Мать моя, Сакура, или Как воспитать гения

       — Есть ли жизнь после свадьбы? — задумчиво спросила Микото, рассматривая, как ловко Сакура делает онигири с мясом. Подруга улыбнулась под маской, это Микото уже научилась улавливать. — Я же пообещала, что научусь готовить, тем более что сегодня Сакумо возвращается с миссии, — в голосе Сакуры проскользнула нежность. — О-о-о… Будет горячая встреча влюблённых?! Может, мне забрать на вечер Какаши? — подразнила Микото, но, поймав задумчивый взгляд подруги, добавила. — Без проблем, могу забрать. — Спасибо, Мико-чан.

* * *

— Ма-ам… — Что? — А покажи что у тебя под маской. — Извини, но я не могу. — Ну, ма-а-ам… — Не мамкай, тебе уже пять лет, ты и в два себя так не вёл. — Ты показывала один раз, когда мне было два, я помню, что ты красивая, а какая — уже забыл, — нахмурился Какаши, — вдруг я тебя не смогу узнать без маски. Сакура вздохнула и тихо пробормотала. — Надеюсь, ты никогда меня не узнаешь, сынок…

* * *

Какаши с удовольствием гладил пса тёти Цуме. Он с радостью думал о том, что отец пообещал ему подписать контракт с его призывными собаками-ниндзя. Краем уха он слушал, о чём разговаривают его мама и тётя Цуме, пришедшая к ним в гости. — Вот, Какаши уже шесть, он через пару месяцев будет учиться в Академии ниндзя, а я тоже хочу ребёнка, Цветочек, мне уже двадцать! — мальчик мысленно фыркнул: тётя Цуме дала его матери эту кличку с момента встречи. — Но, Цуме, для того, чтобы были дети, — Сакура покосилась на Какаши, который с интересом прислушался к необычному разговору взрослых куноичи, — нужен ещё один человек. Мужчина, если быть точнее. — Что ты мне тут про пестики и тычинки толкуешь, что я, собак не вязала, что ли?! — возмутилась Цуме, а Какаши стал напряжённо вспоминать, что такое «вязка» у собачников. — Тётя Цуме, ты хочешь щенков? — спросил он подругу родителей. — Очень хочу щенков, Какаши, — кивнула Цуме, — и хочу, чтобы твоя мама меня… мне помогла сделать вязку. — Ну… — Сакура снова посмотрела на Какаши. — Разве, чтобы вязка состоялась, не нужен… кобелёк? — Найдём, — уверенно сказала собачница, — есть пара кобельков с хорошей родословной на примете. — Ты серьёзно? — Более чем. Так ты поможешь? Не хочу! — тётя Цуме вдруг зарычала. — Ни один кобель ко мне не притронется! А вот щенков хочу, — она вздохнула, — я даже в честь тебя ребёнка назову. — Это как? — Сакура весело прищурилась. — Хана (цветок).

* * *

— Слушай, мам, ко мне сегодня в Академии подошёл один парень в зелёном костюме и сказал, что с этого дня я его соперник… — Этого парня, случайно, не Майто Гай зовут? — посмеиваясь, спросила Сакура. — Да. А как ты догадалась? А… ты же бываешь в Академии… — И что с этим парнем? Ты согласился? — она с интересом посмотрела на сына. — Да ну его, какой-то он странный, — фыркнул Какаши. — Подумай хорошо. Ведь соперничество помогает совершенствоваться… — Ладно, я подумаю… — Какаши… — Что? — Не проигрывай ему. Какаши улыбнулся. Мама Сакура всегда беспокоится за него, хотя ему уже скоро семь лет и он лучший ученик в Академии. — Ладно…

* * *

— С днём рождения, Сакура, поздравляю, — Сакумо поцеловал в щёку весело напевающую жену. Ему не верилось, что ей уже двадцать пять, кажется, что с момента их встречи Сакура нисколько не изменилась, только волосы стали немного длинней. — Ты, как всегда, прекрасна. Он вручил ей букетик незабудок. Сакура улыбнулась этому напоминанию на языке ханакотоба*. — Я тоже, Сакумо, — она сняла свою маску и «мурлыкнула». — Какаши на занятиях в Академии… Чем займёмся? М? — Давай займёмся любовью…

* * *

— Здравствуйте всем, я — ваш новый капитан, Намикадзе Минато, — «Жёлтая молния Конохи» оглядел троицу генинов, поступивших к нему на обучение. Минато был очень хорошо знаком с их родителями, но согласился на наставничество в основном из-за Хатаке Какаши. Посмотрев на светловолосого парня в чёрной полумаске с безразличными глазами, Минато вздохнул. Три месяца назад при странных и необъяснимых обстоятельствах Хатаке Сакура пропала. Какаши был свидетелем этого, но не смог ничего толком объяснить. После этого случая непоседливый, активный паренёк, которому было всего девять лет, стал холодным, язвительным, замкнутым и просто помешанным на правилах. На следующий день после исчезновения приёмной матери Какаши надел эту маску. — Давайте, представьтесь и расскажите о себе, — Минато настроился на работу и отбросил «личное», тем более что с Западного фронта были очень дурные вести. Похоже, что начиналась новая Мировая война... — Учиха Обито, я люблю данго и ещё одного человека… это… это, — сын Учиха Тэнджи явно засмущался, бросая выразительные взгляды на девочку из своей команды. — Меня зовут Нохара Рин, — Минато вспомнил, что видел мать Рин на праздниках Хатаке Сакуры. — Я ирьёнин, обучалась у Сакуры-сенпая… — Заткнись! — резко выкрикнул Какаши. — Никогда больше не произноси её имя! Минато вздохнул. Ему придётся много работать, чтобы сплотить эту команду.