Среда
16 мая 2019 г., 11:27
Новый день. И как я это поняла? Да все элементарно просто. Этот чертов будильник опять пищал какой-то противной мелодией, нет, в следующий раз лягу с краю и зашвырну его в стену. Да реально бесит. Как можно быть таким противным?!
Но не все было так плохо как кажется, я проснулась, если можно так сказать, в объятиях парня. Точнее, он почти лежал на мне. Не легкий он, могу вам сказать.
Ладно, пофиг, полежим пока, послушаем будильник, подумаем над тем, куда эффективнее его швырять, подождем пока эта тушка проснется. И, слава всем богам Олимпа, это тело соизволило открыть глаза и уставиться на меня затуманенным взором своих темных очей. Нет, не подумайте, я не всегда так выражаюсь, пусть и фигурально, но бывает, когда нецензурных слов нет.
Этот человек поднялся с меня с характерным вздохом, потягиваясь и не говоря мне ни слова. А что я больше всего не люблю? Правильно, когда меня игнорят. Хотя, от него могу и потерпеть, к тому же, из-за этого временами чувствую себя приставучей собачонкой. Может и дурацкое сравнение, зато более-менее правдоподобное.
— Доброе утро, — и он закашлялся. Закашлялся? Я лишь сказала ему -"доброе утро», а он закашлялся. Я что так плохо на него влияю, или что?! Объясните!
— Ты впервые начала утро не с мата, похвально, — усмехается еще, гаденыш. Ну и что, что впервые, может я измениться решила, или это утро было немного другим, в особенности в свете вчерашних событий.
Пробурчав что-то невнятное, я поплелась умываться и мыть бошку. А что еще делать? Вот и я не знаю. К тому же, привычка — вторая натура. Я уже чисто на автомате утром прусь в ванную и мою голову. А здесь можно разгуляться вдоволь. Его шампунь, его гель. Ммм, блаженство. Я теперь даже пахну им. И все-таки я странная. Да, абсолютно солидарен. Заткнись, тебя не спрашивали.
Ну вот, и все настроение на смарку. А все из-за моего любомого голоса в голове, который по идее веселит меня, когда мне хреного, и не трогает, когда все нормально. Действительно нормально, а не нормально для всех остальных. Например сейчас в моей жизни по большей части нормальный период.
Очередной будний день, очередной завтрак в полном молчании, но сегодня мы вдвоем завтракаем, наверное я никогда не пойму график работы Анны, очередной поход в школу в компании одноклассников, и так чувствую сегодня будет что-то в школе. И это не радует предчувствие.
Ну вот, как в воду глядела. Сегодня дежурят чуть ли не все девочки, среди них и Галя с Настей, а так же две наших отличницы. О боже, нет, так не честно! Сейчас химия, и я иду к доске, а все из-за них. Все потому, что они дежурят. А мне теперь задачу решать. Так не честно вообще. И пофиг, что я повторяюсь! Мне можно, моей печали нет конца! Весь мир тлен и безысходность.
Однако, я сегодня сижу весь день с Черновым. И в этом есть своя прелесть. Этот факт перевешивает все остальные недочеты моего пребывания у доски.
Слава Богу, я решила эту задачку. И теперь могу с чистой совестью валить обратно к Максу. Слушать его болтовню с его другом, который сидит перед ним. Что может быть лучше?! Наверное, ничего. Хотя нет, есть, разговаривал бы со мной, что ли. Не хочу, чтобы ты меня игнорил. И не сказала вслух! Ах, какая я молодец! Да, от скромности ты не умрешь… Есть такое.
Итак, отсидев алгебру, новую тему, мы ринулись в столовую, жрать какую-нибудь хуйню, совсем непонятно из чего сделанную. А нет, сегодня нам повезло, сегодня у нас пиццы. И кофе. А я кофе не люблю, вернее не могу его пить, сколько не пробовала — не получается. Поэтому мне есть чай. И пицца. Вкусняшка.
Даже не портит ее вкус то, что следующим у нас география. Ну, вроде не должно быть никаких самостоятельных, хотя, никто не знает, что ей может в голову взбрести. Она женщина со странностями. Она всех ненавидит, в особенности Дроздова. А если учесть, что мы у нее последние из одиннадцатых классов, то ясное дело, что она уже на грани срыва, а тут еще и Дроздь масло льет в огонь, так часто бывает, что весь класс отдувается за оплошности Артема. И ничего бы, если б он потом не возмущался, почему это его учителя вечно выделяют, почему это на него докладные пишут, просто вести он себя не умеет, и не замечает этого главное. Всегда этому поражалась.
Пофиг, на самом деле. Плюхнулась на место рядом с Черновым. И как раз звонок. Все хорошо начиналось. Ключевое слово «начиналось», потому что она уже была на пределе, даже этот предел дал трещину. А тут еще Дроздь со своими недовольствами всем и вся. В итоге, когда я отвечала на вопрос Макса, она психанула и отсадила меня от него. И я весь урок просидела одна, переписывая конспект с листочка.
Но все когда-нибудь кончается, и этот урок тоже, наверное, это самый ожидаемый звонок с урока, он именно на этом уроке, чтобы покинуть этот кабинет и не возвращаться сюда до пятницы, когда Артем опять будет дежурить, и она может так сильно и не психанет. Остается только на это надеяться.
Отсидела последний урок, было скучно. Лит-ра. Продолжаем обсуждать Грибоедова. Конечно же, после того, как сдали самостоятельные работы по его биографии. Но меня это все не вдохновляет. И обидно, что сижу опять одна. Быстрее меня в класс приперся второй друг Макса и сел с ним. А мне осталось место одинокой и никчемной за последней партой. А ладно, похуй ваще, можно хоть подрыхнуть.
И вот, домой, домой!!! Эх, как же приятно осознавать, что ты честно отсидел шесть уроков и что ты можешь со спокойной совестью свались из этого здания. И это радует, эта мысль дает какое-то внутреннее умиротворение, что вот за твои муки тебе положено вознаграждение в виде отдыха.
Только вот, кто ж мог знать, что этот день я проведу в полном безделье? Вернее, сначала я, как прилежная ученица, делала уроки, потом они мне надоели, и я решила растормошить Максимку. Нет, а что в этом такого?! Мне скучно. Я пыталась заставить его пойти на улицу, и было бы безуспешно, если б не необходимость сходить в магазин.
Итак, мы вышли на улицу. Я и он. Он и я. Я — веселая и беззаботная, радующаяся, что выбралась на улицу сегодня, и он — насупившийся, злой, безразличный, проклинающий весь мир вокруг. Мило, что еще сказать!
Однако, буквально минут через пять он уже совсем не выглядел столь недовольным, сейчас он вполне неплохо выглядел, даже можно сказать ему это не наскучивало, а наоборот несколько поднимало настроение. И это было так приятно, что я просто смотрела на него и не могла сдержать улыбки. Даже не заметила, как он замолк и уставился на меня, а потом быстро вздернул подбородок вверх и опустил обратно, спрашивая, что же не так. А я лишь быстро замотала головой из стороны в сторону, показывая, что все отлично.
В итоге, наша милая с ним беседа переросла в дискуссию. Мы шли вдоль домов, вдоль моего дома, под моими окнами, но совсем этого не замечали, не замечали так же начинающийся дождь, все мое внимание сейчас на этом человеке, с которым я веду весьма интересный диалог. Хоть все мои мысли заняты разговором с Максом, сознание замечает все детали, может не все, но замечает, замечает свет от фонарей, освещающий мокрый асфальт и отражаясь в нем, разных людей, идущих мне навстречу, уже небольшие лужицы и многое другое, о чем я не буду больше думать.
Оказавшись дома, я заметила, что куртка, джинсы и шапка намокли. Надо же, то, что был дождь в полной мере я поняла только сейчас. Боже, какая я глупая. Как можно было не заметить дождь?! Я не знаю, но я же не заметила. И вновь улыбка на лице. И кто будет быстрее, кто первым добежит до ванны?! Конечно же, я! И кинулась вглубь квартиры с криком, что ему придется подождать!
Уфф, тепленькая водичка. Раслабон такой, реально помогает. Все мысли в сторону, никаких переживаний, только шум текущей воды из крана, чувствую им придет большой счет за воду в этом месяце. Прости уж меня…
А я ведь успела первая занять это святое место. И дело не в форе, которую я сама себе дала, сказав ему, что собираюсь в ванную, только тогда, когда уже почти была в ванной. Но если бы он хотел, он бы смог меня обогнать. Да ладно, что уж там, ему было бы достаточно взглянуть мне в глаза приказным тоном, я бы ему тут же подчинилась. Только ему. Потому что, когда он зол, он страшен. Величественно страшен, такому хочется подчинятся, но в тоже время хочется знать, что для тебя он будет милым и хорошим. Но я ведь реалистка, понимаю, что ничего мне не светит.
Эх, пора бы уже выходить. Опять его футболка, шорты. Все окей. Все по свэгу. И в этом что-то есть, что-то такое, что мне нравится. Взглянула в зеркало: волосы в неопрятном пучке, косметики ноль, из-за чего ресниц практически не видно, лицо красное, долго в горячей воде сидела, в его одежде. Даже как будто я его девушка, но нет. И не буду ею. Хотела бы? Очень хотела бы.
И он в очередной раз сидит за компом и играет. Но я зашла, и он повернулся ко мне с таким выражением лица, что захотелось обратно в ванной запереться. Да что я такого сделала?
— Что такого, говоришь?! Ничего, я просто сидел, замерзший, ждавший, когда же ты наконец выйдешь! — он злится, мне страшно, я опять говорила вслух, интересно он понимает, что я не осознано это делаю, или ему нет никакой разницы?!
— Я тоже намокла, — вот черт, угодило же меня такое ляпнуть. Намокла. И сейчас его усмешка меня добивает. И его уверенное движение в мою сторону тоже. Что делать? Отступать? А если я не хочу? Так, я и не хочу! Хочу знать, что будет. Ну что сказать, ну что сказать? Устроены так люди, желают знать, желают знать… желают знать, что будет… И к чему сейчас эта песенка?!
Смотрит прямо в глаза, не по себе немного. Темные. Или тут просто освещение такое?! Не знаю, но оторваться уже не могу. Черт бы побрал меня за мои рефлексы: облизнула пересохшие губы, и когда только пересохнуть успели… А он еще сильнее усмехается. Да и пох, не важны его усмешки, так бы вечно смотрела в эти глаза. И совсем бы не замечала, как расстояние уменьшается.
И вот опять, я чувствую его теплые губы на своих, чувствую, как его язык переплетается с моим, как его руки ложатся на талию и притягивают к себе, как мои руки уже играют с волосами, знаю же, что он не любит этого, но ничего поделать с собой не могу. Просто невообразимо. Говорят, конечно, что без любви жизнь невозможна, но это не правда, как бы сильно мне сейчас не хотелось продолжить, мне просто необходим воздух.
И снова тону в его бездонных темных глазах, боже мой, уже мыслю, как какая-нибудь Мэри Сью, и даже совсем не важно, что мне до Сью, как до луны, но мысли то такие. Эх, пофиг, я стою и смотрю ему в глаза, обвив шею руками, не в силах что-либо сделать, и мне это безумно нравится. Сердце под стать дыханию учащенно бьется, а лицо наверное красное-прекрасное. Еще бы я не была смущена. Смущать меня — это его конек. Я же просто не могу нормально общаться с ним, без отводов глаз, без красных щек, глупых улыбок, дурацких фраз, вызывающих у него смех, не могу и все тут. Со временем привыкну, начну ровный тон держать и смотреть ему в глаза всякий раз, а не только в таких щепетильных ситуациях.
Еще миг, и я отвела взгляд. Больше не могу, больше не хочу осознавать, что для него это просто игра, может стоит прекратить всякие близкие контакты с ним?! Может и стоит, но действительно ли ты этого хочешь?! Нет, не хочу, но потом будет еще больнее. Не понимаю, почему все всегда через жопу в моей жизни?! Потому что я сама большая жопа. Да пофиг уже.
Он отстраняется, не проронив и слова, выходит из комнаты, а мне вдруг стало очень холодно, хотя, недавно было безумно жарко. Дело в нем? А ведь да! Дело именно в нем, в его холодном, просто ледяном уходе. Забралась под одеяло по самый подбородок. Замерзла. Сейчас бы его дождаться, может повторит, как вчера…
…Что происходит, где я? Темно. Ночь? Или раннее утро? Не знаю, где же часы? На столе. Тихо поднялась, огляделась, он спит, раскинувшись на спине, стеснив меня к самой стенке, но я готова потерпеть. Мягко улыбнулась и встала с кровати, надо бы в туалет сходить. Телефон, где ты?
Действительно, что еще можно делать в туалете посреди ночи?! Вот и я не знаю. Но сижу вк, все нормальные люди спят в четыре утра, а я онлайн. Да пофиг, еще зашла на фикбук. Ничего нового, ничего старого. Даже обсуждений нет. Избранных авторов тоже. Скучно.
Вернулась в комнату, поставила телефон обратно на зарядку, пусть заряжается отсталое существо. Сама опускаюсь обратно на кровать. Попытка заснуть не обвенчалась успехом. И вот целая тьма мыслей заполнила туго соображающий мозг. Повернулась к нему. Все так же мирно спит. И вот как понять, что ты чувствуешь, а Максимка?!
Не знаю, совсем ничего не знаю. Аккуратно коснулась рукой его щеки, при чем это все так неожиданно, почему я провела рукой, как я провела рукой, зачем я провела рукой?! Не важно, мне нравится. Наклонилась к нему ближе, касаясь губ. Но ты не ответил и не ответишь, ведь ты спишь.
Мирно устраиваюсь на твоей груди, а ты громко выдыхаешь, будто почувствовав мое присутствие, чувствую твою руку на своей талии. Ты и не прижимаешь, но и убирать я не хочу, пусть все будет так как есть.
Закрываю глаза, чувствую твой аромат, ровные движения груди, когда выдыхаешь и выдыхаешь. Закрываю глаза и такое умиротворение нападает, что просто уплываю куда-то, будто на карусели улетаю в темноту, перед глазами цветные круги, скоро засну, последней мыслью будет «какой ты теплый, Максимка», и я даже не буду знать, что произнесла ее опять вслух сопровождая зевком, но какая разница, ведь ты спишь…
