Где ты сейчас?

- Брайан, успокойся! – Дебби таким его еще не видела, поэтому на правах всеобщей гейской мамы успокаивающе дотрагивается до плеча бледного, как смерть, мистера Кинни. На Брайана страшно смотреть, хотя Дебби видела его в разных случаях за все их знакомство. Но сейчас все по-другому: Брайан психует и дико переживает за Солнышко, и злится, не в состоянии до конца понять, почему он так сильно реагирует. А, может, наоборот – понимает и потому злится. - Вик! – Кинни не обращает внимания ни на Деб, ни на кого вокруг, кроме старого Грасси. – Ты что-то знаешь? Ты знаешь где… Джастин? И имя Солнышка звучит так, что любому идиоту понятно, как много значит для мистера Кинни этот самый Джастин. - Брайан, не то, чтобы точно, но… я заходил в хоспис, а управляющий, старый мистер Робертс сказал, что видел Джастина вчера вечером, вернее, почти ночью. Он окликнул его, спросил, как дела и куда он идет, а Джастин обмолвился, что ему надо на автобус в пригород, в Эйджвуд, - рассказывает Вик, но Брайан уже не слушает дальше. Все, что ему надо у него уже есть. И сразу в голове проясняется. Потому что теперь у него снова есть цель, и он точно знает, что делать. - Брайан, давай с тобой кто-то поедет, - поспешно предлагает Дебби, видя, что мистер Кинни уже у выхода и сейчас исчезнет. - Нет, - тон Брайана непреклонен, Дебби сразу понимает, что настаивать бесполезно. – Я должен сам его найти и привезти. Это только моё дело. Я все сделаю сам. - Все будет хорошо, засранец ты эдакий, - бормочет она, успев сжать его руку и ощутить легкое и благодарное рукопожатие в ответ. И долго смотрит вслед стремительно выбежавшему из кафе Брайану. Кажется, она дожила до немыслимого события в своей жизни – Брайан Кинни наконец-то становится взрослым. То, что он любит Солнышко – это Дебби давно понятно, теперь бы ему еще признаться в этом. Хотя бы самому себе для начала. Но, судя по всему, лёд тронулся. POV Брайана Когда я уже подъезжаю к Эйджвуду, меня осеняет простая в своем идиотизме мысль. Хоть район поиска я сократил, но как, собственно, я буду искать Тейлора здесь? Пусть пригород и не очень большой, но все равно найти в нем одного человека – не членом в «Вавилоне» помахать. И я, поразмыслив несколько секунд, сворачиваю на центральную улицу и облегченно киваю сам себе, видя нужное здание. В любом маленьком городке в центре есть почта, и Эйджвуд не исключение. Уже через три минуты я стою у телефона и просматриваю справочник всех гостиниц, мотелей и пансионов пригорода. И все равно их очень много, более тридцати. Я задумываюсь, какого же хрена Джастин поперся именно сюда, что ему стоило найти какую-нибудь занюханную дыру неподалеку от своего дома и там сидеть и страдать? Значит, он ехал сюда с какой-то целью, он знал, куда именно. И я, мысленно вздохнув, снова звоню Дафне, морально готовый к посылу на хуй. - Дафна, пошлешь меня потом, мне сейчас надо, чтобы ты ответила мне на вопрос о Джастине, - быстро говорю я в трубку, упреждая ругань или обрыв связи. – Скажи, у него нет никого знакомого в Эйджвуде? - Нет, - мрачно выкрикивает она, но неожиданно замолкает. - Что? – напираю я. – Дафна, я сейчас здесь, мне сказали, что его видели вчера, и он собирался сюда. Так к кому он мог пойти? - Я помню, у Лины Паркер, нашей одноклассницы, там старший брат держит мотель, он управляющий, - задумчиво говорит Дафна. – Джастин с Линой в хороших отношениях, и с братом её как-то знакомился на одной вечеринке. Может, он поехал в его мотель? Я слышу такую надежду в голосе подружки Солнышка, что, пробормотав что-то невнятное отключаюсь, предварительно заставив Дафну вспомнить название мотеля. «У Паркера» - заебись как оригинально. Но, по крайней мере, если надо найти одного мелкого подлого и больного гада – просто незаменимое. И запоминать легко. И я, узнав адрес из справочника, уже через пять минут выезжаю на боковую улицу, ведущую к пресловутому мотелю. Сейчас я даже не злюсь на Тейлора, я его выслеживаю. Наверное, охотники испытывают нечто подобное: дрожь внутри, когда после долгих поисков или сидения в засаде добыча близко и вот-вот появится. Но в отличие от охотников моя жажда крови полностью заменена на жажду секса, а желание похвастаться добычей превратилось в исключительное чувство собственности, когда хочется притиснуть к себе гнусного мерзавца и не отпускать никогда. Ну, про то, что я в полном нервном расстройстве и, еби её, истерике, я даже упоминать не буду, чтобы перед самим собой не позориться. Я так дико беспокоюсь, чтобы с пиздёнышем ничего не случилось, что у меня просто сил не хватает ни на что другое. Я даже трахать никого не хочу – вот до чего меня довела эта мелкая пакость. Уже через четверть часа я оказываюсь у двухэтажного, облупленного здания мотеля и быстро захожу внутрь, попутно убеждаясь, что мои догадки о месте, куда мог сбежать засранец Тейлор оказались верными. Я даже преуменьшил слой грязи на всех прилегающих и находящихся внутри поверхностях и обшарпанность мебели, которую, кажется, создавали еще во времена Чиппендейла, только его гораздо менее успешные собратья. А если быть честным – то этот кошмар рукожопого мебельщика вообще трудно назвать мебелью. Окидываю взглядом колченогую конторку, продавленный, драный кошками диван в узком вестибюле, чахлый фикус в кадке. И, наплевав на все это, обращаюсь к молодому скучающему парню за стойкой, лет на пять старше Солнышка и примерно на столько же младше меня. В другое время я отметил бы, что он довольно симпатичный и попытался бы затащить его в подсобку или в ближайший пустой номер… а, нет, не попытался бы, парень – натурал. Я такие вещи за километр чувствую. Правда, сейчас столько неопределившихся развелось, что иногда просто диву даюсь. С виду - женатый махровый гетеросексуал с тремя детьми и кредитом на дом и колледж для отпрысков, а копнешь поглубже – таких педиков еще поискать и задницу подставляет как заправский голубой. Однако гейский радар, как называет это ощущение Эммет, меня еще ни разу не подводил. Мне сейчас не до геев и не до радаров. Я хочу, чтобы мне вернули Тейлора. Вынули, блядь, и положили в обертке или без. - Здравствуйте, я ищу своего… - я на миг теряюсь, не зная, как обозначить, кого же я ищу. Бойфренда у меня быть не может, другом Джастина я тоже назвать не могу, особенно после моей скотской выходки, когда я выгнал его. - Вы – Брайан Кинни? – внезапно спрашивает меня владелец мотеля, и я почему-то сильно напрягаюсь. Киваю, неотрывно глядя на парня. Что-то мне еще тревожней, чем было. - Джастин тут, у меня, - говорит Паркер, и я вижу, что он обеспокоен и смущен. – Знаете, я ни слова бы вам не сказал, если б с ним все было нормально, но… ему плохо, а вызывать врача он наотрез отказывается. Я только что собирался наплевать на все и позвонить в «Скорую», а тут как раз вы пришли. Он говорил про вас… сказал, что вы очень красивый и крутой и вы его прогнали. - Язык бы ему укоротить, - цежу сквозь зубы. – Ебаный тинейджер, головой бы думал… Я приехал за ним… какой номер? - Тринадцатый, - говорит владелец, кивая на ступени на второй этаж. – Он сам захотел. Даже не поблагодарив и грубо схватив протянутый ключ, взлетаю по лестнице. Пиздёнышу плохо… что значит плохо, блядь? Добежав до последней двери в самом конце коридора, я на миг останавливаюсь, прикидывая, зайти более менее вежливо, предварительно постучав, или положить хрен на этикет, ворваться, схватить и не отпускать. Решив совместить, я кулаком грохаю в дверь, которая, желая освободить меня от дальнейшего мозгоёбства с ключами, открывается. Тейлор, идиот малолетний, даже замок не закрыл, так и лежал всю ночь в номере с дверью нараспашку. Да кто хочешь мог зайти, особенно если учесть то, что входную дверь этого вшивого мотеля ногтем открыть можно! Ну, погоди, сейчас ты у меня узнаешь, что такое разъяренный я! И я шагаю за порог в полутемную комнатушку, где находится тот, кто мне нужен сейчас больше, чем… Нет, нахуй гребанные метафоры и сравнения. Просто нужен – и всё. POV Джастина Я нахожусь в каком-то странном состоянии полуяви-полусна, но мне совершенно все равно. Я, кажется, мало того, что на всю голову стукнутый, так еще и простудился, наверное. По крайней мере, я помню, что попал вчера вечером под довольно сильный дождь, а когда добрался сюда – сил не было даже раздеться. Так и свалился на кровать одетым, только кроссовки скинуть успел. А сейчас, помимо ужасной головной боли и боли душевной от того, что от меня отказался Брайан, у меня еще и сильно саднит горло и, по-моему, температура. Не знаю… мысли путаются. Собственно, мне трудно думать, а из-за боли в голове я и заснуть нормально не могу. Так и лежу, скрючившись под одеялом… и еще ужасно холодно. И тут мне так некстати вспоминается горячее тело Брайана рядом, как он накрывает меня собой и проникает в меня… и мне жарко и так хорошо. И слезы катятся у меня по щекам от того, что больше этого никогда не будет… по крайней мере, не будет еще очень-очень долго, пока я буду не в состоянии появиться перед ним и снова завоевать его. Голова просто раскалывается, а руку то и дело простреливают судороги. Мне плохо, но пусть лучше так, чем постоянно прокручивать в голове: «Катись нахуй отсюда!» Все-таки херово, когда ты никому не нужен. Надо встать, взять себя в руки, позвонить маме. Потом. Вот полежу еще и потом, может быть… Взгляд совсем плывет, а перед глазами пляшут ослепительные искры, от которых мою бедную голову прошивает такими разрядами боли, что жить не хочется. Поэтому я как-то почти пропускаю момент, когда дверь открывается (я что, её не закрыл вчера?) и входит… кто-то очень знакомый. Влетает просто. Но я почти не вижу и не слышу ничего. Все равно у меня бред. А значит, будет лучше, если я просто закрою глаза и буду спать… - Джастин! – кто-то бросается ко мне, тормошит и что-то испуганно говорит знакомым голосом, но я слишком устал. Так здорово слышать его голос хотя бы во сне… POV Брайана - Джастин! – я пытаюсь разворошить кокон из уёбищных одеял, в который завернуто худое, почти мальчишеское тело, а сам внезапно поражаюсь, какой он мелкий и хрупкий. – Блядь, Тейлор, да что с тобой? Я срываю одеяло и вижу его лицо – бледное, с прилипшими к потным вискам светлыми прядями. А глаза… он смотрит так, как будто он ничего не видит, как слепой! Ёбать вас всех, что с ним такое? Я сейчас на куски разорву этого ёбаного Паркера, за то, что не позаботился о своем постояльце. Я дотрагиваюсь до его лба и чуть не отдергиваю руку – такой он горячий. А он еще тихо стонет и пытается натянуть на себя одеяло левой рукой, а правая, та, которая у него повреждена, висит вдоль тела, как плеть. А потом бросает тянуть одеяло и прячет голову, стараясь прикрыть её здоровой конечностью. - Джастин, это я, Брайан, - мне так больно и страшно, что я, кажется, вообще не соображаю нихуя. – Это я, Солнышко! - Оставьте меня в покое, - невнятно бормочет Тейлор, слабо отпихивая меня действующей рукой и пытаясь отстраниться. – Оставьте… он все равно не придет... И я почему-то на миллион процентов уверен, что Джастин говорит обо мне. И чувство вины сейчас испытываю, сука, просто ужасное. За то, что пошел на поводу у Дженнифер, за то, что выгнал его, хотя больше всего хотел в тот момент прижать к себе так крепко, чтобы ребра затрещали. - Я здесь, Джас, здесь… - повторяю несколько раз, успокаивая пиздёныша, а сам быстро кутаю его в свое пальто и поднимаю на руки. Джастин не особо крупный и меньше меня ростом. И хотя он довольно тяжелый, но только не в этот момент. Сейчас, после больницы, он вообще весит мало и мне не составляет никакого труда держать его на весу. Я думаю, что делать дальше – ждать «Скорую» здесь выйдет столько же по времени, как если я отвезу его сам. Тем более, я знаю его врача, который следил за его реабилитацией, я знаю, куда и как ехать. И я принимаю решение к тому моменту, как оказываюсь у входной двери. - Если с ним все будет плохо – я тебе яйца оторву, - злобно обещаю побледневшему Паркеру. Парень не особо виноват, но мог и увидеть, в каком состоянии пришел к нему вчерашний подросток и позвонить хотя бы кому-то из общих знакомых. Но с этим идиотом я потом разберусь. Сейчас главное – привести в сознание Тейлора. И поговорить с ним, объяснить, что нихуя я не хотел его выгонять, а совсем наоборот – хотел, чтобы он был со мной. Жил, блядь, со мной, и никуда не уходил. Я хотел защитить его, а вышло, что снова облажался. И больше такой лажи не допущу. Нахуй всех, кто говорит, что лучше знает, что нам нужно, Тейлор. Мы все решим сами.