Unquiet Hands

–5 месяцев назад– _uglyduckling_: Моя мама умерла от рака, когда я был ещё совсем ребенком. willinginfamy: Сочувствую. А твой отец? _uglyduckling_: Он тоже умер. В прошлом году. willinginfamy: О, Боже, Утенок, прости меня. Я не должен был этого спрашивать. _uglyduckling_: Все в порядке. А что насчет твоей семьи? willinginfamy: Ну, ты уже знаешь, что мой отец – государственный адвокат. Моя мама – психолог. Самое ужасное в жизни, Утенок, – это то, что она настаивает, чтобы мы рассказывали ей о своих переживаниях, после чего ведет себя с нами, как со своими клиентами. Или - что еще хуже - она анализирует нас и наши поступки. _uglyduckling_: Ха-ха. _uglyduckling_: Кто "мы"? willinginfamy: Я и мои брат с сестрой. Этьен – мой старший брат. Он учится на третьем курсе в Университете штата Огайо. И сестра, которая старше нас обоих – Серена. Сейчас она живет во Франции со своим женихом. Серена работает учителем в Парижской консерватории, а в свободное время занимается рисованием. _uglyduckling_: На сколько лет она тебя старше? willinginfamy: На 9 лет. _uglyduckling_: Вау. willinginfamy: Да, но, несмотря на такую разницу в возрасте, мы все еще близки. _uglyduckling_: Хотел бы я, чтобы у меня были братья и сестры. Но я единственный ребенок. willinginfamy: Не могу представить свою жизнь без них. _uglyduckling_: Ты счастливчик, потому что тебя так поддерживают. willinginfamy: Не грусти, Утенок, у тебя есть я. _uglyduckling_: Я знаю. –наши дни– – Курт, обычно у тебя в запасе всегда имеется какой-нибудь номер. Хочешь выступить? – спросил мистер Шу. Курт взглянул на него. – Эмм, нет, я не готов, мистер Шу, – робко ответил тот. – Эх, тогда ладно. У кого подготовлен какой-нибудь номер, который хочется показать? – немного озадаченно спросил учитель. Рейчел вытянула руку и стала размахивать ею так, словно пыталась купить на аукционе вещи Барбры Стрейзанд. Курт с трудом остановил себя, чтобы не закатить глаза. – Кто бы сомневался, – пробормотала Сантана. Рейчел вскочила с места и кивнула Брэду. Когда та запела, Финн подсел к Курту. – С тобой все в порядке, чувак? Ты не пел уже две недели, – прошептал Финн. – Вау, Франкенштейн умеет считать такие большие цифры? – с издевкой спросила Сантана. – Заткнись, Сантана, – огрызнулся Хадсон. – Но он прав, Леди. Нам нужно, чтобы ты хоть изредка разбавлял своими чуть менее ужасными выступлениями песни Гнома Берри. У тебе ещё кто-то умер в семье или что? – как обычно бестактно спросила Сантана. Нет, разве что я, – подумал Курт, когда Финн злобно посмотрел на Сантану. – Нет. Просто мне не понравились темы прошлых заданий, – солгал Курт. – Лорд Таббингтон всегда становится таким же тихим как ты, когда он грустит, из-за того, что я забираю его Золотую карточку, – прошептала Бриттани, сидящая рядом с Сантаной. – Тебе грустно, Курти? – Честное слово, ребят, у меня все хорошо, – продолжил убеждать их Курт. Он повернулся, чтобы досмотреть выступление Рейчел. Он просто хотел выйти в онлайн. После того, как мистер Шу вышел, ребята окружили Курта, когда тот собирал свою сумку. Он опустил голову, чтобы достать телефон из наружного кармана, а когда поднял глаза, увидел окруживших его ребят. Бриттани с Сантаной держались за мизинчики – плохой знак, Финн, Майк, Пак и Мерседес стояли, скрестив руки на груди. Арти находился прямо напротив него, его взгляд выражал нечто среднее между беспокойством и сочувствием. Куинн стояла рядом с Сэмом, а Тина выглядела немного отрешенной. Ну а Рейчел была... просто Рейчел. Она выглядела страшно возмущенной и слишком взволнованной. – Курт, мы волнуемся за тебя, – прямо сказала Рейчел. Курт лишь спокойно встал, ожидая, что еще она скажет. – Ты не выступал уже две недели, Курт. И после твоего долгого отсутствия ты стал более замкнутым и тихим. И все эти прогулы школы. Ты пропал на много недель, а вернулся еще более молчаливым. И даже не объяснил, почему отсутствовал целый месяц после рождественских каникул. Да ты не пел и перед Рождеством. Честно говоря, тут до меня дошло, что это же почти с прошлого года. Мы хотим знать, что происходит с тобой, Курт. Мы хотим помочь. Мы – твоя семья. Курт сглотнул: – Слишком поздно что-то делать, Рейчел. Я знаю, что вы, ребята, беспокоитесь обо мне, но, очевидно, вы просто были ослеплены Рейчел, которая все ваше внимание приковала к себе. Я был сам не свой около года, и ужасно больно осознавать, что вы только сейчас заметили это, и то, только потому, что Рейчел получает больше внимания, чем обычно. Вы говорите, что вы моя семья, и что всегда мне поможете, но вы даже не заметили, насколько я подавлен. Вы не подходили, чтобы поговорить со мной, потому что были слишком увлечены своими жизнями. Я понимаю, ведь у вас есть свои проблемы. Но не притворяйтесь, словно знаете, как тяжело было мне. Не притворяйтесь, что вы действительно беспокоитесь обо мне. Вы ничего обо мне не знаете, – сказал он, чувствуя в себе уверенность, которую не ощущал со смерти отца. Пробравшись сквозь ребят, на лицах каждого из которых была собственная версия шока, Хаммел ушел без оглядки. – Курт, – услышал он, когда был уже в конце коридора. Курт раздраженно повернулся и увидел Куинн, догоняющую его. – Я могу понять, что ты не хочешь, чтобы люди притворялись, что они понимают, что с тобой происходит. Но у меня была похожая ситуация. И я знаю, что тебе нужно выговориться, поэтому поговори с тем, кто близок тебе. Хаммел повернулся, чтобы продолжить свой путь. – Я знаю, что с тобой происходит, – сказала Куинн. Он остановился. – Одна из сканков* попала в похожую ситуацию. Я стала замечать тот же взгляд и у тебя. Он обернулся: – Не говори никому. Она задумалась. – Не скажу... я единственная, кто знает? – он покачал головой. – Мне нужно идти, – прошептал Курт, – она сильно разозлится, если я опоздаю. Он вышел из школы, стирая накопившиеся слезы с глаз, чтобы никто не заметил. *16 марта, 2012 17:09 willinginfamy сейчас доступен* _uglyduckling_: Не знаю, сколько еще я протяну. willinginfamy: Не делай этого, Утенок. Даже не думай покончить с собой. _uglyduckling_: Я больше не могу. Я больше не могу так жить. Себастиан был напуган. willinginfamy: Поклянись мне, Утенок, что ты не покончишь с собой. Я серьезно. _uglyduckling_: Хорошо. willinginfamy: Скажи это. _uglyduckling_: Клянусь, что не покончу с собой. willinginfamy: Ладно _uglyduckling_: Хотя, не могу обещать, что она не прикончит меня раньше. willinginfamy: Что случилось? _uglyduckling_: Я поздно пришел домой. Она сильно разозлилась. Курт потер глаза. willinginfamy: Что она сделала, Утенок? _uglyduckling_: Ну, она стукнула меня головой об стену, но не слишком сильно. Затем попыталась задушить. Она держала меня до тех пор, пока я чуть не потерял сознание, а после пару раз ударила меня палкой от швабры. На этом всё. Себастиан стиснул зубы. Он должен вызволить оттуда Курта. К его облегчению, это никогда еще не доходило до госпитализации… насколько он знал. Но Курт так и не рассказал, что с ним происходило во время двухмесячного отсутствия. willinginfamy: Ты можешь выйти из дома в выходные? _uglyduckling_: Да. Думаю, она никогда не станет держать меня под домашним арестом, потому что так у нее появятся новые причины злиться на меня. willinginfamy: Тебе следует развеяться. Выпить чашечку кофе с парнем, который тебе нравится или что-то в таком духе. _uglyduckling_: Он сказал, что мы можем встретиться в субботу, но у него репетиция в своем хоровом кружке, поэтому, возможно, у него не получится. willinginfamy: Ну, тогда просто побудь наедине с собой. Почитай книжку, займись еще чем-нибудь. Просто не оставайся дома. _uglyduckling_: О, поверь мне, я не останусь там. willinginfamy: Почему ты опоздал домой? _uglyduckling_: Мои друзья окружили меня и попытались убедить, что они моя семья. На что я сказал, что они даже не замечают меня. Ты для меня больше семья, чем могли бы быть они. willinginfamy: Ох, это большая честь для меня, Утенок. willinginfamy: Если бы я мог познакомить тебя со своей семьей, то сделал бы это. Они бы полюбили тебя. _uglyduckling_: Спасибо, Мистер Тщеславие. willinginfamy: Я люблю тебя, Утенок. _uglyduckling_: Я тоже тебя люблю. В этот раз Курт без колебаний написал это. Потому что это была правда. Он пришел к этому выводу вчера, когда общался с Блейном. Хаммел больше не хотел флиртовать с ним. Он не чувствовал привычного воодушевления. На самом деле, это Себастиан заставлял его сердце трепетать. Но когда Курт задумался об этом... Нет, невозможно. Это заставляло его вспомнить о том, как Себастиан прокомментировал его перевязанную руку. Тот всегда вел себя грубо с ним, поэтому Курт ничего не чувствовал к нему. Совсем. Мистер Тщеславие гораздо лучше него... Курт не мог дождаться, чтобы поскорее прийти домой и пообщаться с ним. На протяжении всего дня он надеялся, что тот напишет. Впервые после смерти его отца он почувствовал себя счастливым, а когда они общались, ему становилось гораздо лучше на душе. Он радовался их перепискам. И, возможно, даже влюбился. Себастиан думал, что прямо сейчас умрет от счастья. Не имело значения, любил ли его Курт как друга или как брата. Самое главное – он сказал это. Его Утёнок никогда не бросал слов на ветер. Себастиан любит Курта. Курт любит его. Смайт никогда в жизни так искренне не улыбался. Его единственным желанием было, чтобы Курт полюбил Себастиана, а не Мистера Тщеславие. Но он знал, где может найти его, и у него была потрясающая идея, как извиниться за все оскорбления в его сторону.