Ланс
12 февраля 2014 г., 22:14
Лестрейд раскрыл тщательно охраняемую Джоном тайну.
Он мог бы сам докопаться до сути, но решил дать Джону шанс всё объяснить.
...Камера в подземной парковке запечатлела садившегося в машину высокого мужчину. Прямые волосы были зачёсаны назад, на плечах висела куртка, светлые джинсы обтягивали ноги, обутые в кроссовки.
Мужчина наклонился к машине, открывая дверь ключом...
Никто не придал этому значения, но Лестрейд узнал машину Джона, чёрный «Peugeot», который тот никогда не любил, предпочитая ездить на довольно старом «BMW», и водителя.
Джон тоже знал человека на снимках: вне всяких сомнений, это был Ланс.
Ланс всегда ненавидел изящные кудри Шерлока, выпрямлял их и убирал волосы назад.
Его предпочтения в одежде полярно отличались от Шерлоковых: короткие кожаные куртки, джинсы, спортивная обувь.
Это была совсем другая личность: с грубым характером, но неустойчивой психикой.
Джон никогда не мог с ним справиться или договориться.
Ланса невозможно было контролировать.
Джон каждый раз молился, чтобы с Шерлоком ничего не случилось, когда его телом управляет Ланс.
Но, к счастью, Ланс всегда появлялся ненадолго.
Мозг быстро переутомлялся от такого напряжения, организм терял энергию от раздиравшей его чужой сущности, и Джон получал назад своего гения совершенно измученным.
Джон рассказал инспектору обо всём лишь потому, что знал — Лестрейд способен понять его мотивы. Но, если для того долг окажется превыше их дружбы, он бы не стал с ним спорить и уговаривать не давать делу ход.
Джон всегда боялся, что в конце концов правда всплывёт, и давно принял решение. За двоих.
Он надеялся, что у него будет время для того, чтобы избавить Шерлока от заключения в психбольницу или тюрьму.
Конечно, Джон бы не смог причинить любимому боль: приставить дуло к кудрявому затылку и хладнокровно спустить курок или накинуть на бледное горло петлю.
Он бы добавил всего пару капель в чашку с ароматным кофе, который Шерлок так потрясающе готовит, и смотрел в любимые глаза, зная, что супруг ничего не почувствует, а потом сам сделал последний глоток.
***
Всю дорогу Джон звонил Шерлоку на сотовый, но супруг ни разу ему не ответил. Подъезжая к дому, Джон уже сходил с ума от беспокойства. Всё внутри него съёжилось и замерло в ожидании беды. Джон сразу побежал в ванную. Он ворвался туда, едва не сорвав дверь с петель. Его взгляд застыл на переполненной до краёв ванне, на дне которой лежало изогнувшееся дугой тело Шерлока. Когда Джон увидел на полу ингалятор, его пронзила боль. Боль. И страх. Оцепенение. Паника. «Он догадался». Джон понял, что каким-то образом Шерлок всё узнал о раздвоении своей личности. И гениальный мозг принял единственно верное решение. Сильное потрясение или опасность для жизни могли вызвать «переключение», сменить одну личность на другую. Поэтому Шерлок вдохнул через ингалятор пары галотана, и обездвижил себя, лишив Ланса возможности выбраться из ванны и спастись. Джон сделал шаг вперёд. Мокро. Вода перелилась через края ванны. Джон сделал ещё шаг. Ноги погрузились по щиколотку, ботинки тут же промокли насквозь. «Выволочь тяжёлое, неподатливое тело из воды, уложить на пол, прощупать пульс.» Руки дрожали от холода. Шерлок был без сознания. «Большая часть клеток без кислорода быстро погибает... Срочно нужно: положить животом вниз, на бедро ноги, согнутой в колене. Надавить на спину, между лопаток...» Мозг нашёл вызубренную на первом курсе медицинского института информацию и отдал нужные приказы. Джон лишь механически исполнил их. Раздался булькающий звук, вода из лёгких Шерлока выплеснулась наружу. Тело содрогнулось от кашля. «Переложить на спину, запрокинуть голову пострадавшего назад... Искусственное дыхание «рот в рот», непрямой массаж сердца... Руки поставить перпендикулярно груди... Сделать 4-5 ритмичных надавливаний...» Джон сосредоточенно наблюдал за пострадавшим. Сейчас перед ним было просто тело, а не любимый человек. Очнувшийся с явным усилием приоткрыл один глаз, потом второй, обвёл вокруг себя взглядом. Остановился на Джоне... Джон потом долго вспоминал полный ненависти взгляд зелёных глаз и яростную гримасу, исказившую родное лицо.***
«Прости, но я не хочу причинять тебе боль, потому что ты — частичка его. Я не хочу причинять боль ему, не хочу отнимать у него жизнь... Я не хочу быть убийцей. Я не смогу без него дышать! Я не хочу, чтобы ты что-то сделал ему во вред. Он не хотел убить тебя, клянусь! Посмотри на меня, ты всегда мне доверял. Вспомни! У тебя нет повода для мести. Не надо ему мстить! Прошу, не надо! Тебе не нужно ничего доказывать! Он не хотел! Он ничего не знал о тебе! Но ты давно знаешь меня, а я тебя никогда не обманывал! Всё будет хорошо, если ты успокоишься. Нет, не надо! Ты хочешь заполучить меня в любовники? Ланс! Ты сам знаешь, как я к тебе отношусь. Хорошо, я сделаю так, как ты скажешь. Я не буду сопротивляться! Я готов подчиниться тебе». «Ты не готов это сделать, - прильнув к уху Джона, шепчет Ланс, - Поэтому я должен тщательно подготовить тебя!» Джон закрывается руками. Он старается угадывать каждый следующий удар, чтобы успеть увернуться. Лицо и руки перестают что-либо чувствовать. Джон просто сжимается в углу. Вода на полу становится красной. Кровь, разлетаясь в стороны после каждого удара, покрывает густым бурым налётом стены в ванной.***
Забрызганные кровью руки с треском разорвали одежду, и Джона затошнило от вида собственной наготы. Ланс сел Джону на ноги, взял его член в руку, пальцы крепко вцепились в нежную плоть. Джон не сдержался, зашипев от боли. Ланс сделал пару движений вверх-вниз, вызывая эрекцию. Джона замутило. Он застонал, подавляя рвотный спазм, и мучительно сглотнул солёную от крови слюну. Но его члену нравились прикосновения Ланса, он набух, на головке выступила прозрачная капля. От неожиданной пощёчины голова мотнулась назад, Джон ударился затылком о стену. Ланс наклонился к нему, слизывая свежую каплю крови, выступившую сквозь запёкшуюся корку на губах. Он поцеловал разбитый рот, постепенно спускаясь к шее, и провёл губами по горлу Джона, оставляя на коже зудящие следы, словно порезы от лезвия. Джон закрыл глаза. Когда его тело начали ласкать, он пытался представить Шерлока, но не получалось. Ланс внезапно поднялся над ним. От него волнами исходила злость, но на губах играла презрительная улыбка. Спутанные мокрые кудри облепили бледное лицо. Глаза потемнели из-за расширившихся зрачков. Ланс наслаждался рабской покорностью и абсолютной беспомощностью Джона. Он знал, что может делать со своей жертвой всё, что захочет. Ведь Джон не мог причинить ему вред, не навредив одновременно и Шерлоку. - Перевернись на живот, - приказал Ланс. Джон обречённо опустил голову и с трудом перевернулся, его избитое тело начинало ныть. Мокрая ступня опустилась ему на шею, придавливая голову к полу. Потом Джон почувствовал, как вокруг горла затягивается полотенце, перекрывая кислород. …Пока Ланс насиловал его, разрывая нутро, Джон вгрызался зубами в кулаки, чувствуя, как пара горячих струек скатилась у него между ног. Ланс насиловал его долго и жестоко. Джон слышал знакомый бархатный смех, от которого ему сейчас хотелось завыть и заткнуть уши. Он должен был всё выдержать в надежде, что Шерлок скоро к нему вернётся. Едва пытка прекратилась, Джон подтянул колени к груди, обхватил их руками и сжался в комок. - Знаешь, - услышал он над собой довольный голос Ланса. - Перед смертью Шаннон испытал много боли, особенно когда я насиловал его. Потом я обставил всё так, словно парень любил садомазо. У него было предостаточно времени, чтобы осознать, что не стоило посягать на любовь Джона Уотсона! - Ланс прикрыл глаза, будто что-то вспоминал. Уголок пухлых губ скривился в ухмылке. - У тебя большой выбор препаратов, Джон, и я в них хорошо разбираюсь: одни способны избавить от боли, другие - только обездвижить. Я решил воспользоваться ими, когда решил убить мальчишку. Но эта жалкая тварь и после смерти продолжила досаждать нам. Призрак Шаннона пытался заставить меня вскрыть вены. Хотел свести с ума, чтобы я тебя убил. Тогда бы твой драгоценный Шерлок страдал! Всё равно, в смерти Шаннона виноват только ты, мой милый Джон. Не нужно было изменять тому, кого любишь больше жизни... Хотя, соблазн был слишком велик. Мальчишка был чертовски красив... Ланс подошел к раковине, ополоснул лицо и стал внимательно вгляделся в зеркало. На покрытой амальгамой поверхности стекла, отражавшей бледное лицо и блестящие изумрудные очи, дрожали маленькие капельки влаги вперемешку с кровью. Они скатывались вниз, и каждая чертила свой путь, оставляя блестящую розовую дорожку. Ланс внимательно наблюдал, как эти дорожки пересекаются, сплетаясь в узоры. - Ты сходишь всю свою жизнь с ума от этих скул, губ, формы глаз... Ланс дотронулся до скул, провёл пальцем вдоль приоткрытых губ. - Ты всегда дорожил Шерлоком, хотя он ни в грош тебя не ставит. Он просто привык к твоим вниманию, заботе, поклонению. А что ты станешь делать, когда его красота увянет? Он постареет, появятся морщины, поседеют кудри... Не захочешь ли ты снова найти себе кого-то помоложе? Кулак врезался в зеркальную поверхность, разбивая её на части. Джон с трудом приподнял голову. Ланс усмехнулся ему в ответ, но взгляд изумрудных глаз внезапно потух. - Скучно... Предсказуемо... - прошептал он, отводя руку с зажатым осколком назад. - Я тут подумал: Джон, мне не хочется больше возвращать твоего гения. Не хочу зависеть от вас. Скажи Шерлоку «прощай»! Рука с осколком устремилась к горлу...***
Грянул выстрел. Джон почти оглох, но услышал отчаянный крик Ланса, увидел его искажённое болью и ненавистью лицо. Ланс растянулся на полу, прижимая к груди простреленную руку. Мужчина в мокром плаще появился в помещении. Он схватил Ланса за здоровую руку, подтащил к батарее отопления и приковал к трубе наручниками. Ланс хватал ртом воздух, пытался вырваться. Мужчина с размаху опустил рукоять ему на скулу, и тот сразу затих. Джон поморщился, словно ударили его. - Джон! Как ты? Словно сквозь вату до Джона долетел встревоженный голос Лестрейда. - Выживу, - хрипло ответил он. - Помоги подняться. Лестрейд накинул на Джона свой плащ, поднял друга и закинул его руку себе на плечо. - Ко мне в кабинет, - сказал Джон. Грегори дотащил Джона до его кабинета, помог лечь на диван. - Что тут у вас происходит, мать вашу! Инспектор встал посреди комнаты, скрестив на груди руки. Джон тихо застонал и перевернулся на спину. - Всё нормально. Лучше проверь, как там Шерлок. Мне надо... Грег, я должен обработать рану. Пока я занят, отнеси Шерлока в спальню. Да посмотри, не сломал ли ты ему челюсть. - Господи, Джон! Это был явно не Шерлок! И что мне прикажешь с ним делать, если он очнётся всё тем же придурком? Клянусь, тогда я врежу ему ещё раз! - Грег, поступай как знаешь. Меня сейчас ноги не держат, поэтому решай сам. Только не убивай его. - У меня вопросы к этому типу, так что не бойся, не убью! Лестрейд вышел, что-то бормоча себе под нос. Джон расслышал лишь одно слово: «мерзавец». Джон через силу поднялся, судорожно сжимая полы плаща, словно опасаясь, что кто-то ещё сможет увидеть его наготу. Он подошёл к шкафу, распахнул дверцы. Обежав взглядом стоявшие на полке пузырьки, Джон выбрал пару, взял упаковку с одноразовым шприцем и бинты. Вернувшись к дивану, он поставил всё на столик. Постоял в нерешительности несколько секунд, пару раз сглотнул вязкую слюну, а потом решительно сбросил с покрытого синяками и засохшими корками крови тела плащ.
