Часть 15.
10 января 2013 г., 15:21
Вернувшись в башню Бдения, Элоиза ошиблась только в одном: гонцы Эамона уже ждали ее возвращения. Ей сообщили об этом еще у ворот. В крепости было все так же, как и перед отъездом. В кузнице стучали молоты, раздаваясь эхом по всему двору, из псарен слышался лай мабари, откуда-то из-за склада доносился громогласный хохот Огрена. Не успели путники спешиться и отдать лошадей конюху, как навстречу уже спешил Натаниэль.
— Вы вернулись. Рад вас видеть, — искренне улыбнулся он. — Командор, вас ожидают...
— Мне сообщили, — Эла осознала, что отвыкла уже от такого обращения.
Она успела смириться с тем, что больше не командор, не Серый страж. Алистер оказался прав, нужно было время, чтобы перестать чувствовать ту пустоту внутри себя, которая напугала ее сразу после несостоявшегося ритуала Архитектора.
— Что мне сказать послам?
— Командор устала с дороги, — произнес Андерс, — Пусть подождут.
— Нет, я поговорю с ними. Потом у меня будет слишком много дел, чтобы разбираться еще и с этой проблемой, — решительно сказала Элоиза.
Андерс чуть нахмурился, но промолчал. Путники отдали сумки подбежавшему юноше, младшему члену Ордена, только начавшему проходить обучение, и двинулись к широкой лестнице. По дороге Эла кратко объяснила присутствие Фионы и попросила разместить ее. Натаниэль отдал распоряжение, и Кусланд с удовлетворением заметила, что не ошиблась в выборе. Ната уважают, просьбы выполняются в мгновение ока. Хоу будет отличным командором. Нужно только решить проблему с Эамоном и переходить к главному. И чем быстрее она это сделает, тем лучше. Оттягивать решение вопроса о своем будущем смысла нет, от этого ей только хуже, неизвестность мучительна. От невеселых мыслей Элоизу отвлек разговор за спиной.
— Где мой кот? — поинтересовался Андерс.
— Бродит по крепости, — честно ответил Натаниэль.
— Что?! — возмутился маг. — Я оставил Ланселапа с тобой не для того, чтобы он бродил по крепости, как... бродячий кот!
— Андерс, у меня были дела поважнее, чем служить нянькой твоему коту, — устало ответил Нат.
«Похоже, ему тут досталось», — отметила про себя Элоиза. Впрочем, она не обещала, что новому командору будет просто. Амарантайн — достаточно большой эрлинг, большие владения — большие проблемы. Сейчас еще все достаточно спокойно, а ее пребывание на посту командора началось с заговора местных аристократов против новой эрлессы. Потом Амарантайн был атакован порождениями тьмы, что не добавило дружелюбия местных жителей. Они считали, что не будь поблизости оплота Серых стражей, город не подвергся бы нападению. Со временем страсти несколько улеглись, горожане поняли, что соседство со Стражами не принесет беды. Наоборот, командор старалась избавить эти края от разбойников, торговцы уже не боялись проходить через Вендинг, жизнь налаживалась. И все же Элоиза оставляла Натаниэлю не самые спокойные владения. Хотя, кому как не ему об этом знать. Он здесь вырос. Возможно, он станет лучшим командором, чем она.
— Где послы Эамона? — поинтересовалась Эла, выныривая из своих размышлений.
— В библиотеке.
— Эли, надеюсь, ты не обидишься, если я тебя покину. Мне нужно найти Ланселапа, — чуть виновато произнес Андерс.
— Думаю, с этим я справлюсь сама, — улыбнулась Элоиза.
Дождавшись, когда маг скроется за поворотом, Кусланд спросила:
— Проблем было много?
— Нет, — улыбнулся Натаниэль. — Разве что с Огреном. Он не признает другого командира, кроме вас. И... я очень рад, что с тобой все в порядке, — кажется, Нат впервые позволил себе перейти на «ты».
— С ним не просто, но он хороший друг и отличный воин. Поверь, мне довелось не раз это испытать. Что ж, если все хорошо, то я пойду. Не стоит заставлять себя ждать.
Элоиза решительно двинулась к библиотеке, оставив Ната одного посреди коридора. Оттягивать встречу с послами Эамона смысла не имело, все равно придется объясниться. Она открыла дверь и замерла на пороге. Темноволосый мужчина прижимал всем телом к книжному шкафу одну из горничных, склонился к распущенному лифу ее платья, а руками шарил под юбкой. Щеки девушки пылали, но она не сопротивлялась. Эла от неожиданности растерялась и не могла сообразить, выйти ей и подождать или... Ее заметили. Горничная ойкнула, еще больше залилась краской, оттолкнула мужчину и стала торопливо стягивать завязки лифа. Мужчина обернулся. Теган? Элоиза была удивлена. И тем, что увидела, и личностью посла.
— Добрый вечер, — произнесла она, делая вид, что все в порядке.
Горничная проскользнула мимо командора, не отрывая взгляда от пола.
— Леди Кусланд, — Теган изобразил церемонный поклон, приблизился, чтобы поцеловать ее ладонь. — Я уже настроился ждать вас месяцами. Никто не знал, когда вы вернетесь.
— К счастью, моя поездка завершилась. Сказать честно, Теган, я удивлена. В Амарантайне до меня дошли слухи о кончине Аноры, но я не знала, что все настолько плохо, что эрл Эамон пошлет вас вести переговоры.
— Видите ли, леди Кусланд... — Теган помолчал, внимательно глядя на Элоизу. — Дела в Денериме не слишком хороши. Вы же помните, чем обернулось время, когда трон пустовал. Эамон не хочет повторения. Да и вряд ли найдется человек, который был бы рад гражданской войне. Анора, конечно, была не лучшей королевой...
— Теган, — Эла скептически усмехнулась, — называйте вещи своими именами. Она была никакой королевой. Я бы не удивилась, если бы однажды разнеслась весть о том, что королеву убили.
Теган несколько напрягся, но тем не менее, позволил себе легкую улыбку. Леди Кусланд, ныне командор Серых Стражей, всегда предпочитала разговоры начистоту. И она оказалась более проницательной, чем можно было бы ожидать. Юная дама отличалась хорошим знанием политики и чутьем на людей. Она была против коронования Аноры, но... все случилось, как случилось.
— Итак, Эамон послал вас уговаривать меня?
— Вообще-то, это крайний случай, — развел руками Теган. Он посчитал бессмысленным скрывать свои цели. — Эрл понимает, что вы вряд ли согласитесь занять трон. Его потрясла ваша предыдущая беседа на этот счет. Поэтому у меня цели несколько другие. Возможно, вы в курсе, где сейчас Алистер?
— К сожалению, нет.
— Элоиза, я понимаю ваши чувства. Несмотря на то, что ваши отношения... Простите, если делаю вам больно, — было заметно, что посол действительно сочувствует и не находит нужных слов. — Мне сказали, будто Алистер был здесь.
— Да, был. Незадолго до моего отъезда, — Эла не видела смысла скрывать очевидное.
— Скажите, где он сейчас? Эамон послал на его поиски рыцарей, это сможет облегчить их задачу.
— Не знаю, Теган. Мы расстались в Перендейле. Он собирался в дорогу со старой знакомой... Мариан Хоук, — припомнила Эла. — А что случилось с Анорой?
— Королеву убили. Горничная нашла ее в кровати, залитой кровью. Анору закололи. Впрочем... возможно, перед этим подмешали яда. На столике возле ее кровати стоял бокал с вином. Два бокала. В ночь своей гибели она была не одна. Кое-кто считает, что среди аристократии, недовольной правлением Аноры, нашлись люди, решившиеся нанять Воронов, — Элоиза заметила легкую тень усмешки на губах Тегана.
Наверняка, в обстоятельствах гибели королевы было намного больше пикантных подробностей, чем он мог позволить себе рассказать. Эла прекрасно знала, что банн не слишком хорошо относился к Аноре, так что ее смерть вряд ли сильно огорчила его, но Теган был хорошо воспитан, поэтому его чувства и мысли по поводу гибели правительницы остались для Элоизы не больше, чем догадками.
— Поговаривают, будто она скончалась от неизвестной болезни.
— Да, Эамон посчитал, что лучше будет, если никто не узнает правду об убийстве королевы. Хотя, какая разница, как она умерла.
— Участие Воронов в деле для Ферелдена несколько необычно. Но я склоняюсь к мысли, что все было намного банальнее, — Элоиза постаралась говорить уверенно. — Ловких прохиндеев много и у нас. Кто-то из них, видимо, был настолько хорош, что смог приблизиться к королеве. А у кого-то оказалось достаточно лишнего золота, чтобы заплатить ему за некую услугу.
До Антиванских воронов в целом Элоизе не было дела, однако, не хотелось добавлять проблем Зеврану. Никому не следовало знать, что он побывал в Ферелдене. Анора получила то, что заслужила.
— Так вы не знаете, где может быть Алистер?
— Нет, мы не обсуждали его планы.
— Что ж, тогда разрешите откланяться, — Теган встал. — Мне нужно возвращаться в Денерим.
— Даже не попытавшись уговорить меня принять корону? — усмехнулась Элоиза.
— Я предпочитаю не тратить время впустую, — улыбнулся Теган. — Вы ясно дали понять, что в этом деле на вас рассчитывать не стоит. До свидания, командор.
— До встречи, банн. И... спасибо.
Теган обернулся на пороге и улыбнулся.
Элоиза осталась одна в тишине библиотеки. Можно сказать, что ей повезло. Она готовилась к долгим уговорам и препирательствам, утомительным объяснениям, а вышло все намного проще. Хвала Андрасте, что Эамон прислал Тегана. Алистеру так не повезет. Элоиза невольно поморщилась, ощутив укол чувства вины. Выбор тут небольшой: либо Алистер, либо она. Тейрин тоже не пылал желанием оказаться на троне, поэтому своим отказом она не оставила даже видимости этого выбора. Эла побарабанила пальцами по полке с книгами. Есть, конечно, выход и из этой ситуации, но это совсем крайние меры. Ей бы не хотелось объявлять повторное право Призыва для того, чтобы избавить Алистера от перспективы стать правителем.
— Командор... — Элоиза вздрогнула от неожиданности, услышав тихий голос.
Горничная, все еще красная от смущения, вошла в библиотеку и стояла у двери, не смея пройти.
— Командор, простите... — начала девушка, но Элоиза жестом остановила ее.
— Не нужно ничего объяснять. Мне достаточно знать только одно: Теган тебя не принуждал? — горничная покачала головой. — Тогда вопросов быть не может. Хотя, конечно, библиотека не самое лучшее место. И еще... такие истории обычно не имеют счастливого конца.
Девушка кивнула, давая понять, что услышала слова командора, но Элоизе показалось, будто это всего лишь из вежливости. Кусланд вздохнула. Она предупредила. Не ее вина, если юная мечтательная горничная не прислушается. Не пройдет и пары месяцев, как она будет рыдать, закрывшись в свой комнате. Девушка тем временем собралась уходить.
— Постой! — окликнула ее Эла. Горничная обернулась, настороженно взглянув на Кусланд, — Позови Натаниэля. Скажи, что это важно.
Служанка снова кивнула и вышла. Элоиза прошлась по комнате. Предстоял тяжелый разговор. Она не знала, с чего начать. Не знала, что последует за ним.
— Командор? Что-то случилось? — Натаниэль тяжело дышал, как будто поднимался по лестнице бегом.
— Много чего, — неопределенно ответила Эла. — Присядь, разговор будет долгий.
К такому разговору не помешал бы кувшин вина, но Кусланд решила обойтись без алкоголя. Она начала рассказывать, делая долгие паузы, чтобы подобрать слова, побороть волнение. Натаниэль не перебивал. Элоиза замечала иногда, как его кулаки сжимаются до побелевших костяшек. Наверняка Хоу мечтал оказаться вместе со своим командором, чтобы защитить ее от Архитектора. Быть может, полагал, что смог бы сделать это лучше ее спутников. Когда рассказ был закончен и Эла собиралась перейти к главному — тому, ради чего она и позвала Ната, мужчина задал единственный вопрос:
— Так ты теперь свободна от скверны?
— Подарок от Архитектора, — горько усмехнулась она.
— Именно. Подарок.
— Ошибаешься, это проклятье! — Эла вскочила и стала нервно мерить шагами комнату.
— Я считал проклятьем скверну в крови, — спокойно возразил Нат. — Проклятье — знать, что тебя ждет. Проклятье — быть Серым стражем.
— Может быть, для кого-то это так. Для меня все по-другому. Я потеряла семью, друзей. Все, что у меня оставалось — Орден. Теперь и его нет. Но я позвала тебя не для того, чтобы обсуждать произошедшее со мной. Мне не нужны советы, я уже все решила, — Элоиза постучала пальцами по столу, покусывая губу. Когда она решила рассказать Нату о том, что с ними произошло в этом путешествии, она хотела просто ввести Хоу в курс дела, не рассчитывая на такую реакцию, не ожидая советов и сочувствия. Она уже приняла решение, не собиралась его менять, смирилась с неизбежным. — Натаниэль, я передаю тебе полномочия командора.
— Простите, командор, — Хоу подчеркнул последнее слово. — Но я вынужден отказаться. Для меня это слишком сложно. Найдите другого.
— Предлагаешь вручить Орден Огрену? — насмешка в голосе Элоизы была наполнена горечью.
— Андерс, — предложил Нат.
— При всей моей любви к нему, Андерс не годится на пост командора. Справедливость предлагать не нужно. Не думаю, что Стражи будут довольны, что ими управляет труп, «К тому же есть возможность, что дух исчезнет из этого мира, и достаточно скоро», — подумала Эла и добавила: — Нат, это приказ. Последний приказ командора.
Хоу встал, сложив руки на груди и высоко подняв голову.
— Я ослушаюсь его, командор.
— Но... — растерянно попыталась возразить Элоиза.
— Более того, — перебил ее Натаниэль, — если будет назначен новый командор, кем бы он ни был, я присоединюсь к Огрену. Думаю, Андерс нас поддержит. У каждого из нас, конечно, личные мотивы, но нельзя не признать очевидного: лучшего командора, чем ты, у нас не будет. Тебе удалось практически невозможное: мы отстояли крепость во время атаки порождений тьмы, сумели спасти Амарантайн от полного уничтожения, наладили отношения с жителями после той ночи... Мне казалось это невозможным, а ты даже не сомневалась. И теперь ты хочешь покинуть Орден?
— Я обязана, — тихо произнесла Эла. — Я больше не Страж. Я не могу быть командором. Если это дойдет до Первого стража...
— Не ты ли говорила, будто в Вейсхаупте много своих проблем и до Ферелдена там нет никакого дела? Вряд ли среди нас найдется тот, кто будет против тебя в качестве командора. Кроме того, ты все еще эрлесса Амарантайна.
— Но это... это нарушение...
— По-моему, в уставе Ордена не написано ничего о том, что командор обязательно должен быть Серым стражем, — улыбнулся Натаниэль. — Будут еще распоряжения, командор?
— Что же мне делать, Нат? — Элоиза села на стул, прикрыв ладонью глаза.
— Ты хочешь знать мое мнение?
Кусланд кивнула.
— Оставь все как есть. Зачем что-то менять? Просто останься и продолжай делать то, что у тебя получается лучше всего — быть Серым стражем. Пусть и без скверны в крови.
— А если найдутся недовольные?
— Ты шутишь? Если такие и были, то после битвы за Амарантайн, уверен, они иссякли.
— Ох, не знаю.
— А по-моему ты все уже решила. Мы не так давно знакомы, но я хорошо тебя знаю. Ты не хочешь уходить, тебе тут нравится. Если бы хотела, ты бы просто не вернулась. Но ты здесь. Мой тебе совет, иди к себе, выспись как следует, а завтра ты все расскажешь сенешалю и Стражам, и увидишь, что все, сказанное мной — чистая правда, — Натаниэль поднялся со стула. — Так что на счет распоряжений? — мужчина снова заулыбался.
— Просто продолжай пока присматривать за крепостью. И что там с нашей гостьей? Ее разместили?
— Как ты и просила, по соседству с тобой. Андерс сказал, что она так же была Серым стражем и избавилась от скверны. Вот уж не думал, что это возможно. Но я рад, что оказался неправ.
— Андерс сказал? — с удивлением спросила Эла.
— Угу, — Хоу кивнул и направился к выходу.
— Вот болтун. Не успел вернуться, а уже сплетничает, — Элоиза произнесла это тихо, скорее, для себя самой, и усмехнулась.
— Эй, Хоу... — она окликнула Натаниэля и слегка улыбнулась. — А ты здорово справляешься. Уверена, что ты отлично заменишь меня, если... — она замолчала на миг, решив не договаривать то, что собиралась сказать, Нат и так ее прекрасно понял. — Спасибо тебе.
Когда Натаниэль вышел из библиотеки, Эла глубоко вздохнула и опустила голову на стол, обхватив ее руками. Готовясь к встрече с Хоу, она думала, что передаст ему пост командора и останется в крепости простым воином, бывшим Серым стражем, как когда-то Фиона, но Нат не только отказался принять эту должность, но и убедил Кусланд не торопиться с выводами и оставить все на своих местах. Она была рада этому. Остаться здесь, в Башне бдения, и продолжить служить в Ордене даже после того, как ее кровь очистилась от проклятия скверны, было самой смелой мечтой для Элоизы, и эта мечта казалась ей несбыточной. Но вместе с радостью в ее душе поселился и страх. Натаниэль оказался прав, не было такого закона, который принуждал бы Серого стража покинуть пост командора, если тот избавляется от скверны. По крайней мере, об этом Эла никогда не слышала. Конечно, все дело было в том, что подобных прецедентов просто не случалось, и от этого становилось страшно. Эла боялась, что слова Фионы о безразличном отношении Первого Стража к ферелденскому Ордену окажутся преувеличены, и он решит сам разобраться в случившемся.
От тяжелых мыслей Кусланд отвлек стук в дверь.
«Легка на помине», — подумала Эла, увидев, как в библиотеку входит Фиона.
— Ты все еще здесь? — эльфийка прошла и села на соседний стул. — На улице уже стемнело. Ты провела тут целый день.
— Меня долго не было, — устало ответила Элоиза. — Скопилось немало дел.
— Значит, ты продолжишь служить командором?
— Я пыталась передать должность, но Хоу отказался. Не знаю, законно ли это, продолжать управлять Орденом и эрлингом, не будучи Стражем.
— Если тебя волнует только сторона закона, то можешь быть спокойна, подобных случаев история не припомнит, потому в кодексе Стражей попросту ничего об этом не сказано. Когда в Вейсхаупте появилась я, Стражи много думали о том, как поступить и что со мной делать, и после долгих обсуждений внесли пункт о том, что Страж может остаться служить в Ордене, даже если его кровь очистилась от скверны. Это на тот случай, если такое вдруг еще повторится, хотя, большинство из них сильно в этом сомневались. Думаю, этого вполне достаточно, чтобы ты могла продолжать свое дело. Твои заслуги перед страной дорогого стоят, я бы на месте Первого Стража не стала разбрасываться такими воинами.
— Надеюсь, что Первый Страж будет такого же мнения.
— Я искала тебя, чтобы обсудить наш план. Мы должны быть готовы, неизвестно, когда дух завладеет телом Андерса, — сменила тему Фиона.
— Может мне удастся убедить Справедливость не делать этого? — Элоиза рассуждала, пытаясь найти решение, не дать произойти этому слиянию.
— Ты напрасно потратишь время. К тому же подвергнешь себя опасности. Этот дух слишком долго находится в нашем мире, он не отступит, не упустит шанс остаться тут. И неизвестно, как он отреагирует на твое вмешательство.
Эла решила оставить эту тему и поинтересоваться, что нужно эльфийке, чтобы попасть в Тень, если дух все-таки завладеет телом Андерса.
— И что же мы должны сделать, чтобы быть готовыми?
— Одной мне не справиться, кто-то из магов должен будет помочь, надеюсь, тут найдется пара способных магов?
— В Ордене все способные. Другие в Серых стражах просто не выживают.
— Вот и прекрасно. А еще нам понадобится лириум. Много лириума. Без него мне не войти в Тень.
— С этим проблем не будет, тут есть пара гномов, они обрабатывают лириум, который мы находим на глубинных тропах. Я отправляю его в Круг магов, здесь он мне без надобности. Так что в лириуме недостатка не будет.
— Значит, у нас все есть. Завтра я хотела бы встретиться с теми, кто поможет мне с ритуалом. А сейчас, думаю, нам пора идти спать. На тебя страшно смотреть, а впереди нас ждут не самые простые дни.
Захлопнув за собой дверь и повернув ключ в замке, Элоиза оглядела свою комнату. Плотные шторы были раскрыты, и лунный свет отлично освещал помещение и без принесенной свечи, которую она поставила на стол. В комнате явно побывала прислуга, ее сумка аккуратно стояла на стуле, а постель была расстелена, напоминая Элоизе всем своим видом о том, как она устала за этот день, и давая ей понять, что улечься в кровать и забыться сном — это ее самое большое желание на данный момент. Слишком много событий и мыслей. Нужно смыть с себя все тяготы этого дня, наверняка теплая вода в ванне уже ждет ее, и последовать советам Хоу и Фионы, и хорошенько выспаться.
Бросив грязную одежду на полу и наскоро отмывшись от дорожной пыли, Элоиза задула свечу и улеглась в постель, погружаясь в ночную тишину. Она почти провалилась в сон, но странный звук выдернул ее из мира грез, и она приподняла голову, прислушиваясь к шорохам и оглядывая пространство вокруг себя. Она не сразу заметила едва уловимое голубоватое свечение в дверном замке. Вдруг раздался щелчок и дверь открылась.
Только один человек мог проникнуть к ней в комнату таким образом, и Эла улыбнулась в темноту.
— Ты мог бы просто постучать, Андерс, — шепнула она, наблюдая, как знакомая фигура закрывает дверь на ключ. — Тебе не спится?
— Неужели ты думала, что я позволю тебе остаться одной в этой холодной комнате? — мужчина неслышно прокрался к кровати и улегся рядом с Элой, склонившись над ней. Холодные, влажные пряди волос, которые на редкость не были собраны в хвост, коснулись ее лица, заставив девушку слегка вздрогнуть.
— Я подумала, что ты захочешь провести эту ночь со своим котом, — Кусланд хихикнула, обвивая руками шею любимого.
— Этот бесстыдник, похоже, забыл, кто его пригрел и так откормил. Теперь он ночует у Хоу, — с наигранной досадой ответил Андерс.
— Тебе стало одиноко, и ты решил прийти ко мне?
— Я соскучился, — маг приблизился к ней и слегка коснулся губами кончика ее носа. — Не представляю, как я спал без тебя всю жизнь?
— Нам нужно что-то с этим делать, — в голосе Элоизы промелькнули серьезные нотки.
— Ты о чем?
— Не можешь же ты каждую ночь тайком бегать в мою комнату и ломать мне замок.
— Между прочим, я его не ломал. Можешь пойти проверить, он цел и невредим. Магия помогает не только в борьбе с порождениями тьмы, — Андерс тихонько засмеялся.
— Ничего смешного. У меня такое чувство, что я преступница. В конце концов, я не давала обета безбрачия, и не хочу прятаться по углам.
— Ты хочешь рассказать всем о нас?
— А ты хочешь каждую ночь тайно пробираться ко мне, а на рассвете возвращаться в свою спальню?
— Ну, в этом есть своя романтика, — снова отшутился маг.
— Андерс, ты хоть иногда бываешь серьезным? — Элоиза начинала обижаться, что ее мужчина так себя ведет. Эта проблема казалась ей серьезной и решение они должны были принимать вместе, а он лишь шутил и смеялся.
— Эли, я люблю тебя, — Андерс погладил её по щеке и улыбнулся. — И если ты хочешь рассказать о наших отношениях, я только рад. Пара дней, и все все равно догадаются, какой смысл скрывать?
— Вот и отлично. Это я и хотела от тебя услышать.
— Так значит, я могу не сбегать на рассвете в свою комнату? — снова спаясничал Андерс, но отреагировать Эле он не дал, он страстно поцеловал ее, прижавшись к ней всем телом, его руки заскользили по обнаженной коже, горячее и частое дыхание обжигало словно кипяток. Один миг и мягкие теплые губы коснулись шеи, каждый поцелуй заставлял сердце девушки биться все сильнее, уводя ее в омут блаженства.
— Андерс, прошу тебя, — Элоиза была готова задохнуться от разгорающейся в ней страсти, но невыносимое чувство усталости подсказывало, что на продолжение она сейчас не способна. — Не задирай меня, пожалуйста, оставь это до утра.
Ее слова заставили мужчину остановиться.
— Что-то не так? — обеспокоился он.
— Нет-нет, все прекрасно, просто... я так устала, что вот-вот отключусь, а мне хотелось бы в полной мере насладиться тобой, тем, что ты рядом.
Андерс вздохнул и улегся на спину. Эла обняла любимого, положив голову ему на грудь.
— Прости, мне не хотелось останавливаться, но...
— Все в порядке, Эли, — Андерс перебил её. — Мы все устали, это был трудный день. Засыпай, — он коснулся губами ее волос и закрыл глаза, крепче сжимая в объятиях возлюбленную.
Наступил полдень, когда в дверь командорских покоев постучали. Андерс лежал в кровати и с довольным видом разглядывал украшавшие комнату картины, пока Кусланд принимала ванну. Ему нравилась эта спальня, нравился уют, который создала в ней Элоиза, и мысль о том, что необходимости скрывать их отношения больше нет, и он сможет бывать в этой комнате столько, сколько ему захочется, и делать это совершенно свободно, радовала его, Андерс даже улыбнулся, думая об этом. Настойчивый стук заставил отвлечься от его занятия. Он глянул в сторону ванной комнаты и поняв, что скоро Эла не выйдет, встал с кровати, обернув простыню вокруг бедер, и направился открывать. Если бы не ночной разговор о том, что скрывать их отношения от соратников его любимая не хочет, он ни за что бы так не поступил, но раз Элоиза все равно решила рассказать всем правду, что ж, можно начинать прямо сейчас.
За дверью стоял Хоу. Увидеть в комнате командора Андерса в одной простыне Натаниэль никак не ожидал, и потому даже растерялся, когда дверь открылась.
— Андерс? — во взгляде мужчины читались удивление и недоумение. Нет, о том, что между магом и командором что-то могло быть, Хоу думал, и не раз. Он прекрасно видел, как этот наглый любитель кошек ухлестывал за Элоизой, и даже не исключал такой возможности, что рано или поздно Кусланд сдастся, хоть и надеялся втайне на обратное. Но он не представлял, что однажды, придя в командорскую спальню, застанет там Андерса, можно сказать, в чем мать родила.
— Доброе утро, Нат, — Андерс скрестил руки на груди, широко улыбаясь. Несомненно, сложившаяся ситуация доставляла ему истинное удовольствие. В тот миг Андерс чувствовал себя победителем. Между ним и Хоу всегда была негласная борьба за неприступное сердце командора, и хоть его чувства к Элоизе были искренними и глубокими, он не мог не отметить, что эту войну он выиграл со стопроцентным успехом. — Надеюсь, ты покормил Ланселапа? Этот паршивец вчера предпочел твое общество моему, вот уж не думал, что ты так ему понравишься.
— И потому ты решил найти ему замену, — с некоторой грубостью ответил Натаниэль, но тут же осекся. — Нет, это не мое дело, Элоиза большая девочка, сама разберется. Или ты выселил ее из собственной спальни?
— Эли приводит себя в порядок. Но я передам, что ты заходил.
— Просто скажи, что я поговорил с сенешалем, и он полностью со мной согласен.
— А в чем он с тобой согласен, передать не нужно?
— Она поймет, — коротко ответил Нат, развернулся и пошел прочь по коридору в направлении тронного зала.
Андерс пожал плечами и закрыл дверь.
— Я слышала чей-то голос. Ты разговариваешь сам с собой? — Эла вошла в спальню, улыбаясь и вытирая полотенцем мокрую копну рыжих волос.
— Нет. Заходил Хоу.
— Хоу? — Кусланд перестала улыбаться и слегка нахмурилась. — И ты открыл ему? В таком виде? — девушка окинула взглядом обнаженное тело мага, прикрытое одной простыней.
— Между прочим, это была твоя идея перестать скрываться. Он так долбил в дверь, что я испугался, как бы он ее не выломал.
— Ты мог хотя бы надеть штаны.
— Мог. И что бы это изменило? — Андерс вернулся к кровати и уселся на нее.
Элоиза помолчала пару мгновений, а потом глубоко вздохнула и помотала головой.
— Ничего, ты прав. Так что он хотел? — поинтересовалась она.
— Попросил передать тебе, что он поговорил с сенешалем и тот с ним согласен. Мне не расскажешь, что у вас за секреты? — с наигранной обидой спросил Андерс.
— Какие секреты? Вчера я рассказала Нату о нашем путешествии, и о том, что я больше не Серый страж, хотела передать ему должность командора, но он наотрез отказался. Сказал, что и думать не хочет о том, чтобы этот пост занял кто-то другой, и заверил меня, что с ним все согласятся. Похоже, он оказался прав. — Элоиза сощурила глаза. — А если бы ты поменьше бегал за своим котом, то был бы в курсе.
— Прости, милая, но должен же я был попытаться вернуть его расположение. Мне кажется, что сэр Ланселап обиделся на меня за то, что я не взял его в путешествие.
Кусланд усмехнулась и покачала головой.
— Ты никогда не изменишься, Андерс.
— Ну признайся, тебе же это нравится, — Андерс приблизился к ней вплотную, его дыхание ветерком скользнуло по её губам.
— Эй, хочу тебе напомнить, что мы вернулись домой, и тут нас ждет море дел. За окном уже день, а мы еще даже из комнаты не выходили.
— Вот видишь, дела ждут так долго, что им какие-то лишние полчаса? — мужчина завел руки Элоизы ей за спину, прижал своим телом к стене лишая ее возможности вырваться. Он посмотрел ей в глаза затуманенным от желания взглядом и, чуть склонившись, поцеловал её обнажённое плечо, игриво скользнул языком вверх по шее. Его влажные губы сомкнулись на мочке уха Элы, заставляя её тело отозваться дразнящими мурашками. Сопротивляться этому приятному ощущению ей совершенно не хотелось. Банное полотенце, единственная преграда между ними, соскользнуло, позволяя их разгоряченным телам соприкоснуться.
— Андерс... остановись, пожалуйста, — простонала она жалобным голосом.
Элоиза поняла, что на самом деле не хочет никуда уходить. Ей была приятна его настойчивость, нравилось находиться в его власти, это заводило. Сладкая истома разливалась по её телу, разум отчаянно метался между долгом и разгорающимся желанием.
— Ты уверена? — мягкие губы Андерса соблазнительно скользнули по её груди.
Сердце Элоизы бешено забилось, она едва сдержала стон. Ласково целуя, нежно обхватывая губами соски, мужчина поигрывал с ними языком, распаляя страсть. Его волосы приятно пахли персиковым мылом и им самим, Эла зарылась в них носом, наслаждаясь этим ароматом и ласками, которые дарили его влажные губы. Теперь она не просто не могла пошевелиться, тело, словно не слушало её. Захотелось послать работу к демонам, ведь с Андерсом ей было слишком хорошо, да и он, похоже, не собирался её отпускать. Ему-то никуда не нужно было спешить.
— Не надо... я должна... Натаниэль меня прибьёт, — прерывисто дыша, шептала она, ощущая, как его упругая плоть дразняще упирается ей в живот.
Элоиза пыталась сопротивляться, ещё не до конца понимая, что желание уже затмило разум, победило волю.
— Тогда я прибью его, — почти неслышно ответил Андерс.
Он, наконец, отпустил её руки и Элоиза смогла обнять любимого, с наслаждением прикоснуться губами к его бархатистой коже, доставить ему такое же сладкое удовольствие. Она ощутила, как горячие ладони мужчины властно скользнули по изгибам её тела. Пальцы проникли между бёдер, нащупывая, лаская.
— Остановись... хватит.., — попросила Эла, её сердце стучало как сумасшедшее, — зачем ты дразнишь меня?
Сама она чуть подалась навстречу, и впилась жадным поцелуем в его мягкие губы.
— Вот за этим, — чуть отстранившись, пробормотал Андерс. Подхватив её бёдра руками, он медленно проник в неё и задвигался, растягивая удовольствие. В плену сладостного блаженства время остановилось, комната наполнилась жаром и стонами, случайно заглянувшая горничная сразу захлопнула дверь. А горничная ли то была? Всё равно. Андерс не запер дверь, Эла прибьёт его потом. А сейчас она хотела лишь таять в эйфории и видеть ослепительные звёзды, уже застилавшие взор, нестись на подхватившей её волне умопомрачительного экстаза, и знать, что её возлюбленному так же хорошо, как и ей.
От сладкого удовольствия, стремительно ворвавшегося в каждую клеточку тела, Элоиза прижалась к Андерсу так крепко, как только смогла, и теперь она вместе с ним падала в пропасть наслаждения. Тяжело дыша, Эла прислонилась щекой к груди любимого, она слушала, как бешено стучит его сердце, и ей до ужаса не хотелось выбираться из этих крепких и надежных объятий. Хотелось стоять вот так вечность, чувствовать его прерывистое дыхание и растворяться в прикосновениях таких сильных, но в то же время нежных рук. Хотелось побыть ещё немного вместе, но как это поможет? Казалось, насладиться любимым невозможно. Расставаться не было желания даже на миг, а дела никто не отменял. В конце концов, она командор и должна выполнять свои обязанности. Элоиза нехотя выпуталась из объятий Андерса.
— Ты плохо на меня влияешь. Это некрасиво, я пока еще командор и меня наверняка ждет куча народу, — она подошла к шкафу и выудила оттуда первое попавшееся платье. — Но я обещаю, что ночью мы обязательно повторим, задержи этот момент, — она подмигнула возлюбленному и скрылась в ванной комнате.
Выйдя уже одетой, Эла остановилась у зеркала и, вооружившись расческой, стала причесывать волосы. Андерс сидел на кровати, обернувшись простыней, в отличии от Элоизы, судя по всему, он никуда не спешил.
— Может, ты оденешься? — с улыбкой сказала она. — Или теперь ты так и будешь разгуливать по крепости в одной простыне?
— Я бы и без нее обошелся, но, пожалуй, мне будет слишком холодно, — маг неохотно поднялся и, забрав со стула свои вещи, так же неохотно стал натягивать их на себя.
* * *
Разговор с сенешалем и членами Ордена прошел гладко, Элоиза и представить не могла, что ее соратники так бурно отреагируют на ее решение покинуть пост командора. В то, что она больше не Серый страж, некоторые поверили с трудом, снова и снова пытаясь почувствовать в ней скверну, но ее кровь теперь молчала. Кто-то называл это чудом, были и те, кто посчитал лишение тех способностей, что давала скверна в крови, проклятием. Но все сошлись в одном — со скверной или без, Кусланд была и остается отличным командиром, талантливым дипломатом, отважным воином, и видеть на месте командора кого-то другого обитатели башни Бдения наотрез отказались. Огрен даже пригрозил Эле, что если она покинет этот пост, он дезертирует. Видеть такую реакцию ей было странно, но очень приятно. В этот момент она как никогда понимала, что здесь ее любят и ценят, и уйти из крепости означало уйти из дома. После совета жизнь в крепости завертелась как и прежде. Кусланд осталась командором, осталась Серым стражем и эрлессой Амарантайна, и за время ее отсутствия скопилось множество дел. Решить их была та еще задачка, и медлить не стоило. Она сидела за письменным столом в своем кабинете среди вороха различных бумаг: там были и важные документы, и жалобы горожан на всякие мелочи и друг на друга, куча просьб, предложений, отчетов о проделанной работе и Создатель знает, чего еще. Элоиза разглядывала бумажный беспорядок перед собой и прикидывала, сколько дней и ночей ей придется провести в этом кабинете, разбираясь со всей этой бюрократией. Она с сожалением глянула в окно, из которого виднелось голубое небо и лился солнечный свет. Куда приятнее сейчас было бы пройтись по прохладной улице и подышать свежим воздухом. Эла подумала о том, что за время путешествия она здорово отвыкла от своих обязанностей эрлессы и командора, и собраться с мыслями и настроиться на рабочий лад ей было крайне тяжело. Глубоко вздохнув, она взяла со стола первую попавшуюся бумагу и стала изучать текст. Стук в дверь отвлек ее от прочтения очередного документа, в кабинет вошел Хоу. Увидев друга, Эла улыбнулась, ей давно пора было отвлечься и отдохнуть. — Нат, это ты! Заходи, — она отложила бумагу в сторону и встала со стула, потянувшись и размяв затекшие костяшки. — Если бы я знала, что за пару месяцев моего отсутствия здесь скопится столько макулатуры, ни за что бы не уехала, — Кусланд хихикнула. — Я могу тебе помочь. Без тебя я не рискнул принимать особенно важные и трудные решения, но вдвоем мы справимся куда быстрее. — Спасибо, но пока я справляюсь. Обещаю, если закопаюсь, обязательно тебя позову. Расскажи лучше, как шли дела в крепости? Что нового произошло, пока меня не было? — Элоиза жестом предложила Хоу сесть напротив, а сама вернулась в свой стул. — Да и рассказывать нечего, — мужчина пожал плечами. — С тех пор, как мы отвоевали Амарантайн и уничтожили Матку, все спокойно вокруг. Порождений тьмы больше никто не видел, по крайней мере пока, да мы и не жалуемся, мирная жизнь куда приятней постоянных сражений. — С этим трудно поспорить, — командор улыбнулась. — Хотя, кое-что новенькое у нас случилось, — Хоу хитро глянул на Элоизу. — Вернее — пара новеньких. Мы обзавелись несколькими рекрутами, три мага. Уж не знаю, из какого Круга они сбежали, но ребята очень толковые. Ты извини, но они так настаивали на Посвящении, что я тебя дожидаться не стал. Ты же сама знаешь, новые люди в Ордене на вес золота, а эти ребята готовы были рискнуть жизнью, чтобы стать Стражами. Удивительно, но все трое выжили и уже на следующее утро после ритуала были готовы идти и сражаться с порождениями тьмы. Только вот сражаться-то тут и не с кем, ты всех тварей разогнала. — Ты все правильно сделал, Нат. Беглые маги или обычные солдаты — они сделали свой выбор и не побоялись взглянуть смерти в лицо. Мы рады всем, кто решил посвятить себя Ордену и оказался годен для этого. И я рада, что они все выжили. — Эла, скажи, почему ты не рассказала о том, что с тобой происходит, когда уходила? — Хоу вдруг сменил тему. — Вы так спешно уехали, я даже думал, что ты решила сбежать. — Нат, прости, но так было лучше для всех. Я не сомневалась, что если ты узнаешь правду, то не останешься тут. А меня нужно было подменить. Ну на кого я еще могла рассчитывать? На Огрена? Натаниэль усмехнулся. — Я рад, что все обошлось, и ты жива и здорова. Жаль, Веланна не вернулась, — его глаза вдруг наполнились печалью и сожалением. — С ней бывало сложно, но она была отличным Стражем и храбро сражалась. — Мне сильно ее не хватает. Знаешь, я часто думаю о том, что если бы я не послала ее с Алистером... — Нет, Эла, не вини себя, — Хоу перебил её. — Ты не могла знать, что может произойти. Наверное, такова была судьба Веланны. Этот невеселый разговор прервал тихий стук в дверь. В кабинет заглянул Андерс. — Эли, ты полдня тут сидишь, пора сделать перерыв, — увидев Натаниэля, маг все-таки вошел в комнату. — А, Хоу, и ты тут. У вас совещание, а меня не позвали? — Никакого совещания, Андерс, просто говорим о делах. Я скоро закончу, подожди меня еще немного, — Элоиза улыбнулась своему мужчине, и тот, кивнув, покинул кабинет. Когда дверь захлопнулась, повисла пауза, Хоу несколько мгновений смотрел в пустоту, где только что стоял Андерс, а затем повернулся к девушке и заглянул ей в глаза. — Так значит ты теперь.... — Натаниэль вдруг замолчал и Элоиза воспользовалась паузой. — Я знала, что рано или поздно ты об этом заговоришь, — она глубоко вдохнула. — Да, это так, мы с Андерсом вместе, и я не хочу делать секрета из наших отношений, Орден не монастырь, и мы не давали никаких обетов. Но мне не хотелось бы, чтобы за нашими спинами шептались. А особенно ты. Ты стал мне другом, и... — Да все в порядке, командор, не переживай, я все понимаю, — перебил эти неловкие объяснения мужчина. — Просто... наткнуться на него в твоей спальне было... несколько неожиданно. — Мне жаль, что это произошло до того, как ты обо всем узнал. Но не могу тебе обещать, что этого больше не повторится, — Элоиза слегка улыбнулась. — Привыкай, — она встала из-за стола. — Андерс прав, пора мне проветриться, иначе эти каракули сведут меня с ума, — Эла обвела руками огромную кипу бумаг, заполонивших стол, и направилась к выходу, но у самой двери вдруг задержалась и обернулась. — Нат, с моей стороны это, наверное, будет форменная наглость, но я опять должна попросить тебя побыть за главного. — Снова куда-то собралась, но это тайна? — Нет, никакой тайны. Я должна наведаться в старую крепость на Пик солдата. Этот старик, Авернус, обещал изучить амулет, который подарил мне Архитектор. Для меня это важно. Это всего на пару дней, обещаю, что вернусь очень быстро, ты даже не заметишь моего отсутствия. — Нет проблем, командор, всегда рад помочь. Если только ты обещаешь быть осторожной. — Договорились, — Кусланд кивнула, улыбнувшись, и вышла за дверь, оставив Хоу одного. Элоиза шла по длинному коридору к тронному залу, где ее наверняка уже ждал Андерс, но внезапно пришедшая в голову мысль заставила её остановиться. Эле вспомнился последний разговор с Фионой и то, как эльфийка отреагировала на её желание убедить дух Справедливости оставить Андерса добровольно. Магесса сказала, что это бесполезная трата времени, но Элоиза считала иначе. Мысль о том, что дух вселится в тело ее любимого мужчины, отравляла ей жизнь, она не хотела сдаваться и была готова до последнего бороться и предпринимать попытки избежать слияния. «Сейчас или никогда», — подумала Элоиза и, развернувшись, зашагала по коридору в обратном направлении, где находилась комната Справедливости. Этот разговор не займет много времени, а другого шанса может уже и не представится. Остановившись у деревянной двери, такой же, как и во все остальные комнаты крепости, Кусланд немного помедлила, собираясь с мыслями, после чего коротко постучала, скорее машинально, и вошла. Справедливость, или Кристофф, как звали погибшего Стража, чье тело он занимал, сидел в кресле и читал большую старинную книгу. Увидев Элоизу, он отложил фолиант на стол и поднялся. За время её отсутствия Справедливость изменился. Вернее, не сам дух, а тело, в котором он жил. Кристофф стал выглядеть хуже. Все-таки природу не обманешь, и даже дух не был способен противостоять естественным процессам. Глядя на иссохшее тело, Эла понимала, почему Справедливость так спешил его покинуть, но отдавать ему Андерса, да и кого-либо другого она не собиралась. — Вы вернулись, командор! — Справедливость учтиво поклонился. — Это радостное известие. — Еще вчера, — коротко ответила девушка. — Пока вас не было, я редко покидал эту комнату. Разве что наведывался в библиотеку за новой порцией книг. — Раньше я не замечала за тобой подобной тяги к новым знаниям. — Знания... Знания это то, что ценно во всех мирах, командор. И тут, и по ту сторону Завесы. К тому же, в крепости и в городе стало слишком тихо и спокойно и у меня появилось много свободного времени. Не бродить же мне бесцельно по коридорам. Я вижу, что обитателям башни Бдения мое присутствие не доставляет удовольствия. К чему лишний раз пугать их этим уродливым телом? — И поэтому ты решил обзавестись новым? — Кусланд, наконец, начала разговор, ради которого и пришла в эту комнату. — О чем это Вы? — по лицу Справедливости было сложно понять, удивил его этот вопрос или нет, оно, скорее, было похоже на мумию и, казалось, совершенно не выражало никаких эмоций. — О твоем предложении Андерсу. Он рассказал о сделке, которую ты ему предложил. Этому не бывать, его ты так просто не получишь! — Эла прищурилась, прожигая полумертвого Стража гневным взглядом. — О сделке? — губы Стража дрогнули в еле заметной улыбке, подчиняясь воле духа, владеющего этим телом. — Командор, я не демон и не заключаю с людьми сделок. Создатель дал мне второй шанс, и я лишь хочу сделать этот мир лучше, привнести в него справедливости, о которой люди стали слишком часто забывать. Наши с Андерсом желания совпадают, и я могу ему помочь. — Завладев его телом? — Объединившись с магом, я дам ему свою силу, которая сможет помочь приблизиться к той цели, о которой он мечтает. Андерс много говорит о том, что маги в этом мире живут взаперти, лишенные свободы и нормальной жизни, права выбирать свою судьбу, и я вижу в этом крайнюю несправедливость, так не должно быть. Он хочет изменить такое положение дел, и я чувствую, что должен ему помочь, его порывы благородны, но в одиночку ему не справиться. — То, чего хочет Андерс, невозможно добиться в одночасье, и уж точно это не под силу одному человеку, — Элоиза вдруг почувствовала, что гнев, с которым она пришла в эту комнату, отступает. Вырвать магов Тедаса из заточения, дать им свободу....настоящее безумие... Но слова Справедливости не были лишены смысла, слушая духа, Эла все больше и больше хотела согласиться с ним, ведь если хорошо подумать, это и правда вопиющая несправедливость, что столько людей живет под замком, под постоянным надзором, без права выбирать, иметь семью, делать то, что им хочется. — Объединившись, мы станем сильнее. Это даст нам шанс бороться с системой, бороться с несправедливостью. Ты ведь тоже сражаешься за мир, уничтожаешь порождений тьмы, которые несправедливо убивают людей. — Но порождения тьмы — это зло, — Элоиза пыталась сопротивляться, но спорить было все сложнее, все сказанное духом нравилось ей больше и больше с каждым словом. — А магов сдерживает церковь. Служители Создателя не могут быть злом, их нельзя просто убить, чтобы освободить магов. — Ты права, но это и не нужно. Я уверен, что, соединив мой разум с Андерсом, мы обязательно найдем выход и способ добиться справедливости. Ведь я и есть Справедливость, с моей помощью, с моей силой Андерс сможет показывать людям, насколько они неправы, убеждать их изменить мнение, взывать к их совести. Этот маг готов бороться за таких же, как он, а такое стремление нынче редко встретишь среди людей. Кусланд немного помолчала, обдумывая сказанное духом. — Наверное, ты прав, — коротко ответила она и поспешила покинуть комнату. Всю прогулку с Андерсом Элоиза думала о том, что услышала от Справедливости в его комнате. Странно, она шла к нему полная решимости заставить его отказаться от задуманного во что бы то ни стало, а теперь его слова казались ей такими правильными, словно она и сама так всегда считала. Ее по-прежнему пугала мысль, что Андерс разделит тело с духом, но теперь она думала о том, что, возможно, цель оправдывает средства, и нет ничего страшного в этом слиянии. Немного отдохнув, Кусланд вернулась к бумажным делам, но сосредоточиться на работе у нее никак не получалось, что-то ее беспокоило, она никак не могла понять причины своего странного состояния. Слова духа по-прежнему вертелись в голове, возможно, дело было в них, но Элоизе думалось, будто тот факт, что она изменила свое мнение относительно планов Андерса, должен был наоборот сблизить их и укрепить отношения, конфликт решился, она приняла выбор любимого, что может быть лучше? Но необъяснимое чувство беспокойства, которому она никак не могла найти причину, продолжало разъедать ей душу. Невеселые раздумья Элы прервал визит Фионы, она тихонько постучала и вошла в кабинет. — У тебя усталый вид, — эльфийка прошла к письменному столу и села напротив неё. — Тебе стоит отвлекаться хоть иногда. — Уже отвлекалась. Не хочу откладывать эти дела в долгий ящик, это не самое приятное времяпрепровождения, и мне хотелось бы разделаться с бумагами как можно скорее. Днем я выходила на прогулку с Андерсом, и... — Элоиза запнулась, думая, стоит ли посвящать Фиону в подробности ее разговора со Справедливостью, ведь эльфийка была не в восторге от этой идеи, но решила не продолжать. — Я виделась с магами, которые помогут провести ритуал. Они никогда прежде ничего подобного не делали, по их части боевая сторона магии, но ребята они способные, уверена, что все пройдет как надо. — Не знаю... — Кусланд замялась. — О чем это ты? — Вдруг мы поступаем неправильно, — девушка решилась поделиться с магессой своими сомнениями. — Андерс хочет помочь таким же, как он, разве это плохо? — Эла, ты в своем уме?! — Фиона крайне удивилась внезапным переменам. — Мне не нравится мысль, что Андерс будет делить тело с духом, но вдруг это его шанс что-то изменить? А мы собираемся ему помешать. Это несправедливо. — Ясно, откуда ветер дует, — эльфийка поднялась со стула. — Скажи, ты все-таки ходила к духу, говорила с ним? — Я хотела убедить его отказаться от затеи со слиянием, но... — Нет никаких «но», — перебила ее Фиона. — Вспоминай. Вспоминай все, что чувствовала, свое желание оградить Андерса от этой ошибки, гнев на Справедливость, свою ненависть к нему, всё, что я тебе говорила о последствиях. Он запудрил тебе мозги, чувства помогут вернуть ясность ума. Элоиза обхватила голову руками, изо всех сил пытаясь пробудить в памяти последние события и свою реакцию на них. Как Андерс рассказал ей о Справедливости и о том, что он предложил магу. Как они впервые поссорились из-за этого. Как Фиона согласилась помочь решить эту проблему, и как они планировали отправить духа обратно в Тень. Одну за одной, Элоиза доставала из памяти картинки прошлого, хватаясь за любое воспоминание, и при этом никак не могла понять, почему все было словно в тумане. От напряжения у нее даже разболелась голова, она чувствовала, что наваждение отступает, а ему на смену приходит страх. — Не понимаю... — Кусланд подняла взгляд на эльфийку. — Это магия? — Не все так просто. Если бы демоны и духи использовали обычную магию, ее можно было бы запросто развеять. Снять чары и все, жертва больше не подвластна демону. — Как же он это делает? — Духи отлично умеют убеждать. Даже в том, с чем ты не согласна, как ты успела убедиться на собственном опыте. Ты даже мысли о слиянии не допускала, считала это несусветной глупостью и опасностью, и ни минуты не сомневалась в необходимости помешать Андерсу совершить эту ошибку. И даже при этом Справедливость сумел заставить тебя думать иначе, всего одним разговором. Представь, сколько он успел наговорить Андерсу, как промыл ему мозги. Справедливость знает, за какие ниточки дергать, а чтобы убедить Андерса в том, что маги нуждаются в его помощи, и стараться особо не нужно, он и так готов бороться, дух только потянул нужные веревочки, и вот, маг уже на все согласен, только бы это могло помочь ему в его стремлениях. Думаю, за время вашего путешествия ты зародила в нем сомнения, но времени прошло очень мало и этого оказалось недостаточно, чтобы Андерс понял, как заблуждался. А теперь Справедливость снова принялся за свое. — Он не отступит так просто, — Элоиза встала со стула и отошла к окну. — Странно, что ты поняла это только сейчас. Тебе никто не обещал, что будет просто. Наберись терпения, хочешь ты того или нет, но только после слияния я смогу вернуть духа туда, где ему должно быть. И старайся больше не встречаться с этим ходячим трупом, в котором сидит дух. Иначе мне снова придется напоминать тебе, зачем я здесь. Фиона бросила строгий взгляд на командора и покинула комнату, оставив девушку одну. Кусланд повернулась к окну, обхватив себя руками, и поежилась. На улице почти стемнело, сгустились тяжелые тучи и поднялся ветер, раскачивая черные, пока ещё лишенные листьев ветки за окном. От этой пугающей картины и собственных мрачных мыслей Элу пробрала мелкая дрожь. Она все пыталась понять, как Справедливость сумел провести ее, и с такой легкостью заставить думать так, как угодно ему? Это было немыслимо. Отвернувшись от окна, Элоиза глянула на свой стол, который с трудом было видно под грудой документов, и поморщилась. Сегодня она уже точно не сможет продолжить работу, слишком много переживаний для одного дня, которые мешают сосредоточиться на деле. Махнув рукой на свалку бюрократии, Эла вышла из кабинета и отправилась в свою комнату. Разгребая накопившиеся дела, Эла вымоталась за день словно ездовая лошадь. Она присела в кресло, отдохнуть, погреться у камина после промозглых комнат крепости, в которых ей довелось побывать по хозяйственным делам. Наверное, она задремала, потому что сквозь сон услышала, как Андерс привычно вошёл в комнату. Он шёл неуверенно, не как всегда. Напился? В этом видении явно что-то было не так, сквозь сон её мужчина казался потрёпанным, взбешенным, его глаза почему-то горели яростью. Разорванная одежда и висела клочьями, от него пахло не спиртным, а кровью. Открыв глаза, Элоиза от неожиданности подскочила. То, что она видела, вовсе не было сном, каким-то образом она видела правду. Перед ней действительно стоял Андерс, и взгляд его блуждал так, будто он впервые оказался в её покоях, словно в первый раз видел её. Она до смерти перепугалась. — Что с тобой? — Эла осторожно коснулась его лица. — Что случилось? Он не отвечал, а зажмурился, закричал, словно от невыносимой боли, упал на колени, схватившись за голову обеими руками. — Я позову помощь, — встревожено произнесла Кусланд, сделав несколько шагов к двери. — Нет! — выкрикнул Андерс, но уже каким-то не своим, а чужим, загробным голосом. Элоиза похолодела, замерев в ужасе, она остановилась, ухватившись за дверную ручку. Внутренний голос подсказывал, что случилось то, чего она так сильно опасалась. Но она никак не ожидала этого сейчас, она ведь совсем не подготовилась, хотя разве можно быть к этому готовой? — Что ты сделал, Андерс? — догадываясь, всё же спросила Эла. — Я не Андерс, я Справедливость! — прогремел он незнакомым голосом.
