Естественный отбор

Проснулся Дейдара с ужасной головной болью. Он посмотрел на Ооноки, который лежал в той же позе, что и ночью, и не дышал. Омега на всякий случай все же проверил яремную вену старика. Не обнаружив пульса, Дейдара несколько раз ударил себя по щекам, потер глаза и плотнее закутался в простынь. А потом заорал. Несколько томительно долгих секунд ничего не происходило, но вскоре в комнату ворвались вооруженные люди — явно охрана. Один из них таким же образом, что и Дей несколько минут назад, проверил пульс хозяина и отрицательно помотал головой. Дейдара не переставал кричать. Второй охранник, схватив его за руку, потащил в ванную, где заставил сунуть голову под ледяную воду, чтобы парень пришел в себя. Куроки затих достаточно быстро. — Успокоился? — спросил мужчина. Омега захлопал ресницами и в подтверждение закивал. — Славно. А теперь одевайся и спускайся на кухню. Будем ждать полицию, где ты расскажешь все, что здесь произошло. — Я-я-а-а-а ничего не знаю, — испуганно зашептал Дейдара, — я проснулся, а он уже… такой. — Вот это и расскажешь, — мужчина подтолкнул его обратно в спальню. — У меня нет одежды, — рискнул сказать Дейдара. Охранник хмыкнул и открыл одну из дверей. Она вела в другую комнату: гардеробную. Там было все, что душе угодно: брюки, джинсы, рубашки, костюмы, шарфы, галстуки и многое другое. У Дейдары разбегались глаза, но он выбрал самое неприметное: джемпер и темно-синие джинсы. Есть Дейдара не мог. Он сидел на кухне и курил сигарету за сигаретой, стараясь удержать нервную дрожь. У него получилось убить человека, и его рука не дрогнула. Однако удастся ли омеге убедить детективов в своей невиновности? Полицейский оказался уже знаком Дейдаре. Именно этот человек приезжал в больницу к омеге, чтобы допросить. И вот все началось по новой. — Здравствуйте, Дейдара-сан, — поздоровался он. — Здравствуйте. — Снова мы с вами встретились при столь трагичных обстоятельствах. Дейдара не видел смысла отвечать. — Что вы помните из вчерашнего вечера? — Мы… — Дейдара замялся, не зная, как сказать о консуммации брака. — Мы скрепили брак. Ооноки выпил вчера лишнего и, не рассчитав силы, ментально надавил на меня, и я отключился, — прошептал Дейдара. — А когда проснулся, он был уже… мертв. — Как вы поняли, что господин Тсукури мертв? — Я н-не знаю. Я прикоснулся к нему, а он холодный. Я испугался и закричал. — У Дейдары непроизвольно полились слезы, не из-за смерти его благоверного, а из-за стресса: все же не каждый день он убивает людей. Детектив покивал, сделал пару пометок в своем блокноте и задал еще несколько вопросов: — Вы знаете кого-нибудь, кто мог бы желать смерти вашему мужу? — Нет, — Дей покачал головой. — Мы познакомились недавно. Отец работал на Ооноки, а после его смерти мы с господином Тсукури решили пожениться. О врагах мужа я не знаю. Я вообще мало интересуюсь бизнесом и никогда не лез в его дела. — Я правильно понял, что у вас брак по расчету? — Да. Мы заключили договор. Ооноки его спрятал, не знаю куда. Мы договорились, что я рожаю ему наследника, а после, если ему потребуется развод, мы тихо расходимся. Если с моей стороны все обязательства выполнены и ничего не нарушено, то он обеспечивает меня всем необходимым до конца жизни. Дейдара решил говорить правду там, где это не противоречит его легенде. — Взамен он потребовал только наследника? Для этого могло хватить всего одной ночи. — Кажется, Ооноки мне симпатизировал. У меня хорошая родословная и большие шансы выносить здоровое потомство. — Вы можете предположить, где сейчас находится брачный контракт? — Детектив пристально глянул на омегу. — Не знаю, — Дейдара пожал плечами, — возможно, в его кабинете или у адвоката. — Что ж, вы дадите разрешение на врачебный осмотр? — Ну… ну если так надо, то конечно.

***

Это была достаточно неприятная процедура. Дейдару раздели по пояс снизу и вертели в разных направлениях, ощупывали, трогали; взяли несколько мазков и кровь на анализы, а также сделали УЗИ. Затем омегу усадили в гинекологическое кресло и пытка продолжилась. — Извините, — тихо спросил «подопытный», — а зачем это нужно? Доктор без интереса взглянула на него ответила: — Чтобы доказать, что вы действительно имели половой контакт с погибшим, в дальнейшем это может повлиять на ход расследования. Дейдара и так знал об этом. В законодательстве черным по белому было прописано, что в подобных случаях, то есть когда один из супругов умирает или больше не в состоянии вести полноценный образ жизни или по желанию одного из или обоих супругов, брак может быть расторгнут автоматически, если не был консумирован. Но Дейдары это не касалось: пусть у них не было сцепки и Ооноки не оставил на омеге своей метки, сути это не меняло: тело Дейдары хранило множество образцов ДНК, которые доказывали правдивость его слов, поскольку принять душ парню не позволяли вплоть до полного завершения осмотра. Остаток дня Дейдара ничего не делал. Он шатался по особняку и осматривался, со страхом ожидая, что вот-вот войдет детектив и наденет на него наручники. В таком настроении прошел не один день и даже не одна неделя. Дейдара не знал, что ему делать дальше, но пока ничего не стало ясно с Ооноки, парень решил сильно не привлекать к себе внимание, бродя по дому как привидение, пока ему не позвонил детектив. Дей его так и называл — детектив, забыв практически сразу, как того зовут. Мужчина пригласил Куроки в участок для разговора. Дейдара в тот же момент вызвал такси и выехал из особняка. — Здравствуйте, Дейдара-сан. — Здравствуйте, — Куроки поздоровался в ответ. — Мы выяснили одну интересную подробность о вашем муже. При вскрытии, да и после, личный доктор господина Ооноки, прислал нам его медицинскую карточку, где коронер нашел подтверждение того, что у господина Тсукури было слабое сердце. Вы об этом знали? Дейдара покачал головой. Он действительно практически ничего не знал об бывшем супруге. — Это не было такой уж неожиданностью. Я хочу сказать, что господин Тсукури был достаточно пожилым альфой и прожил намного дольше отведенного ему срока. Дейдара покивал: ему было известно, что Тсукури давно отметил двухсотый день рождения. — И мы предположили, а коронер подтвердил, что смерть произошла по естественным причинам. — Что? — Дейдара встрепенулся: такого он не ожидал. — Ну-ну, не стоит так беспокоиться. Не вы ли сами утверждали, что в комнате в ту ночь никого, кроме вас, не было? — Да-да, верно, просто, это все так быстро, и, признаться, я опасался, что подозрения падут на меня. — Ну что вы. Мы ведь профессионалы, мы не будем подозревать кого-либо без объективных причин. Смерть не страшна, если естественна, — зачем-то добавил детектив. Дейдара обеспокоенно на него посмотрел. Чертов полицейский явно что-то подозревал, хотя обходились в отделении с Дейдарой довольно почтительно: никто не давил ментально и не пытался насильно выведать истинное положение дел. Лишь несколько раз Дейдара давал письменные показания, которые подшивались в дело. Омега вздохнул с каким-то облегчением, когда покинул участок. Он планировал в последний раз направиться в особняк Ооноки, чтобы собрать вещи.

***

— Он что-то скрывает, — протянул Хатаке Какаши, тот самый следователь, который вел дело о внезапной смерти Тсукури Ооноки. Его помощник во время встречи с Дейдарой сидел за вторым в кабинете столом, не привлекая к себе внимания. — Почему ты так решил? — Все слишком гладко, — покачал головой Какаши. — Такое бывает, — пожал плечами его ассистент, — парня осматривал доктор. Нашли следы насилия и отпечатки явного ментального воздействия. Омега был бы просто не в состоянии что-то сделать. Я склонен ему верить: он отрубился. А дед не рассчитал свои силы, выпил лишку, на мальчика молодого набросился, вот сердечко-то и не выдержало. К тому же, на трупе никаких посторонних отметин. Да и на камерах ничего подозрительного, даже ни одного сбоя. — Да знаю я. — Хатаке раздраженно мотнул головой: все вроде бы было логично и складно, но его чутье подсказывало, что все не так просто, как кажется на первый взгляд. Да и омега совсем не глуп. — И что? Ты собираешься копать дальше? Дело-то закрыли. — Нет, не собираюсь, — вздохнул Какаши. — Я наблюдал за ним все это время, никаких подозрительных действий. Скажи мне, что делают преступники, как только представится возможность и видимость свободы? — Если не успели ранее — заметают следы. — Вот именно, а парень целыми днями шатался по дому и ничего не предпринимал. — Я знаю все обстоятельства этого дела. И хочу сказать, что на пацаненка ты возводишь напраслину. Успокойся уже, пошли лучше пообедаем.

***

У Дейдары еще оставались смутные опасения. Прежде чем уехать отсюда навсегда, ему предстояло еще забрать использованный шприц и сделать это максимально незаметно, так же, как он и подложил его. Но время поджимало, он боялся, что полицейские могли его просто развести, как деревенского дурачка, а сами сидели в засаде недалеко от дома и круглосуточно наблюдали за ним в бинокль. Он пытался отмахнуться от опасений, понимая, что у него уже попросту развивается паранойя, но ничего не мог с собой поделать. Омега закурил, вспоминая, что неплохо было бы встретиться с Сасори, отметить успех, и стоило наконец попытаться найти работу, поскольку наличность весьма быстро заканчивалась.

***

Такси затормозило у раскрытых ворот особняка Ооноки, Дейдара расплатился и быстро пошел по щебневой дорожке, отмечая у парадного входа незнакомую машину. Натура Дейдары подсказывала быть настороже, но это не потребовалось: в гостиной его ожидал крепкий альфа средних лет. Он внимательно рассматривал Куроки и приятно улыбался. — Кто Вы? — Дейдара не стал ждать, когда мужчина представится. — Я нотариус. Меня зовут Джирайя Сенджу, но называйте меня просто Джирайя. Молчал Дейдара недолго: — Пройдемте в кабинет, Джирайя, там будет удобнее, — пригласил блондин. Он поймал первую попавшуюся служанку и попросил ее принести две чашки кофе. — Я так понимаю, вы хотите попросить меня покинуть особняк? — спросил Дейдара, усевшись в кресло, ранее принадлежавшее Тсукури. — Нет, с чего бы? — удивился адвокат и начал рыться в своем портфеле, вытаскивая оттуда какие-то бумаги. — Я пришел озвучить завещание господина Тсукури. — Завещание? — переспросил Дейдара. — Ну да. У Ооноки-сана не было прямых наследников. Ни братьев, ни сестер, ни каких-либо других родственников. Дейдара удивленно выгнул бровь: — И что же получается? — Вы единственный указаны в завещании. Хотите, чтобы я зачитал? — Если честно, вы меня несколько шокировали... — Дейдара достал сигарету и закурил. — Я думал, у такого господина большая семья. — А вас не удивило, что никто не бросился к вам, когда по всей стране в новостях объявили об этой трагедии? Дейдара вновь удивленно посмотрел на мужчину. Теперь, когда ему об этом сказали прямо, он действительно понял, что никакие родственники его дражайшего покойного мужа не спешили его навещать. — У меня были несколько другие заботы. — Конечно-конечно. Так что насчет завещания? — Читайте, — Дейдара стряхнул пепел. В кабинет тихо вошла служанка с подносом, оставив его на столе прямо перед гостем, и также беззвучно удалилась. Дейдара проводил ее взглядом. — Сим моя последняя воля такова: все свое имущество, а именно: особняк (указан адрес), квартиры по всему миру (перечислены города и адреса), счета в банках (перечислены названия банков и номера счетов), контрольный пакет акций корпорации «Ивагакуре», составляющий пятьдесят процентов плюс одну акцию, а также ключ от ячейки в банке (указан банк), в которой находятся облигации на сумму тридцать миллионов американских долларов. Моя последняя воля должна быть исполнена. — То есть как? — Дейдара во все глаза пялился на Джирайю, не в силах поверить в его слова. — Все мне? — почему-то шепотом вновь поинтересовался он. — Все вам. — Но как же, я же омега, да и мы… ну… мы ведь только познакомились с ним. Почему все мне? — Если позволите, я поясню. Дейдара заторможено кивнул. — Вы произвели на Ооноки крайне сильное впечатление. Должен сказать, что мы были достаточно дружны и он часто делился со мной своими мыслями. Он неоднократно упоминал вас. Говорил, что вы умны и не имеете жажды до денег, как, например, члены совета директоров, которые, скорее всего, уже начали делить корпорацию. — И…и что же мне теперь делать? — Если позволите, я помогу вам советом. Куроки молчал, тщательно обдумывая новую информацию. — Вот что, Джирайя, как вы смотрите на то, чтобы стать моим поверенным? — Дейдара затушил сигарету и достал новую. Джирайя смотрел на Дейдару и понимал, что имел в виду Ооноки: этот парень своего не упустит. Альфа улыбнулся и кивнул, принимая предложение Дейдары. Это будет интересно. — Я ведь должен выплатить какой-то налог государству? — Дейдара вдруг вспомнил о законодательстве. — Да, но не переживайте, этим я займусь лично, и у вас не возникнет проблем. — Можно на ты, — Дейдара затянулся, просматривая документы, предложенные ему на подпись. — Так что там с компанией? — Корпорацией, — поправил его Джирайя, — это не одно и то же. — Пусть так, — согласился Куроки. — Акции сильно упали в цене после смерти Ооноки. А ты теперь стоишь во главе совета директоров. На тебя будут давить другие акционеры, которые захотят получить все и сразу, а главное по дешевке. — И что вы посоветуете? — Смотря чего ты хочешь. Если корпорация тебе не нужна, то лучше ее продать. — Отчего же не нужна. Я немного разбираюсь в этом, — на вопрошающий взгляд Сенджу Дей пояснил, — я по образованию финансист, — и заработал еще один взгляд: на сей раз удивленный и уважительный. — Свою долю я не продам, — Дейдара нехорошо улыбнулся, уже прикидывая, какую выгоду он будет иметь для себя. — Я так понимаю, они там делят шкуру неубитого медведя? — Весьма точно подмечено. Неубитого. Медведя. — Вы еще не представляете, сколько у меня талантов. Дейдара отдал нотариусу все бумаги, которые подписал, и взамен получил другие — документы собственника на недвижимость. — Странно, что они еще не навещали меня. — Совет директоров не желает встречаться с тобой раньше времени, но то, что они точат зубы — это факт. Тебе нужно поразить их, если не хочешь, чтобы они начали продавать свои доли конкурентам. — Если и начнут, то только десять процентов. — Что? — Не более десяти процентов акционеров рискнут продать свои доли на сторону. «Ивагакуре» не потоплена. Они выжидают и строят планы, и готовы на многое, чтобы я продал свои пятьдесят плюс один процент. Мне интересно послушать, кто из них что предложит. И, надеюсь, вы в этот момент будете со мной. Отчего-то Дейдара сразу доверился этому альфе. Подсознательно, на интуитивном уровне или как-то иначе он знал, что Джирайя ему не лжет. — Думаю, на сегодня хватит, — нотариус принялся быстро собирать документы в папку. — Я вижу, ты устал. У нас еще будет время, чтобы я подробно рассказал все о твоем имуществе, но откладывать на долго тоже не стоит. — Завтра я поеду в «Ивагакуре», часам к десяти. Надеюсь встретить тебя там. — Конечно, — кивнул альфа, — я буду. — У меня есть еще один вопрос. — Дейдара смотрел на мужчину и надеялся, что над ним не посмеются слишком громко. — Чем конкретно занимается корпорация?

***

Дейдара чувствовал настолько сильный прилив адреналина, что не мог спокойно усидеть на месте. Ему требовалось с кем-нибудь поговорить, обсудить, поделиться, потому он почти без раздумий набрал Сасори. — Надо поговорить, — только и сказал Дейдара. — На нашем обычном месте. Они встретились в небольшом тихом кафе «Акведук», когда Дейдара подъехал на Чарджере шестьдесят девятого года. Эту машину он взял из гаража Тсукури и просто не мог не похвастаться. Тачка оказалась потрясающей, и Дейдара решил, что она будет его любимицей. Черная красотка припарковалась у кофейни, но на Сасори это не произвело должного впечатления. — Что, наследство получил? — Сасори уже пил пиво и насмешливо рассматривал раскрасневшегося омегу. — Не представляешь какое, — Дей покачал головой, — с меня причитается. — Не стоит, я помог тебе не ради денег. — Это неважно. Я не привык оставаться в должниках. — Мне не нужны деньги. — А у меня к тебе другое предложение. — Омега самодовольно усмехнулся. — Излагай. — Сасори достал пачку сигарет и друзья закурили. — «Ивагакуре» занимается экспортом, разработкой и поставкой медикаментов. Я успел выяснить, что в головном офисе есть экспериментальная лаборатория. — Кажется, об этом не знал только ты, — Акасуна покачал головой, — и что? — Я предлагаю тебе должность главы отдела разработок. — Ты еще даже не был в «Ивагакуре» и не знаешь, как тебя примут, а уже обещаешь мне тепленькое местечко. — Ты не хочешь его? Твоя гордость ущемлена? — подразнил Дейдара. — Нет, я просто не уверен, что ты сможешь выполнить обещание. — Сасори, — Дейдара разломил фисташку, — если они не уступят мне, я создам новый отдел, и ты даже сможешь сам набрать себе лаборантов. Или кто там должен быть. Что скажешь? — Я в деле. — А поехали ко мне домой? — неожиданно предложил Дей. — Я хочу выпить, а у Ооноки чудный винный погреб. — У меня еще один вопрос к тебе. Ты ведь знаешь, что у Тсукури огромный фасад преступной деятельности. А еще подпольный бизнес. Этот загадочный юрист говорил тебе? — Он намекнул, — Дейдара кивнул. — Но об этом я подумаю завтра.* — Тогда поехали, красавчик. — Сначала к тебе, возьмем твой лучший костюм, ты же должен завтра выглядеть сногсшибательно. — А ты? — А я? — Дейдара задумался. — Сохраню равнодушие. И будет неплохо, если при этом у меня будет зверски болеть голова. Посиделки удались на славу: они пили Шато Марго двухтысячного и закусывали сырами с плесенью. Это был отличный вечер, который, к сожалению, быстро закончился. Дейдара проснулся рано и воспользовался этим, чтобы понежиться в ванной и привести себя в порядок. Он легко позавтракал, выпил кофе и полез в шкаф, чтобы выбрать костюм. Ему не хотелось классики, омега ее не любил, поскольку плохо сочетался с этой «дамой». Дейдара остановил выбор на обычных темно-синих джинсах, белом пуловере и пиджаке. Он хотел, чтобы первое впечатление о нем было обманчивым, и как можно выгоднее разыграть партию. Корпорацию без хитрости не удержать. Когда Дейдара вновь спустился на кухню, там уже был Сасори. Он выглядел сдержано и безучастно. — Как самочувствие? — Дейдара закурил и забросил в рот мятный леденец, чтобы немного заглушить запах табачного дыма. — Нормально, твоя кухарка варит лучший кофе, что я когда-либо пил. Весьма бодрящий напиток. — Рад, что тебе нравится. — Дейдара взглянул на циферблат телефона, — девять часов. Если ты готов, можем ехать. — Только не гони. Куроки нежно улыбнулся. — Ничего не обещаю. — Ты какой-то неправильный омега, — подметил Сасори, пристегивая ремень безопасности. Дейдара вновь выбрал Чарджер, кажется, он влюбился в эту машину. Хотя, Акасуна всегда знал, что Дейдара любит старых американок, точнее, машины первого поколения. Сейчас они уже раритет, что, впрочем, этой красотке не мешало быть на ходу. — Я просто люблю скорость. — Дейдара завел двигатель, и Акасуна схватился за ручку, зная, что сейчас автомобиль сорвет с места, а его вдавит в сидение. — Я и говорю, неправильный ты. Куроки отмахнулся. К черту все. — Я тут подумал, — неуверенно начал Сасори, и омега тут же сбросил скорость. Неуверенный Сасори — это что-то из ряда вон, так что стоит прислушаться к его словам. — Может, не стоит вот так сразу говорить, что ты назначаешь нового главу отдела? Как же корпоративная этика? — Акасуна мялся и Дейдара пытался понять, что же он не учел. — Ты боишься, что тебя станут осуждать? — Дейдара вновь надавил на газ. — Ну, — бета не любил свои слабости, но Дей ведь его друг. — Говори как есть. — Они будут коситься и перешептываться за спиной. Мне бы этого не хотелось, так что, может, повременим? — С каких пор чужое мнение тебя волнует? — Дейдара заехал на парковку головного офиса, припарковался и пристально взглянул на друга. Как же он жалел, что Сасори бета. На него можно бы было прекрасно надавить и сразу узнать, что же его беспокоит. — С тех, как от него станет зависеть моя жизнь. — Они тебе ничего не сделают. — Парень покачал головой и вышел из машины. — Им нужен я. К тому же нечего тянуть резину. Тебе даже здороваться не придется. Я сообщу о тебе так, чтобы они подавились. Не переживай. — Я переживаю за тебя. — А только что говорил о себе, — Дейдара хохотнул. На крыльце стоял охранник. Те, кто работает в этом здании предпочитали называть их секьюрити, но по размерам тела это были именно охранники или даже вышибалы. — У Вас есть пропуск? — мужчина оказался альфой и возвышался над Дейдарой, словно гора. — Нет, это что-то меняет? — У Вас назначено? — продолжал секьюрити, загораживая проход. Дейдара снял солнцезащитные очки. — Я супруг покойного Ооноки-сана. Я владелец контрольного пакета акций, и я опаздываю на собрание акционеров. Если ты нас не пропустишь, ищи себе новую работу. Угроза была липовой. На самом деле Дейдаре понравилось, как работает этот парень, но говорить об этом ему не стоило, во всяком случае пока. Еще она была слишком банальной, поскольку угроза увольнения всегда на всех действует одинаково безотказно. Но на охранника речь Дейдары не произвела впечатления, поскольку он узнал его без очков: он видел прежде этого омегу в газетах. Парень говорил правду: у него имеется власть решать его дальнейшую судьбу, а потому он пропустил их, но с таким видом, будто не он только что допустил оплошность, а сами гости наворотили дел. Возможно, он считал, что, если Дейдара омега, то его быстро отсюда погонят. Или не считал своим долгом пресмыкаться перед низшим слоем населения. Дейдара решил, что разберется с этим позже. А сейчас он уже опаздывал и бесконечно из-за этого волновался. Он шел очень быстро. Узнав на ресепшене нужный этаж, омега почти сорвался с места, и Сасори оставалось только поспевать за ним. Куроки планировал прийти даже пораньше, чтобы быть готовым. К чему, он и сам не знал, но сиди он заранее в медленно-заполняющимся конференц-зале, его уверенность явно была бы выше. А так, он совсем не представляет, что его там ждет. Еще несколько минут Дейдара терзался, а потом что-то случилось, и он внезапно успокоился. Какого черта? Сборище альф в напыщенных костюмах сидят там и ждут решения всего одного слабого омеги, который собирается поставить их на колени. Чего же тогда он так трясется? Он не подведет ни себя, ни Сасори, ни Джирайю. — Ты успокоился, — заметил Акасуна. — Я понял, что повода для переживания нет. Дейдара попросил одну из секретарш проводить их к месту собрания. Девушка пыталась сказать, что туда нельзя, но омега ее проигнорировал, отослав обратно. — Ну пошли? — зачем-то спросил Дейдара, чувствуя, как в груди замирает сердце. — Пошли, — кивнул Сасори. Куроки отодвинул купейную дверь и первым переступил порог. Его сразу не заметили: правление чинно беседовало между собой, и их основной темой была именно его персона. Никто не кричал, но вместе их жужжание превращалось в гул. Словно рой пчел был где-то неподалеку. Омега прислушался. — Что эта омега возомнила о себе? — доносилось с одной стороны. — Это неуважение к членам правления, — с другой. — И смеет еще опаздывать, — с третьей. — У Тсукури был хороший вкус, я бы засадил этому Дейдаре. — Неужели Ооноки действительно все оставил омеге? Каждый, хоть как-то выражал свое недовольство ситуацией. Только адвокат чему-то загадочно улыбался, и какая-то женщина-альфа это заметила. — Джирайя! Мы сидим здесь, как собачонки на привязи в ожидании хозяина, а ты улыбаешься! — возмущенно причитала она. — Мне нравится это сравнение, — Дейдара решил, что стоит уже заявить о себе, иначе он услышит еще множество неприятных вещей, чего ему бы не хотелось. — Собачонки на привязи, а я хозяин. Дейдара сел во главе стола и попросил мужчину, что сидел от него по правую руку, пересесть в другой конец, чтобы его место мог занять Сасори. — Что ты себе позволяешь? Думаешь, если подставлял задницу Ооноки, то теперь ты здесь всем заправляешь? — мужчина шипел как рассерженная змея. — Именно так я и думаю, — улыбка Дейдары была настолько приторной, что у его собеседника свело зубы. — Я не сдвинусь с места, — все так же продолжал мужчина. Дейдара определил, что он бета. Весьма цепкий бета, раз сумел подняться так высоко, по правую руку от президента корпорации. Куроки ничего не сказал, он прошел в конец зала и взял один из свободных стульев. Принес его к своему месту и предложил Сасори. — Я слушаю ваши условия. — Дейдара поставил локти на стол. — Мы предлагаем Вам разделить полномочия, — решилась та самая женщина-альфа, что говорила о собачонках. — Разделить полномочия, — задумчиво повторил Дейдара и уточнил, — то есть вы хотите, чтобы я попросту не мешался у вас под ногами, пока вы будете заниматься делами корпорации? Однако в воздухе повис славный кусок. Мой кусок. И не предлагаете вы мне его продать только по одной причине: каждый думает, как опередить другого и заключить сделку с наибольшей выгодой для себя. Хотите заграбастать все? Что же вы не проявили инициативу раньше? Вероятно, я бы и согласился на первое предложение. Почему, собственно, и нет? — Дейдара оскалился. — Сейчас, когда я оправился от смерти мужа и готов к переговорам, я заявляю: ничего продавать я не буду. Также я намереваюсь сесть в президентское кресло. — Это невозможно. В кресло президента корпорации сядет вице-президент, мы уже все решили общим голосованием. — Меня на этом голосовании не было, так что не считаю его действительным. Дейдара посмотрел на Джирайю, который качал головой, словно говоря: «Так не пойдет, они уже все решили, и не тебе оспаривать их право. Ты должен их поразить». От этого взгляда Джирайи, Куроки сдулся, он прикусил нижнюю губу, пожевал ее и грузно опустился в кресло. Ему хотелось покурить, и он не стал себе в этом отказывать. С наслаждением затянувшись, ошарашив при этом всех присутствующих и прикрыв глаза, Дейдара начал: — У меня встречное предложение. Дайте мне один год и я подниму корпорацию на новую высоту. Если по истечении года я развалю дело или же попросту ничего не добьюсь, я подарю вам свои пятьдесят плюс один. Более того, при банкротстве я поручаюсь возместить все убытки. Мы проведем аудит, оценим стоимость предприятия. Нужную сумму я положу на депозит. Вы ничего не теряете. Год ведь это совсем недолго. Дейдара проигнорировал пепельницу, что стояла перед ним, вместо этого он потянулся через стол, чтобы взять пепельницу мужчины, отказавшегося пересесть в конец стола. — Ваша мне нравится больше, — пояснил свои действия Дейдара. Мужчина раздраженно посмотрел на абсолютно идентичные пепельницы. — Что Вы просите взамен? — спросил он сдержано. Предложение было выгодно: оно оттягивало срок дележа, а за это время вполне можно было подготовиться к худшему и подумать о путях отхода. Тем более никто из них действительно ничего не теряет. Бета посмотрел на омегу, парень крупно рисковал своими деньгами и своим положением, но совсем не боялся. Для омеги намного проще было бы продать свою долю и уехать куда-нибудь на Кипр. Средств ему хватит существовать безбедно до конца жизни, да еще и останется. Но это… это достойно уважения. — Я прошу мне не мешать. А также начальником исследовательского центра станет мой хороший друг Сасори Акасуна. — Дей указал на Сасори. — Что, уже протаскиваете своих людей? — бета не смог не поддеть Дейдару, он понравился ему, но свои чувства, он выражал вот таким вот странным образом. Куроки же отреагировал вполне спокойно. — Разумеется, здесь же должен быть хоть кто-то, кому я доверяю. Выстрел достиг своей цели. Дейдара прямым текстом сказал, что никому из них не верит и, скорее всего, помощи не примет, а если и примет, то все проверит и не один раз. На него смотрели волком. На самом деле так же они смотрели и на Тсукури, но тот был альфой и ему было не зазорно подчиниться. — Мы составим соглашение, чтобы ни у кого не возникло сомнений в моей честности. Кто-то не сдержался, и на Дейдару обрушился ментальный удар. Он ожидал этого, а потому смог удержать щит. При этом Куроки настолько разозлился, что упустил контроль. Его ментальная сила на долю секунды заполнила помещение — яркая горячая волна опалила альф. Никто не ожидал от омеги такой силы, никто и не думал, что омега может быть сильнее альфы. Некоторые почувствовали, что в ментальной воле уступают Дейдаре. Это было откровение и шок, а еще резкий удар по самолюбию: какому альфа-самцу станет приятно оттого, что омега, маленькая смазливая и тощая, будет одарена природой намного больше и окажется сильной, рожденной побеждать. — Если хоть одно из моих условий не будет выполнено, я продам свою долю Цунаде, и она будет трахать вас, не переставая. Цунаде — известный медик и сильная альфа, об этой женщине ходили легенды. Она была основным их конкурентом, и, собственно, поэтому в Ивагакуре ее недолюбливали. Об этом Куроки также рассказал Джирайя, который был близко знаком с женщиной, поскольку они учились вместе в начальной школе. Дейдара встал и быстрым шагом покинул конференц-зал. Он это сделал не потому, что темы для обсуждения закончились, а поскольку чувствовал, что если еще хоть на одну секунду задержится, все увидят, чего ему стоила ментальная вспышка. У Дейдары вот-вот собиралась хлынуть носом кровь, и омега наугад отправился в туалет. Он не видел и не слышал, что ему в спину раздавались аплодисменты. Конечно, далеко не все аплодировали, однако его приняли и оценили его старания. — Я согласен на его условия всего лишь потому, что мне интересно, чем это закончится. Альфа который хлопал, высказал свое мнение, очевидно он был негласным лидером общего собрания, поскольку его сразу же поддержало большинство.

***

Джирайя и Сасори застали Дейдару, когда он осматривал свой новый кабинет, точнее, бывший кабинет Ооноки. — Как ты себя чувствуешь? — Джирайя пристально смотрел на Дейдару. Он знал, что омега полон сюрпризов, но не ожидал такого потенциала. И непросто потенциала, а вполне осознанной силы, которая становится сильным козырем в умелых руках. У Куроки как раз оказались такие руки и к тому же светлая голова. Однако Джирайя видел, что столь мощная вспышка не обошлась для парня без последствий. — Вполне себе, — Дейдара пожал плечами. — Точно? — Все хорошо, — нажал Куроки и опустился в кресло. — Нужно решить насущные вопросы. — С чего начнешь? — спросил Сасори. — Для начала я хочу собрать всех сотрудников в одном месте и объявить, что я новый президент. Затем мне потребуется вся отчетность, которую только можно найти. Также я хочу знать, кто скупил большую часть тех акций, которые находились в свободной продаже. Что-то мне подсказывает, что нас ожидает сюрприз. — На это потребуется много времени, — склонил голову Джирайя. — Вот времени-то у нас и нет. Начнем с основного. Сасори, я выделю тебе несколько помещений и капитал на оборудование. Персонал наберешь сам. У тебя ведь есть какие-то свои задумки? — Да, у меня была парочка идей для исследования. А теперь появилась и возможность. — Что ж, я так понимаю, моя помощь пока вам не нужна. — Нет, спасибо. Вы нам очень помогли сегодня, благодарю, — Дейдара улыбнулся, а Джирайя склонился в поклоне. — Я взял на себя смелость договориться о кремации Ооноки. Все уже оговорено и оплачено, но если ты против, то все можно отменить. — Нет, Джи, ты все правильно сделал, мне этим заниматься некогда. — Ваш покорный слуга готов оказать любую услугу. — Тогда вот, что Вам нужно сделать. Хорошенько отдохнуть, поскольку я еще успею Вам надоесть. — Ох, разве Ваша компания может утомить, Дейдара-тян, — Сенджу приятно улыбнулся. — Всего доброго. Надеюсь, скоро увидимся. И он ушел. В кабинете остались только Дейдара и Сасори. — Я хочу выпить, — неожиданно выдал омега. — Ты такими темпами сопьешься. Дейдара помотал головой и закурил. — Не представляю, что мне сейчас делать. — Может быть, я могу Вам помочь? — Что за мода входить без стука? — раздраженно спросил Дейдара. — Ооноки не был против. — Вице-президент прошел вглубь кабинета. — Я не Ооноки, — Дей заскрипел зубами, — и я против. — Бесстрашный, да? — спросил мужчина. — Ближе к делу. — Меня зовут Ямато. — Дальше. — Я могу провести Вас по отделам и рассказать, что к чему. Сощурившись, Дейдара недолго буравил Ямато взглядом, прежде чем кивнул: — Ведите.

***

Жизнь вокруг Дейдары закрутилась и завертелась. Он жил на работе, стараясь вникнуть во все премудрости корпоративного бизнеса. Со временем у него начало получаться. Дейдаре посчастливилось заключить несколько небольших сделок, которые обеспечили более-менее стабильный доход. Пусть это и были мелкие успехи, но слухи поползли, и уже скоро к Куроки на крючок попалась крупная рыбка. Или это он ей попался, Дейдара пока не знал, но чувствовал, что это сотрудничество изменит его жизнь кардинально.

***

Дейдара сосредоточенно читал договор и недовольно что-то помечал в нем красной ручкой. Он тихо фыркал себе под нос и усмехался на особо веселых моментах. Что моменты были веселыми, можно было бы и поспорить, но Дейдара явно забавлялся. Нет, эти идиоты считают его полным кретином, если думают, что он это подпишет! Н-да, омег до сих пор не воспринимали всерьез, особенно на столь высоких должностях. Прошло всего три месяца с того момента, как Дейдара сел в кресло президента, а некоторые непосвященные все еще принимали его за слабого безвольного омегу, тщательно контролируемого кем-то. Дейдаре потребовалась одна встреча, чтобы его начали всерьез воспринимать собственные коллеги, и три месяца, чтобы вытащить погружающуюся в клоаку корпорацию со дна и оставаться на плаву. Конечно, без помощи Сасори, Джирайи и Ямато, который оказался толковым мужиком, он бы не справился. Ему пришлось научиться дипломатии и жесткости, Дейдара перестал улыбаться, его лицо словно окаменело, а если и выражало эмоции, то чаще всего недовольство. Это было сделано для того, чтобы его не сочли чересчур легкомысленным. И сейчас напротив сидели представители «УчихаИнк», которые явно что-то слышали о нем, но, как и другие, не воспринимали всерьез. Они думали, что смогут уговорами или шантажом заставить его поставить подпись на этом договоре, который у любого нормального предпринимателя вызовет только циничную шутку. Конечно, «УчихаИнк» была огромной компанией, которая распространяла свое влияние на западные и европейские страны. И для любого предприятия было счастьем, если на него обращалось положительное внимание «УчихаИнк». Но не на таких же смешных условиях! — Вот. — Дейдара закончил с чтением и швырнул Мадаре контракт, практически весь испещренный пометками. — Исправьте это, а потом поговорим. Мадара не потрудился взглянуть на измятые листы, которые тут же подхватил Итачи, его внучатый племянник и одновременно ведущий юрист «УчихаИнк». Итачи внимательно посмотрел на записи, сделанные красной ручкой Дейдары, а потом и на самого Куроки. Если тот сумеет добиться подобных условий от Мадары, Итачи будет аплодировать ему стоя. Что ж, очевидно, омега не зря занимает эту должность, которая, впрочем, была ему к лицу. Мадара пожевал нижнюю губу, пытаясь успокоить своего внутреннего демона, чтобы не сорваться и не наговорить молоденькому и неопытному омеге гадостей, а после не намотать его блондинистый хвост на кулак и не взять его на рабочем столе. — Не слишком ли много вы на себя берете, Дейдара-сан? — Фраза была полна яда, и Мадара намерено пытался спровоцировать Куроки, однако Дейдара не взбесился. Он удивленно посмотрел на альфу и отрывисто ответил: — Я делаю то, что будет лучше для союза и меня в частности. Так же как и вы, я уверен. Но то, что вы мне предлагаете, курам на смех, и совсем несерьезно. Я не оскорблен вашим предложением и предполагаю, что вы просто проверяете меня. Дейдара сделал паузу, но Мадара не посчитал нужным ответить. Он все еще рассматривал омегу, пытаясь что-то найти, понять. Не дождавшись ответа, Дейдара решил поставить точку в переговорах. — Я занят. Если вы еще хотите сотрудничества, пересмотрите контракт, учитывая все огрехи, которые я выделил. Если нет, то вам тем более нечего здесь делать. Я вас не задерживаю. Мадара подал Итачи знак и они вышли, не взглянув на секретаршу, которая тут же подорвалась с места, чтобы выразить свое почтение. Он шел вперед, уверенный, что Итачи следует за ним, и ему не терпелось начать обсуждение, но в стенах этой корпорации подобное было бы недальновидным. Даже у стен есть уши, как говорят. — Ты видел его. Что скажешь? — Мадара заговорил, только когда они отъехали от корпорации за квартал. — О нем недоговаривают. Я думаю все слухи — правда, и то, что он убил мужа тоже. — Почему? — Он тебя не боится. — Итачи, наконец, спрятал черновой вариант договора в портфель и расслабился в сидении. — Только на основании этого? — Ты думаешь, я не заметил? Ты пытался на него надавить. Не столь явно, чтобы его сломать, но и не так слабо, чтобы он не почувствовал и не отреагировал. А он не отреагировал. К тому же я сам пытался ментально прощупать его. Он полностью закрыт. — Что ж, послезавтра у нас встреча с членами правления, а у Куроки вот-вот начнется течка. Посмотрим, как он выкрутится. Итачи пожал плечами. — Примет подавляющие. — Подавляющие нужно принимать постоянно, только тогда от них будет толк во время течки. Судя по запаху, он этого не делает. — Так что будем делать? — Пока наблюдать. А ты пока подготовь новый контракт, с максимальной выгодой для нас. — Это будет непросто. — Для того и переговоры. Им нужны новые инвестиции, а я хочу эту компанию. Возможно, нам придется искать компромат. — Что, если он сделает то же самое? — И что он найдет? — Мадара ухмыльнулся. — Учиха самый сильный клан в Японии. Нас нельзя потопить! А сколько было желающих?! — Дейдара отнюдь не дурак и понимает, с кем имеет дело. — Но не боится. Ты это хотел сказать? Итачи промолчал: зачем отвечать на очевидный вопрос — только тратить силы. — Ты прав, это должно быть интересно. — Почему сейчас? — Итачи задал следующий интересующий его вопрос. — Ооноки отказывал нам в сотрудничестве. И, с одной стороны, это было правильно. Пусть он не вел с нами дел, но он был достаточно осторожен. А еще он был старомоден и предпочитал игнорировать нововведения. А вот Дейдара молод и горяч, чтобы он ни пытался показать партнерам и конкурентам. Он будет играть по максимуму: все или ничего. — Пояснишь? — Итачи знал, что Мадара прав, но он хотел это услышать. Отчего-то Куроки Дейдара был ему интересен, и ему нравилось о нем говорить. — Ты его видел? Это сладкая омега, пахнущая порохом и кровью. Он пойдет ва-банк. — Возможно, ты прав. — Никаких «возможно», я прав и никак иначе.

***

Когда дверь захлопнулась, Дейдара позволил себе расслабиться. Альфа оказался потрясающим. Сила бурлила в нем и любопытно, на ментальном уровне, пыталась прощупать Дейдару. Хорошо, что Куроки работал в данной сфере — здесь он научился контролировать свою неуемную эмоциональность и темперамент. Однако сейчас, когда он остался один, омега мог позволить себе слабость. Он откинулся в кресле, раздвинул ноги и застонал, решившись помассировать член. Альфа пробуждал в нем первобытные инстинкты.