Младший брат

- Ребенок. У нас будет малыш, - в сотый раз за вечер повторил Блейн, и Курт уже просто закатил глаза, откидываясь на спинку дивана и выдыхая. - Блейн, ты повторил это примерно тридцать раз после того, как ушел Джим. И еще раз десять до того, как он ушел, - заметил Курт, усаживаясь прямо на спинку дивана позади Андерсона и обнимая его за плечи руками. – И поскольку ты повторяешь это так часто и с таким странным лицом, я даже не могу понять: ты вообще рад, или нет? Мальчик надул губы и наклонился, чтобы видеть лицо парня, который медленно моргнул и повернулся к нему тоже. - У тебя есть сомнения насчет моей радости? – поинтересовался он, понимая, что, конечно, есть, потому что он и правда сейчас наверняка выглядел ошарашенным. - Ну… Джиму ты говорил очень убедительные вещи, ведь иначе он бы не свалил от нас. И да, я знаю, что ты со всем справишься, и мы с малышом будем очень счастливы. Но… Счастлив ли ты внутри? Блейн выдохнул и потянул мальчика на себя, устраивая его на своих коленях и прижимаясь носом к его плечу и немного о него потираясь. Ребенок. Когда его мальчику всего шестнадцать, ему двадцать два, и его отправляют на повторный курс в университете, так как он получил более тридцати пропусков. В их доме бродит некий дух демона, мужчина, которого Блейн считал отцом, ненавидит их и пообещал, что не оставит это все просто так, а его настоящие родители, оказывается, давно мертвы. Счастлив ли Блейн, что влюблен в мальчика, который всю его жизнь был родным младшим братиком, который только перешел в старшую школу и у которого голова полна воздушных замков, а не реалий? Счастлив ли он, что теперь внутри его юного омеги развивается их общий малыш, и им обоим придется снова все изменить в жизни, чтобы их ребенок ни в чем не нуждался? - Счастлив, - спокойно ответил Блейн, подняв глаза на омегу и нежно касаясь губами его губ. – Несмотря ни на что, я счастлив, Курт. Счастье – это не жизнь без забот и печалей. Счастье – это состояние души. Рядом со мной мой любимый мальчик, и у нас будет плод нашей любви, наш первый ребенок. Мы оба здоровы, у нас достаточно денег на жизнь, и мы со всем справимся. На днях пойдем к врачу, чтобы убедиться, что с нашим крохой все хорошо, и я устроюсь на работу. Но все эти детали – это просто мелочи. Самое главное то, что мы с тобой вместе. Блейн улыбнулся снова и положил ладонь на совершенно плоский пока животик своего мальчика, нежно проводя пальцами вокруг пупка и наклоняясь, чтобы чмокнуть его прямо в аккуратную ямку, предварительно задрав футболку. Курт ласково улыбнулся от этого прикосновения и удовлетворенно выдохнул, расслабляясь в любимых руках. Положив руку на голову парня, мальчик запустил пальцы в упругие кудряшки и проворковал: - Мы с малышкой тоже тебя любим. Я чувствую, что это будет девочка, не знаю даже, почему. И мы счастливы. Мне кажется, я еще во время первого раза почувствовал, что произошло оплодотворение, но я так старательно гнал от себя эти мысли. Думал, что все обойдется. Мальчик снова вздохнул, и Блейн выпрямился, потираясь носом о нос омеги, нежно улыбаясь. - Наш малыш – это не «не обошлось». Наш малыш – это дар с небес. Хорошо? Ты больше не будешь так говорить про нашего ребенка? А то наш котенок родится и покусает тебя за такое. Он ведь все сейчас слышит. Курт рассмеялся и растрепал кудряшки Блейна, кивая головой. - Хорошо. Прости меня, папа альфа, я больше так не буду. Мальчик крепко обнял парня за плечи и прижался губами к его губам, улыбаясь, когда альфа повалил его на диван, нависая сверху. Судя по всему, беременность не просто не отвернет Блейна от него, а даже напротив будет заводить еще сильнее…

***

- Мам, ты вообще уверена во всем? Потому что мне не кажется, что завалиться к постороннему альфе, заявив, что я его сын – хорошая идея, - протянул Курт в трубку, сжимая второй рукой ладонь Блейна и несколько раз кивая головой в ответ на объяснения женщины, которые та давала уже, наверное, в сотый раз. Потребовалось три дня, чтобы Джим вернулся домой, рассказал обо всем случившемся жене, и та, собравшись с духом, позвонила сыну, чтобы рассказать правду. Пока Джим был на работе, омега могла спокойно разговаривать, хотя она и так не переживала, ведь Джим никогда не причинял ей боль и не причинил бы. Каким бы человеком он ни был, Ванесса любила своего альфу и не собиралась его менять. Но, также она любила своего сына, и хотела, чтобы он был счастлив, так что собиралась для этого сделать все, что от нее зависело. Новая информация, которой и так в последнее время был переизбыток у обоих парней, была уже воспринята скорее спокойно, так как и Курт и Блейн поняли, что уже не стоит ничему удивляться. Оставалось только действовать, и вот, спустя еще несколько дней, после консультации с доктором, который убедил их, что с ребенком все хорошо, они уже стояли у домика по нужному адресу в маленьком городке под названием Лайма, штат Огайо. Домик выглядел вполне обыкновенным, в воздухе пахло альфой, и вот теперь, занеся руку над дверным замком, Курт начал немного нервничать. Но волнение прервал Блейн, который быстро чмокнул омегу в скулу и сам позвонил в дверь. - Извини, детка, но зная тебя, ты бы стоял тут еще минут пять. А зная беременного тебя, то я мог бы прилечь на крыльцо и подремать, а ты все еще стоял бы и смотрел на этот звонок, - извинился Блейн и быстро повернулся к двери, которую открыл мужчина лет сорока в клетчатой рубашке и потертых джинсах. Кепка на его голове явно снималась только на ночь, а легкая небритость перестала быть легкой еще несколько дней назад. Но глаза альфы невольно привлекали к себе внимание. Ярко-голубой цвет, как у Курта, автоматически внушал Блейну доверие, и он спокойно протянул руку вперед, представляясь: - Блейн и Курт Андерсоны. - Берт Хаммел, - на автомате ответил мужчина, а затем нахмурился и наклонил голову. - Андерсон? Знавал я двух Андерсонов… - Ага, - просто ответил Блейн, видя, что его омега стоит, как вкопанный, и даже не двигается. Обняв мальчика со спины, он нежно коснулся губами его макушки и шепнул: - Котенок, поговори с мистером Хаммелом, не будь букой. - Б… Па… М-мистер Хаммел, - с трудом выдавил из себя Курт, быстро хлопая ресницами и осторожно протянув руку для рукопожатия. - С ним все в порядке? – уточнил Берт, удивленно глядя на юного омегу, который то краснел, то бледнел, и время от времени открывал рот, но тут же его закрывал. Блейн пожал плечами. – Может, пройдете тогда в дом? Я ведь правильно понимаю, что вы не заблудились и не ошиблись адресом, верно? - Верно, - кивнул Блейн и буквально втащил Курта в дом, проходя следом за мужчиной в кухню и садя за стол сначала Курта, а затем садясь рядом. - Ты очень похож на отца, - заметил Берт, включая чайник и все еще немного настороженно поглядывая на парней, и чаще скорее на Курта, который тоже неотрывно смотрел на него. – А ты на мать, - тихо добавил мужчина уже Курту, и мальчик кивнул, облизнув губы. - Вы не знали, что я родился, да? – тихо спросил Курт, опуская глаза в стол и сильно сжимая руку Блейна. - В каком смысле? – непонимающе переспросил Берт и нахмурился, но, спустя секунду распахнул глаза и так и замер с кружкой в руке, удивленно глядя на юношу перед собой и, очевидно, проматывая в голове события, что происходили почти семнадцать лет назад. Рот мужчины приоткрылся и спустя несколько мгновений он прошептал: - Нет… Берт качнул головой, и Блейн вовремя вскочил, забирая кружку из его рук, не давая ей разбиться, упав из ослабевшей руки. - Да, - всхлипнул Курт, сжимаясь в комочек под грузом их общего осознания, но послушно поднимаясь на ноги, когда Блейн подтолкнул его. – Я тоже не знал, мама… Мама она скрывала это всегда, всю мою жизнь я был уверен, что Джим и есть мой отец… - Ванесса… Она встретила своего истинного после года отношений со мной. Они встретились, и, конечно, у нас не было выбора. Нам было больно, потому что мы любили друг друга, но ее настоящая любовь накрыла ее с головой, и я и подумать не мог, что она уходила от меня беременной… Боже. Курт. Мужчина рванул вперед, обхватывая ладонями щеки мальчика и глядя в его лицо. Блейн, наблюдающий за сценой со стороны, с трудом сдержал слезы умиления и ощутил укол легкой грусти. Он, выходит, даже не знал своих родителей. Вот откуда было все это непонимание и ощущение, что он вечно чужой. Хотя… Это его отец, в каком бы облике он не был, привел его сюда. Привел его к Курту. К Барбаре. К Берту. Он таким образом, наверное, искупал грехи, устраивая жизнь сына и открывая ему глаза на многие вещи. Блейн отвернулся и коротко улыбнулся, почему-то чувствуя, что этот дух, демон или призрак, кем бы он ни был, видит его и вне наступления тьмы, и без странных шорохов и грохота. Повернувшись обратно к Берту и Курту, Блейн улыбнулся тому, как крепко мужчина прижимал к себе мальчика. Берт так и не нашел свою истинную, до сих пор. У него были омеги, и сейчас ему нравилась одна женщина, истинный которой погиб. Такое случалось. У Берта не было детей, и сейчас, обретя Курта, он был вне себя от счастья. А, услышав всю историю и в дополнение ко всему узнав, что Курт еще и ждет его внука, мужчина и вовсе схватился за голову, заставляя Курта хихикать. Они уже переместились в гостиную после ужина, который приготовил гордый своими талантами Курт, и пили чай. - Я многое упустил в твоем воспитании… - рассмеялся мужчина, а Блейн обиженно надул губы и притянул мальчика к себе, нежно целуя его в щеку. - У вас еще будет такая возможность, Берт, - улыбнулся альфа, ласково гладя спину омеги, который расслаблялся от этих прикосновений. - Это, выходит, я теперь… Курт Хаммел, - удивленно заметил мальчик и улыбнулся, когда увидел, какая гордость засияла в глазах Берта. Блейн же усмехнулся и заметил: - Может быть, я даже позволю тебе взять двойную фамилию, но только если ты будешь хорошим мальчиком… Последнее Блейн почти помурлыкал в губы Курта, который прижался к нему и разве что не перебрался на колени, впиваясь поцелуем в губы своего альфы, пока покашливание Берта не оторвало их друг от друга. - Да уж, мы привыкли быть только вдвоем… - протянул Блейн, закатывая глаза, а Курт рассмеялся и скользнул ладонями по своему животику, тихо поправив: - Теперь мы всегда втроем…

***

Через несколько часов, когда Берт уже обустроил их в спальне наверху, парни приняли душ и надели пижамные брюки, которые взяли с собой, Курт опустился головой на плечо Блейна, мягко выводя узоры на его широкой груди и разглядывая стены комнаты, в которой они теперь будут жить. - Ты откажешься от медицинского университета… - протянул мальчик. - Я не отучился даже года, Курт, брось. Зато я окончил колледж и смогу работать где угодно в Лайме. А ты пойдешь в местную школу, затем возьмешь академку всего на год и закончишь обучение. Конечно, нам будет не так просто, как если бы мы были вдвоем, но у нас все еще есть дедушкино наследство, я буду зарабатывать деньги, и у нас есть твой отец. Пускай вы и знакомы меньше суток, но он уже любит тебя и я уверен, что мы сблизимся. Вы сблизитесь. И найдете общий язык. - Он будет прекрасным дедушкой, правда? – тихо спросил Курт, поднимая глаза на своего альфу. - Конечно, солнышко. И ты сможешь поступить в Нью-Йорк, как и хотел. - Мы сможем снимать домик в пригороде, Берт поедет с нами и будет помогать няньчить нашего малыша! – радостно заметил Курт. - Ты Берта-то со счетов не списывай. Он же сказал, что ему нравится эта Кэрол. Может, они поженятся еще до того, как мы уедем. И с малышом мы и сами справимся, родной. Мы не первая пара, у которой будет ребенок. У ребенка будет прекрасный дедушка и бабушка. Да и, ты знаешь, я думаю, что и Джим, в конце концов, придет в себя. Он ведь любит тебя и растил всегда, как сына. Мальчик вздохнул и кивнул, а затем медленно забрался на Блейна, оседлав его, и наклонился, нежно чмокнув альфу в губы. - У нас все теперь будет хорошо, правда? Больше никаких испытаний, никаких погонь, никаких духов и поездок черт знает куда? - Я уж надеюсь, а то сюрпризов за последнее время было более, чем достаточно, - улыбнулся Блейн, пожав плечами. Курт надул губы и легонько ударил его в плечо, но тут же наклонился и поцеловал туда. - Я люблю тебя, мой альфа… - прошептал омежка, медленно опускаясь вниз и невинно ерзая попкой на твердеющем члене парня, глаза которого мгновенно потемнели и руки скользнули по спине мальчика, притягивая его к себе. - И я люблю тебя, мой маленький омежка, но если ты хочешь опорочить дом своего отца в первую же ночь, то лучше закуси подушку, детка. Я собираюсь заставить тебя стонать…