Не то, чем кажется

– Гарри! – встретила всю компанию на пороге растрепанная молодая женщина, а потом, разглядев, что одного из гостей почти несут и его окровавленную ногу, распахнула пошире двери и сказала: – Проходите! – Ремус не возвращался? – поинтересовался хозяин дома, отстранённо наблюдая за суетой вокруг раненого. – Нет, – уже успевшая вернуться откуда-то девушка держала в руках пару флаконов, – как сбежал, так больше и не возвращался. Вот выпейте, – она протянула один из флаконов пострадавшему. – Ну, Ремус-то точно сам не вернется, – вздохнул Гарри, – полнолуние же, так что нам или бегать за ним до утра, чтобы попытаться зелье впихнуть, или оставить так, как есть. Местные давно уже по ночам не гуляют, а чужие, – он обернулся на внимательно слушавших их людей, – все здесь. Холмс с интересом прислушивался к странным речам, дивился непонятному поведению – почему бы не вызвать врача или не набрать три девятки? Случай как раз подходил под категорию экстренных. Все это выглядело странно. Очень странно. Он проскользнул вперед и взял из рук девушки флакон и принюхался. Пахло травами, его чуткий нос различил полынь, зверобой и еще что-то незнакомое, настораживающее. – Что это? – обратился Холмс к девушке. – Костерост, – раздраженно ответила она, – заживляющее. – Как интересно, – мужчина не собирался отдавать зелье и попробовал капельку кончиком языка, – как интересно, – повторил он и нахмурился. – Мы не собираемся никого травить, – Гарри резко выхватил флакон из рук на секунду опешившего сыщика, – наш коллега известный специалист народной медицины и вреда не будет. Смотрите, – молодой человек сделал глоток и закашлялся. – Герм, ты где это взяла? – сдавленно произнес он. – В шкафчике в лаборатории, где еще? – она раздраженно забрала несчастный флакон у парня и принюхалась. – О боже! Это амортенция! – Ну и зачем она тебе нужна?! – Гарри, это одна из составляющих зелья для Люпина, с привязкой к фазам Луны и отсроченным действием, вкупе с остальными ингредиентами всего лишь блокирует тягу об… – Гермиона, – рявкнул Гарри, – все, что ты говоришь, интересно, но… – До утра все выветрится, – твердо сказала девушка и протянула второй пузырек Дину, предварительно понюхав, – и я не знаю, кто поставил этот флакон не в тот шкаф. А ты? – Намек был слишком очевиден, и Поттер счел за благо промолчать. – Мой брат не будет пить неизвестную дрянь, – угрожающе произнес Сэм и начал приподниматься с дивана, чтобы закрыть собой Дина. – Петрификус Тоталус, – Гермиона взмахнула рукой, из рукава тонкой кофточки показался кончик палочки. – Петрификус Тоталус, – повторила она, нейтрализуя и второго охотника, и решительно влила зелье в рот пострадавшего. Действие заклятия быстро прекратилось. Ошеломленные братья с трудом могли поверить, что оказались беззащитны перед этой малышкой, обоим стало не по себе. Сэм предложил бы благоразумно сбежать, ну, хотя бы попробовать, но Дин был сейчас не в состоянии двигаться с места. – Предлагаю всем поужинать, – подал голос Гарри, поглядывая на сыщика, тому взгляд не понравился, но заставил обратить на молодого человека пристальное внимание. – А что на ужин? – сразу же оживился Дин. – Тебе бы только жрать, убивать будут, а ты все равно будешь про еду думать, – сквозь зубы процедил Сэм. – У меня молодой, тратящий много сил организм, – расплылся в улыбке тот, – тем более, как я понимаю, ночью силы мне понадобятся. «Для побега», – подумал Сэм. «Для хорошего секса», – про себя продолжил свою речь Дин. «Сращивание костей забирает много энергии», – мысленно согласилась Гермиона. Перед ужином возник неловкий момент: в связи с необычными обстоятельствами встречи пришлось знакомиться с опозданием. Холмс ловко провернул процедуру представления гостей друг другу, при этом совершенно обойдя вниманием удостоверения Интерпола, которыми тут же принялись размахивать братья Винчестеры, и отрекомендовался сам, показав всем, что находится здесь на законных основаниях. Обстановка несколько разрядилась, и несмотря на то, что присутствующие были крайне насторожены – уж очень разношерстная компания подобралась, ужин прошел в целом неплохо. Столовая в доме Найта была рассчитана на прием большого количества народу и многие стулья вокруг большого овального стола оставались пустыми. Хозяева ели без аппетита, занятые какими-то своими невеселыми мыслями, гости косились на хозяев и осторожно пробовали поданные блюда. Разговор не клеился. – Ваша комната на втором этаже, – наконец, произнесла Гермиона, прекращая размазывать десерт по тарелке, – сразу направо. Сэм и Дин переглянулись, вежливо пожелали оставшимся за столом спокойной ночи и встали. – Ой, спокойной эта ночь у вас точно не будет, – отмахнулась девушка, – костерост же и мазь заживляющая – это всегда невесело. Да еще что-то непонятное в доме творится. Парни беспокойно переглянулись, но Дин уже устал, и нога болела все сильнее, так что Сэму ничего другого не оставалось, кроме как помочь брату добраться до указанной комнаты. Ничего, когда это их трудности останавливали?! Они с братом горели желанием разобраться, что же все-таки происходит, и если для этого нужно было выглядеть недалекими простофилями, то, что ж, так тому и быть. Холмс проводил глазами парочку американцев. Если он что-нибудь в чем-нибудь понимал, а он все-таки был специалистом в своем деле и психологию изучал не в университетах, и видел, что эти двое… хм, именно парочка. Братья? Ну-ну! Может, братья – масть у них одна, – но спят друг с другом однозначно! – Мистер Холмс, – чьи-то пальцы легли на запястье сыщика, – пойдемте, я провожу вас в комнату. Шерлок медленно повернулся в сторону говорившего. Гарри Найт, раскрасневшийся, с подозрительно блестящими ярко-зелеными глазами стоял в шаге от него и, чуть склонив лохматую голову, пристально смотрел на сыщика. «Какие глаза, – подумал Холмс, вставая и следуя за хозяином дома, – и задница тоже ничего». Гарри шел по лестнице и думал о своей несчастной судьбе: ну как же, только он в состоянии вляпаться во что-нибудь такое, во что никто, кроме него, не сможет! Подумать только, стать жертвой того варианта зелья, который в принципе безвреден, пока в нем отсутствуют частицы объекта, который надо привязать. Угораздило же этого Холмса понюхать, да еще так, что эти самые «частицы» оказались во флаконе. Насморк у него, что ли? Гарри чувствовал затылком направленный на него взгляд. В другое время он был бы неприятен, но сейчас вызывал совершенно другие чувства, и озноб возбуждения был не самым сильным в перечне. Он несколько мгновений даже на полном серьезе размышлял, не поцеловать ли Шерлока Холмса прямо на лестнице, но все же отказался от этой идеи. Кто его знает, может, знаменитый сыщик не только натурал, но и гомофоб, тогда у него, Гарри, шансов вообще мало. А ему надо, очень надо! – Прошу вас, – севшим от волнения голосом произнес он, распахивая дверь перед Холмсом. Тот, чуть помедлив и окинув комнату острым взглядом, сделал шаг внутрь. Хозяин дома вошел следом и бережно, с каким-то странным выражением лица, плотно прикрыл дверь и, ласково улыбнувшись – двери! – перевел взгляд на гостя. Холмс склонил голову и посмотрел на парня с опаской – чокнутые встречались в его карьере не раз, и с ними ухо следовало держать востро. Но мальчик все равно был хорош, очень хорош. Молодой человек продолжал мяться у порога, периодически вздыхая и думая о чем-то своем. – Мистер Найт, – никакой реакции, – Мистер Найт! – Холмс повторил громче и с тем же результатом, нахмурился и тихо произнес: – Гарри. – Да? – вскинулся молодой человек, заставив сыщика озадаченно нахмурить брови и дернуть головой, что всегда означало, что заметка в памяти поставлена. – С вами все в порядке? – Нет, то есть да, – молодой человек нервно сглотнул и совершенно безнадежным тоном спросил: – потрахаться не желаете? – Кхм, – все, что мог ответить знаменитый сыщик на заманчивое предложение. – Это все амортенция, – подходя ближе, произнес Гарри и снова вздохнул, – мне очень, очень надо… а я вам совсем не нравлюсь? Не хотелось бы действовать жестко, – молодой человек снова вздохнул и просительно посмотрел в глаза Холмсу снизу вверх. Слова несколько позабавили сыщика, но, вспомнив, что сумасшедшие могут быть очень сильны, он сделал шаг навстречу и, сняв уродующие довольно привлекательное лицо очки, наклонился и накрыл губы Гарри своими. Оторваться от прильнувшего молодого человека оказалось сложно, губы горели от поцелуев, лёгкие жгло от недостатка кислорода, но продолжать стоять посреди комнаты было бы глупо. – В постель? – прошептал Холмс. – Да-а, – стоном отозвался Гарри, хотя пожелай его партнер трахнуть его прямо на голом полу никаких возражений бы не было. Он не помнил, как оказался посреди огромной кровати, застланной белоснежным хрустким бельем. Сверху навалился Холмс, еще только успевший расстегнуть фиолетовую рубашку и даже не снявший брюк. – Ты не против, если я тебя привяжу, любишь поиграть? – предложение было заманчивым, и Гарри, разумеется, согласился: – Конечно! Все, что угодно! Тем более что у сыщика наручников с собой не было, и воспользоваться тот решил шнурами от штор. Наивный, удержать мага такого уровня нелепыми веревками, когда существуют такие удобные режущие заклинания, невозможно, уж в невербальных-то чарах Гарри поднаторел последнее время. Его ласкали умело. Более чем! Гарри позабыл о своих опасениях и отдавался ощущениям в полную силу. Магия буквально бушевала в нем, стремясь вырваться на волю, и только чувствительные укусы, которыми, слава Мерлину, награждал его партнер, приводили молодого человека в чувство. Ненадолго, конечно, но этого вполне хватало, дабы избежать разрушительных последствий. Было ли это действие амортенции или просто партнеры настолько подходили друг другу – как знать. Задумываться о столь сложных вещах молодой чародей был не в состоянии… Если Холмс, всегда контролирующий ситуацию что бы ни случилось, планировал использовать состояние хозяина дома для того, чтобы позадавать ему некоторые вопросы, вызвать на откровенность – а что лучше всего располагает к разговорам как ни постель?! – то сейчас не мог справиться с захлестнувшими его чувствами. Он, считавший себя рационально-холодным прагматиком, сейчас потерялся в ощущениях, и расследование было последним, о чем думал. – Да, да! – шептал великий сыщик как в забытьи, нервно пытаясь непослушными пальцами расстегнуть пряжку на ремне и стащить совсем ненужные в данных обстоятельствах брюки. – А-и-и-и-пщ-щ-и-их-и! – раздалось где-то рядом, но не в комнате. Противный звук, очень громкий, не похожий ни на что, но тем не менее вызывающий в памяти и визг свиньи, и предсмертные вопли какого-нибудь нечастного. Холмс вскочил, запахивая на груди рубашку. – Гарри, жди здесь, я проверю и вернусь! Несмотря на действие зелья и туманившее мозг возбуждение, Поттеру понадобилось всего лишь двенадцать секунд, чтобы выскочить следом, держа волшебную палочку наготове: он не собирался делиться своим Холмсом ни с какими темными силами, или кто там еще прятался в темноте, и, соответственно, намеревался защищать маггла всеми доступными способами.