Be a million miles away

- Ну, внутри не так уж и плохо. Снаружи это заведение мне доверия не внушило, - протянул Коля, усаживаясь за столик. Вернувшись после допов домой, я стал обзванивать знакомых в поисках компании для того, чтобы напиться в воскресенье. Только вот Федька приглашение не принял и в итоге здесь я оказался с Вальком и моими начальниками. Остальные по каким-то причинам не смогли. Оформлен бар был странно – пестро раскрашенные стены с граффити, какие-то стальные трубы повсюду. Приглушенный свет, громкая музыка. Небольшой танцпол, напротив длинная, словно бесконечная барная стойка. Мы поели, выпили, завязался непринужденный разговор ни о чем. Мне хотелось напиться, поэтому я заказывал Лонг-Айленд за Лонг-Айлендом. Я не очень любил этот коктейль. Вернее я не любил одну из его составляющих – джинн. Ну вот в чем прикол? Он же елкой пахнет! Фу! Но ничего, после двух бокалов мне дало в голову и вкусовые рецепторы притупились. Колька сбегал в туалет, а когда вернулся, в его глазах сверкал какой-то ненормальный блеск. - Так, Михаил, пройдемте-ка со мной. Разговор приватный есть. - Ты чего это удумал? – тут же насторожился Валя. - Цыц, малявка! Сиди и пей свой сладенький коктейль, - Коля показал ему язык и взял меня под локоть, поднимая со стула. – Просим нас извинить. Коля вел меня вглубь бара, держа за запястье. В голове было настолько мутно, что я даже не сопротивлялся. Остановились мы среди танцующих людей. Играла замиксованная веселая мелодия. До боли знакомая, но узнать ее не получилось. К тому же перед тем, как я успел задуматься, Коля крутанул меня вокруг своей оси и дернул на себя. Я впечатался в него, испуганно поднял взгляд. - Николай Романыч, че за херня? – выпалил я, пытаясь перекричать громкую музыку. - По имени, Миша, по имени, - хохотнул он, вовлекая меня в какой-то странный танец. - Да что такое-то?! – снова не выдержал я, замечая, что народ расступается, уступая нам место. Не скажу, что выплясывали вы что-то клевое, просто никому не хотелось быть пришибленным моей тушкой, которую Коля бессовестно кружил по танцполу. - Внимание привлекаю, дурак, - сказал он мне на ухо. - Зачем? Он развернул меня в сторону, приобняв за талию. - На два часа, Михаил, - пояснил он. – Это ведь твой препод, да? Сердце екнуло. Это, действительно был он. С его ростом и белобрысой макушкой – хрен не заметишь. Благо находились мы далеко, и взгляд мой он вряд ли заметил, к тому же Коля развернул меня к себе. - А теперь гордо идем к бару, смотри только на меня, Золушка. Принц за нами наблюдает, - с его губ не сползала какая-то ненормальная улыбка. - З-зачем, - его ладонь, находящаяся на талии обжигала, было как-то жутко неуютно. - А пускай не тупит и задумается о том, что такую симпатичную рожицу и увести могут, - он ущипнул меня за нос. - Ты как его вообще узнал? – спросил я, когда мы купили у барной стойки по коктейлю. - Ты фотку показывал. У меня хорошая память на лица, - хихикнул он. – Кстати, твой принц передислоцировался, чтобы нас видеть. У тебя сейчас спина загорится, Миш, готовься. - Да ты гонишь, - я уставился на него большими глазами, еле борясь с желанием повернуться и проверить. - Мамкой клянусь. Ну, что смотрит, а не что спина загорится, - весело рассмеялся он. – Мишка! У меня идея на миллион! - Может не надо? - Как думаешь, его сильно забомбит, если мы вместе в туалет зайдем? – Коля явно еле сдерживал рвущийся наружу смех. - Не-не-не! Ни в коем случае, - я подскочил с высокого табурета, но был пойман Колей за предплечье и усажен на место. - Ладно, я пошутил, Миш, не кипятись, - он улыбнулся. – Но было бы весело, я так и вижу его лицо… м-м-м, - он мечтательно прикрыл глаза. - По тебе театралка плачет, - фыркнул я. - По нему дурка плачет. Подошедший к нам Валя смерил нас изучающим взглядом, который остановился на Колькиной руке, которую он так и не убрал с моего предплечья. Его правая бровь поползла вверх, на губах появилась кривая ухмылка. - И что это вы тут делаете? - Он играет в Купидона, - тут же сдал его я. - Опять? Колька! - Что? – возмутился он. – С вами же прокатило! - А тут что должно прокатить-то? – не понял Валя. - Прикинь, наш прекрасный принц здесь, - коварно захихикал он. – Вон, у стены каланча светловолосая стоит. Ты только не пались, когда высматривать будешь. Надо отдать Вальку должное, он лишь искоса глянул в сторону и, удовлетворившись увиденным, кивнул Коле. - Ну и совпадение, - хмыкнул он. – Мишка, ты ему до пупка хоть достаешь? Дядя Степа, блин, какой-то… - Ну вас, идите лесом, - обиделся я. – Он клевый… - Да ну, - фыркнул Валя. – Обычный… - Я тебя сейчас покусаю, - с угрозой рыкнул я, вскакивая. - Ну-ну, Миш, - рассмеялся Коля и снова усадил меня на место. – Твой препод думает, что ты со мной. Не изменяй мне у посторонних на глазах! Я начал медленно закипать. Мало того, что Николай Романович вел себя, как идиот, так еще и Валя начал зловредно хихикать. А уж последнее его действие меня вообще выбило. Валек взял нас обоих за руки и веселым, торжественным тоном объявил: - Я даю вам свое благословение, друзья! Будьте счастливы друг с другом! Поржал на пару с Колей и свалил за наш столик. От веселой рожи одного из моих начальников захотелось взвыть. Идиоты пьяные! У меня тут трагедия вселенского масштаба, а они только и знают, что прикалываться! Я уж хотел было возмутиться, сказать своему недалекому начальнику пару ласковых… только вот в голове промелькнула жуткая и шокирующая мысль – Коля-то ой как на Пашку похож. Тоже брюнет, тоже глаза зеленоватые, улыбка до ушей, манера держать себя – вроде бы гордо и достойно, но в тоже время немного развязно. Призрак прошлого больно впился в мой разум и я, психанув, сорвался с места. Да, Николай Романович ни в чем не виноват – он просто прикалывается, а чувств никаких у меня к нему нет. Только вот мысли о Шумилине не отпускают, вгрызаются в мозг с новой силой. Все мной пользуются, все надо мной потешаются, все преследуют эгоистичные цели. Хотелось забиться в любой угол, лишь бы никто не трогал. А для полного удовлетворения еще и поплакать, слишком уж давило на меня присутствие неподалеку моего любимого препода. Коля рванул вслед за мной, я от него. Увертываясь от танцующих и бродящих по залу людей, я тщетно пытался оторваться. Только вот отвлекся, краем глаза заметив на себе взгляд Дениса Александровича. Да что ж ему неймется?! Сталкер недоделанный! Пары секунд моего замешательства хватает на то, чтобы Коля успел поймать меня за запястье. - Миш, ну прости, - улыбаясь, протянул он. – Ну ты чего, как маленький, мы же просто прикалывались. - Отстань! Вырвав руку, я припустил в сторону туалета. Главное успеть добежать первым! Теперь я действительно бежал, даже на какого-то парня налетел, благо пока он соображал, что же его чуть с ног не сбило – меня и след простыл. Влетев в уборную, я помчался вдоль ряда кабинок, слыша, как за мной вновь открывается дверь. - Мишка, ты чего? Нет, Николай Романович, отвалите от меня, не хочу я сейчас никого видеть. Влетев в кабинку, дрожащими руками закрываю щеколду и, наконец, могу с облегчением вздохнуть. Не знаю, что на меня накатило. Наверное, алкоголь слишком сильно в голову ударил, раз уж я Пашку вспомнил, взглянув на Колю. Если подумать, сходство минимальное. У Шумилина глаза зеленые, у Николая Романовича все-таки серые, хоть нотка изумрудная и присутствует. И если у Паши волосы просто очень темные, то у Коли они черные. Интересно, он их красит? - Михаил, ты меня пугаешь, - в дверь кабинки постучали. – Вылезай! - Нет! – воскликнул я, прислонившись к стенке кабинки. - Валентин мне плешь проест, если я один вернусь! – прозвучало немного отчаянно. Да уж, Валька это умеет. Если обижают его друзей – глотку перегрызть готов, порываясь защитить и честь отстоять. Ну и пускай, будет знать, как надо мной прикалываться! Нашли мальчика для развлечений, блин… - Миша! – уже более сурово плюс еще один удар в дверь. - Отстань! – прорычал я, чувствуя нарастающее раздражение. - Миша! Если ты сейчас же не выйдешь… Он не договорил и притих. Я даже удивился – только что был таким решительным, а тут даже уговаривать выйти перестал. - Слышь, Мишань, тут, кажись, меня убивать пришли, - рассмеялся он, весело побарабанив по косяку. Я услышал приближающиеся шаги, а потом до боли знакомый голос произнес: - Вишняков, с тобой все в порядке? Вот тебе раз! Он пошел за нами в уборную? Охренеть вообще! - А вы кто вообще такой, а? – с усмешкой поинтересовался Коля. – Идите дальше, кабинок полно свободных. - Вишняков, быстро вышел, - игнорируя мое начальство, сурово произнес Денис Александрович. Не знаю почему, но я послушно щелкнул задвижкой и высунулся из кабинки. Действительно он. На нем темно-синие джинсы, белая футболка и цветастая расстегнутая толстовка с засученными рукавами. Непривычно видеть его таким, сразу помолодел как-то. Только вот смотрит как-то обеспокоенно, даже складка сердитая меж бровей появилась. - Здрасьте, - скромно промямлил я и недовольно покосился на Колю. Тот, как ни в чем не бывало стоял, прислонившись к стене и хитро улыбался. - Вишняков, тебя этот, - кивок в сторону моего начальника, - не обижает? - Н-нет, - пискнул я, не зная куда деваться – ну что за идиотская ситуация? - Уверен? - Мы вообще-то вместе, - лыба на Колином лице стала какой-то уж совсем довольной. – Да, Миш? Твою мать! Ну что он вытворяет? Что мой любимый препод-то теперь подумает? Что я опустил руки и по мужикам пошел? Хотя… может, так будет лучше? У него невеста есть, а если подумает, что у меня кто-то появился – перестанет беспокоиться за мою детскую психику. Может быть, тогда про свою серую мышь и расскажет. Так хоть честно будет. И, возможно, если он все это озвучит, мне будет легче отпустить… - Да, вместе, - тихо сказал я не своим голосом. – Все в порядке, Денис Александрович, не переживайте. Он пару секунд изучающе на меня смотрел, перевел презрительный взгляд на Колю и тихо так вздохнул, едва заметно покачав головой. - Вишняков, давай отойдем? – вдруг произнес Денис Александрович. Вздрогнув, я кинул взгляд на Колю. Тот лишь фыркнул и помахал рукой, мол иди-иди. Мы отошли ко входу. - Дай сюда свой мобильник. - Что? - Что слышал. Быстро. Черт. И как у него это получается – говорить так, что невольно хочется подчиниться. Не отрывая от него зачарованного взгляда, я достал из кармана телефон и протянул ему. Мой любимый препод быстро что-то набрал на сенсорном экране и приложил трубку к уху. Он что, позвонить с моего телефона решил? Что за бред? Через пару секунд послышалась приглушенная мелодия, немного потупив, я понял, что это мобильник Дениса Александровича. Твою мать! У него на звонке стоит "Просвистела" ДДТ. Обожаю эту песню. Ну что за?.. Он слушает группу, которая мне очень нравится… добить решил? - Если что – звони. Понял? – возвращая трубку, сказал он. - Зачем? - Если кто обижать будет, - пояснил он, кинув взгляд в сторону Коли. – И отправь смс, как домой доберешься. Понял? - А? – мне уже казалось, что я сошел с ума. - Понял, я спрашиваю? Боже! Какой властный голос! Что же он вытворяет, у меня сейчас ноги подогнутся. - Понял. - Тогда, бывай. Когда он вышел из уборной, я все-таки не выдержал и осел на пол, глядя в одну точку прямо перед собой. Только вот порефлексировать мне не дали, оказавшийся рядом Коля, взял меня под локоть и потянул вверх. - А ну хватит полы грязные собой вытирать, - весело сказал он, помогая подняться на ноги. - Что это было? – слабым голосом вымолвил я. - Мы получили номер прекрасного принца, дай пять! – хохотнул он и автоматически подставил ладонь под хлопок. – Михаил, а этот парень тобой заинтересован. - Да ты гонишь, - я подошел к раковине, включил холодную воду и умылся. - Ты не видел, с каким лицом он зашел сюда. Право слово – мне даже не по себе стало, - хмыкнул он, протягивая мне бумажное полотенце. – Эх, жаль мы с тобой сценарий не проработали заранее, можно было такую сцену разыграть… - По-моему, мы и так перестарались. - Нет, ты не понял, - он сделал паузу, пока вышедший из кабинки мужик не вымыл руки и не вышел. – Ты мог выскочить из кабинки, кинуться к нему на шею в слезах и обвинить меня в непристойном поведении… - Так сильно хочется на работу с фингалом под глазом явиться? – фыркнул я, чувствуя, как мысли приходят в относительный порядок. – Черт, вам с Лекси нужно сюжеты для романтических комедий писать… Коля рассмеялся и подтолкнул меня к выходу. В уши ударила громкая музыка, меня ненадолго дезориентировало. В задымленном зале дышать было почти нечем, захотелось на улицу. Только вот вряд ли ребята согласятся гулять, а домой пока еще не хочется. - Теперь он будет думать, что я на него забил и нашел замену, - тусклым голосом сказал я. - Пускай думает. Оценит обстановку и осознает, что за ним всю жизнь ты бегать не будешь. Он не единственная рыбка в пруду, незачем уверять его в исключительности. К тому же вы с ним не встречаетесь и ты волен кутить направо и налево. - Но… - Миш, будешь доступным – ему и не захочется ничего. Зачем дрыгать лапками, если вот оно – на блюдечке перед тобой лежит. А вот если ускользать начнет – он задумается. А ему подумать нужно. Серьезно причем. - А вдруг он просто вздохнет с облегчением? – еле выдавил я. - Миш, он дал тебе свой номер телефона, - улыбаясь от уха до уха, протянул Коля. – Он увидел нас вместе, думаю, что сделал определенные выводы. Он бы не пошел за нами, если бы ему было все равно. И уж тем более не просил бы отчитаться по прибытии домой. - Даже не знаю… - Не унывай, Миш, - он потрепал меня по плечу. – И пойдем уже за столик. Юрка с Валентином там без нас не скучают, надо испортить им малину. - Вы невыносимы, Николай Романович, - почему-то его последняя фраза сумела меня рассмешить. - А вы – несносны, Михаил Геннадьевич. Вернувшись домой, я отправил Денису Александровичу смс. Просто написал, что добрался и что все нормально. После чего минут пятнадцать гипнотизировал дисплей телефона, ожидая ответ. И чего ждал, спрашивается? От него пришло лишь одно слово – «хорошо». Смайлик бы что ли поставил… После следующего вторника и пар Дениса Александровича ухожу в запой. Слишком он холоден был, будто и не встречались в туалете бара при столь странных обстоятельствах. Появившаяся было надежда умирает, так и не приобретя никаких очертаний. Утром и днем спасает работа – с головой ухожу в дела и получается не думать о постороннем. А вот стоит выйти из офиса… Хожу на пары через раз, напиваюсь по вечерам вместе с Федькой, игнорирую звонки и сообщения от Вали и Лекси. Понимаю, что качусь под откос, но ничего с этим делать не хочется. Сил хватает только чтобы шифроваться от родителей и друзей. Что удивительно – у меня это прекрасно получается. Так странно – страдать не на публику, не пытаясь вызвать сочувствие, не желая, чтобы помогли и все за меня решили. Наоборот, не хочется признаваться в своей слабости. В четверг отпрашиваюсь с работы, ибо до утра отрывался с Федькой в клубе. В итоге отсыпаемся с ним до самого вечера и на пары я тоже не иду. Только на следующий день осознаю, что в субботу мне это аукнется. Только вот Денис Александрович меня снова удивляет – занимается со мной, как и в прошлый раз. Без лишних эмоций, посторонних разговоров. Даже не ругался и не призывал к совести. Велел только поменьше прогуливать и взяться за ум. А мне уже как-то все равно, если честно. Во вторник на пары Дениса Александровича я все-таки пошел, а вот Лерка прогуляла. За свою шкуру я не переживал, ибо совершенно внезапно меня вызвался встретить Ромка. Брат заявил, что будет ждать у института и велел сильно не задерживаться. Я был удивлен. Последний раз Рома забирал меня из школы классе в третьем после новогоднего «огонька», и то по настоянию мамы. К моему удивлению, Денис Александрович вызвался проводить меня до метро. А когда я сослался на то, что меня встретят и бровью не повел, будто не поверил. В итоге на институтское крыльцо мы вышли вместе. Я встал, оглядываясь, но брата не увидел. - Тут будешь стоять? – хмыкнул препод, видя мое растерянное лицо. - Ага, - я достал телефон и набрал номер Ромки. Брат вызов сбросил, ввергнув меня в крайнюю степень замешательства. Что за бред? Сам обещался встретить, а теперь еще и трубку не берет. Поприкалываться что ли решил? От этих мыслей меня отвлек громкий звук. Сигналила новенькая синяя «Мазда», из которой спустя пару мгновений вылез Ромео. Удивленно похлопав ресницами, я почувствовал, что у меня невольно рот приоткрылся. Машина? Откуда? - Денис Александрович, ну, я пошел. До свидания! – не глядя на него пробормотал я и вприпрыжку поскакал по дворовой слякоти. Подлетев к брату, я уставился на него во все глаза, через автомобильную крышу. - Это как понимать?! Откуда? - Угнал, - заржал Ромка и обогнул машину, облокачиваясь о капот. - Придурок, - фыркнул я, осматривая новенькую тачку. – Красота, блин! - Взял в кредит, - улыбнулся он. – Знал, что тебе понравится. - Будешь меня катать! – заявил я. - Получи права – буду давать покататься, - растянулся в улыбке он и, обхватив за шею одной рукой, стал лохматить мои волосы. - Блин, Ромашка, ты чего добрый-то такой? – весело хихикая, я стал выворачиваться из его стальной хватки. - Я купил себе тачку и во мне проснулась любовь ко всему миру, в том числе и к тебе, сестрюнь, - он потискал меня за щеки и все-таки отпустил. – К тому же, на даче ты материнскую тачку водил вполне сносно, подучиться и бумажку получить осталось. - Крутотень! Машины я любил с детства и всю жизнь мечтал когда-нибудь заиметь свою. Поэтому, едва мне исполнилось четырнадцать, я упросил предков научить меня водить. Разъезжали с мамой и братом по дачным просторам, а Ромка все удивлялся, что такой трусишка, как я, так уверенно справляется с машиной. - Ну что? Прокатимся по городу? – брат услужливо открыл для меня дверь переднего пассажирского сидения. - Он еще спрашивает! Давай, только не гони. - Не учи ученого! У Ромео получилось ненадолго выдернуть меня из моего унылого апатичного состояния. Катались мы до полуночи, обсуждая свое житье-бытье. Давно мы с ним так просто не болтали, даже на душе потеплело – каким бы он ни был вредным и острым на язык, Ромка все-таки классный. И даже любит меня по-своему, как может. Интересно, узнай он о моей ориентации – отвернулся бы? Изменилось бы его отношение? - Ромео? - Ась? – не отвлекаясь от дороги, отозвался он. - А я очень на девочку похож? - Пхах! – Рома смешно фыркнул и разулыбался. – Думаешь, я просто так тебя сестрюней называю? К чему такие вопросы? Мальчики пристают? - А если и так? – не подумав, брякнул я. Ромка тут же сбавляет скорость и паркуется у ближайшей обочины. Молчим. У брата настолько серьезное лицо, что мне становится немного страшно. Совсем чуть-чуть. - Мне надо кого-нибудь побить? – повернувшись, спросил он. - А? Нет, что ты… Рома вздохнул, провел ладонями по рулю, глядя прямо перед собой. Я же понял, что мне все равно. На фоне того, что я второй раз в жизни продолбал свою любовь, подобное откровение перед братом казалось пшиком. Мне уже было плевать на все. - Племянников у меня не будет, да? – невесело хмыкнул Ромка. - Да, - легко согласился я. – Прости… Рома шумно выпустил воздух сквозь зубы, положил руки на руль и спрятал в них лицо. Отстраненно за ним наблюдая, я подумал, что, скорее всего, поступаю с ним слишком жестоко. А еще, возможно, порчу наши с ним отношения. Но уже плевать на все. Пускай. - Шумилин? – вдруг спросил брат, повернув голову в мою сторону. Встретившись с ним взглядом, я вздрогнул. В таких же глазах, как и у меня плескалось… сочувствие? Ни доли презрения, отчуждения или отвращения. Такое серьезное лицо, так непривычно… - Он, - врать уже не имеет смысла. - Я подозревал, - он все не спускал с меня взгляда. – Вот ведь сучонок маленький… - Кто? - Шумилин твой, - вздохнул Рома, наконец разрывая зрительный контакт. – Растлил мне брата и свалил в Питер. Охуеть… Я вздрогнул – Ромка матерился очень редко, только по особым случаям, когда ситуация располагала. - Ты меня не осуждаешь? - Не знаю, - он повел плечами. – Я, конечно, не в восторге, Миш. Сам понимаешь это... ох, ничего хорошего, в общем. Но ты уже взрослый, я не имею права начинать тебя перевоспитывать. Блин… это же до фига сложно. Зачем оно тебе? - Ты правда хочешь знать? – на губы невольно наползает улыбка. - Нет, - резко ответил он, нахмурившись. – Пожалуй, не хочу… а сейчас у тебя кто-нибудь есть? От его вопроса становится очень горько. Признался брату в своей ориентации, а теперь надо признаться, что я неудачник, у которого никого и нет. Вот подстава. Невольно шмыгнув носом, я ссутулился и зажал замерзшие ладони между коленками. Найдя в себе силы, отрицательно помотал головой, душа в себе слезы. - Миш, ты чего? - Безответная любовь – отстой, Ром. - Ох, мелкий, - сочувственно выдохнул он и запустил пятерню в мои волосы. – Ну ты чего расклеился? - Грустно мне, - в последний раз шмыгнув носом, я все-таки успокоился. – Ром, ты предкам только не пали, окей? - Знаю, не дурак. Мама взорвется от такой новости, - фыркнул Ромео. – А вот отец, наверное, только плечами пожмет и попросит познакомить. - Да, папка у нас хороший, - хихикнул я и с облегчением увидел, что Рома улыбается. - Отличный просто. Поехали что ли домой… работу никто не отменял. - Погнали.