Faith and Truth

Bastille — 'Basket Case'

      Молчание, царившее в спальне профессора, затянулось. Гарри стоял в дверном проёме и, неловко переминаясь с ноги на ногу, смотрел на подругу. Быстро оглядевшись по сторонам, Снейп втолкнул юношу в комнату и, войдя следом, плотно зашторил полог. Заправив выбившуюся прядь волос за ухо, девушка улыбнулась и легко похлопала ладонью по покрывалу, приглашая Поттера сесть. Он коротко кивнул, аккуратно опустился рядом с ней и взял её руку, крепко сжав. — Что ты здесь делаешь, Герми? — спросил он, чувствуя... — Что здесь вообще происходит?       Северус прошёл в дальний угол и, взяв какую-то книгу, уселся в кресло: он не хотел мешать разговору, но в то же время не мог оставить их наедине. Бросив на него подозрительный взгляд, Гарри вопросительно посмотрел на Грэйнджер, но та только отрицательно покачала головой. Она вытащила из-под подушки волшебную палочку, и стала быстро выводить что-то в воздухе. — Профессор здесь ни при чём, — серебристые завитки складывались в слова, — это я его попросила ничего тебе не рассказывать. — Не рассказывать что? — юноша напрягся.       Поджав губы, девушка уставилась в окно и задумалась. При одном воспоминании о произошедшем на глаза наворачивались злые слёзы. Но она встряхнула волосами, сделала глубокий вдох и помахала рукой перед лицом, на манер веера. Поттер внимательно следил за каждым её действием, не проронив ни слова — всё ждал, когда она успокоится и начнёт рассказ. Откинувшись на изголовье кровати, Гермиона собрала волосы в низкий хвост и принялась быстро выводить в воздухе следующее: — Я правда не могу и не хочу рассказывать тебе всего, что случилось. Во всяком случае пока. Но, думаю, ты должен знать: в Хогвартсе есть кто-то, кому ты как кость поперёк горла. Береги себя, Гарри. Этот человек опасен.       Она ненадолго прервалась, чтобы кинуть быстрый взгляд на мужчину, сидевшего в кресле, и только убедившись, что он абсолютно поглощён чтением, сделала короткую приписку. — Я знаю одно: ты можешь полностью положиться на Снейпа.       Грэйнджер положила руки поверх одеяла и бессмысленным взглядом уставилась в стену. Казалось, что жизненные силы покинули её. Юноша тихо поднялся с кровати, заботливо поправил перьевую подушку и, задумчиво почёсывая лоб, почти бесшумно вышел из комнаты.       Он занял стул, стоявший напротив стола мужчины, и облокотился на столешницу, рассеянно разглядывая колбы в шкафу позади. Поттер ждал Северуса: ему было просто необходимо попросить прощения за всё, что он успел наговорить. В нетерпении он постукивал костяшками пальцев по деревянному подлокотнику и всё старался заглянуть за полог, чтобы проверить, где находился профессор. В голове вертелось множество слов, которые Гарри хотел ему сказать, но в итоге, когда тот всё-таки вышел из спальни, выпалил только короткое "простите". От неожиданности Снейп вздрогнул, резко задёрнул полог, обернулся и, бешено сверкнув глазами, прошипел: — Тише, — он приложил указательный палец к губам, — она только задремала.       Юноша виновато поджал губы и ссутулился. — Я не хотел, — едва слышно отозвался он. — Ничего, — суровое выражение лица мужчины сменилось пониманием и едва заметной усталостью. — Ты что-то хотел? — Да нет, уже ничего.       Положив книгу на стол, Северус уселся в кресло и облокотился на столешницу: он совместил кончики указательных пальцев и прижал их к губам. Ему ни в коем случае не хотелось давить на Поттера, который в последнее время и так ходил сам не свой. Но просто промолчать и сделать вид, что ничего не происходило тоже не было верным решением. Снейп смотрел на Гарри с непонятным прищуром, и тот начал нетерпеливо ёрзать на стуле, как обычно поступают букашки, если их начать рассматривать через лупу. В конце концов юноша не выдержал и, скрестив руки на груди, спросил: — На что вы смотрите, профессор? — На тебя.       Ответ обескуражил Поттера настолько, что он забыл мысль, которую хотел донести до мужчины. Он с минуту хватал ртом воздух, как рыба, оказавшаяся на суше, но ему всё же удалось справиться с собой и задать вопрос: — И что вы видите? — Честно? — спросил Северус спустя несколько мгновений. — Конечно, — отозвался Гарри, снедаемый любопытством. — Ничего.       Снейп наблюдал за реакцией юноши на его слова. Но вопреки всем его ожиданиям тот воспринял их достаточно спокойно, и на пару секунд ему даже показалось, что тот знал ответ. Они сидели так, сверля друг друга взглядом, пока Поттер не решил прервать затянувшееся молчание: — Отлично, — сказал он, — тогда мне есть на чём строить свою жизнь. До свидания, профессор, и спасибо за помощь.       Гарри поднялся со стула и уже собирался уйти, но затем обернулся, вскинул указательный палец и добавил: — И да, позаботьтесь о Гермионе, пожалуйста. Она в вас действительно нуждается.       С этими словами он вышел из кабинета и быстрыми шагами направился к главным воротам замка: ему ещё нужно было забрать свои вещи из пещеры.       Стоял прохладный сентябрьский день, какие обычно случаются ближе к концу месяца, и юноша чувствовал лёгкий озноб, бивший всё его тело. Северо-западный ветер принёс с собой не только тучи, сделавшие небо пасмурным, но и мелкий дождь. Подняв воротник повыше, Поттер старался втянуть шею настолько, чтобы капли не попадали за шиворот: он уже успел насквозь промочить свитер, а в ботинках хлюпала грязная вода. Земля жадно чавкала, желая съесть обувь Гарри, но тот, казалось, этого совершенно не замечал: все его мысли занимало одно-единственное желание — поскорее забрать сумку и вернуться в свою комнату, в мягкую, тёплую постель. Несколько раз он поскальзывался на влажной траве и чуть не падал, но тем не менее продолжал свой путь. Почти срываясь на бег, юноша старался не смотреть на Чёрное Озеро, волновавшееся по левую руку от него. Он так и не понял: было ли то, что с ним приключилось, просто сном, или всё это произошло на самом деле. Однако чёрные чётки и ключ, позвякивавшие в кармане, говорили сами за себя.       Размышляя таким образом, Поттер не заметил, как добрался до пещеры. Он, словно тень, скользнул внутрь, опустился на колени и принялся шарить руками по песчаному полу, стараясь найти нужный камень. Гарри забирался всё глубже и глубже, пока света, проникавшего внутрь, не перестало хватать. Тогда он вынул палочку и прошептал: — Lumus.       Пещера озарилась голубоватым светом, и юноша, поднявшись на ноги и отряхнувшись, продолжил поиски. Но чем дольше он шёл, тем сильнее становилось внутреннее напряжение: в прошлый раз это место не казалось ему настолько огромным. Внезапно позади Поттера послышался тихий, едва различимый шелест. — Кто здесь? — спросил Гарри, резко обернувшись и направив палочку на источник шума.       Однако увидев, кто стал причиной его беспокойства, он с облегчением вздохнул: уже знакомая ему змея проворно ползла вдоль каменной стены. — Так и с ума спятить недолго, — шепнул юноша, и на его лице появилась полуулыбка.       Путь он продолжил в приподнятом настроении.

***

      Плотно закрыв дверь на террасу, Драко быстро спустился со второго этажа и выбежал из библиотеки. Он сломя голову нёсся по коридорам поместья и молился всем богам, чтобы Люциус был дома — портреты, висевшие на стенах, недовольно выкрикивали ему вслед проклятья, а некоторые даже грозно потрясали в воздухе кулаками. Однако блондину было не до этого: он даже забыл переодеться. Поэтому когда взволнованный Малфой с Синистером на руках буквально влетел в столовую, Нарцисса сразу же подняла голову и удивлённо взглянула на сына, спросив: — Ты в порядке, mon cher?       Но Драко только буркнул в ответ что-то невразумительное и, неуклюже клюнув мать в щёку, подошёл к главе семьи. — Отец, — произнёс он, привлекая к себе его внимание. — Да, я тебя слушаю, — ответил Люциус.       Он сделал глоток чая и, спешно пробежав глазами до конца абзаца, отложил газету и поднял взгляд на сына. Тот огляделся по сторонам и, понизив голос, будто бы их могли подслушать, прошептал: — Мне нужна ваша помощь, — он смотрел на мужчину с самым серьёзным выражением лица, на которое был способен. — В чём дело, Драко? — недоумевающе спросил Малфой-старший.       В ответ блондин только отрицательно покачал головой и предложил: — Мы можем поговорить в кабинете? — он выразительно двинул бровями. — Пожалуйста.       Люциус ненадолго задумался, а затем поднялся со своего места, опираясь на трость, и, подойдя к супруге, нежно поцеловал её в макушку. — Нарцисса, дорогая, мы тебя ненадолго покинем. Если кто будет спрашивать — я занят. — Хорошо, — женщина понимающе кивнула и щёлкнула пальцами: перед ней тут же появились домовые эльфы, которым она поспешила раздать указания.       Мужчина приобнял сына за плечи и подвёл его к дальней стене, у которой стояла ваза с неприглядного вида растением. Заглянув за кадку, он тростью нашёл небольшой выступ в стене и нажал на него: стены дрогнули, раздался оглушительный грохот, и каменная плита медленно отъехала в сторону. Драко удивлённо округлил глаза и уже хотел задать вопрос, вертевшийся на кончике языка, но отец не дал ему этого сделать, нетерпеливо втолкнув в открывшийся тёмный туннель.       Проход закрылся, и блондин нервно передёрнул плечами: он ненавидел оставаться без света, ведь в таких моментах чувствовал себя слепым. Палочка осталась в комнате, и теперь Драко корил себя за это, ничуть не уступая в этом портретам своих предков. Однако Люциус был гораздо предусмотрительнее, и уже через несколько мгновений коридор был освещён желтоватым светом факелов, висевших вдоль одной из стен. — Идём, — коротко произнёс мужчина, проходя вперёд и увлекая сына за собой, — только тихо.       Блондин согласно кивнул и, пригнувшись, последовал за отцом. Спешно продвигаясь вперёд, он оглядывался по сторонам и не переставал удивляться: как за все годы жизни в поместье он не узнал, что здесь был этот ход? Хотя, по всей видимости, им пользовались редко: иногда у них на пути появлялась незначительная преграда в виде паутины или вороха сухих веток, но Люциус быстро от неё избавлялся. Свернув направо, они спустились по лестнице и уже через несколько минут оказались перед низкой дубовой дверью. Мужчина что-то шепнул, сделал ловкий пас тростью и, дёрнув за кольцо, открыл её.       Оказавшись внутри, Драко невольно прищурился и прикрыл глаза рукой: его ослепил яркий свет. Он слышал, как отец задвинул засов на двери и прошёл вглубь комнаты, но сам следовать за ним не спешил. И только тогда, когда смог отнять ладонь от глаз, он решил осмотреться. Вопреки его ожиданиям, помещение оказалось небольшим. Да и обстановка, в отличие от привычной роскоши, была гораздо более скромной: грубый стол, два стула и широкий шкаф, стоящий в дальнем углу. Единственной вещью, которая напоминала Драко о том, что это всё ещё было их семейное поместье, оказался хрустальный графин с гравировкой, стоявший на столе. Подняв воротник халата, он скрестил руки на груди и испытующе посмотрел на Люциуса. — Можешь говорить, — произнёс тот, будто бы прочитав мысли сына, — здесь достаточно безопасно. — Хорошо, — блондин кивнул, а затем быстро пересёк комнату, опустился на стул и начал потирать колени. — Только рассказ будет не очень коротким, отец.       Мужчина несколько секунд сидел молча, задумчиво потирая подбородок, а затем поднял взгляд на Драко и сказал: — Ничего. Думаю, в кои-то веки я смогу найти свободную минуту и для собственного сына.

***

      Мелкий песок, смешанный с сухими листьями и веточками, тихо хрустел под лёгкими шагами Гарри, который всё продолжал брести в темноту: вход в пещеру давным-давно пропал из его поля зрения. Несмотря на сильную жажду, он всё шёл впереди — его вело то удивительное чувство, которое испытываешь, когда почти наверняка знаешь, что там тебя ждёт что-то невероятное. Закусив губу, юноша пытался сдержать счастливую улыбку, так и норовившую появиться на лице. Сердце билось где-то в горле, и этот звук отдавался в его голове гулким эхом. Внезапно, коридор сделал резкий поворот налево и начал постепенно подниматься вверх. — А вот это уже интересно, — шепнул Поттер, поправив съехавшие очки.       Пройдя ещё метров десять-пятнадцать он заметил, что пещера начала постепенно сужаться, а песок сменился пусть и неаккуратной но плиткой. Каждый последующий шаг давался Гарри гораздо тяжелее предыдущего, а воздух внезапно стал невыносимо жарким и влажным. Юноша лёг на землю и продолжил свой путь ползком: идти нормально ему уже не позволял низкий свод коридора. Однако каково же было его удивление, когда он упёрся головой во что-то твёрдое. — Серьёзно? — разочарованно выдохнул Поттер. — И это всё?       Ему совершенно не хотелось сдаваться. Да и путь обратно представлялся настолько невыносимым, что он был готов хоть руками рыть себе выход наружу. Перевернувшись на спину, Гарри решил осмотреться, и света палочки оказалось вполне достаточно для того, чтобы он увидел в небольшой боковой нише что-то блестящее. Он сполз чуть вниз, сел и протянул руку, вглядываясь в темноту: оказалось, что там был металлический люк. С него на юношу смотрела морда какого-то диковинного, совершено невообразимого чудовища, которое, едва тот решил к нему прикоснуться, оскалилось и злобно зарычало. В ответ на это Поттер скривился и, взмахнув палочкой, произнёс: — Stupefy.       Он довольно ухмыльнулся: существо в последний раз открыло пасть и замерло с высунутым языком. Для верности выждав ещё пару секунд, Поттер коснулся запылённого рельефа, скользнул ладонью по холодному металлу и вскоре нащупал небольшое кольцо. Ощущая необычайный прилив сил, он жадно облизнул губы и дёрнул крышку люка на себя.

***

      За закрытым окном царила непроглядная ночь, и в её тишине тиканье часов отдавалось в голове девушки набатом. Она лежала без движения и, казалось, бессмысленно смотрела в потолок, но в её голове снова крутились шестерёнки. Повернув голову, Гермиона бросила взгляд на профессора, сидевшего в кресле неподалёку — его наконец сморила накопившаяся за несколько суток усталость, и он крепко спал в самой неудобной позе, которую Грэйнджер доводилось видеть в своей жизни. Она выждала несколько секунд, проверяя, не проснётся ли Снейп, но мужчина, казалось, позабыл обо всём на свете. Поджав губы и сделав глубокий вдох, девушка скинула одеяла, свесила ноги с кровати и тут же зажмурилась: несмотря на все целебные мази, заботливо приготовленные Северусом, в паху всё саднило, и она решила выждать некоторое время, давая себе небольшую передышку. — Ничего, Гермиона, — прошептала она, — ты справишься. Ты всегда справлялась.       Наконец, собравшись с силами, Грэйнджер с трудом встала с постели и, преодолевая безумное желание лечь обратно, на цыпочках прокралась мимо профессора и вышла из комнаты. Она аккуратно задёрнула полог и, ступая босыми ногами по каменному полу, подошла к шкафу, в котором хранились зелья. Её задумчивый взгляд скользил по длинным полкам, но ни на чём не останавливался — девушка искала что-то совершенно отличное от всем знакомых ингредиентов, и наконец нашла. — Так вот как ты выглядишь, — произнесла она, поднявшись на носочки и доставая с верхней полки пузырёк с содержимым, похожим на сахар.