Жребий брошен.

День завтрашний от нас густою мглой закрыт, Одна лишь мысль о нем пугает и томит. Летучий этот миг не упускай! Кто знает, Не слезы ли тебе грядущее сулит?

      Стараясь игнорировать где-то глубоко находящуюся совесть, твердившую пойти и извиниться перед Виноградовой, я вышел на улицу и закурил. Лиза сидела в комнате и, кажется, плакала. Сверху слышались ее тихие всхлипы. Думает, я не слышу? Глупая.       Она просит слишком много. Того, чего я не могу ей дать. Задает вопросы, на которые я не могу ей ответить. И это очень... обижает ее? Озадачивает меня? И то, и другое? А что важнее? Все это абсолютно не важно, если вспомнить тот факт, что они все знают. Бежать пока нет смысла, нужно подождать немного. Но они могут прийти в любой момент, и тогда...       Я помотал головой, отгоняя красочные картинки нашего наказания за то, что мы были там. Видели то, чего не должны были. И теперь главное, чтобы нас не нашли. Ни в коем случае не нашли.

***

      Пораньше встав и позавтракав с Лизой совершенно в полной тишине, я решил проверить видео с камер. Но ничего. Никто даже мимо нашего дома не проходил. Вздохнув с облегчением, я решил немного пробежаться по лесу. Снега еще не было, да и погода сегодня была солнечная. Поэтому я оделся в спортивный костюм, а когда натягивал кроссовки, в доме прозвенел телефонный звонок. Лиза ответила наверху, а я поднял трубку в коридоре. Голос был знаком мне. Мужской. — Ты правда выйдешь замуж за моего братца? — голос Майка дрожал, он явно чего-то боялся. — Майк, я не хочу обсуждать это. По-моему, мы все разъяснили, — шептала девушка. Дверь с верхнего этажа хлопнула. — И почему ты мне звонишь вообще? — Я хочу увидеться с тобой.       После этой фразы меня передернуло. Майк какой-то странный. Его голос дрожал, значит, что-то тут не чисто. Надеюсь, Лиза не согласится.       Минута молчания, и девушка тихо заговорила — Хорошо, я приду, — ответила Лиза. Я чуть отстранился и обреченно замычал. Потом снова приложил к уху телефонную трубку. — Недалеко от дома Максима, в лесу, есть река. Выгляни в окно. Видишь развилку? Иди прямо по тропе и выйдешь к реке, там и встретимся, — Майк сбросил, и я тут же положил трубку.       Дверь на втором этаже открылась, и я принялся завязывать шнурки на кроссовках.       Лиза торопливо спускалась по лестнице, но на середине остановилась. Я поднял глаза на нее. В руках у девушки была кожаная куртка. Одета она была в темные джинсы, черную майку и высокие того же цвета сапоги. Ее глаза бегали по мне, но сказать она ничего не решалась. Тогда я решил нарушить молчание: — Решила прогуляться? — Ты, я смотрю, тоже, — кивнула на меня девушка и спустилась. — Может, тогда прогуляемся вместе? — Нет. Мне нужно побыть в одиночестве, — Лиза нахмурилась и отрицательно покачала головой.       Я поднялся с колен и открыл дверь, пропуская девушку вперед. Она вышла из дома и поспешила дальше. Я вышел за ней и пристроился рядом. — Я же говорю, мне нужно побыть одной! — воскликнула Лиза. Я остановился и наблюдал за тем, как Лиза несется в лес, оглядываясь по сторонам. — М-да... Не захотела помощи? Тогда мне придется снова спасти тебя.

***

      Я буквально бежала к этому мосту, оглядываясь. Зачем я нужна Майку? Его голос казался мне странным. Обычно он был более уверенным. Тем более, он высказался. Может, он хотел извиниться? Или просто все разъяснить? Когда я пришла на место, то Майк уже стоял на мосту, спиной ко мне. Я поспешила к нему. Парень обернулся и кинулся ко мне. Зайдя на мост, я чуть остановилась, но вот Майк тут же подбежал ко мне и обнял. Я даже оторопела от этого и шагнула назад, но Майк держал меня крепко, и я бы вряд ли выбралась из его объятий. — Прости меня, — прошептал Майк. — Уезжай прямо сейчас. В школу. — Я отстранилась и отшатнулась. — О чем ты?.. — испуганно спросила я. Попятившись назад, я оглянулась и увидела, как к мосту подходит женщина со светлыми волосами. — Ты предал нас! — я рванула назад, но меня схватил миротворец и заломил руки. Я закричала. — Я считала тебя другом, а Максим твой брат! Ты предал нас! — Прости... — прошептал Майк. К нему подошла Наталья. Она высокомерно смотрела на меня, оглядываясь иногда. — Елизавета, Вы слишком просты для Эрудиции! — воскликнула Наталья. — Доверчивы, наивны... Если бы Вы правда были настоящей Эрудиткой, то все продумали, и то, что этому совершенно бесполезному Бесстрашному доверять совершенно нельзя, — ухмыльнулась женщина, подходя ко мне ближе. — Как же Вы похожи на свою мать... — Вы знали мою маму? — удивленно спросила я, тем самым перебив ее. Наталья опустила глаза, но тут же, усмехнувшись, подняла их. — И беспородностью в отца, — устало заключила она. — Да, я знала Ваших родителей. Глупые Бесстрашные. — Я нахмурилась и снова попыталась выбраться, но меня лишь оттянули назад. — И как ты попала в Эрудицию? — с отвращением добавила Наталья. — Зачем я Вам? Зачем мы нужны Вам? — Женщина устало закатила глаза и, повернувшись, ко мне профилем, смотрела куда-то вдаль, на реку. — Думали, я ничего не знаю? — она бросила на меня взгляд, а потом снова уставилась в воду. — Как ты вообще тогда оказалась на этаже Бесстрашных? А о камерах вы оба не подумали? — Я опустила глаза с досадой. — Может быть, вы не знали, что камеры в течении дня выключаются лишь когда ученики на переменах? — Мои глаза расширились. — Как же глупо было зажиматься по углам на уроках, — усмехнулась Наталья. — Тогда почему Вы не наказали нас? — я чуть дернулась от того, что у меня затекли руки и ноги. Но миротворец лишь сильней схватил меня за руки, и я закричала. — Да отпусти ты ее! — воскликнула Наталья. Меня отпустили, и я упала обессиленно. Руки ужасно ломило, я застонала от боли. — Я не наказала вас лишь потому, что мне хотелось поиграть вашими чувствами. — Что? — вырвалось у меня. — Все зашло слишком далеко. Он бегал за тобой, вытягивал из передряг. Потом последовал поцелуй, еще один, и сейчас вы здесь. Вдвоем. И вы женитесь, так? — Я поднялась с колен и со слезами на глазах уставилась на затылок женщины. — Я думала, что этот мальчишка бросит тебя, но такого не случилось. Хотя, думаю, никто не устоял от того, чтобы понаблюдать за тем, как ты страдаешь и рыдаешь в подушку. Боль бы сделала тебя сильнее.       Вдруг она замолчала. В мое лицо ударил холодный поток ветра и я поежилась от холода. Наталья повернулась ко мне лицом. Подошла ближе, склонила голову на бок. — Но история приняла другой расклад. Вы кое-что узнали и за такое последует любое наказание, — женщина коснулась моей щеки, но я дернула голову, уклоняясь от ладони. Наталья с досадой опустила руку. — Я хочу кое-что проверить. Вместе с тобой. И если все мои предположения подтвердятся... то вместо душевной боли тебе придется спасаться от физической. А потом... я нанесу сокрушающий удар по твоему сердцу.       Я раскрыла рот в ужасе и отступила на шаг, боясь приблизиться к женщине. Меня так испугали ее слова, что у меня задрожали коленки, а с глаз полились слезы. — Но не сегодня, — сказала она, рассмеявшись на мой страх. — Удачных каникул, Елизавета.       Кивнув миротворцу, она ушла обратно, к машине. Загудел мотор, и они скрылись за деревьями. Я обессиленно опустилась на мост, пытаясь осознать случившееся. Заскрипели старые деревяшки, и передо мной на коленях оказался Майк. Парень хотел дотронуться до меня, но я отстранилась и с ненавистью заглянула в его глаза. — Проваливай, — прошипела я. — Лиза... — Проваливай! Иди отсюда! А-а-а, ненавижу! — закричала я и со всех ног побежала к дому, чтобы поскорей закутаться в одеяло. Или увидеть Максима.

***

      Я уже приближалась к дому, увидела Максима и хотела закричать, но заметила рядом с ним девушку. Она стояла ко мне спиной. Максим же что-то яростно объяснял ей и размахивал руками. До меня доходили лишь отрывки фраз и я не могла связать все в едино. Но вдруг Макс обхватил ее лицо руками и начал целовать щеки. Потом поцеловал в губы и так посмотрел... будто любит. Я отшатнулась назад, в кусты.       Сердце начало разрываться от такой боли, что ноги просто не держали и я упала на землю, куда-то в траву. Грудь сковало льдом, а воздух заканчивался. Слезы накатывали к горлу, вызывая удушье. Я знала, что истерика близко. Стоит лишь заплакать. Стоит лишь вспомнить, какими глазами он смотрел на нее. Как целовал. Смотря в небо, я понимала, что сердце мое не выдерживает и совсем скоро придет конец. Конец моей душе. Душе, которая любит Морозова Максима. Меня растоптали. Одним лишь взглядом на ту девушку. Как он ее целовал. Как что-то шептал. Как он на нее смотрел, твою мать!       Как больно! Как тяжело дышать! Его взгляд... на эту девушку. Он любит ее? Наверное.       Я вскочила и буквально понеслась из этого проклятого места. Ноги тряслись, руки синхронно. Слезы лились по щекам, будто еще больше прожигая меня изнутри. Дышать было невыносимо тяжело. Такого никогда еще не было. — Хватит! — заорала я, падая на колени.       Как я снова пришла на это место? Ноги сами несли. Снова упала на колени на этом чертовом мосту. Скрутилась напополам, держась за сердце и ловля воздух ртом. А потом закричала. Попыталась не задохнуться, не захлебнуться от собственных слезю. Но тут же закрыла рот рукой, укусив себя за тыльную сторону ладони. Безумство. — Что же ты со мной делаешь? — снова орала я. Как сумасшедшая. Как дура. Как психованная дура. Истеричка. — Прекрати!       Орала в собственный кулак, что есть мочи. Орала. Пыталась избавиться от боли, которую причинил мне Максим.       Как же печально, но одна фраза до меня все же долетела... "Я люблю тебя". И больше ничего не надо было, чтобы окончательно убить меня. Вот так взять и убить. Без пули, без силы. Просто взять и одним "я тебя люблю" к другой убило меня.       Именно в этот момент я не была рада, что Морозов Максим кого-то любит. А потом снова зарыдала, задыхаясь от боли.