже один Имаёши вызывал опасения в качестве соперника, глупо было отказываться от шанса сыграть против Аомине Дайки. Тогда-то Сакурай, и до этого уже впечатлённый игрой брюнета, окончательно потерял голову. И перед самым отъездом набрался смелости и подошёл к Ханамии. Приготовившийся к отказу, Сакурай даже не поверил сперва, когда капитан-тренер Кирисаки Дайчи после неуверенного и тихого признания лишь усмехнулся и сказал, что не против. Но с определёнными оговорками. Степень действия «оговорок» наивно обрадовавшемуся Рё стала ясна очень быстро. Ни в первую их ночь перед выездом из отеля, ни в следующие встречи Ханамия ни словом не дал понять, что для него имеет значение что-то кроме обычного траха доверчивого мальчишки. Как мог, Сакурай всё же пытался вывести разговор на волнующий его вопрос – что он вообще значит для Макото, и значит ли хоть что-то вообще.       В День рождения Сакурая тот даже не позвонил, хотя до этого Рё, боясь показаться навязчивым и сказать всё напрямую, несколько раз осторожно намекал, что этот день важен, и он хотел бы провести его с Ханамией. Тогда, в полном одиночестве задув почти прогоревшую свечу на небольшом тортике, Сакурай молча лёг спать, а потом несколько дней не звонил Макото, смутно надеясь, что тот всё же заметит его отсутствие. Но чуда не произошло.       Улыбаясь и пытаясь не дать волю слезам, Сакурай, увидевшись с парнем через неделю, наконец смог задать мучавший его вопрос. Ханамия, услышав это, на мгновение нахмурился и затем хмыкнул. - Не страдай фигнёй. Иди-ка лучше сюда.       Хоть я и не слишком хорошо знал Сакурая, на душе стало противно и тяжело. Ну ведь находятся же такие люди!.. А после пришли ещё более отвратительные мысли: что тогда Шин-чан думал обо мне? На самом ли деле ему было хорошо со мной, или я сам вообразил, что у нас всё было иначе? Стал ли я кем-то особенным для него, или же… - Что-то тебя перекосило, - заметил Аомине. – Неважно выглядишь. - Да так, задумался… - на самом деле, меня почти мутило, но я заставил себя успокоиться. Нет, конечно, Шин-чан не такой!.. Он честный, прямой, внимательный и просто по определению не способен кого-то использовать. Это… Да это же Шин-чан, чёрт возьми!.. - Ну, дело твоё, а мне пора, - Дайки глянул на часы и нехотя встал из-за стола. - Да, пока, - рассеянно кивнул я, но в последний миг спохватился. – Аомине, так ты не знаешь, где сейчас Шин-чан? - Нет, - покачал головой Аомине, но внезапно улыбнулся. Почти незаметно, но всё равно тепло и искренне. – Зато знаю, кто в курсе. Можешь записать адрес…       Дел, к моему сожалению, в редакции возникло слишком много, так что в нужное место я смог выбраться только к концу недели. Сверившись с записью на бумажке, я убедился, что это тот самый семейный ресторан, о котором мне сказал Аомине. А когда я зашёл внутрь, то окончательно понял, что не ошибся. - Юкимура, чтоб тебя, живо к противню, сейчас мясо всё сгорит!!! – громыхнуло откуда-то из кухни на всё помещение. Я подавил смешок – хорошо, что других посетителей пока не было. Бывалые официанты за барной стойкой даже не дрогнули, явно привыкшие к такому звуковому сопровождению. - Здравствуйте, хотел бы поговорить с вашим главным поваром, - я мило улыбнулся одной из девушек в форме. - Он сейчас немного… - Да-да, я подожду, просто предупредите его. - Хорошо, спасибо за ожидание. Не желаете пока сделать заказ? - Не откажусь…       Когда шеф-повар ресторана покинул служебные помещения и уже переодетый вышел в зал, то сразу заметил меня. - Так это ты меня спрашивал, - Кагами Тайга несколько удивился, но, кажется, был рад встретить давнего соперника. - Я смотрю, ты не утратил прежнего пыла, - я рассмеялся, не удержавшись. - Скажешь, что готовить – не мужское дело? – Тайга угрожающе навис надо мной. - Ну что ты! Всё невероятно вкусно, на самом деле! Я сам подрабатываю в баре, но с вашей кухней это ни в какое сравнение! - Ещё бы, это ресторан, а не какая-то забегаловка, - буркнул Кагами более миролюбиво. – Но как тебя сюда занесло всё-таки? - Встретил Аомине Дайки. - А, ещё жив, поганец, - искренне обрадовался Кагами. – Значит он тебе адрес сказал? - Именно. Я хотел кое-что выяснить. - А? Что именно? - Где сейчас Мидорима. Аомине уверил, что ты должен знать. Хотя это странно, раз даже Момои не в курсе. - Ах это… - протянул Кагами и фыркнул. – Больше слушай идиота. - Так ты… - Я сам тоже точно не знаю, но… - Кагами немного замялся, что выглядело несколько странно. - Ну, если тебе это действительно надо, то лучше подожди со мной Куроко. - Куроко? Он придёт сюда? - Да. Он уже точно всё тебе объяснит. - Что объясню? – послышался тихий мягкий голос. Мы оба так и подпрыгнули от неожиданности. Кагами, судя по всему, уже на автомате. - О, Куроко, ты уже всё?.. - Да, как видишь. Такао? Рад тебя видеть, - фантом Сейрин коротко мне кивнул. Он почти не изменился за это время, разве что стал заметно выше, лишь немногим уступая теперь мне в росте. Тут из-за спины Куроко показалась темноволосая макушка мальчика лет пяти-шести. - Сано, это Такао, - представил меня Куроко. Я приветливо помахал рукой тут же опустившему глаза и снова спрятавшемуся за Тетсую парнишке. – Такао, это Сано, наш приёмный… - Ваш?.. – Кагами шумно закашлялся за моей спиной, явно прося не развивать эту тему. Вот уж никогда бы не подумал! Нет, я, конечно, рад и всё такое, но уж больно неожиданно. - Если не возражаете, может, поговорим по дороге? – предложил Куроко, справившись с некоторым смущением. – Ты ведь по делу пришёл, Такао? Мне Аомине недавно написал, предупредил.       Возражений не нашлось, так что мы не стали толпиться в не очень большом помещении ресторанчика и вышли на свежий воздух. - Сано, поедешь на Кагами? – предложил Куроко с ласковой улыбкой малышу. Тот, сжавшись, робко и боязливо взглянул на «папу». Оба родителя негромко и привычно вздохнули. - Ну же, не бойся. Никто тебя не обидит, - терпеливо и ободряюще сказал Кагами. Наконец мальчик осторожно придвинулся к рыжеволосому, и тот легко посадил его себе на плечи. Мы снова не спеша двинулись вперёд по улице. Бледное лицо Сано заметно оживилось, и он начал улыбаться. - А Сано, что не… разговаривает? – как можно тише и деликатнее поинтересовался я у Куроко. - Он говорит. Только редко. - Кажется, у него было не самое лучшее детство… - Он попал в приют, где я работаю, со следами побоев и почти заморенный голодом, - Куроко поморщился. – Даже Аомине тогда не смог нам помочь и найти его родителей, чтобы привлечь к ответственности. Поначалу Сано вообще не говорил и боялся подходить к взрослым, а я просто не смог смотреть на его печальное лицо. Пришлось долго ещё посещать врача, зато теперь ему гораздо лучше.       На лице Куроко неожиданно появилась лукавая улыбка. - Сано! – позвал он сына. – Ты же помнишь лягушек доброго дяди Мидоримы?       Сано в ответ негромко, почти беззвучно рассмеялся и радостно замотал головой. Заметив, как я встрепенулся, Куроко снова повернулся ко мне. - Ты же за этим пришёл, да? Хочешь увидеться с Мидоримой? - Как он? – вырвалось у меня против воли. - Неплохо. Правда, о тебе он не спрашивал, - честно признался Куроко. – Я дам тебе адрес больницы – Кагами всегда с раннего утра уже в ресторане, так что до сих пор ходил с Сано к Мидориме только я. - Спасибо, - искренне поблагодарил я.       Куроко снова рассеянно кивнул. - Кстати, на днях мы отмечаем годовщину. Буду рад, если придёшь. И Мидориму пригласи непременно, ты же с ним теперь встретишься? - Да, конечно!