Год в Брюсселе

The Daydream – I miss you

POV Author Мистер Холмс Ветер, видимо родившийся в штормовую погоду, смело разгуливал по опустевшим улицам, прогоняя с завоёванной территории и без того редких укутанных в тёплые, но не согревающие вещи прохожих. Ему почти удавалось доминировать, почти: не сдавался лишь единственный путник, не обращавший никакого внимания на ярость воздушных порывов, для пущей свирепости заручившихся поддержкой хоровода острых, как тонкие лезвия, снежинок. Шерлоку на самом деле было всё равно на бушевавшую вокруг его персоны бурю - распахнутое настежь пальто и небрежно наброшенный на шею шарф говорили об этом лучше тысячи эквивалентных слов. Взгляд в зияющую пустоту пропадающего во тьме вечера и быстрый шаг в сторону заветной цели, ожидавшей его возвращения невообразимо долго, – эта баталия куда серьёзнее, чем бездушный ветер, пробирающий до костей, но не имеющий возможности вторгнуться дальше дозволенного. Шерлок никому не позволял подобной вольности. Почти никому. Здравый рассудок умело контролировал входящий поток, защищая душу от ненужного, такого человеческого и по своей сущности глупого чувства привязанности к кому-либо. Ошибка была очевидна, но детектив разобрался в сути дела слишком поздно. Налаженная годами система успела дать сбой алой помадой на тонких, изогнутых в потаённой усмешке губах. Детектив потерял бдительность, а инсценировкой собственной смерти лишь подтолкнул себя к краю пропасти, носившей имя Ирэн. Опытные игроки упустили главную составляющую сложной игры разума. Сегодня Холмс намеревался отдать победу в руки Этой Женщины, вышедшей из игры с приличным отрывом. Всё было до безобразия просто – в отличие от самого гения, она не побоялась потерять константу. Адлер утратила рассудок благородно, а Шерлок - отрицая до самого конца. Его трясущиеся, будто в ознобе, пальцы и её нервный срыв Холмс всё же посчитал достойной жертвой в заданной дистанции длиною в год. Врождённое чувство справедливости и привычной жестокости даже сейчас не предавало детектива. Он со страхом подозревал, что всё же исчезнут и они, едва он встретится с мисс Адлер взглядом. Самоуверенный детектив больше ни в чём не был уверен. Только не в этот день.

***

Привычный до боли в висках путь к дому подошёл к концу. Шерлок остановился в паре метров от входной двери. Плечи невольно вздрогнули, когда в гостиной включился свет. Ни одной идеи в голове и частичная атрофия конечностей – последствия прогулки, не иначе. Всё, что творилось с Шерлоком последний год, не имело ни малейшего отношения к Этой Женщине.

***

Когда на пороге появилась Ирэн, детективу пришлось признать: никотин не поможет. Кислород - тоже.

***

Мисс Адлер   Был самый обыкновенный вечер. Один из тех, которые Ирэн проживала вместе с щемящей тоской, приглушаемой на время страницами толстых фолиантов. Заунывный вой ветра за окном напрочь отбивал желание прогуляться близ парка, а исходившее от камина тепло лишь добавляло лености. Спокойно, но не хорошо. Мисс Адлер свыклась и большего не просила. Хватало того, что сигареты притупляли одиночество, заполняя своим невесомым дымом лёгкие. Вдох – становится легче. Выдох – всего лишь показалось.

***

Кофейное пятно на синей стене кухни как печать вечной памяти. Больное произведение искусства, таящее в себе роковой день. Эта женщина пообещала, что не даст себе позабыть мужчину, покорившего её некогда чёрствое сердце. Смерть Шерлока со временем превратилась в фигуральное выражение некого далёкого места, где он, по её искреннему и непоколебимому верованию, находился. В борьбе с разумом чувства получили свои лавры победы.

***

Смс-сообщение пронеслось громким вздохом по комнате, заставив читавшую женщину вздрогнуть от неожиданности. Собственный стон – всегда на сигнале. Чтобы не забыть его образ, чтобы сердце вновь забилось как прежде. Впервые за год оно и вправду забилось. Удары сердца – учащённые, зрачки – расширены.

***

«Я не умер. Приду на ужин. Ш.Х.»

***

Глаза заволокло пеленой слёз, а тонкие пальцы с неизменным алым лаком на острых ногтях с силой вцепились в обивку дивана. Вокруг всё померкло. Наверное, звёзды поняли, что мертвы по-настоящему, и упали. Наверное, время остановило свой неустанный бег, засмотревшись на трясущуюся от глухих рыданий женщину, в грудь которой резким ударом вернулась спрятанная ехидной болью жизнь. Он жив. Она знала. Нервно и чужим смехом рассмеявшись в темноту, Ирэн Адлер закричала в голос. В этом неистовом и больном крике было всё, что душа скрывала за своими железными оковами. Осознание было болезненным, разрушительным и бесцеремонным. Память развернула масштабную картину, показав мисс Адлер пройдённый путь, где место Шерлока занимала обречённая пустота и вечный холод. А теперь? - Я не умер, - тихий шёпот, разбившийся эхом о стены. Смутно, вскользь Ирэн подумалось, что Шерлок близко. Тлеющая сигарета осталась в гордом одиночестве, когда в дверь трижды позвонили.