Free as a bird

Ни кровь, ни чакру «про запас» сдать не удалось. Кабуто внезапно вспомнил, что у него есть какие-то невероятно важные дела, которые срочно нужно переделать. Возможно, конечно, мое тихое пение «Лоли-лоли… Лолиту я полюбил» сыграло свою роль. Но если он не знает, кто такие Малфои и Волдеморт, то откуда бы ему знать и о девочке, влюбившей в себя мужчину, хотя… это может быть не связано. В госпитале я не задержалась, сбежала в лучших традициях ниндзя, хоть и не болела. Решила заглянуть к той милой старушке, державшей кондитерский магазинчик, вот только на полпути вспомнила, что верчу в руках «оружие свободы». Пришлось повернуть к дому и выбрать место для сковородки, Кабуто идеальную подобрал для жарки блинов, всегда хотела такую – с узкими бортами и белым дном. Предчувствую, слушаться она меня будет, м-м-м. Вот и архив, знакомое, старенькое здание. Так и манит устроить диверсию! Ик! Чем это Кабуто меня напоил? Ик! Хм… фу-у-у… вроде прошло. Эй! Ик! Опя-я-ять… Что это там? Чувствую себя Хинатой: прижалась к стене и слежу за понравившимся мальчишкой. А он дерется, как обычно. Жалко, что один против четверых, а если я вступлюсь, то могу ранить его гордость. Хотя, продолжись избиение, раненная гордость стала бы самой мелкой и незаметной раной. Как бы мне… точно, крыша! Ну. Банзай, что ли. Спрыгнув с архива в гущу сражения, прижала собой пару мальчишек нашего с Узумаки возраста. Детки-восьмилетки, р-р-р, словно дикие собаки, а не люди. И что им постоянно нужно от этого милого паренька? Кровь, вообще-то, плохо отстирывается, а Наруто – сирота, кто знает, есть ли у него специальная машинка. И есть ли подобное вообще? Задумавшись, пропустила пару ударов и толчок. Подкатилась под ноги к Наруто, чуть не оттоптал мне волосы, хорошо хоть заметил. Как? Кабуто! Как… вправо сковородкой… ты… прыжок и сверху (Не смотри мне под юбку, и все равно, что там лосины) добавить… посмел, хорек! Он расплел мою косу и зубы заговорил так, что я ушла и не заметила изменения в прическе. — Ами-чан? — с придыханием произнес Наруто. — Нас с Сакурой так легко отличить? — усмехнулась, наклоняя голову и пытаясь сплести колосок, одновременно взглядом разыскивая ленту. Наруто развел руками, хекнул и прижался к стене архива, слабо улыбаясь. Да уж, потрепали его, и мне неплохо досталось. Ла-а-адно, а как иначе? Разве на моем месте кто-нибудь по-другому поступил бы? Мы… все-таки на одной стороне сражались. — Проводишь меня? — зацепив сковородку за кончик косы, чтобы руки были свободны, подошла к парнишке. — А то уже не знаю, что и думать. Говорили, здесь самое безопасное место… но, видимо, опять «разведка ошиблась». Открыто взглянув в его голубые глаза, смело взяла под локоток. Может, стоило и поддержать, но не хватило бы сил, на первый взгляд Наруто слишком тяжел для меня. Да и до дома осталось десять метров – дойдем! Добрались и даже без остановок. Точнее, они понадобились, но только мне. А он еще и смеялся! Ну… уголки его губ подрагивали, словно Наруто хотел улыбнуться, но, в то же время, показывать этого не желал. И только я шагнула в прихожую, только скинула босоножки, не отпуская, однако, Узумаки, как мы повисли вниз головой. — Забыла предупредить, — хихикнув, объяснила моему гостю, — папа обожает ловушки ставить. Прости, что втянула тебя в это... Перехватив сковородку, подтянулась и треснула по рычажку в потолке, «выключая ловушку». — Вау! — улыбнулась, отвязывая сковородку от волос, — ты не сбежал! Редко кто остается после, м-м-м, такого, — взмахнула руками, словно обводя дом, полный ловушек и приколов. Все безобидное, но в тонусе держащее. — Составишь мне компанию за обедом, м? И пока он не осознал, во что вляпался, потянула за собой в ванную комнату. Слава клонам и тому, кто их придумал! Иначе папа бы решился сам все обустраивать, а у него с водой не очень хорошие отношения (если же Ягами, как Ян, то страшно представить тогда размер разрушений). Я оставила Наруто умываться, показала, куда закинута аптечка, а сама поспешила на кухню: можно было бы и в столовой накрыть, но у нас же не переговоры. Надеюсь, он не оскорбится, хм. А я его не таким представляла, более шумным и беззаботным, что ли. А оказался серьезным, молчаливым, замкнутым даже. Странно... хотя, чему я удивляюсь? Парнишку ведь не взлюбили в Конохе с самого рождения. Он готовил чай – я переодевалась, вернулась в кухню, красиво оттеняя теплые, солнечно-желтые стены костюмчиком в зеленых оттенках. Наруто и не усмехнулся, увидев изменения в моем облике, ни как не отметил: ни хорошо ли, ни плохо ли. Ладно, буду считать, что это он от восхищения замер. О, и булочки есть! Такие же... с медовым запахом и карамельной крошкой по бокам. — Может, чего-нибудь посущественнее чем выпечка? — вдруг предложила я, смотря поверх кружки на Узумаки. Мы с ним словно зеркальные близнецы – у него под левым глазом синяк, у меня под правым. — Есть супчик, — не дождавшись ответа, соскочила со стула и подошла к холодильнику, — та-а-ак... три салата и рыбка. Будешь? Ну... молчание знак согласия. Поставила перед ним несколько полных тарелок, исходивших паром и вкусными, притягательными ароматами, да и себя не обделила. Не знаю, чего ожидала, но после негромкого «итадакимас» мы приступили к обеду. А он милый. Не смотря ни на что. Я проводила его, хоть и не до дома, так... до улицы, не уверенна, что он правильную указал. А мне все равно нужно было в центр – спросить у баа-чан, можно ли к ней устроиться, так что получилось, словно это он меня провожал. Надеюсь, он не начал думать обо мне что плохое, все-таки я не всегда действую в рамках приличия, вот и пригласила снова, так и не услышав внятного ответа.