Мать моя, Сакура, или Как воспитать гения

       Дзёнин Скрытого Дождя посмотрел на свиток с заданием. Его целью было похищение трёхлетнего сына известного шиноби, прозванного Белым Клыком. Через ребёнка всегда можно надавить на родителя, чтобы что-то получить, например, сведения о военной мощи или секретный свиток, который сможет украсть «герой деревни». Впрочем, заказ на ребёнка Белого Клыка поступил в Дождь от Скрытого Песка. Скорее всего, известный шиноби наступил на какую-то больную мозоль местным старейшинам во время последней Мировой войны, но дзёнина не особо волновали причины его миссии. В любом случае ребёнок-ниндзя всегда пригодится, хотя бы как «мясо» для тренировок или заложник во время военных действий. К тому же, по достоверным сведениям, в Конохе, со всей этой их мутью про «волю Огня», очень ценят своих детей. Дзёнин заметил светловолосого мальчика, играющего с такого же возраста малышнёй, возле одного из лесных массивов, окружающих деревню. Во все времена, во всех скрытых деревнях дети играли в одну и ту же игру, «в ниндзя-прятки». Глаза дзёнина сощурились. Мир шиноби жесток. Он знал, что большинство шиноби Листа будут отправлены на границу в другую сторону от селения: его подчинённые устроили диверсию, отвлекая от похищения. После войны Лист ослаб и некому присматривать за сопляками. Так что, если удалось пробраться в саму деревню, можешь делать, что хочешь. Подождав, пока мелкий блондин спрячется на дереве, шиноби Дождя захватил его и отступил из деревни, радуясь, что так удачно и легко выполнил миссию. Мальчик так испугался, что даже не сопротивлялся, не кричал и не пытался подать сигналов. Дзёнин немного расслабился. Он отошёл от деревни на час пути и решил передохнуть и хорошенько связать ребёнка. К его удивлению, мальчик смотрел на него без страха. Лицо мелкого было очень спокойным, лишь губы упрямо сжаты. Внезапно вспыхнуло чувство опасности, и дзёнин, схватив ребёнка-заложника, на автомате отпрыгнул от того места, где стоял. Взрыв сотряс землю, расколов её на куски в радиусе двухсот метров. Посреди этого непонятного поведения почвы стояла маленькая изящная девушка в кухонном передничке с кружавчиками, длинными розовыми волосами и… красной маске на пол-лица. — Это, мать твою, ещё кто? — пробормотал дзёнин, не в силах осознать и свести воедино причинённый ущерб природе и эту крохотульку с несерьёзно-розовой шевелюрой. — Это мать моя, Сакура, — спокойно пояснил заложник в его руках. — Мать твоя, Сакура? — переспросил шиноби Дождя. — Она всегда говорит, нельзя недооценивать противника, даже если это… трёхлетний мальчик, а ты дзёнин, — с этими словами пацан сделал технику замены, обменявшись с куском земли, разбитой его мамашей. — Твою ж мать! — успел воскликнуть ниндзя деревни Скрытого Дождя в последний раз, перед тем как его настиг смертельный карающий удар девушки в передничке.

* * *

— Ты в порядке? — мама Сакура отряхнула одежду Какаши. — Ага. — Не испугался? — Нет. А почему ты в фартуке? — Вот ведь!.. Блин, пошли быстрее, пока наш дом не сгорел, — Сакура привычным движением закинула его за спину и понеслась обратно в Коноху. — Мам, ты что-то готовила? — Какаши вдохнул запах волос, к их обычному флёру присоединился аромат чего-то вкусного и хлебного. — Ага, у тебя же завтра день рождения, пыталась торт испечь… Пока твой маячок не сработал. Какаши улыбнулся. После того, как тётя Кушина рассказала маме, как её спас Минато от захватчиков, Сакура стала бояться похищений, и на нём всегда был маячок. Они даже несколько раз с отцом и Сакурой отработали «варианты» похищения и методы его освобождения. — Я люблю тебя, мама Сакура, — он обнял её крепче за шею. — Я тоже тебя люблю, но ты меня так придушишь, я умру, и некому будет тебя спасать, — проворчала Сакура, но Какаши заметил, что её глаза смеялись, а под маской была улыбка. — Эй, — внезапно сообразил он, — а мой торт не сгорит? — Вот и я о том же, — Сакура посмотрела на солнце и хмыкнула. — Надеюсь, твой отец пришёл вовремя и спас нашу квартиру от пожара. — Он очень пунктуальный. Я — весь в него! — похвастался Какаши, а Сакура на это почему-то заливисто засмеялась. — Ты чего смеёшься? Что я такого сказал? — возмутился он. — Прости-прости, я просто кое-что вспомнила. — Что? — Да так, про пунктуальность одного человека, которого тоже зовут Какаши. Отец выбежал к ним из дома. — Всё в порядке? Ты не пострадала? Какаши цел? — Папа, это было так круто! — взахлеб стал рассказывать он. — Там так всё бахнуло и разлетелось, в сто раз круче, чем на тренировке! — Торт уцелел? — вздыхая, спросила мама Сакура. — Торт?.. Какой торт? В этот момент из окна их квартиры повалил чёрный дым. — Так и знала, что надо было в магазине купить этот грёбаный торт, я же совершенно не умею готовить! — Ещё научишься, — усмехнулся Сакумо. — Мы в тебя верим, мама, — поддержал отца Какаши.