IWANU GA HANA

«Холодно, как же холодно!»          Шерлок пытался свернуться в клубочек, чтобы сохранить тепло, всё тело сотрясала мелкая дрожь. Не открывая глаз, он пошарил вокруг себя в поисках одеяла. Но конечности почему-то не слушались, руки соскальзывали, погружаясь во что-то влажное и ледяное. Шерлок распахнул глаза. Он лежал одетый и в ванне, наполненной до краёв холодной водой. Застонав, он попытался сесть. Словно деревянное, тело слушалось его с трудом. Перед глазами вертелись чёрные точки, уши заложило и было страшно холодно. Шерлок напряг мышцы, и, ухватившись за края ванны, стал подниматься. Но заледеневшие пальцы почти не гнулись. Оставляя кровавые отпечатки, Шерлок сделал попытку выбраться. Рука сорвалась, и Шерлок рухнул на бок, расплескав воду. Ударившись плечом и головой о бортик ванны, он отключился. Из-под волос на нежно-кремовый фарфор начали скатываться капли густого брусничного цвета.

***

- Шерлок, Шерлок! Очнись! Ты меня слышишь?  Хрупнуло стекло ампулы, резкий запах нашатыря поплыл по комнате. Дрожащими руками Джон смочил нашатырём ватный диск и стал водить перед носом у Шерлока. По свёрнутому и подложенному под шею полотенцу разметались чёрные локоны, вода стекала тонкими струйками, пропитывая махровую ткань. - Ты слышишь меня, родной?  Джон наклонился. Он обнял лицо Шерлока руками, согревая и обжигаясь об лёд скул. Веки Шерлока дрогнули.  - Шерлок, - продолжал звать Джон, - открой глаза, посмотри на меня.  - Джон, что со мной? - Всё хорошо, ш-ш-ш... Тихонько поднимаемся. Сели. Голова не кружится?  Шерлок вместо ответа замотал головой и поморщился. Он продолжал дрожать от холода.  - Обопрись, потихоньку встаём. Пойдём в спальню. Поддерживая нескладное худое тело, Джон повёл супруга по коридору к лестнице на второй этаж. Преодолев ступени, он открыл дверь в спальню, довёл Шерлока до кровати и уложил в постель. Снял мокрую одежду, закутал в тёплый халат и укрыл одеялами. Потом занялся разведением огня в камине, чтобы в комнате стало теплее. Через полчаса в воздухе уже пахло горящими яблоневыми дровами, а треск огня добавил уюта. Джон занавесил окна и сейчас сидел на краю кровати, держа в руках кружку с горячим чаем.  Шерлок полулежал на подушках с точно такой же кружкой в руках. Он неотрывно смотрел на огонь. - Шерлок, помнишь, о чём мы говорили с тобой в ночь нашей свадьбы? Ты мне пообещал...   Джон произнёс это с едва заметным укором, но с целью обратить на него внимание. Шерлок поднёс край кружки к губам, но внезапно передумал пить. - Джон, я не знаю, что произошло. Просто зашёл в ванную, и... отключился. Это не то, о чём ты подумал. Шерлок старательно придал голосу лёгкость. Про жуткие сны он рассказывать не собирался.  Джон развернулся лицом к супругу. Отблески огня колыхались в расширенных зрачках, выражение досады на лице, и... что-то ещё. - Шерлок, мне было страшно. Порез на руке ерундовый, на голове лишь небольшая ранка и шишка, но когда я вошёл, я ведь сначала увидел только кровь и тебя без сознания. В голове стало пусто и тихо. Я чуть рассудка не лишился, думая, что ты мёртв, понимаешь ты это? Голосом Джон настойчиво подчеркнул пережитые эмоции. Он забрался на постель, сев поближе к Шерлоку. Он потянулся к нему, положил ладонь на сгиб его руки и тихонько погладил.       У Джона были сильные и аккуратные пальцы, небольшие ладони, уверенные в своей силе и надёжности руки врача, который не боялся трудностей. Все эти годы он очень бережно относился к своему супругу. Берёг. Допускал пренебрежение к себе. Терпел одинокие вечера или, едва не падая от усталости, выслушивал дедукционные излияния, пытаясь не нарушить храпом быстро льющуюся речь супруга.  Джон старался быть заботливым мужем и партнёром, романтичным любовником и другом, когда это нужно. Влюбившись в гения, Джон принял все его тонкости и привычки, взбалмошный характер и неоднократные эксперименты с наркотиками, порой заменяемые на попытки суицида. Если до свадьбы Шерлоку удавалось тщательно скрывать, что время от времени он принимает запрещённые препараты, то после он был уличён в этом лично новоиспечённым супругом.       Свою первую брачную ночь они провели чудесным образом. Шерлок стонал так громко, словно его распаляла одна лишь мысль, что им будет обладать не просто любовник, а законный супруг. Джон, привыкший угождать своему «прекрасному совершенству»,* сходил с ума и задыхался от восторга. То, что он теперь владеет целиком и полностью этим человеком, - он сам готов был кончать от одной только этой мысли.  Взяв с Шерлока слово - больше никаких экспериментов, Джон немного успокоился. Он понимал: Шерлока не изменить. Но он знал, что тот, дав слово, будет связан обещанием и не примет ничего без его ведома. «- Если вдруг, Шерлок, повторяю - если вдруг тебе действительно будет... эмм, нужно... Делай это при мне.» Джон закусил губу. Нелегко ему далось это решение. Джон надеялся, что так будет лучше и безопаснее, и это был не единственный компромисс.

***

      Нежные поглаживания, поцелуи, объятия, прикосновения, постоянный близкий контакт, даже через одежду, занимали в их совместной жизни главное место, после доверия и соблюдения личного пространства. - Если бы что-то случилось, ты бы мне рассказал? Джон ласково посмотрел в глаза Шерлоку. Тот слабо улыбнулся. - Перестань. Всё в порядке. Не о чем беспокоиться.  - Шерлок, я ведь могу помочь. Я врач. - Перестань. В этот раз голос взял нижний регистр, означавший, что Шерлоку надоело оправдываться, и он готов вспылить. Сжав зубы до напряжения и ломоты в скулах, он несколько раз шумно выдохнул воздух. - Мне маски хочется сорвать... - внезапно пропел Джон, целуя супруга, скользя губами по изгибу запястья. - И попросить твоё блаженство...* Привстав и вызывающе опустив голову, Шерлок с омерзением выгнул губы. - Отвратительная песня! Джон положил руку на его шею. Кудри щекотали ему ладонь. Он переместил руку на плечо, немного сжал, провёл тыльной стороной по ключице. Шерлок расслабился, лёг обратно, распахнул на груди халат. Тёплые поглаживания, лёгкий массаж - Шерлок с блаженством вытянулся во весь рост. Джон ласкал идеальный, вылепленный природой торс, широкие плечи, оглаживал рёбра. Он опустил руки вниз и взял ладони Шерлока в свои. - Больше не злишься? Шерлок распахнул глаза. - Если больше не будешь петь. Джон нагнулся, поцеловал супруга в губы. - Больше не буду. Я уберу, - он взял кружку с недопитым чаем и отнёс на кухню.  Тщательно вымыв посуду, Джон убрал со стола пузырёк с таблетками, положив его на место в свою сумку.  Он вернулся через несколько минут. Шерлок уже спал, повернувшись на бок. Подействовало подмешанное в чай снотворное. Джон остановился возле спящего, выключил лампу. Нырнув рядом под одеяло и обняв Шерлока, Джон быстро заснул.

***

Проснувшись, мужчина с хрустом потянулся, разминая затекшие мышцы, и сел на кровати, протирая глаза. Сторона Шерлока пустовала.  Он посмотрел на часы: 8:00 a. m. Перед работой он захватил папку с результатами исследований из кабинета, на душ и кофе времени не оставалось. На ходу засовывая в сумку ноутбук, Джон появился на кухне. Шерлок как обычно сидел на диванчике, вытянув ноги, курил и пил свой «чёрный, два сахара». Гадость по мнению Джона, который терпеть не мог сладкого, а ложка сахара способна убить весь вкус.   - Доброе утр... - губы Джона соприкоснулись с гладко выбритой щекой любимого. Ноздри приятно раздразнил свежий аромат лосьона. - Как спалось? Шерлок пожал плечами. - Нормально.  - Ясно. Я буду опять поздно. Что у тебя запланировано на сегодня? - Мне сегодня нужно дописать главу... Если не приедет Лестрейд и не подбросит дельце. Не знаю, Джон. Не-зна-ю... Шерлок зевнул.  - Не ходи без меня больше в ванную, хорошо? - Джон крепко сжал рукой плечо Шерлока. - Всё, мне пора. - Иди к чёрту... - крикнул Шерлок в сторону хлопнувшей двери.

***

Взяв в руки чашку, Шерлок отправился в конец коридора, где был оборудован его кабинет.  Сев за ноутбук, Шерлок поставил справа от себя чашку с недопитым кофе. Вытянув перед собой руки, ритуально хрустнув белоснежными пальцами, Шерлок приступил к работе. Прошло несколько часов. Лучи полуденного солнца упирались в стеллажи с книгами, в солнечных нитях лениво порхали пылинки. Шерлок дописал последнюю главу. Подняв руку, он случайно сбил чашку, к которой даже не притронулся за всё время. Осколки разлетелись по полу вместе с брызгами кофе. Чертыхнувшись, Шерлок собрал их и отнёс в мусорное ведро. Когда он вернулся, по экрану бежала непрерывной линией строка:  «Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.»«Ш. Х.» - Твою мать!!! Шерлок нажал на кнопку выключения. Экран с тихим писком погас.  На столе внезапно «ожил» старый радиоприёмник. На какой-то волне сквозь помехи зазвучал голос незнакомого певца: «...Хочу дрожать, болеть тобой - Пускай зашкаливает ртуть!» Шерлок застыл. Озноб пробежался вдоль позвоночника, холод обнял за плечи. Он бросился и выключил радио. Потом достал из кармана сотовый и набрал номер. - Ты сегодня свободен? Во сколько? Приезжай, я хочу с тобой поговорить. Нет, всё в порядке. Да, жду. Шерлок с опаской присел за стол. Он взял в руки приёмник. Тот не был подключён к сети. Обнаружив в специальном отсеке окислившиеся батарейки, покрытые белыми кристаллами, Шерлок пробормотал: «Что за...», и принялся выкручивать крошечные винтики из панели.  Сняв пластиковую крышку, он стал внимательно рассматривать запылённые «внутренности» приёмника. Внутри что-то перекатывалось. Шерлок просунул пальцы вглубь, нащупав какой-то предмет. Он сжал его и попытался вытащить. Достав, Шерлок поднёс предмет поближе к глазам. Это был маленький металлический ключик.