Возвращение

Утро нас встретило раздававшимися откуда-то из гостиной голосами, шуршанием пакетов, захлопыванием дверей. Такого бесцеремонного вторжения в свои сны я не могла простить своим старикам и полусонная вывалилась из спальни, чтобы высказать моим родственникам все, что о них думаю. Моему зрелищу предстала следующая картина: бабушка, одетая в парадное платье, носилась по дому в поисках своей сумки, которую, как обычно, куда-то запрятала от деда. Дед же пытался ей помогать, параллельно наводя в доме дополнительный беспорядок, от чего бабушка сердилась и устраивала ему взбучку. Дед же защищался, как мог, используя при этом не слишком вежливые выражения. - И что здесь происходит? – пробурчала я. - Ой, внучка, мы тебя разбудили? – извиняющимся тоном спросил дед. - Конечно, разбудили, дурья ты башка. Орать надо было поменьше, - прорычала бабушка своим совсем не тихим голосом. - Да это ты, дура старая, устроила тут обыск, вот и разбудила ребенка! – громогласно отозвался дед. Все понятно, все как всегда. Поспать нам точно уже не дадут. Когда мои старики начинали цапаться, остановить их могла бы разве что национальная гвардия вместе с конной полицией и спецподразделением. Хотя и то вряд ли. - Так, спокойно оба. Теперь объясните, что за разборки с утра пораньше? - зевнула я. - Так ведь Большой Базар, - выпалила бабушка, продолжая бегать по дому, заглядывая, то за комод, то под диван. И как я могла про него забыть? Раз год в городке устраивался так называемый, Большой Базар. Это было мероприятие, чем-то похожее на еженедельную ярмарку, но в данном случае в город съезжались не только торговцы, но и массовики затейники, которые устраивали большой праздник с музыкой, играми, конкурсами, ночными гуляниями. Очень веселое событие, которое я просто обожала в детстве. Честно говоря, я думала, что со временем традиция потеряет свою актуальность, но, как оказалось, праздник, наоборот, стал чуть ли не самым значимым событием в городе. - Бабка хочет сбегать пораньше, чтобы взять самые свежие продукты, - проговорил дед, поднимая скукоженный плед с дивана, откуда, как по волшебству выпала бабушкина сумка. - Нина, вот твоя сумка! Вечно раскидываешь все, где попало, - проворчал дед. - Да, это потому, что ты вечно все не убираешь! – огрызнулась бабуля, выхватив из его рук несчастную сумку. - Софи, если хочешь, ходем со мной, но я буду быстро бегать везде. А хочешь, я вернусь, и сходим уже нормально, погуляем, - на ходу тараторила бабушка. Я вспомнила, как обычно эта юркая старушка носится между базарными рядами, выбирая свежее мясо, творог, яйца и другие домашние продукты, расталкивая других покупателей, чтобы не дай Бог не пропустить самые лучшие товары. Нет уж, угнаться за ней совершенно не возможно. - Давай лучше, когда вернешься, - сказала я, потягиваясь. Глядя на часы, я чуть не заплакала от расстройства. Было шесть утра, несмотря на то, что на улице уже давно сияло солнышко. Выпроводив стариков за дверь, я решила еще немного поспать, возвращаясь в спальню. К моему глубокому удивлению, Мишель уже вскочила с постели и начала одеваться, натягивая на себя длинные шорты и обтягивающую футболку. - И далеко мы собрались? – спросила я, опираясь на стенку, потому что стоять прямо мне все еще не позволяло мое невыспавшееся тело. - Детка, я тут услышала, что говорили твои дедушка с бабушкой про Базар. Ты знаешь, мне как-то не спится уже давно, не знаю почему. Может, нам и правда сходить туда сейчас? – радостно предложила она. - Ты с ума сошла! Базар будет весь день! Что нам там делать в шесть утра? Это для таких продуктовых маньяков, как моя бабушка. Ты собираешься драться с соседкой за хорошую вырезку? - Эээм, нет, но мне очень любопытно посмотреть, как это делают другие, - усмехнулась она. - Мишееель, - расстроено проныла я, представляя, что все мои мечты о паре часов сладкого сна тают, как утренний туман. - Солнышко, я все поняла. Не волнуйся, я сбегаю туда одна. А ты спи! Я вернусь скоро и разбужу тебя поцелуем, - весело пролепетала она, подходя ко мне и обнимая за талию. При этом она состроила смешную мордашку, чем вызвала мой смешок. - Ну, уж нет, одну я тебя туда не отпущу! – решительно заявила я, готовая тоже пойти собираться. - Нет-нет и нет! Ты идешь баиньки, а я скоро вернусь! – строго проговорила моя девушка. После нескольких минут препирательства, я все-таки сдалась. Спать хотелось безумно. Очень странно, что этого не хотела Мишель. Обычно она чрезвычайно любила понежиться в постели подольше. Но сегодня ночью, видимо, ее укусил кто-то ранее наукой неизученный. Поцеловав меня в сонные губы, моя подруга упорхнула из дома, а я же погрузилась в крепкий сон сразу, как только моя голова коснулась подушки. Проснулась я, как мне казалось спустя минут пятнадцать, на деле же прошло уже четыре часа. Что было самым странным, Мишель так и не пришла разбудить меня ни поцелуем, ни каким-либо другим способом. Наспех одевшись, я отправилась на поиски хоть какой-нибудь живой души, поскольку в доме никого не наблюдалось. Бабушку я нашла на привычном месте, а именно в саду, где она уже вовсю орудовала граблями. - Бабуль, ты давно вернулась? – спросила я ее. - Доброе утро еще раз, соня, - поприветствовала она меня, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба, - часа два назад. - А Мишель не видела? – поинтересовалась я. - А как же, встретила ее на базаре, она долго выясняла у меня, какие следует и какие не следует брать продукты. Я все никак не могла понять, зачем ей это, но спрашивать не стала. Чем бы дитя ни тешилось. Потом еще видела ее вдалеке. Она уже носилась с сумками между рядами, я не стала ее отвлекать. Может, сюрприз какой готовит тебе, - лукаво усмехнулась старушка. А вот мне было не до смеха. Четыре часа даже я не могу ходить по магазинам, а уж Мишель и подавно. Как-то раз мы с ней часа три гуляли по торговому центру, так она постоянно жаловалась, то у нее ноги устали, то в глазах рябит. Куда же подевалась моя девушка, вот что меня больше всего волновало. - Так ты хочешь прогуляться в центр или как? – раздался голос бабушки, заставляя меня вынырнуть из задумчивого состояния. - Да, знаешь, хорошая идея. Пойду собираться, - сказала я и направилась обратно в дом. Может, я как раз встречу ее где-нибудь там. Нацепив на себя летний голубой сарафан и удобные босоножки, я уже через полчаса была готова выходить. По дороге, как обычно, с бабушкой все здоровались, она в ответ громогласно приветствовала прохожих. Причем иногда даже тех, кто проходил мимо молча. Оказавшись в самом эпицентре торговых рядов, я вначале немного растерялась. Слишком уж много было разношерстной публики – торговцы, покупатели, их дети, внуки и тому подобное. Узреть среди всех этих людей мою девушку было делом совершенно безнадежным. Поэтому полностью отдавшись на волю случая, я решила наслаждаться царившей вокруг атмосферой праздника. Где-то раздавалась этническая музыка, подмешивая в и без того колоритный облик ярмарки щепотку традиционности и непосредственности. Передо мной смешался калейдоскоп цветов овощей и фруктов, праздничных одеяний и ярких вывесок. Бабуля все это время продолжала что-то рассказывать и показывать, время от времени вставляя свои бесподобные комментарии, от чего на моих губах постоянно играла улыбка. - Нет, ну ты посмотри на эту доходягу, она-то куда выперлась? – удивленно кряхтела бабушка, кивая головой в сторону какой-то сгорбленной старушки, которая торговала полусгнившими сливами и тыквенными семечками. Странная бабуля с любопытством взирала на толпы проходящих мимо покупателей, даже не предлагая им свой товар. - А кто она такая? - спросила я из вежливости. - Да, Тильда, жена двоюродного брата твоего деда. Уже лет десять все жалуется, что при смерти. В прошлом году даже гроб себе заказала. А тут на тебе, сидит торгашка. Главное ж только вид делает, что торгует. Ох, хитрая бестия. Вот эта в жизни ничего мимо себя не пропустит, - почти восхищенно посмеивалась бабушка. Уж кто бы говорил про любопытство. Мимо нас прошло еще несколько бабушкиных учеников, одна бывшая коллега, какой-то дальний родственник и еще пара тройка знакомых, каждый из которых считал своим долгом упомянуть, какая я была оторва в детстве. Я уже готова была отправиться домой, устав от многочисленной пустой болтовни и рябящих перед глазами разноцветных товаров, когда мимо прошел какой-то мужчина лет за пятьдесят. Вид у него был весьма неухоженный, словно после похмелья. Но его физиономия показалась мне очень знакомой. Он поздоровался с бабушкой и пошел дальше в направлении нашей улицы. Вдруг меня осенило: - Бабуль, а это случайно не отец Тори? – спросила я ее, оборачиваясь и провожая взглядом сгорбившегося мужчину. - Тобиас-то? Ну да, воспитывал же он ее, - произнесла бабушка странную фразу. - В каком смысле? – переспросила я. - Ну, она его отцом называет, но он же не родной. Ох, совсем что-то запил он. А хороший мужик был, - покачала головой она. - То есть как не родной? Тори никогда об этом не говорила, - недоумевала я. - Так она может и не знает. Она же маленькая была. Мать ее связалась тогда с этим младшим Петерсом… Ой, смотри, ведра какие хорошие! Нам как раз домой надо, - тут же отвлеклась старушка и уже ринулась было к стойке с нужным товаром. Но от услышанного только что я буквально дернула ее за руку, поворачивая снова к себе: - Бабушка, подожди! Ты хочешь сказать, что Тори как-то связана с Петерсами? – ошарашено спросила я. - Да, не знает никто толком. Ее мать встречалась с этим Паулем, он же разбился потом, кажется, на самолете. Она забеременела. Но от него или нет, кто ж его знает. Они женаты-то не были. Хорошо, что ей Тобиас подвернулся, он-то совсем голову потерял. Вот и взял ее с ребенком. Девочка так и звала его папой с самого начала, - рассказывала бабушка, поглядывая в сторону красивых ведер, которых осталось штуки четыре. Не смея больше ее задерживать, я отпустила старушку в гущу толпы. Сама же так и осталась стоять с раскрытым ртом. Неужели вся эта история имеет какие-то дополнительные связи, о которых мне не было ничего известно. Или все это лишь совпадение? Наконец, набрав в обе руки покупок, мы отправились домой. Подходя к дому, я заприметила на террасе одинокую фигуру, задумчиво, облокотившуюся на перила и рассматривающую что-то у подножья дома. - Нравятся тебе мои маргаритки? - самодовольно спросила бабуля. Мишель тут же отвлеклась от созерцания растений и подняла голову, улыбнувшись: - Очень нравятся, очень, - растерянно говорила она, но смотрела при этом мне в глаза слегка смущенным взглядом. - Ох, и долго я с ними возилась, - начала бабушка. Но заметив, что в воздухе повисло странное напряжение, тут же прокряхтела еще что-то и скрылась в доме. - Солнышко, прости, я вернулась, а тебя не было, - сказала Мишель и виновато улыбнулась. - Может, потому что ты вернулась слишком поздно? – наигранно строго спросила я, хотя на самом деле я была рада ее видеть. - Я немного задержалась, - она забавно вжала голову в плечи и поводила ножкой по полу. - И где же ты так задержалась, радость моя? - чуть менее сурово спросила я у нее, стараясь сдерживать рвущуюся с губ улыбку. - Я решила сделать доброе дело, - проговорила она. Я непонимающе вскинула брови, ожидая пояснения. - Только не ругайся, - пролепетала она и в молящем жесте сложила руки перед собой. - Так, говори уже, что натворила. - Ладно, - набрала она полные легкие и на выдохе протараторила: - Утром, выходя из дома, я встретила Ингрид. Совершенно случайно! Короче, она пожаловалась, что мальчик, который обычно привозит им все необходимое, сегодня не смог приехать. И я решила спасти ее от голодной смерти и купить все нужное сама. Вот. Она напоминала сейчас мультяшного персонажа, стремясь изобразить на лице как можно более несчастное выражение. Новость, конечно, мне не понравилась. Мало того, меня распирало возмущение. Я сдерживалась, как могла, но все же не удержалась: - А скажи мне, пожалуйста, милая, почему Ингрид не смогла сама сходить в магазин и все это купить? Корона на голове жмет? – я знала, что мои слова звучали не слишком вежливо, но ничего не могла с собой поделать. - Я не знаю, правда. Но она объяснила, что не может выйти из дома. Мне тоже показалось это странным, но допытываться я не стала. Мне же не сложно было, понимаешь? - в совершенно искренней и наивной манере оправдывалась моя подруга. - И что, ты пять часов бегала по магазинам? – продолжала я свой допрос, чувствуя, что внутри еще больше распаляюсь. - Нет, конечно. Но когда я все ей принесла, то она предложила выпить чаю и накормить меня завтраком. Я же выскочила из дома, совершенно ничего не съев. Мне было неудобно отказывать, - продолжала она. Боже, что за человек? И ведь ей не объяснишь, что именно так выводит меня из себя. - Рада за вас, - буркнула я и поднялась по ступенькам, демонстративно проходя мимо. Мишель тут же схватила меня за руку: - Ты что обиделась? Это же глупо! – уже и ее тон становился напряженным. - Я не обиделась, - честно сказала я. Это называлось совсем по-другому. И говорить об этом мне почему-то совсем не хотелось. В этот самый момент из дома вновь вышла бабушка: - Дети, тут сейчас Мириам звонила. Говорит, что вечером будет дискотека и какой-то большой концерт. Спрашивает, пойдете вы или нет. Она берет билеты на своего внука, могла бы и на вас взять, - произнесла бабуля. Мы же в это время неотрывно смотрели друг на друга с моей девушкой. Думаю, у обеих было совершенно непраздничное состояние. Но развязывать серьезный конфликт, а тем более посвящать во все это бабушку нам не хотелось. - Передай, что мы пойдем, - сказала я. Мишель же только слегка покачала головой, скептически отнесясь к моему решению. Гулять, так гулять…